Оценить:
 Рейтинг: 4.5

Zамарашка

Год написания книги
2014
<< 1 2 3 4 5 6 ... 16 >>
На страницу:
2 из 16
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля

Голос у него приятный, только грубоватый. Лицо довольно открытое, шея с кадыком, грудь как грудь с редкой растительностью, живота нет, эт хорошо, м-да… одежды совсем на нем нет, эт плохо…

Он отобрал у меня одеяло и накрылся им до пояса.

– Кто ты? Новая служанка? Так какого черта ты лезешь в мою постель?!

– Я не лезу! – возмущению моему не было предела. – Я тебя бужу! По приказу твоей маменьки, наверное.

– Наверное?! – он прищурился и принялся меня разглядывать так пристально, словно сомневался в моей адекватности.

– Короче, – сказала я намеренно грубо, чтобы как-то выйти из этого затруднительного положения. – Вставай и на кухню чапай. Кушать подано, садись жрать, пожалуйста!

Повернулась и вышла.

За дверью выдохнула и схватилась за раскрасневшееся лицо. Еще одной такой сцены я не выдержу, достаточно и того, что теперь обо мне подумает этот кретин. Впрочем, почему же кретин? Милый парнишка на первый взгляд. Кто ожидает в следующей комнате? И вообще, сколько у тетки таких великовозрастных деток? С другой стороны, чего мне стесняться? Я не сама сюда к ним напросилась, это они предприняли немыслимые действия, чтобы вовлечь невинную девушку в жуткие приключения! Манку им вари, понимаешь! Буди их, понимаешь!

Я толкнула дверь и вошла… в розовую комнату. Вздохнула облегченно, здесь-то меня не ждет сюрприз. Портретов было не меньше десятка, все они изображали мужчин разного возраста, но одного социального положения – довольно состоятельного. Понятно, девчонка хочет выскочить замуж по большой и чистой любви, но за обеспеченного мужика. А ничего мужики, есть на кого полюбоваться, особенно тот, в короне очень хорош. Наверняка, девица в него метит своими амурными стрелами.

Я не смогла удержаться и подошла к туалетному столику. Сколько всяческих безделушек! Потом зайду и рассмотрю обязательно. О, здесь есть зеркало! Очень приятно, главное, вовремя. Я подмигнула своему отражению, держись, мол, а что остается делать? Главное, что я это я, и ни в кого не переместилась, а то, что дом другой, так это ерунда. Что-нибудь придумаю!

Розовый балдахин скрывал от меня лицо спящей красавицы. Несомненно, красавицы, раз у нее такой братик привлекательный. Но лебезить перед ними не буду! Я приподняла одеяло на всякий случай и увидела розовые штаны. Ну, хоть здесь все понятно.

– Бымс! – я поддела пальчиком резинку шелковых штанишек. – Это тебя что ли нужно разбудить, детка?!

Детка открыла глаза и ошеломленно почесала небритый подбородок.

Я пулей вылетела из этого розового помешательства!

И столкнулась с пожилым дядькой довольно хозяйской наружности.

– Ваши?! – мой голос переходил на визг, когда я тыкала ему в сторону спален.

Дядька озадаченно кивнул.

– При-з-знавайтесь, – прошептала я, едва сдерживая злость, – сколько у вас еще детей?!

– Милочка, умоляю вас, не здесь, – он схватил меня за локоть и потащил вниз. – Откуда вам стали известны такие пикантные подробности моей личной жизни?!

Я посмотрела на его перекошенное страхом лицо и поняла, что попала в точку.

– Уверяю вас это сплетни, досужие вымыслы, разве только…но я не уверен, что это мой ребенок…Прошу вас, молчите. Жена сживет меня со свету!

– Договорились, – хмыкнула я с видом, будто мне известна вся его подноготная. – Я молчу, а вы…вы…

– Всяческая поддержка с моей стороны вам обеспечена!

– Ага, я как раз об этом и хотела сказать. Я молчу – вы поддерживаете.

– Клянусь тещей! – вдохновенно сказал отец парней.

– А кто у вас теща? – я заподозрила подвох.

– Старая ведьма, – его лицо перекосилось.

Я сразу поняла, кого он имеет в виду! Бедный, она досталась ему в тещи, какой кошмар.

– Но пассаран!

– О чем это вы?

– Она не пройдет, в смысле, что у нее ничего не выйдет!

– Замарашка! Замарашка! Где ты?! Что ты делаешь, бездельница?! Накрывай на стол!

– О, достойная дочь своей матери, – хмыкнула я.

Хозяин обреченно закивал, соглашаясь со мной.

Когда вся семейка, состоящая из отца, матери и двух парней, собралась за столом, меня представили.

