Оценить:
 Рейтинг: 4.67

Голубка

Год написания книги
2007
Теги
<< 1 ... 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 >>
На страницу:
9 из 14
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
– Она отругала нас за опоздание, я расстроилась, и поэтому…

– Ты расстроилась из?за Метлы?! – вытаращилась на нее Рита. Но подошел ее трамвай, девушка побежала на остановку, успев лишь махнуть подруге на прощание береткой.

Лера дотащилась до своего подъезда и вызвала лифт. Она могла долго водить за нос кого угодно – вечно занятую собой мать, поглощенного новым проектом отца, обеспокоенных дисциплиной и успеваемостью учителей, радующуюся жизни подружку, но… Лизу? Вездесущую домработницу, добровольную няньку, которая учила маленькую Лерочку застегивать пуговки и завязывать шнурки на ботиночках? Лизу провести было трудно.

Едва Лера переступила порог отчего дома, а точнее – огромной четырехкомнатной квартиры, Лиза заметила неладное.

– Что стряслось, касатка моя? – забеспокоилась она, принимая у девушки плащ и косынку. – На тебе лица нет.

– Замерзла немного, – более-менее ровно ответила Лерочка, не в силах заставить себя улыбнуться.

Лиза с сомнением покачала головой. Она бы продолжила допрос, если бы ей не показалось, что из кухни доносится звук, которого быть не должно.

– Что это ты готовишь? – спросила Лерочка с выражением страдания на лице. По квартире гуляли запахи будущего праздничного стола.

– Гуся! – крикнула Лиза. – Гуся с гречневой кашей… Ох, окаянный… Дымит!

Лиза принялась устранять неполадки, продолжая при этом громко разговаривать с Лерочкой.

– Гости придут! – охотно пояснила она, радуясь возможности поговорить всласть. – У папеньки нашего радость. Планы его утвердили, Лерочка, и самый главный начальник Петра Дмитриевича похвалил его окончательно. Петр Дмитриевич велел готовить парадный обед. Готовь, говорит, Лизавета, гуся и пироги с палтусом. Ну это уж как он любит. Татьяна Ивановна, как водится, заказала салат «Столичный», я уж нарезала целую кастрюлю. Как велено – мелко-мелко. А вот гусь меня чуть было не подвел…

Наконец она оглянулась – Леры рядом не было. Лиза, немедленно припомнив бледный вид девочки, отправилась искать ее по квартире. Ни в столовой, ни в своей комнате Леры не оказалось. Подталкиваемая какими-то незнаемыми силами, Лиза приблизилась к ванной. Постояла, прислушиваясь, и открыла дверь.

Лерочка, скрючившись, стояла над ванной. Ее бледное, обезображенное гримасой страдания лицо говорило само за себя. Лиза заглянула в ванну. Не сдержалась, охнула. Ее испуг мгновенно передался обессиленной девушке. На глаза выступили слезы.

Лиза включила воду, помогла девочке умыться и убрать в ванной. Молча они пришли в Лерочкину спальню.

– Гусь, наверное, несвежий, – виновато взглянув на Лизу, предположила Лера и закуталась в шерстяной плед. – Пахнет так…

Лиза покачала головой. Она задумчиво смотрела на свою любимицу и сопоставляла случайные наблюдения, которые раньше все оставляла на потом, не додумывая до конца. С самого сентября Лерочка начала казаться другой, не такой, как всегда. Щечки, обычно розовые, как бочок не сильно спелого персика, вдруг осунулись, побледнели… Куда-то исчезли ямочки, появляющиеся вместе с улыбкой. Теперь Лиза поняла куда – ведь исчезла и сама улыбка. Лерочка больше не заливалась смехом, как раньше, а родным она свою серьезность объясняла подготовкой к предстоящим выпускным экзаменам.

Лизе вдруг представился весь ужас возможного несчастья. А если их Лерочка серьезно больна?! Если она начнет чахнуть, как бедная Клава, – ни с того ни с сего? Отказываться от еды, худеть и терять силы? Нужно же срочно принимать меры!

Лиза метнулась в столовую, но Лерочка проворно догнала ее, повисла на плече:

– Лиза, куда ты? Что собираешься делать?

– Звонить нужно! Родителей разыскать, доктору позвонить, который Клаву вылечил. Ты нездорова, детка… Я сейчас, я мигом…

– Нет! – закричала Лера и совершенно безумными глазами потащила Лизу назад, в свою комнату. – Не надо звонить, Лиза, пожалуйста! Я прошу тебя, посиди со мной!

Лерочка заплакала, прижалась к Лизавете, а та испуганно гладила ее по спине и сжималась от жалости и страха за свою любимицу.

Лерочка сидела на кровати, закутавшись в плед, и держала Лизу за руку. Та пристроилась рядом, сбитая с толку. Несмотря на свою домовитость и хозяйственность, которую обнаружили в ней еще в юные годы, Лиза оставалась совершенно неискушенной в делах амурных. Сколько себя помнит, она всегда что-то готовила, стирала, штопала, заготавливала, мыла, солила, сушила, убирала. Лизе не довелось побывать замужем, и когда ей перевалило за тридцать, то за ней среди далекой немногочисленной родни в курской деревне закрепилось звание старой девы. Звание это Лизу ничуть не огорчало, и она знала, что так называют ее те, кто черной завистью завидует ее счастью. Лиза была довольна своей московской жизнью, и ни на что не променяла бы ее никогда. Но, оставаясь в некотором смысле младенчески чистой, Лиза теперь не могла взять в толк, что же стряслось с ее любимицей и как поступить ей, Лизе.

