Душевные метрики. Пьесы

Космическая феерия о создании вселенского монстра в 11 актах.

Акт 1

Темно, холодно. Никого. На фоне едва уловимых аконкретных звуков по сцене пролетают (как гигантские маятники) массивные тела, символизирующие неумолимо текущее время. В глубине возникает яркое пятно. Оно растет, приближаясь к нам с всевозрастающим звуком одной звенящей ноты. И вот уже четко улавливается этот звук, это одинокая однообразная нота. Мы слышим звук «Я».

«Я. Я! Я!! Я!!? Я!?? Я? Я?? Я???…»

(Тени разделяются на две группы, которые сливаются в две тени).

– Почему, собственно, Я? И что такое Я? Кто это сказал?

– Я!

– Кто это «Я»?

– Я – это я, а кто спросил?

– Я!

– Непонятно…, а кто тогда Я?

– Если кто – то сказал «Я» и это не я, тогда нужно узнать, кто это сказал!

– И как же это сделать?

– Сделаем так. Я буду называться «Я», а тот, кто сказал «Я», будет называться «ТЫ».

(С одной стороны, небольшая вспышка)

– Это кто, я, что ли?

– Это плохо звучит? Почему молчишь?

– …

– Я не хотел тебя обидеть… Ты уходишь?

– …

(С другой стороны чуть посветлело)

– Послушай, не молчи! С тобой мне веселее, да и привык я уже…

– Ладно, тогда давай сделаем наоборот. «Я» – это я, а «Ты» – это ты…

(Вспышка со второй стороны)

– …

– Ну, вот, теперь ты обиделся… ты уходишь?

– Этого следовало ожидать! А ты об этом не думала? Ладно, забудь! Ты уходила… я уходил…

– Стоп, это почему ты так сказал? Почему это ты подумал, а я подумала? Почему наоборот?

– Не знаю, само собой вырвалось…

– Так мы не до чего не договоримся! Надо что-то придумать…

Темно, теплее. Те же.

– Ну, что, придумал?

– Нет, а ты придумала?

– Тоже нет, ну, давай думать дальше…

– (Поспешно) Нет, не надо, что тут думать, давай лучше договоримся полюбовно и будем общаться…

– Как договоримся? (Возмущенно) Полюбовно? Что ты себе позволяешь, да мы только второй раз встречаемся и уже вот такое… (Слышится плач)

– Ты что делаешь?

– Плачу, ты же оскорбил меня своей нескромностью!

– Я? Когда?

– Да только что!

– Ну, дела!

– Извиняться будешь?

– Это как?

– Ну, извини, мол, не хотел я тебя обидеть, больше не буду!

– (Удивленно) Как же я могу обещать, когда не знаю, на что ты обидишься в следующий раз?

– Логично, тогда скажи хоть, что постараешься не обижать…

– Да откуда же я могу знать…

– Я подскажу!

– А как насчет тебя?

– Договоримся…

– Хорошо, извини, постараюсь.

– Мне кажется, нам есть о чем подумать.

– Да, не помешает…

Темно, еще теплее. Те же.

– Это ты?

– Это я! (Осторожно) А кто спрашивает?

– Это я. Привет.

– (облегченно) Привет. Я вижу, что ты ничего так и не придумал!

– Нет, не придумал. А ты?

– Тоже нет. Что же делать?

– Ты так хочешь быть этим самым «Я»?

– А ты нет?!

– (Со вздохом) И я тоже. Это просто кошмар!

– Слушай, а давай оставим этот вопрос открытым.

– Это как же?

– Да очень просто, пусть для меня «я» – это я, а для тебя то же самое, только наоборот, понял?

– А как же мы будем отличать друг друга?

– Для меня «ты» – это ты, а для тебя я – это «ты», идет?

– Слушай, запутаемся мы так…

– Привыкнем, вот увидишь.

– А если кто придет, как мы тогда?

– (Удивленно) Как это кто – то придет, разве нас не двое?

– Ты меня пугаешь!

