Пепел на троих
– Как и почему? – предположил Лейос.
– Да. Пытаюсь найти хорошее в людях, но пока… не нахожу.
– Отчего же? Мне казалось, найти в людях хорошее так же легко, как и в любом якше.
Дубха закатила глаза.
– Как по мне – одни минусы. Никакой магии, постоянная игра в прятки, ни одного другого якши вокруг. С горлом придётся что-то думать, чтобы звучанием себя не выдать. И ко всему прочему человеческая женщина не выносит дитя от якши. Даже полукровка в таком союзе невозможен. И вот вопрос: почему?
Лейос нахмурился.
– Если смотреть так, то я бы никуда не пошёл.
Дубха вновь повела пальцами, и искорки света превратились в струны. Они завились и сплелись в рисунок незнакомого Лейосу мужчины.
– Его звали Мицар, и из-за него вопрос я до сих пор не закрыла. Правда, я уже и сама не знаю, есть ли во всём этом смысл.
– Вы стремитесь найти ответы и знать наверняка. Разве это плохо?
– Чтобы я ни узнала, всё равно останусь в проигрышной позиции, Лейос. Никто намеренно ставить себя в такое положение не будет.
– Но вы хотите.
Дубха отозвалась гулко, еле слышно. Лейосу показалось, что это эхо над выжженной землёй.
– И на себя из-за этого злюсь.
Он уловил знакомую по Эвер интонацию. На секунду даже позабылась записка и недоверие. Лейос поймал себя на мысли, что отключать бдительность глупо, и это может быть ловушкой, но поделать с собой ничего не смог. Словно рефлекс, внутри проснулась заученная программа заботы о ближнем.
– С чего вы взяли, что заведомо проиграете? – Лейос понадеялся, что не лезет, куда не просили, но попробовать считал себя обязанным. – Что если дело не в вас? Вы просто… другая.
Он запнулся, подбирая слова.
– Шахматист не проиграет шашисту, если они играют на разных досках.
– Умно, я тоже об этом думала, – Дубха улыбнулась, но в её словах не было больше хитринки. – Именно поэтому пыталась понять логику твоих действий. У тебя было всё, и это всё ты сильно любил и всё же покинул. Как покинули меня.
– Не всё. У меня было не всё, – сказал он сдавленно. – Ушёл не потому, что с Эвер или Крисом что-то было не так. И сюда я пришёл как раз за тем, чтобы потом вернуться с бóльшим.
Он на секунду замолк. В голову пришла идея, весьма рискованная. Но не такая рискованная, как напрямую спросить о записке. Морально приготовившись, он вдохнул и добавил:
– Вот только туда ли я пришёл за тем, что ищу?
Дубха прищурилась. Лицо, которое недавно в лунном свете казалось слабым и уставшим, теперь очерчивали тени подозрительности. Лейос незаметно сглотнул и попытался сделать как можно более невозмутимый вид.
Дубха хмыкнула и всё-таки отстранилась, но в каждом её движении чувствовалась сковывающая настороженность.
– Мы все играем одной доске, Лейос. Вопрос только в том, сам ли ты решил на ней играть или довольствуешься подлогом.
Как ни странно, Лейос не услышал в этом осуждения. Скорее, констатацию факта. Или напутствие из личного опыта. Лейос не нашёл слов. Он так и не понял, была ли записка её рук делом, но удостоверился в одном – розыгрышем это не было. Иначе какой смысл самой Старейшине говорить такие вещи?
Дубха встала, и камни по мановению изящной руки вновь выстроились в лестницу. Но спускаться она сразу не стала, а вместо потрепала юношу по волосам, в этот раз задержавшись.
– Спасибо тебе за этот разговор, Лейос. Я обязательно найду, чем за него отплатить.
– Отплатить? – Лейос поднял округлившиеся глаза. – Мне тоже было приятно поговорить с вами, Дубха. Зачем отплачивать? Это просто разговор.
– Сделка всегда должна выполняться. Ты – мне, я – тебе.
Женская ладонь плавно сползла на его плечо, когда юноша поднялся следом.
– Мне ничего не нужно, Дубха. Я привык общаться просто так.
В этот раз брови вскинула уже она. Лейос улыбнулся. Он мягко взял её ладонь, ту, что лежала на плече, и несколько фривольно сжал.
– Доброй ночи.
