Оценить:
 Рейтинг: 0

Мой хозяин

Год написания книги
2020
Теги
<< 1 2 3 4 5 6 7 8 9 ... 29 >>
– Нет, так дело не пойдёт, – тут же процедил охранник и повернул мою голову обратно.

– Поосторожнее с ней, – предупредил кто-то. – Всё же хозяйская игрушка.

Тот, что хотел поцеловать меня, презрительно хмыкнул и накрыл рукой мой лобок. Я снова почувствовала чужие пальцы…

– Узкая и сухая, сука, – прохрипел он. Убрал руку и принялся расстёгивать ширинку.

Я забилась в истерике. От каждого нового движения боль в плече становилась сильнее и сильнее, но что это в сравнении с тем, что они сделают со мной?! Кто-то из них гладил моё бедро, другой просто держал, и член его, упирающийся мне в поясницу, становился всё твёрже.

Внезапно рация, лежащая на столе, ожила. Нехотя стоящий передо мной охранник посмотрел в сторону звука и бросил:

– Кость, ответь.

Разобрать доносящихся из динамика слов я не смогла. Я вообще ничего не могла разобрать – так сильно стучало моё сердце, так билось у меня в висках одно только «пожалуйста, нет». Перед глазами всё плыло, мысли вертелись, и я почти ничего не соображала. Моё сознание заполонил ужас, все мои внутренности заполонил ужас, душу мою заполонил ужас. И снова у меня не было сил стоять. Согнувшись, я заплакала с новой силой. Плечо отозвалось такой резкой болью, что я не смогла сдержать сдавленного крика. Зашлась в рыданиях.

– Ведите её в дом, – внезапно проговорил тот, что разговаривал по рации.

– В смысле? – осведомился один из стоящих рядом со мной охранников. – Хозяин же…

– Не знаю, – с раздражением отозвался тот, с рацией. – Приказ хозяина – девку в дом и не трогать.

Я взвыла. Не знаю от чего. Облегчения не было, лишь очередная волна страха. Неужели он придумал что-то хуже?! Что он сделает со мной?! Что он решил со мной сделать?!

В голове помутилось, я почувствовала, что меня больше не держат и, отшатнувшись, метнулась к стене. Стояла и смотрела на всех этих мужчин, не понимая, что происходит. Стоило одному из них сделать ко мне шаг, на коже выступили мурашки. Я пыталась прикрыться руками, но выходило плохо. Голодный взгляд тёмных глаз не оставлял в этом сомнений.

– Одевайся. – Охранник швырнул в меня скомканное платье.

Как-то я поймала его, прижала к груди. Губы дрожали, да и вся я дрожала. Кое-как натянула платье. Молнию мне застегнуть не дали – опять толкнули в спину.

– Шевелись, – только и услышала я, едва перебирая ногами, и через несколько секунд оказалась на улице.

Глава 4

Не знаю, чего я ожидала. Может быть, что меня приволокут в дом и бросят в ноги Вандору, как это случилось накануне, может быть, что окажусь у него в кабинете. Но к хозяину меня не повели.

Я плохо помню, как меня волокли по лестнице на второй этаж. Ужас пережитого был настолько велик, что озноб не то что не прошёл, напротив, стал лишь сильнее. Я не сразу осознала, что стою у двери своей комнаты на втором этаже, и опомнилась только, когда меня втолкнули внутрь. Услышав звук проворачивающегося в замке ключа, я обернулась и сделала нетвёрдый шаг к постели. Но не дошла – так и упала, словно подкошенная, посреди комнаты на колени. Зажала рот ладонью и почти беззвучно заплакала.

Грудь болела, между ног всё ещё чувствовала чужие пальцы, грубые отвратительные прикосновения, тело казалось грязным и липким. Больше всего на свете я хотела встать под горячую воду и смыть с себя всю эту мерзость, но для этого надо было вначале просто встать. А встать в данный момент было выше моих сил.

Ещё несколько часов назад эта комната казалась мне тюрьмой, теперь же я молилась о том, чтобы дверь оставалась запертой. Не вытирая слёз, глянула в сторону выхода, словно хотела убедиться, что я в безопасности. Подтянула к себе согнутые в коленях ноги и, уткнувшись в них лбом, снова всхлипнула. Разве это жизнь?! Вот так, в постоянном страхе? С пониманием, что за любой твой проступок последует наказание? Что ты – бесправное существо, предназначение которого лишь в том, чтобы ублажать собственного хозяина?

Нет. Я не хочу так, не смогу! Лучше взять и разом прекратить это. Кое-как я встала с пола и, пошатываясь, прошла в ванную. Осмотрелась по сторонам, лихорадочно ища что-нибудь, что можно было бы использовать как… Что могло бы прекратить всё это. Взгляд наткнулся на белый шёлковый халат. Если взять поясок и привязать к чему-нибудь…

Вынув пояс из петелек, сжала его в кулаке и почти тут же отбросила на пол. Снова закрыла рот ладонью и зарыдала. Нет! Я хочу жить, я люблю жизнь. Почему я должна вот так?! Почему?! Плечи судорожно затряслись, и я, сама не зная зачем, помотала головой. Нет!