– Теперь я должна извиняться?

– Похоже на то…

– Ну, извини!

– Так что же нам делать?

– Давай подумаем…

Темно, жарко. Те же.

– Ну, так что ты придумал?

– Ты знаешь, мне этот процесс начинает нравиться. Я придумал вот что. Я буду называться «Он», а ты будешь называться «Она». Как тебе?

ОНА. Не очень, но, как временный вариант…

ОН. Принято!

ОНА. Не очень спеши, надо еще подумать, не означает ли это чего-нибудь, а то еще смеяться будут…

ОН. Кто? А, эти, которые могут прийти? Да я им…

ОНА. Какой быстрый, быстро только…

ОН. Что?

ОНА. Не придумала еще. А вот интересно, что ты умеешь?

ОН. (Удивленно) Я? Не знаю, пока не пробовал ничего. Думать могу, вот, с тобой разговариваю.

ОНА. А как же ты меня от чужих защищать будешь?

ОН. Каких чужих, это которые смеяться будут? Так я им скажу, что плохо смеяться, пусть извинятся!

ОНА. (Язвительно) Вот так защитник! А сделать что-нибудь сможешь, ну, чтобы испугать, к примеру?

ОН. Испугать? Так потом же придется извиняться! Не хочу!

ОНА. А если они меня все равно обижать будут?

ОН. Ну, тогда я сделаю вот так… (резкая вспышка, пропадают массивные тела, время как бы замедляет свой головокружительный бег, и из бесконечной темноты раскручивается туманность. Она все ближе и ближе к нам, еще миг, и… вместе с каскадом прекрасной гармоничности аккордов превращается в звездное небо – маленький подарок вечной тьмы. Большой танцевальный номер «танец звезд», на фоне которого идет диалог). Ой – ей – ей!!!

ОНА. Что это ты сделал? Ты что, с ума сошел?

ОН. Ты же сама просила!

ОНА. Надо обдумать, что делать с этим безобразием…

Акт 2

Светлее, тепло. Те же.

ОНА. Ты меня слышишь?

ОН. Слышу. И что ты мне скажешь?

ОНА. Скажу, что, несмотря на последствия, я рада, что у меня такой могущественный друг.

ОН. Друг? Это что-то новенькое. И что это значит?

ОНА. Поймешь позже. Вообще – то говоря, мне даже нравится твое творчество. Раньше было пусто и темно, теперь же ярко и красочно. Где ты взял столько всего? Все летает, крутится, взрывается, вспыхивает. Очень красиво! Куда не взглянешь…

ОН. Где взял! Да я сам не знаю. Просто подумал, что кто – то придет и тебя заберет, и разозлился очень. Сам себе удивляюсь. Только куда это все девать, ума не приложу.

ОНА. Да пусть так и будет, никто же претензий не предъявил. Мне нравится.

ОН. Мне тоже нравится. Только от раздумий отвлекает.

ОНА. Я вот о чем подумала. Если ты смог сделать вот такое чудо, не смог бы ты сделать так, чтобы мы могли видеть друг друга?

ОН. Как это?

ОНА. Ладно, попробую сделать сама, а то долго объяснять. Так, ты такой солидный, светлый и холодный, и голос у тебя низкий. (Возникает туманное облако. Когда оно рассеивается, мы видим мужскую фигуру. Ее подхватывают танцующие звезды. Танец «Его Явление»). Вот такой большой. Как, тебе нравится?

ОН. Что значит нравится? Мне же сравнить не с кем, ты себя покажи, тогда и мне будет легче определиться. А чтобы тебе легче было, я тебя опишу, какой ты мне представляешься. Ты, конечно же, не такая солидная как я, но формами помягче, что-то есть в тебе темное, но очень теплое, голос твой приятный и высокий, но не очень.

ОНА. У меня неприятный голос?!

ОН. Да нет, не очень высокий! Как тебе портрет?

