Доехав до двухэтажного дома из красного кирпича с ярко- желтой крышей, пара проследовала внутрь здания.
В просторном светлом холле, освещенном множеством маленьким ярких ламп, сидела пожилая женщина в очках с крупными линзами. Она уютно расположилась в кресле-качалке с вязанием в руках, а на её прикрытых клетчатым пледом ногах восседал большой рыжий кот.
– Тётя Алла, мы приехали, – весело произнесла Алина, бросая сумку на трюмо у входа.
Женщина подняла голову, седая прядь вопрос упала на лицо. В глазах появился счастливый огонёк.
– Алиночка, дорогая, я так рада, что ты нашлась. Мы с Антоном места себе не находили. Твой телефон был выключен.
– Разрядился, – вздохнула Алина, устраиваясь в большом мягком кресле, поближе к тётке Антона.
Её муж проследовал на кухню, а она шёпотом обратилась к женщине:
– Я была в том доме, который на окраине…
После этих слов тётя Алла неожиданно закашлялась, её лицо пошло багровыми пятнами.
– Алина, я вообще не советую тебе туда ходить. С ним связано много неприятных историй.
– Антон рассказывал, что он раньше принадлежал старинному дворянскому роду Зуровых. Потом их раскулачили, прежние хозяева не нашлись. А у дома так и не появились новые владельцы. Но понимаете, тётя Алла, – голос Алины перешёл на шипящий шёпот, – там определенно кто-то если не живёт, то бывает точно. Я видела политый цветок на окне, книгу, и… силует. Но не успела разобрать, мужчина это или женщина.
Информацию про записку девушка решила утаить.
Пожилая женщина еще больше нахмурилась. Перестав работать спицами, она развернулась всем телом к Алине. Голос её чуть задрожал, на лице появилось беспокойство.
– Действительно, в начале XIX века этот дом принадлежал самому богатому из рязанских купцов – Гавриле Зурову. На чем он разбогател в то время, осталось неизвестным, но ему ещё и удалось получить титул дворянства– чин статского советника.
Участок постепенно расширялся, хозяин скупал соседние территории.
В особняке Зурова даже останавливались императоры Александр I и Николай I. Это был самый богатый дом во всём Рязанском крае.
После смерти Гаврилы, в 1872 году дом перешёл по наследству к его сыну, Василию Зурову, но в 1833 году был выкуплен братом Николаем Гавриловичем. В революцию, как известно, дом попал с собственность местных властей и доселе не принадлежит частному лицу.
С тех пор, как стали пропадать люди, жившие в этом доме, в посёлке его прозвали «Проклятым». Разное поговаривали об этой усадьбе. Те, кто верил в привидения и призраков, говорили, что сам купец Зуров являлся туда и убивал людей, а их трупы закапывал в лесу.
А те, кто не верил во всю эту мистику, считали, что там просто плохая аура и люди, не выдержав этого тяжёлого гнёта, спешно покидали дом. Всякие легенды слагали об этом доме. Но местные туда не ходят, боятся. И ты не ходи. Нечего тебе там делать!
Договорив последнюю фразу, женщина опять вернулась к своему занятию, еще усерднее заработав спицами, давая этим понять, что разговор окончен.
Алина встала с кресла. Резкий прилив крови ударил в голову девушке. Мысли яростно завибрировали в нескончаемом потоке вопросов и загадок.
Старинная усадьба, некогда принадлежавшая дворянскому роду Зуровых. Новые жильцы, непонятным образом исчезающие или спешно покидающие этот дом навсегда…
Слишком много вопросов, и ни одного ответа…
Алина направилась в спальню. Её муж уже полулежал в кровати. В руках у него был ноутбук. Голубое свечение экрана освещало нахмуренный лоб супруга. Мелкая бороздка морщин отчётливо проявилась на сосредоточенном лбу.
Присев на край кровати рядом с мужем, Алина аккуратно взяла его за руку.
