– Сдачи не надо. – Серджио открыл дверь и… больше его никто не видел....
Родерик Эйбрамсон.
Родерик стоял возле окна, как обычно засунув руки в карманы брюк. Он всегда выглядел неотразимо, даже дома он ходил в рубашке, иногда он одевал или накидывал на плечи свитер, что придавало ему того самого мужского начала. Рик не был таким, как его брат, он был другой. Тино, он хитер и умен для него все люди – это шахматы, которыми он играет. Рику было искренне жаль Стейси. Он видел, как Тино начинает притягивать ее к себе своим природным магнетизмом. Да, Рик тоже был не обычным, но он не использовал людей и никогда не носил маски, как Тино. Его братишка был любителем показать из себя бедного и несчастного парня с разбитым сердцем и брошенным на произвол судьбы. Когда Тино начинал показывать этот спектакль, Рик уходил. Он не любил смотреть это своего рода представление.
Рик заострил внимание на падающем листке, медленно опускавшимся вниз с ветки сухого старого дерева. Несмотря на то, что дерево было древним, сухим, на самой его верхушке еще шелестели листья. Это дерево всегда напоминало Рику его самого. Старое, сухое, безжизненное, такое же, как и он сам… Внутри…
Рик закрыл глаза. Этот год был решающим, високосным. Должны были появиться те, кто все изменит, изменят в жизни его и Тино. Так сказал Варлан.
Варлан, был темным колдуном, больше напоминающий дьявола. Он всегда оставался в «темноте». Варлан приходит, когда он сам считает нужным и исчезает так же неожиданно, как и появляется.
Рик открыл глаза и снова посмотрел в окно, где – то далеко, на горизонте поднималось солнце. Рик любил солнце, в отличие от брата и был благодарен, что, несмотря на свою сущность, он может им любоваться. Благодарен за это он был именно Варлану.
Когда Рик обратился, а это было не самое приятное, что могло бы произойти, Варлан появился незамедлительно. Только потом Рику сказали, что Варлан приходит всегда после обращения и накладывает заклятие:
«Solar child dusk» – если переводить подробно, то выходит «Солнечное дитя сумрака» Но в обиходе его называли заклятием «Day and Night» – «Дня и ночи».
Вампиры по существу своему не могут находиться при свете дня, они сгорают, и это не детская сказка и не выдумка. После наложение на новорожденного вампира заклятия, он месяц не может появляться днем, но по ночам он может спокойно выходить на улицу. Через месяц при свете солнца кожа остается не восприимчивой к солнечным ожогам.
Родерик потрогал свои десна пальцами. Они ужасно чесались и ныли, он уже долгое время не пил человеческой крови. Не зная почему, но после встречи с Хелен, он забывает, что его реальное лицо – это ужасное порождение тьмы, зверь, убийца, одним словом ВАМПИР. Прошло много времени с момента его обращения, но Рик все еще не привык к тому, ЧТО он есть, именно ЧТО и это не оговорка. Его нельзя было назвать человеком, и Рик сам не воспринимал себя, как живое существо. Для поддержания, так называемого «жизненного» тонуса, Рик пил кофе, как и его брат. Кофе помогало думать, и давало энергию, от которой кожа, которая в обычное время была немного прохладной, становилась теплой, иногда даже горячей.
В комнату вошел Тино, и Рик обернулся. Тино, конечно, ходил бесшумно, как и все вампиры, но у Рика был отличный слух. Тино надевал рубашку и смотрел на брата.
– Ты чего такой мрачный? – спросил Тино с какой – то мелкой иронией в голосе.
– Тино, мы нечисть, мы всегда мрачные, хочешь ты того или нет. – Рик отошел от окна и сел в кресло. – Ты куда собираешься, или секрет, а хотя.... дай угадаю… к Стейси, да?
Тино бросил не очень хороший взгляд на Рика.
– Да, брат, а она ведь все еще не знает, КТО ТЫ.– Рик улыбнулся своей безупречной улыбкой.
– Как и Хелен.. – Тино сложил руки на груди и уставился на брата. Его хитрые, обычно голубые, но сейчас синие – от голода, глаза, были слегка прищурены.