Дошла до ванной и как была – в платье, залезла внутрь. Включила воду и только потом принялась раздеваться. Платье липло к телу, а мне казалось, что это и не платье вовсе, а вся та мерзость, что я пережила. Я будто бы снова чувствовала прикосновения похотливых мужских рук, грубые пальцы, настырные губы, и это доводило меня до исступления, до истерики.

Кое-как раздевшись, я вновь подтянула ноги к груди и уткнулась в коленки. Шумно выдохнула. Из-за ранок стопы сильно щипало, и это было, наверное, тем единственным, что удерживало меня в реальности, не давало рассудку затуманиться. Я хочу жить. Хочу жить. Только… Потихоньку заскулив, прикусила кожу на колене. Не думать, не вспоминать. Просто забыть этот день, словно и не было его никогда. Словно всё, что произошло после моего побега – далёкий ночной кошмар. Забыть. И не делать больше опрометчивых поступков. Матвей, Господи… Ты же должен был выкупить меня! Ну почему?! Почему ты за мной не приехал?! Милый мой Матвей…

Я понимала, что выбора у меня нет. Лучше уж добровольно сдаться, подчиниться воли Вандора, чем ещё раз пережить то, что я пережила этим утром. Потому что этим утром он передумал, но если всё повторится… К горлу подкатила тошнота, и чтобы унять её, мне пришлось сделать глубокий вдох. Вдох получился неровным, надрывистым. Я выпрямила ноги и, повернувшись боком, погрузилась в воду до самого подбородка. Уставилась на чёрную стенку ванной и почему-то подумала, что я, должно быть, играю в данный момент роль жемчужины. Жемчужина…

Весь день ко мне никто не приходил. Я немного успокоилась, хотя при каждом доносившемся из-под двери шорохе вздрагивала, словно от удара плетью. Солнце за окном достигло зенита и потихоньку покатилось к закату, постепенно дом начали окутывать сумерки. Весь день мне очень хотелось спать. Слёзы и эмоциональное потрясение, должно быть, вытянули из меня все силы, но уснуть не давало постоянное напряжение и преследующее меня чувство страха. Стоило закрыть глаза, как тут же вздрагивала. Комната вновь стала моей тюрьмой. Про меня словно бы забыли, и это беспокоило меня. Потому что в то, что Вандор действительно про меня забыл, я не верила. Чего он выжидает? Что это, один из психологических приёмов, призванных довести меня до срыва? Так я и без того на грани. Лучше бы он пришёл сразу, лучше бы сделал уже всё, что хочет…

Сидя у окна, я смотрела на залитый кроваво-алым закатным солнцем горизонт. Будет ли у меня когда-нибудь ещё хотя бы капля свободы? Я столько в жизни не видела, не знала… Чёрт подери, мне было себя жалко! Именно жалко! Потому что я знала – ничего хорошего меня уже не ждёт. И всё-таки моё глупое сердце, душа, отчасти наивная, ещё на что-то надеялись. И я надеялась. На что? Не знаю… Просто знала – если во мне умрёт эта надежда, умру и я сама.

Ключ в замке провернулся, и я, моментально напрягшись всем телом, резко обернулась. В комнату вошла горничная. Я посмотрела на неё с вопросом. Хотелось есть, и в тайне я надеялась, что она принесёт мне хоть немного еды, но руки её были пусты.

– Господин Вандор Александрович ждёт Вас, – только и сказала она безучастным голосом, ожидая, когда я подойду.

Тянуть я не стала. К чему? Наряду с очередным приступом страха я испытала какое-то облегчение. Вот и всё…

Встав с мягкого пуфика, я приблизилась к женщине и, смерив абсолютно твёрдым взглядом, ответила с той же холодной учтивостью, что звучала в её голосе:

– Не будем заставлять его ждать. Наш хозяин ведь не любит, когда его заставляют ждать, правда?

Горничная промолчала, но на мгновение во взгляде её мелькнуло явное недовольство, а губы сжались в линию. Удовлетворения от собственных слов я не испытала, однако нечто тёмное, вспрыснувшееся в кровь ядом, заставило меня вздёрнуть голову. Да, дорогая, он и тебе хозяин. Хозяин, господин. Только ты сама выбрала это для себя, тогда как меня заставили.

Мы прошли по длинному, устеленному мягким ковром холлу и оказались возле широких двойных дверей. Постучав, горничная открыла их и вошла внутрь. Взору моему тут же открылась огромная спальня, выполненная опять же в тёмных тонах, на этот раз – в тёмно-коричневом и каштановом. Тёмно-коричневые тяжёлые портьеры на окнах, покрывало на постели с абстрактным рисунком, мягкий ковёр под ногами. Несмотря на царящий в комнате мрак, большое пространство не создавало ощущение давления. Я уловила лёгкий запах сандала и табака, нечто терпкое – такой же запах исходил от самого Вандора.