Она не придумала ничего лучше, как начать уговаривать Лерочку, словно малого ребенка. Дескать, нужно показаться доктору, тот выпишет лекарство, Лерочка выздоровеет и станет снова здорова и весела.

Лера слушала Лизин лепет, держась с нею за руки. Ей было сейчас все равно, что говорит Лиза, но было немного легче уже от того, что добрый человек греет ее своим душевным теплом. В какой-то момент нервы не выдержали, и она разрыдалась, уткнувшись в теплое Лизино плечо.

– Я не больна, Лиза, – сквозь рыдания выговорила она. – Я… мне кажется, я… у меня уже давно нет месячных!

Самым трудным оказалось выговорить эти слова. Теперь она смотрела исподлобья на ошарашенную Лизу и ждала ее реакции. Лиза с реакцией запаздывала. Она смотрела на Леру и молчала. Она никак не могла сопоставить ту крепышку Лерочку, что за обе щеки уплетала плюшки с киселем, с тем, что сейчас услышала.

Лерина тайна придавила Лизу.

– Лерочка… как же это… случилось? – только и смогла выдавить Лиза, прикрыв рот краем фартука.

– Я люблю одного человека, – сказала Лера, с удивлением обнаружив, что теперь ей уже легче говорить. Лиза невольно становилась соучастницей, пока не подозревая об этом. – И мы… у нас была близость. Он тоже меня любит, Лиза!

– Где же он теперь? Почему ты не познакомишь его с родителями?

– Он уехал! Он очень далеко уехал, Лиза! И он ничего не знает…

– Нужно сказать Татьяне Ивановне, – промолвила Лиза, и тогда они обе понимающе уставились друг на друга.

– Нет! – вскрикнула Лера и схватила домработницу за плечи. – Ничего не говори! Не смей!

– Но как же, Лерочка…

– Мы потом, Лиза. – Лерочка говорила горячо, напористо, и Лиза совсем растерялась. Лицо девочки блестело от слез. – Сначала я должна написать Юре. Он ведь ничего не знает. Рита принесет его адрес. Пока ничего не говори! Папа убьет меня! Нет, нет! Это потом!

Лиза и сама начинала представлять, что поднимется в доме, узнай они о случившемся. Но и прятать такое нельзя…

– Лизонька! Я прошу тебя! – умоляла Лера, видя, что та колеблется. – Я ведь так тебя всегда любила! Неужели ты выдашь меня теперь, когда мне так плохо, так одиноко! Лиза, я умру тогда, я не вынесу!

Лиза не могла слушать такие слова. Она почувствовала, как горячие слезы начали катиться по щекам. Крепко прижала к себе дрожащую, словно воробей, Лерочку.

– Нет, касатка моя, не бойся. Я всегда буду с тобой, маленькая, – приговаривала она, целуя свою любимицу в макушку. – Я не выдам. Пиши своему милому, подождем. Все образуется… Все будет хорошо…

В этот день Калерия не вышла к гостям, а вечером к ней прибежала Рита Малышева, и они весь вечер шушукались в Лериной комнате.

В конце месяца генерала Подольского провожали в командировку.

– Еду, дочка, на местах смотреть воплощение своего плана! – говорил генерал, прохаживаясь по небольшой, но светлой комнате дочери. – Ответственно, конечно, но и честь большая…

– Ты поедешь в Европу… – полувопросительно проговорила Лерочка, изо всех сил сжимая в пальцах учебник биологии. Она представила, что отец совсем скоро будет так рядом с Юрой, возможно, будет разговаривать с его отцом… У нее перехватило дыхание. – Как бы я хотела поехать с тобой!

– Будет, дочка, в твоей жизни еще и Европа, и все. Учись только хорошенько, не подведи батьку… – своим обычным, смешливым тоном прогремел генерал. – Осталось всего ничего, большая уже…

– Папа, – вдруг заговорила Лерочка, опустив глаза в пол и поставив на колени учебник. – Ты всегда будешь любить меня? Всегда-всегда?

– Что за вопросы, маленький? – не понял генерал и остановился посреди комнаты.

Он внимательно взглянул на дочь. Бледный профиль, закутанная в шаль фигурка. Вроде бы дома тепло, а она мерзнет. Как-то не может он привыкнуть, что дочь уже барышня. Ему удобнее говорить с ней как с маленькой. Пробуешь как со взрослой – она вдруг задает странные вопросы. Нет, лучше как с маленькой.

– О чем ты, Лелик, не пойму? – Генерал часто называл дочь детскими именами. Но тут дочь вскинула на него глаза, полные слез. Он поспешил уверить: – Конечно же, я всегда буду любить тебя, котенок! Как же иначе?

– А если… если, папа, я не оправдаю твоих надежд? Тогда…

<< 1 ... 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 >>
На страницу:
9 из 14

Другие электронные книги автора Алина Знаменская

Другие аудиокниги автора Алина Знаменская