ОНА. Скажу, что ты меня еще мало знаешь, но, в общем, суть схватил правильно. Попробуем сделать что-нибудь. Не получается из того же материала, надо найти потемнее. Ага, вот оно. (Также возникает туманность, из нее появляется женщина. Танец – дуэт на фоне танцующих звезд.). Готово, ну как тебе?

ОН. Великолепно, ты мне очень нравишься, даже больше, чем я сам себе нравлюсь. Я смотрю, ты не без способностей и вместе с тобой мы – ух (по звездному небу прошла рябь), чего сделать сможем…

ОНА. «Ух» пока отменяется. Давай пока обдумаем то, что произошло. До свидания, друг мой.

ОН. До чего?

– …

Акт 3

Светло, тепло, яркое звездное небо. Те же.

ОН. Ты где?

– …

ОН. Э-эй! (Озабоченно) Где же ты?

ОНА. Ну, чего ты шумишь? Я здесь, куда мне деться?

ОН. (Облегченно) А почему молчишь?

ОНА. (С наигранным возмущением) Я молчу? Снова обидеть хочешь?

ОН. Да нет, я же позвал, а ты не отвечаешь, вот я и забеспокоился.

ОНА. Тогда другое дело. (Почти мурлыча). Я здесь нашла этакую планетку, просто прелесть. Вся такая голубая и крутится так потешно. Там еще много голубой жидкости. Мне нравится наблюдать, как она течет. (Вздыхает) Успокаивает.

ОН. И что ты намерена делать, наблюдать и успокаиваться? А кто тебя расстроил, что тебе надо успокоиться?

ОНА. Слушай, ты задаешь столько вопросов! Пойдем, посмотрим какая она красивая.

ОН. Не хочу.

ОНА. Снова обиделся? Ну не надо, пойдем со мной…

ОН. Что значит – пойдем? Чем это мы пойдем, и по чему мы будем идти?

ОНА (Обреченно вздыхает). Если ты будешь задавать столько вопросов, то я пойду сама, а ты оставайся.

ОН. И останусь!

– …

ОН. Эй, ты что, ушла?

– …

ОН. Вот уж эти…

ОНА. Кто эти? Выражайся яснее!

ОН. Ты еще здесь? Ладно, пошли, посмотрим твою игрушку.

ОНА. Так бы сразу, а то все говоришь обидные вещи!

(Вместе с танцующими звездами из глубины космоса плывет жемчужина – звезда. Она переливается изумрудным и бирюзовым цветами. Это – Земля).

ОН. (Удивленно) Действительно красиво…

ОНА. (С насмешкой) Не слишком то ты скромен!

ОН. Что ты имеешь в виду?

ОНА. Восхищаешься своим творением на виду у всех…

ОН. Каких это всех?

ОНА. Ну, у меня, например…

ОН. (Удивленно) А ты разве «все»?

ОНА. А разве нет?

ОН. (Задумчиво) Я бы не сказал…

ОНА. (Быстро) Мне надо подумать…

Акт 4

Светло, тепло. Земля. Те же. Музыка.

ОН. Ты здесь? Теперь я буду знать, где тебя искать. Что у тебя нового?

ОНА. У меня к тебе вопрос, можно?

ОН. Давай, спрашивай.

ОНА. Ты вчера сказал, что я не «все». Это значит, что ты ко мне неравнодушен?

ОН. Неравнодушен? Надо подумать…

ОНА. А ты ответь, не думая!

ОН. Вопрос серьезный. К тому же я не хочу тебя обидеть…

ОНА. Значит, равнодушен?

ОН. Я бы хотел уточнить понятие…

ОНА. Не юли, отвечай прямо!

ОН. (Осторожно) А если я скажу, что пока не знаю точного ответа, ты не уйдешь?

ОНА. Я думаю, что тебе нужно будет подумать о твоем отношении ко мне…

ОН. Значит, уйдешь… к кому? Ах, да, никого же нет…

ОНА.…

ОН. Эх, и тянул меня кто – то за язык вчера, так ведь хорошо было…

ОНА. Я жду!