– Ожидайте господина тут, – сказала горничная, подведя меня к постели, сама же направилась к двери.

Значит, у этой восковой куклы приказ оставить меня тут одну. Впрочем, нет. Я прислушалась. Из-за двери, находящейся в углу спальни, слышался шум льющейся воды. Должно быть, Вандор в ванной… Поняв это, я сглотнула. Горничная направилась к двери, но вслед я ей уже не смотрела. Сама того не замечая, сжала руки в кулаки и поняла это, только почувствовав боль от собственных ногтей, впивающихся в кожу. Несколько секунд стояла и неотрывно смотрела на закрытую дверь ванной, а потом опустилась на край постели. Должна ли я что-то говорить ему? Должна ли я вообще что-то говорить? Ведь я кукла, вещь, игрушка, а игрушки не разговаривают.

Плотно сдвинув ноги, я стала ждать. Прошло не меньше десяти минут, прежде чем шум воды стих. Спустя ещё минуту дверь распахнулась, и я увидела стоящего в проёме Вандора. Волосы его были влажными, а бёдра обёрнуты тёмно-коричневым полотенцем. Готический принц… В этом тёмном царстве есть хоть один лучик света?!

Заметив меня, он прошёлся по мне оценивающим взглядом и, ни на чём не задерживаясь, вошёл в комнату. Выглядела я не очень: веки всё ещё были немного припухшими, а лицо очень бледным, и я знала это. Но не надеялся же он, что после того, что едва не случилось в том низком доме из серого камня со мной будет всё в порядке? Не будет. Возможно, не будет уже никогда.

– Поможешь мне одеться, – бросил Вандор, не поворачиваясь.

Одеться? Я посмотрела на него с недоумением. То есть я должна помочь ему одеться?! И как мне это сделать?! Помочь просунуть ему руки в рукава или подержать трусы, когда он будет просовывать ноги в прорехи?! Он же взрослый мужчина, так неужели ему нужна чья-то помощь?!

– Подойди, – вновь бросил он, и я послушно встала.

Приблизилась и, почувствовав исходящий от него запах мыла смешанного с исходящим теплом, сглотнула. Вандор медленно, лениво обернулся и посмотрел на меня – вначале в лицо, потом в вырез халата. Под его холодным, стальным взглядом я съежилась. Пальцем он провёл по коже вдоль ворота, чуть отодвинул край в сторону и оголил мою грудь. Я заметила, как в глубине его ледяных глаз вспыхнуло чёрное пламя. Думала, он дотронется до меня, но он этого не сделал, только отодвинул и другую сторону халата так, что теперь грудь моя была голой.

– Опустись на колени, – тихо приказал он.

Поначалу я не совсем поняла, чего он от меня хочет. Он пугал меня – сила, исходящая от него, колкий лёд его взгляда, поросль тёмных волос на его груди, его тихий бархатный голос, не оставляющий мне права выбора. Взгляд мой метнулся к его лицу, а он, не произнеся больше ни слова, указал на пол. Я подчинилась. Опустилась на колени, и как была, в наполовину распахнутом халате, посмотрела на него снизу вверх. Он чутка дёрнул подбородком, и только теперь мне стало ясно, что означал этот приказ. Прямо перед моим лицом было полотенце. То самое тёмно-коричневое полотенце, что скрывало его бёдра.

В горле мигом пересохло, и я снова сглотнула вставший в горле тугой ком. Выдохнула. Пальцы мои нерешительно дёрнулись, и я несмело тронула узел. Противиться даже не подумала – слишком хорошо запомнился сегодняшний урок. Кара за неповиновение будет очень суровой, и Вандор ясно дал мне это понять.

Ткань полотенца топорщилась, я понимала, что он уже возбуждён, и боялась увидеть это. Снова посмотрела снизу вверх, но стоило мне сделать это, рука Вандора опустилась на мой затылок, и он резко подтолкнул меня вперёд. Я подползла совсем близко. Потянула узел, и в следующий миг полотенце упало на пол.

Член его был огромным. Таким огромным, что у меня заколотилось сердце. Как мне сделать это?! Я же никогда не делала ничего подобного. Против воли вырвался всхлип, а к глазам подступили слёзы.

– Бери его, – донеслось до меня. – Иначе я могу и передумать.

Он действительно мог передумать, и я понимала это. Только от понимания легче мне не становилось, напротив, затрясло почти так же, как и днём. Слёзы покатились по щекам, из груди вырвался новый всхлип. Вандор снова толкнул меня, и я впечаталась в его пах. Шумно вдохнув, он намотал мои волосы на свою ладонь и ткнул носом. Невольно я упёрлась ладонями ему в бёдра.

<< 1 2 3 4 5 6 7 8 9 ... 29 >>