– Наша бедная родственница из дальней провинции, – бросила тетка, указав на меня толстым пальцем. – Будет помогать по хозяйству. Мальчики! Я прошу никаких эксцессов в ее сторону…

– Не волнуйтесь, – хмыкнула я, раскладывая кашу по тарелкам, – лишних телодвижений я не допущу. Пусть даже не мечтают.

Тетка возмущенно вздохнула, мальчики загоготали, дядька смущенно протер салфеткой лоб.

– А она мне нравится, – сказал «розовый».

– Довольно мила, х-м, – выдавил хозяин.

– Есть в ней дебильная непосредственность, – согласился с ними «черный».

Понятненько, кто будет моим врагом номер два!

Итак, я попала в семейку Адамс! То есть в семейку Грэм, но в моем случае это ничего не меняло, за исключением того, что семейством предусматривалась моя эксплуатация в качестве рабыни-прислуги. Уж за какие провинности сослали из дальней провинции бедную родственницу, которую я по злой иронии судьбы замещала, в этот ад, не знаю. Но вляпалась она крепко, я, то есть. За день, который пролетел незаметно, я узнала, что отец семейства работает королевским лесничим, мамаша занимается тем, что собирает и передает сплетни, старший сын служит в военной королевской академии, а младший прикидывается полным придурком, чтобы там не служить. И все они добрые милые люди, когда спят лицом к стенке. Кроме того, я стала смутно подозревать, что являюсь побочной дочерью любвеобильного папаши. За что, собственно, меня и приняли в семью. Вслух этот печальный для госпожи Грэм факт никто не подтверждал, но догадаться было нетрудно. Она относилась ко мне так, как относятся дамы ее возраста к девушкам моих лет только в двух случаях: или те их невестки, или падчерицы. Третьего не дано. Так как ее великовозрастные мальчики пока еще были холостяками, полностью подтверждался второй вариант.

Я не просто так сделала акцент на слове «пока». Мальчики, х-м, вот въелось это определение с легкой руки мачехи… Парни наверняка пользовались бешеным успехом у девчонок! Оба высокие, мускулистые, поджарые как племенные жеребцы, с правильными чертами лиц и приятным чувством юмора. Я бы такими братьями гордилась! Впрочем, они и были моими братьями. Я все еще не могла свыкнуться с мыслью, что попала в другой мир. Конечно, у каждого из них были свои тараканы.

Старший Бониэль, я решила называть его Боней, походил на юного солдафона, из которого лепили бравого генерала. Это его комната была декорирована серыми тонами с присущим всем истинным холостякам минимализмом. Я мимоходом поинтересовалась единственным изображением, украшавшим стену, на что получила ответ заткнуться и не лезть не в свои дела.

Но младший брат, Миканиэль, я решила называть его Микки, объяснил, что это портрет местной принцессы, которая вот-вот должна выйти замуж.

Принцессы?! Я обомлела от такой несправедливости! В нормальной сказке для замарашки был приготовлен принц! Принц! А не принцесса! Я ж не розовая, хоть розовый цвет очень люблю. Но не на себе потому, что реакция окружающих на меня становится снисходительно-жалостливой. Я ж как и принцесса, тоже блондинка.

Микки меня понял, он сказал, что не понимает страсти брата к безмозглой красавице с огромным приданным. Вот его интересуют исключительно умные мужики. Я хмыкнула, вспомнив про портреты в его комнате. И, разумеется, не стала его разоблачать, хоть сразу поняла, что никакой он не «голубой», а только прикидывается. На этот счет меня провести нельзя! Его заинтересованный взгляд за столом, когда он не сдержался, говорил о многом. Конкретно о том, что его оживляют симпатичные провинциальные девицы с вредным характером. С Микки мы подружились.

Большую часть дня я провела в его комнате, рассматривая многочисленные пузырьки и флаконы. Духи пахли божественно, таких волшебных ароматов я еще не встречала! Помада была сделала из масла лепестков роз, и ее хотелось съесть. Как приятно должно быть целоваться, когда губы тронуты таким замечательным средством! Нужно будет попробовать. В смысле… да в обоих смыслах, чего уж там. Пудра поражала разнообразием цветов, ее можно было использовать как тени. Тушью для ресниц служила пыльца древесного цветка с труднопроизносимым названием. Все это богатство стоило немалых денег, и было приобретено с целью излечить мальчика от внезапного приступа Божьей немилости. Так здесь называлась склонность к однополым людям. Мальчик пользовался косметикой как попало! Я не сдержалась и показала ему, что с чем следует делать.

Мы сидели и, хихикая, наносили друг другу помаду на губы, когда раздался визг мачехи:
<< 1 2 3 4 5 6 ... 16 >>
На страницу:
2 из 16