ОН. Мы что, не можем остаться добрыми друзьями?

ОНА.…

ОН. Ну, хорошо, сдаюсь, я очень рад, что ты есть, без тебя мне будет, я думаю, плохо. Я ответил на твой вопрос?

ОНА. Я так и думала. Теперь, когда мы решили, что будем всегда вместе, нам нужно выбрать, где же мы поселимся. Я предлагаю вот эту голубенькую планетку. Мы ее обставим получше…

ОН. Всегда? Это надо обдумать…

ОНА. Думай, дорогой, а я тоже подумаю, как бы это лучше сделать…

Акт 5

Тепло, светло. Земля. Те же. Музыка. Балет в круговом движении разворачивает огромное голубое полотнище на всю сцену, символизирующее воду. Кулисы превращаются в светлые потоки воды, на заднем плане – живой дождь. Огромные радуги расцвечивают всю сцену. Посередине сцены возникают Он и Она.)

ОНА. Ну что, надумал, дорогой?

ОН. Да нет. Лезут в голову всякие странные мысли…

ОНА. Какие?

ОН. Такие, как вот эта: а что было до того, как мы встретились?

ОНА. А почему ты об этом подумал?

ОН. Так если ты помнишь, мы закончили на слове «всегда»…

ОНА. Не знаю, на чем закончил ты, а я закончила на словах «как бы лучше это сделать», поэтому у меня к тебе тот же вопрос, что ты по этому поводу придумал?

ОН. (Удивленно) Да я по этому поводу и не думал ничего…

ОНА. Вот так всегда, снова то же самое, словно только мне это надо!

ОН. Ты о чем, собственно?

ОНА. Забыл? Оно и не мудрено. Чем философствовать, взял бы и сделал бы чего-нибудь полезное.

ОН. Например?

ОНА. Ты меня утомил, а я хотела поработать над нашей новой идеей…

ОН. Так поработай, а я посмотрю и, если смогу, то помогу…

ОНА.?!

ОН. Ну, так скажи, чего ты от меня хочешь?

ОНА. Идею, друг мой, идею!

ОН. А по какому поводу?

ОНА. По поводу нашего нового жилища.

ОН. Я вот хотел спросить, а зачем нам это?

ОНА. Затем, что каждый должен где-то жить, ведь мы же не бездомные какие-нибудь!

ОН. Не совсем понятно, ну да ладно. Если ты хочешь обставить новую квартирку, я тебе помогу. Что в этом деле главное?

ОНА. Снова слова, слова…

ОН. Хочешь сразу дела? Пожалуйста! (Меняется музыка, свет и сцена как бы умирают, превращаясь в бесконечное царство льда и снега. На белом полотнище появляются снежинки – балет. Голубые полотна заменяются белыми. Танец «Адажио смерти» прерывается пугающим грохотом ломающегося где-то вдали океанического льда.)

ОНА. Что же ты сделал, несчастный? Она же вся замерзла!

ОН. (Гордо) Зато красиво как!

ОНА. А где же жидкость моя голубая, что теперь меня успокаивать будет?

ОН. Не угодил! Вот беда…

ОНА. Верни все назад, а не то…

ОН. Не смогу, дорогая, пусть она сама оттаивает. Боюсь, что сожгу ненароком, где тогда жить будем?

ОНА. Стой, ты сказал – «дорогая»?

Акт 6

Светло, тепло. Земля оттаяла. Те же. Возникает прежняя музыка. В центре сцены появляется красный свет, он все ширится, раздвигая, растапливая вечный лед. Под грохот тающих льдин двинулся круг, унося с собой части ажурного покрывала. Удары грома, вспышки молнии напоминают нам чудовищные катаклизмы. По кулисам текут огненные лавы, поднимающийся из-под сцены красный свет пытается пробить плотные тучи дыма, пепла и пара. На фоне дисгармоничных аккордов хорала плывет печальный вокализ Земли. Дисгармония постепенно утихает и только печальный голос земли обнажает искореженную планету.

