– Экзорциста! – парировала Анна и во второй раз за день рассмеялась. Андрей хихикнул и нежно чмокнул жену в щеку. Оба подумали о первой вспышке всеобщего смеха во Дворце Бракосочетания. Когда свадебный регистратор, с положенным ей натужным пафосом произнесла сакральное «… пока смерть не разлучит вас!», в повисшей тишине Наташа твёрдо и жёстко произнесла из-под вуали фаты: «Разлучит… Не надейтесь!».
– Горько! – раздалось откуда-то с дальнего столика. Гоша деланно застонал. Он повернулся к жене и коснулся рукой её острого плеча.
Из фантазий о предстоящей сладкой и сказочной семейной жизни Наташу вывело прикосновение липких от разлитого коньяка пальцев. Она спешно опустила руку под стол, подняла голову и блаженно улыбнулась. Прямо напротив неё были прекрасные сияющие голубые глаза, обрамлённые темными ресницами. Глаза её обожаемого, безудержно любимого Гоши. Он улыбнулся – и сердце Наташи пропустило пару ударов. Он подхватил её под локоть, помогая подняться – и тепло его рук унесло молодую на вершины счастья.
Зал наполнился гулом и шумом. Гости вставали с мест, стучали вилками по бокалам и тарелкам, ударялись кулаки по столам. Лицо Гоши было уже совсем близко, Наташу обдало запахом коньяка и его любимого парфюма, которым Гоша щедро облился в честь праздничного дня. «Горько! Горько!» – крики сотрясали зал. Жених склонился ещё ниже, закрыл глаза.
– Горько!
– Горько!
– Раз!
– Два!
Поцелуй вышел диким, мокрым, пьяным. Наташа страстно целовала мужа в ответ, её голова кружилась от его запаха, от близости, от вкуса коньяка. Гости считали, дружно улюлюкали и хлопали в ладоши.
– Десять!
– Одиннадцать!
Гоша хотел было прервать поцелуй, но Наташа вдруг подняла руки, вцепилась мужу в лацканы пиджака и крепким захватом притянула его к себе ещё ближе. От неожиданности он даже охнул невесте в рот, когда та пальцами прихватила не только ткань костюма, но и рубашки, и даже больно щипнула кожу! Часть друзей бесстыже загоготали.
Ну и плевать! Пошли они все! Он теперь принадлежит ей! Гоша теперь её!
– Двадцать один!
– Двадцать два!
Гоша попытался рукой мягко оттолкнуть Наташу, но та перехватила его кисть и положила себе на талию.
– Тридцать четыре!
– Тридцать пять!
– Всё, ребята, хватит! Мы всё поняли! – взмолился Жора, кривляясь, рухнул на колени и сложил руки в молитвенном жесте. Под громкие крики и аплодисменты Наташа, наконец, оторвалась от мужа и с победной улыбкой оглядела зал. Тёмно-красная помада размазалась по лицу, искривив очертания её рта, окрасив кожу на щеках вытянутыми кляксами.
* * *
– Если я сейчас не сниму чёртовы туфли, я кого-нибудь убью! – устало пригрозила Анна, пересекая порог.
– Спасибо, милая, что не в моё дежурство-а-ай! – голос Андрея из развеселого сорвался на недовольный вскрик – жена шутливо ткнула его острым пальчиком в ребра. – Нападение на сотрудника полиции, дамочка!
– Т-ты, уф, – Анна попыталась схватить мужа за талию, но тот вывернулся и ловко шлепнул её по заднице, – Ай! Ты не при исполнении! И выпил! Ещё мне пьяные менты не указывали! Всё, сил моих больше нет!
С этими словами она тяжело села на пуфик в коридоре. С наслаждением стянула с себя туфли на высоких каблуках и швырнула их сначала одну, потом вторую куда-то вглубь коридора.
– Красноречиво! – хмыкнул Андрей и аккуратно ставя свои начищенные ботинки на обувную полку. Анна закрыла глаза, устало привалилась спиной к стене. В опустившейся на веки блаженной темноте звуки казались более отчетливыми. Заскрипели по дереву колесики – это Андрей отодвинул дверцу шкафа купе. Раздалось постукивание пластика и позвякивание металла – вешалки от движения рук заколотились друг об друга, загремели по стойке. Зашелестела грубоватая ткань – муж снял пиджак и сейчас пытается развесить его на плечиках.
В глубине Аниной сумочки затренькали звуки ксилофона и загудела вибрация – очнулся чей-то телефон. Андрей так и замер с вешалкой в руках, ожидая, пока жена, шипя сквозь зубы про полуночников, выудит из сумочки один из двух смартфонов.