– Тош, – стараясь придать голосу уверенности, девушка посмотрела мужу прямо в глаза, – мы вместе уже целый год, и весь этот год ты поддерживал меня и помогал в сложных ситуациях…
– Алина, ты опять? – Антон отложил ноутбук и резко вырвал свою руку из-под руки жены. В его голосе послышались железные нотки.
– Послушай, Антон. Я не прошу тебя помогать мне в этом расследовании…
– Расследовании? – супруг гневно взглянул на девушку. – Я же сказал, чтоб ты не лезла в это дело! Забудь об этом доме, Алина, и обо всём, что с ним связано.
– Хорошо, – Алина встала с кровати и возбуждено заходила по комнате. – Я больше не буду просить тебя ни о чем, только если ты пообещаешь мне, что выяснишь, почему пропадали прежние жильцы и по какой причине там никто не хотел жить. Тоша, я обещаю, больше ни слова об этом доме, – Алина умоляюще сложила руки на груди. – Ведь муж и жена… должны помогать друг другу… на то они и супруги…
Мужчина окинул жену ласковым взглядом. Сосредоточенность постепенно сошла с его лица, лоб разгладился.
– Хорошо, – уже более мягко произнёс Антон, – но обещай мне, что ты не будешь больше лезть в это дело и расследовать всякие «тайны Мадридского двора».
– Обещаю, – радостно сказала девушка, и хитро прищурившись, взглянула на мужа.
Часть 5
Алина легла спать с мрачными мыслями о заброшенной усадьбе.
Утром её разбудил звон посуды и громкое щебетание птиц. Открыв глаза, она обнаружила отсутствие супруга.
«На работу уехал», – подумала девушка, и сонно сползла с кровати.
Антон работал в крупном НИИ, занимался каким-то исследованием в области медицины и всегда говорил Алине, что стоит на пороге «великого открытия». Девушка гордилась своим мужем-ученым. Сама она работала в одном известном издательском журнале и находилась на хорошем счету. У Алины было особое чутьё на всякого рода «жареные истории». Она всегда умела оказываться в нужное время в нужном месте.
Сейчас девушка находилась в отпуске, что позволяло ей жить у тётки Антона в Рязанской области. А он продолжал и дальше трудиться на благо института, приезжая только переночевать.
Яркие полосы солнечного света лежали на кровати и на стенах. Часы показывали ровно девять утра.
Зевая и потягиваясь, Алина выбралась из постели и двинулась на кухню. Тётушка Антона уже вовсю там хозяйничала. Ароматный запах оладий разносился по всему дому.
– Проснулась, деточка? – мило улыбнулась женщина. Она стояла возле плиты в кружевном переднике василькового цвета.
– Садись завтракать, милая, – с этими словами тётя Алла придвинула Алине тарелку с оладьями, а рядом поставила фарфоровую кружку с дымящимся кофе.
– Как же хорошо тут у вас, – Алина обхватила кружку двумя руками и зажмурилась от ярких солнечных лучей.
– Свежий воздух, тишина, единение с природой. Здесь отдыхается просто чудесно. И дышится легко. Жизнь прекрасна! – И Алина набрала полную грудь воздуха, желая продемонстрировать женщине свое восхищение.
Но тётя Алла повела себя странным образом. Улыбка разом испарилась из уст женщины. Выражение лица приняло обеспокоенный вид. Смотря в одну точку, но мимо Алины, тетя Антона вдруг задумчиво процитировала:
«Существует право, по которому мы можем отнять у человека жизнь, но нет права, по которому мы могли бы отнять у него смерть.»
– Так утверждал великий философ Ницше, – в этот раз её голос прозвучал по-сержантски строго.
От неожиданности девушка чуть не выронила чайную ложку из руки, которой тянулась к сметане. Алина не совсем поняла уместность цитаты Ницше, прозвучавшую из уст тёти Аллы, но решила воздержаться от комментариев.
Доев остатки оладий, она предложила женщине свою помощь в уборке по дому. Тётя Атона с радостью её приняла, и сразу же занялась своим любимым занятием – вязанием.