ОНА. Ты меня слышишь?

ОН. Слышу, что случилось?

ОНА. Планета наша оттаяла, пора за дело приниматься.

ОН. И в чем дело состоит?

ОНА. Украсить немного, цвета поменять, да и вообще, поэкспериментировать немного.

ОН. А если неудачно?

ОНА. Теперь я за дело возьмусь, а ты помогать будешь, бузотер.

ОН. И откуда ты эти словечки только берешь?

ОНА. Не знаю, сами в голову приходят.

ОН. Извини, куда…

ОНА.…

ОН. А план у тебя есть?

ОНА. Это другое дело, пойдем.

Перед глазами предстает искореженная планета, на которой не осталось живого места. Высокие горы чередуются с глубокими морями, полный хаос.

ОНА. Ой, что это?

ОН. Где?

ОНА. Это ты во всем виноват, испортил такую (!) планету, что теперь нам делать?

ОН. Да не думал я, что так получится…

ОНА. А о чем ты думал?

ОН. Я? Да о нас с тобой!

ОНА. Мы то с тобой никуда не денемся, а вот она…

ОН. Да брось ты причитать, сейчас подправим немного, и все будет в порядке…

ОНА. Знаю я, как ты подправляешь…

ОН. Положись на меня, сейчас… (На земле происходят чудовищные катаклизмы, течет лава, поднимаются большие тучи паров. Когда пар рассеивается, снова виден лед и танец «Адажио смерти» продолжается).

ОНА. Она же снова замерзла… Так я и знала!

ОН. Да я просто закрепил новые формы, пусть уляжется, устоится, а мы пока подумаем, что дальше делать…

ОНА. Ты теперь вместе со мной думать будешь?

ОН. Давай, попробуем.

Легкая, жизнеутверждающая музыка. В центре сцены появляется зеленый свет, все ярче и теплее его власть. Еще мгновение и вся сцена облачается в зеленые краски жизни. И только в глубине сцены, как обрывок савана, завис мертвенно белый полюс земли. Но это уже не помеха для праздника жизни. На сцене большое балетное шоу «Гимн природе».

Акт 7

Светло, тепло. Земля оттаяла, но не вся. Те же.

ОН. Ну, что, оттаяла?

ОНА. Почти, вон еще на полюсах лед остался.

ОН. Ладно, он нам не помеха, места хватит для твоих экспериментов…

ОНА. Наших! И что же ты придумал?

ОН. Давай присмотримся сначала, что же мы в настоящий момент имеем.

ОНА. Смотри, как поверхность всю изрезало, дно поднялось и воды вроде как меньше стало…

ОН. А что это на берегу такое шевелится? Похоже, кто – то здесь уже живет?

На сцену в звериных шкурах с дикими криками выбегают люди – карлики. Под барабанный бой в стиле тяжелого рока идет танец «Бой кланов»

ОНА. Как же это так, получается, что на нашей планете не пусто, и мы не сможем здесь жить?

ОН. Подожди, не торопись, надо приглядеться, познакомиться.

ОНА. Ты уверен?

ОН. Я думаю, да…

ОНА. Только давай, осторожненько…

ОН. Эй, есть кто живой?

Раздается страшный грохот от его голоса, дикие вопли и толпа людей в звериных шкурах убегает в испуге прочь.

ОНА. Ты что так орешь, полскалы снес, и все убежали от тебя…

ОН. А я не могу по – другому…

ОНА. А ты старайся!

ОН. Тебе легко говорить!

ОНА. Смотри, какая красота, как красиво они бежали, прямо дух захватывает!

ОН. Что-то мне кажется, что зря мы время теряем.

ОНА. Это почему же?

ОН. Вот возьми нас, мы же с тобой слышим друг друга, а не видим. А их, скорее всего, видим, но не слышим.

ОНА. И что это значит?

ОН. Я думаю, что нет в них чего – то, что могло бы откликнуться на наши призывы.

ОНА. Наверное, ты прав. И что же делать?