– Не мой, – Анна повертела в руках свой смартфон в розовом чехле. Экран был погашен, телефон не подавал признаков жизни. Она запустила руку в сумочку ещё раз и выудила неистово жужжащий и надрывающийся рингтоном телефон Андрея. Посмотрев на экран, Анна сочувствующе подняла брови:
– Ну, класс… Толик звонит…
– Бли-и-и-ин! – протянул Андрей и, не скрывая раздражения, сунул вешалку с пиджаком в шкаф, при этом смял его так, что все усилия по развешиванию пиджака оказались тщетны. Крючок плечиков жалобно звякнул от удара об рельс-держатель. Мужчина взял в руку свой телефон, ещё раз нетерпеливо глянул на высветившееся имя и нажал зелёную кнопку. Анна устало покачала головой: служба и опасна и трудна и частенько страшно не вовремя!
– Толян, ну что там у тебя? – на выдохе произнес Андрей и закрыл глаза, ожидая услышать от напарника очередную отповедь про буйных гопников, с которыми, конечно же, без участкового одному дежурному не справиться! Однако быстрая, отрывистая речь Толяна из трубки заставила Андрея замереть соляным столбом.
«Что там?» – шепотом спросила Анна, придвинувшись на пуфике ближе, но муж замахал на неё рукой. Он нахмурил брови и с чем-то быстро соглашался в трубку, попутно снимая с крючка полицейскую куртку.
– Понял! – Андрей перебросил телефон из одной ладони в другую, продевая руки в рукава формы. Он протянул руку Анне, погладил жену по теплой щеке, не переставая слушать напарника, и уверенным жестом натянул фуражку на затылок, – только я тут…, – Андрей поднес ладонь ко рту, быстро выдохнул в неё, принюхался и поморщился, – я тут с мероприятия, за руль не сяду, пришли за мной… Прислал? Молодцом! Всё, до встречи!
Анна снова порылась в сумочке, достала оттуда початую пачку мятной жвачки и передала мужу. Тот благодарно кивнул и сунул в рот сразу три пластинки.
– Что в этот раз? – Анна поднялась с пуфика и бережно расправила ворот куртки Андрея.
– Такси с Ляховского моста слетело в реку! Там парочка была, только поженились, представляешь? – Андрей посмотрел на экран смартфона, ожидая сообщения от водителя служебной машины.
– Ужас какой! –Анна всплеснула руками, показывая на своё вечернее платье. – И мы только со свадьбы приехали! Какое совпадение…
– Страшное, Анют, – Андрей приобнял жену и прижал к себе.
– И как дела? Что Толян сказал? – Анна в ужасе куснула костяшки пальцев.
– Пока не ясно ничего! Очевидцев мало, заграждение на мосту пробито, такси на дне! Только жених выплыл, но Толян сказал – там ничего пока не добиться! Сейчас водолазы подъедут и…
«Дзынь!» – раздалось у Андрея в руке. На смартфон пришло сообщение от водителя. Из приоткрытого окна со двора запела полицейская сирена, зашелестели колеса.
– Я побежал! Судя по всему, будет два трупа, так что к утру не жди, – мужчина разжал объятия, чмокнул Анну в щеку и с помощью длинного рожка в два быстрых движения обулся, не развязывая шнурков на туфлях.
– Напишешь, как будут дела? – попросила Анна и, получив от супруга удовлетворительный кивок, закрыла за ним входную дверь. Она щелкнула выключателем и прошла, осторожно ступая изящными ножками в капроновых чулках, на осветившуюся желтоватым светом кухню. Анна налила в высокий граненый стакан воды и выпила медленными глотками, стараясь отогнать жуткие мысли. Мало ли сколько людей могли пожениться сегодня вечером! Необязательно же…
* * *
Голоса. Их было так много! Они что-то взволнованно выкрикивали, кто-то ругался, кто-то кричал и подзывал других…
Плеск реки и холод. Пронизывающий мокрый холод. И эта отвратительная вонь! Как же смердит дурацкая река! Будто все водоросли на свете решили в ней стухнуть!
Гоше казалось, он никогда не избавится от этого запаха… И вкуса. Он весь пропитан этой чертовой рекой…
Темноту вдруг разрезала такая яркая вспышка света, что Гоша застонал и отшатнулся. Чьи-то руки с силой вцепились ему в плечи и приподняли туловище, сопротивляющиеся веки снова разлепили, и вновь слепящий свет появился перед глазами. Голоса были совсем близко, что-то кричали прямо в ухо, но Гоша никак не мог понять…
Шлёп!
Звонко хлопнула чья-то ладонь о Гошину щёку. Через мгновение правую стону лица запоздало ожгло ударом, будто разом ужалило несколько ос. Мужчина застонал, затряс головой, попытался приподняться, но тут же жёсткие руки усадили его обратно.
– Кирилл Саныч! – возмутился женский голос справа. – У него и так сотрясение! Решили добавить?