– Хелен это отдельная история. А ты ведь опять поиграешь и бросишь, Тино, брат, ведь в этом весь ты. Ты даришь девушке сказку и бросаешь ее. Ты поднимаешь ее, даря крылья, и рушишь все ее мечты. – Тино внимательно слушал брата.
– К чему ты клонишь, Рик? – Рик встал, подошел к брату и пристально посмотрел ему в лицо.
– А ты никогда не задумывался, что она не похожа на других. Не внешностью, ни душой. – Помолчав, Рик добавил. – Выбирать тебе, но я думаю, эту партию ты проиграешь. – Тино зло глянул на Рика.
– Посмотрим. Но я никогда не проигрываю. – Рик ухмыльнулся, похлопал брата по плечу.
– Но не в этот раз брат. – Сказав это, Рик ушел. Тино слышал, как брат хлопнул дверью, сел в машину и уехал, а он так же стоял в комнате.
Слова Рика произвели не очень приятное впечатление. Тино вспомнил Стейси, ее кошачьи зеленые глаза и ведьменски – рыжие волосы, и почему – то не произвольно передернулся. Да, что – то в этом есть, но….
– Это бред! – Сказал Тино вслух, убеждая сам себя в том, что Рик сказал ерунду. Но в глубине души его задели эти слова, ему было над чем подумать.
Маркус Росси.
Молодой парень стоял возле входной двери и жал беспрестанно на кнопку дверного звонка. Дверь открыла красивая девушка с рыжими волосами.
– Привет. Можно войти? – Маркус стоял на пороге и улыбался во все тридцать два зуба.
– Проходи. – Стейси отошла в сторону, пропуская его в квартиру. Маркус вошел, огляделся по сторонам. Да, давно он не был в ее квартире… Ничего не изменилось за это время…
– Проходи в зал. – Бросила как – то сухо Стейси и пошла вперед.
Маркус знал, что она обижена на него.
Конечно, он был виноват, он мог ее предупредить, объяснить все, но почему – то он этого не сделал. Маркус сел в свое любимое кресло, в котором он любил сидеть раньше и болтать обо все со Стейси, и посмотрел на неё, она села на диван и поджала под себя ноги. Маркус молчал и не знал с чего начать. Молчание прервала Стейси.
– Зачем приехал? – Стейси смотрела на Маркуса.
– Поговорить…
– О чем?
– О том, что произошло. Я виноват перед тобой, я понимаю. Прости, я не знал, как мне тебе сообщить, что я уеду надолго, я не знаю почему, но я… – Стейси махнула рукой, показывая тем самым, что бы он замолчал и Маркус послушался.
– Я, я, я, ты только и говоришь, что Я! Маркус, нельзя так поступать со своими друзьями.
– Прости, если сможешь. – Стейси не осуждала его, ей было просто неприятно, она его не ненавидела, просто не знала, как реагировать.
Маркус встал.
– Я, наверное, пойду. Прощай. – Маркус хотел уйти, но Стейси не позволила.
– Стой. Я не договорила.
Маркус послушно сел. Стейси, не отводя взгляд, смотрела на Маркуса.
– Я дам тебе, скажем так, испытательный срок.
– В смысле? – Маркус не сразу понял, о чем она говорит.
– В прямом, посмотрим какова цена твоей дружбы. Как говориться, друг познается в беде. – Стейси говоря это, ухмыльнулась. – Время покажет.
– Стейси, сегодня у меня вечеринка. – Перевел тему Маркус. – Не большая, по случаю приезда друга. Приходи. – Потом Маркус помолчал и добавил. – У тебя же вроде есть подруга Хелен. Возьми ее с собой.
Стейси молчала, смотрела на Маркуса, потом перевела взгляд на цветок в вазе, стоявший на кофейном столике.
– Мы подумаем. – Тихо сказала она, не глядя на него. Он еще какое – то время посидел, потом молча встал и ушел. Стейси даже не моргнула. Маркус вышел на улицу, легкий ветерок развивал его волосы, он поправил их рукой и пошел к машине. Сев за руль, он немного подумал, завел мотор своей машины и быстро уехал.
Хелен Керрингтон.
Хелен сидела на кухне у Стейси, за стойкой, на барном стуле и покачивала ногой.
– Ну, в общем, ты согласилась пойти? – Спросила Хелен у Стейси, которая рассказала ей о приезде Маркуса.