ОН. Надо подумать…

Акт 8

Там же. Те же и массовка.

– Ты где?

– (Удивленно) Дома, где же мне еще быть?

– Ты решила все же здесь поселиться?

– Мы же не мешаем никому, а с ними нам будет веселее.

– Что-то у меня предчувствия нехорошие…

– Да будет тебе, чем они могут нам повредить?

– Ну, допустим, ты привяжешься к ним…

– (Радостно и вместе с тем удивленно) Да ты ревнуешь, дорогой!

– Кто это тебе сказал!?

– Ладно, не нервничай, тебя я уже давно знаю, ты мне тоже нравишься, чего же тебе еще надо?

– Надо подумать…

– Не уходи, давай понаблюдаем за ними, они такие интересные!

– Да уж, нечего сказать.

– Иронизируешь, не надо, не показывай своей слабости, ты же… ОН!

ОН…!

ОНА. Посмотри лучше, какие звери красивые. Давай, попробуем подружиться с ними.

ОН. Как это? Мы же не можем стать такими как они.

ОНА. Это резонно. А давай на чем-нибудь отразимся рядом с ними.

ОН. Ты как маленькая, ну что с тобой сделаешь, давай.

(Возникают две тени перед дикарями. Дикари со страху бросаются на эти тени, пытаются разорвать их на части, бьют дубинами и так далее. Тени исчезают, дикари разбегаются).

ОН. Ну что, познакомилась с милыми безобидными животными? А теперь представь, что ты из того же теста слеплена, что и они…

ОНА. (В шоке) Откуда у них столько агрессии?

ОН. Наверное, кушать хотят.

ОНА. Я же ничего им не сделала…

ОН. А что ты им могла сделать? Наверное, они испугались.

ОНА (Возмущенно). Я что, такая страшная?!

ОН. Я не то хотел сказать, от неожиданности, например…

ОНА (Сомневаясь). Да? Это ты серьезно или просто успокаиваешь?

ОН. Я просто так думаю, предполагаю, что ли…

ОНА. Эх, а жаль, они мне понравились. Смотри, как гармонично: на двух конечностях ходят, двумя могут что-то делать, на верхней конечности все органы чувств. И все такие разные!

ОН. Чего же они разные? По-моему, они совершенно одинаковые… Сама говоришь, две…

ОНА. (Мечтательно) Ничего ты не понимаешь. Ах, как бы я хотела, чтобы они были поласковее с нами, мы бы для них тогда…

ОН. Это надо обдумать…

Музыка, на сцену сверху медленно опускается площадка, все ниже и ниже. И вот она зависла как огромные качели, слегка покачиваясь и излучая свет уюта и красоты. Посреди площадки стоит яблоня в цвету, как в белом тумане.

Акт 9

Светло, тепло. ОН, ОНА и двое человекообразных.

ОНА. Ты дома?

ОН. А где же мне еще быть? Конечно дома.

ОНА. Это хорошо, просто замечательно. И что же ты придумал?

ОН (Самодовольно). Это сюрприз! Вот, просмотри сюда, на этот участок.

ОНА. О, как красиво, это сад! И с плодами. И как раз между реками. Фантастика. Ты это сам придумал или уже было?

ОН…

ОНА. Обижаешься – значит, сам. Я восхищена. (Решительно). Это и будет наш дом на этой планете.

ОН. Извини, но я не об этом думал…

ОНА. (Возмущенно) Не об этом? Ну, не беда, какая разница, кто и что придумал, главное – что нам нравится. Правда, милый?

ОН. Милый? Это приятно слышать, но я…

ОНА (Отстраненно). Что-то еще?

ОН. Понимаешь, это не наш дом…

ОНА. Как это?

ОН. А ты приглядись. ВОН там, между деревьями…

Между деревьями ходят люди, явно отличающиеся от дикарей. Они почти обнажены, фигуры атлетичны. Похоже, что они осваиваются в новой обстановке.

ОНА. Вижу. И кто это? Это для них ты так старался?

ОН. Старался я для тебя. Посмотри на них, они же прекрасны и также кротки, и невинны, как и ты.

ОНА (С сомнением). Ты считаешь, что сделал мне комплимент?

ОН (С воодушевлением). Я постарался создать таких же существ, которые понравились тебе, но только лучше. Посмотри, как они воркуют друг с другом, прямо как мы с тобой. Это же прекрасно…

ОНА. И смотреть особенно нечего. Положим, мужчину ты создал неплохо, хотя, если присмотреться…

ОН. Допустим, я пока еще не уверен, что они – это совершенство, но полагаю, что…

ОНА. А вот женщину ты недоработал. Можно сказать, что многое в ней нужно поправить и переделать. Я бы…

ОН. Вот и отлично, ты пока подумай, что нужно сделать, а я смотаюсь в одно место, присмотрюсь кое к чему.

ОНА. Стой, куда ты… убежал. Ну и ладно. Займусь-ка я моими куколками. Вот здорово ОН придумал! Гений! Ну, что тут у нас. Мужчину пока усыпим. Вот так. А женщину… как же мне ее переделать? Ага, придумала. Научу-ка я ее думать, так же как я сама. Как же это сделать? Придумала, вселюсь-ка я в ее тело и научу всему, что сама умею… Как интересно! Вокруг столько всего-о… но чего-то не хватает. Ага, свободы не хватает. Это плохо, но ничего, за свободу мы еще повоюем. А этот, не знаю, как его… спит себе и ничего не подозревает. (Вздыхает) Так все на свете и проспит. Похоже, что частичка меня в этой женщине останется, и мне этой частички не будет хватать. Пора уже и назад, а то захочется здесь остаться навсегда… ну, вот, совсем другое дело, и осанка у моей девочки появилась, и самооценка повысилась.

Девушка окидывает взглядом сады, вздыхает полной грудью и начинает танцевать. Сначала медленно, потом быстрее и быстрее. Наконец у нее не хватает дыхания, и она останавливается. Раздается радостный смех.

ОНА. Ну, вот и прекрасно. Пойду – ка я отдохну от трудов праведных…

Акт 10

Там же. ОН, ОНА, мужчина и женщина. Качели уже прочно опираются на сцену.

ОН. Послушай, где ты, иди сюда, у нас катастрофа!

ОНА. Какая катастрофа? Что случилось?

ОН. Что-то произошло с нашими подопечными, они ругаются на чем свет стоит и скоро станут такими же, как и все остальные двуногие…

ОНА. Давай послушаем…

Мужчина ходит вокруг женщины и, раз за разом ударяя себя в грудь, гудит басом на всю округу.

М. Я с тобой не согласен. Почему ты говоришь, что я темный и необразованный? Я такой же, как и ты. Я еще вчера тебя устраивал, а сегодня… это просто кошмар какой-то. Какая муха тебя укусила?

Ж. Никто меня не кусал, как ты мог бы заметить, если бы ты был повнимательнее ко мне. Просто пока ты спал, я подумала, что ты настолько темен, что даже не знаешь своего имени!

М. Имени?.. а действительно… ну, если ты такая образованная, тогда дай мне имя, и я буду ему рад!

Ж. Кто, я? А, дам, конечно…

М. АДАМ? Ничего, вполне приличное имя…

Ж. Вот видишь! А попробуй дать имя мне, и чтобы оно полностью соответствовало моему богатому внутреннему миру…

М. Я? Тебе? Е… ва…, что-то в голову ничего приличного не приходит…

Ж. Ева? Что же неприличного ты нашел в этом прекрасном имени? На что это ты намекаешь?

АДАМ. (Примирительно поднимая руки) Ева, пожалуйста, давай прекратим эти разговоры. Причем тут мое образование? Ты присмотрись, есть ли тут кто-нибудь еще. Никого? Извини, выбирать не приходится. Поэтому, давай помиримся и позавтракаем. Смотри, какие вкусные плоды висят на вон том дереве…