И неспешно спустился по камням, чувствуя, как они немного проседают под его весом. Если бы Лейос обернулся, он бы увидел, что Дубха замерла в болезненной задумчивости. Но он просто направился к дому, и в его голове красным пульсировала лишь одна мысль, блестящая, как смертоносный наконечник копья.
«Это не розыгрыш»
***
Уснуть так и не получилось, как бы Лейос ни ворочался. Он даже закидывал на стену ноги, но обнаруживал только приятные ощущения в пояснице, которые сну, очевидно, не способствовали.
Лейос боялся, что начнёт засыпать на занятиях с Васатом. Правильно боялся. Сон сморил его прямо во время медитации, и, к своему удивлению, Лейос проснулся в тени дерева недалеко от ристалища с свёрнутой накидкой Васата под головой. Он выключился на два часа.
Оправдания Васат пресёк на корню и отправил Лейоса на сегодня отдыхать. Хотя ни в жестах, ни в словах Одноглазого Лейос упрёка не уловил, решил наверстать упущенное самостоятельно.
Жар ещё не сошёл с лица, когда он увидел стоящую у дерева Барею. Сначала Лейос не хотел подходить, чтобы не тревожить лишний раз. Но потом заметил, как она чуть ли не со слезами на глазах кружит около ствола и вглядывается в крону.
«Зовёт кого-то?»
Лейос посмотрел чуть выше и заметил на одной из веток котёнка. Не дикого, а вполне домашнего, как те, которых люди держали дома. Странно. Ему казалось, что котов у якшей было не принято держать.
Видя, как Барея балансирует на грани плача, Лейос передумал. Он не мог оставить её в беде, да и от собственного стыда точно бы отвлёкся. Он осторожной и медленной поступью приблизился к ней.
– Барея, здравствуй, – старался он не напугать девочку. – Что случилось?
Несмотря на его старания, Барея чуть не подпрыгнула на месте и, увидев Лейоса, даже отступила. Лейос тоже отшагнул, давая ей пространство.
«Сам виноват, что боится. Думать надо было»
Он нервно улыбнулся, надеясь, что это сгладит углы. То ли Барея его сначала не узнала, то ли улыбка помогла, но она перестала сжиматься.
– Люла забралась высоко и слезть не может. Я хотела залезть, но… – она чуть приподняла подол платья, и Лейос увидел содранную на коленке кожу, на которой мелкими бисеринами блестели капельки крови.
План родился быстро.
– Давай так: ты пока беги домой и приготовь всё, чтобы ранку обработать, а я пока Люлу достану, хорошо? – он оглянулся на дерево, будто прикидывая, как полезет на него, хотя в действительности делать этого не собирался.
– Она не поранится? – её голосок дрогнул.
– Я, может, не совсем рыцарь принцессы Рамити, но даю слово, что верну её котёнка в целости и сохранности, – он глубоко поклонился, в обещании прижав к груди кулак, и его глаза сверкнули озорством.
Барея робко просияла, кивнула и всё-таки убежала. Дом её находился в десятке шагов, поэтому Лейос дождался, пока Барея скроется за дверью, а после повернулся.
Движением руки он направил одну из толстых веток себе под ноги. Даже ему не хватило бы роста. Ступив на ветку, как на табуретку, он дотянулся до Люлы. Та сначала хотела прошмыгнуть дальше по ветке, но путь ей перекрыла широкая ладонь якши. Она юркнула к стволу, но поняла, что по ему не спустится. Тут-то Лейос её и поймал. Котёнок в его руках казался почти крохотным.
– Всё хорошо. Всё хорошо, малышка, я тебя не обижу, – успокаивающе бормотал он, осторожно прижимая котёнка к себе и спускаясь.
Перехватив Люлу одной рукой, другой он ласково пригладил то место, на котором стоял – в знак благодарности – и вернул ветку на место. Люла вцепилась в него, так что он чувствовал, как сквозь тонкую ткань рубашки колют грудь острые коготки. Лейос подошёл к двери дома Бареи и постучал.
Он услышал поспешный топот, Барея открыла.
– Люла!
Неприкрытая радость в детском голосе, заставила Лейоса улыбнуться шире. Он передал котёнка хозяйке.
– В целости и сохранности, как и обещал.
– Спасибо. Спасибо, – её ресницы снова намокли, и на этот раз это только подарило Лейосу чистое удовлетворение.
– Рея, кто там? – послышался скрипучий голос, и в проходе появилась сгорбившаяся старушка. Её одутловатое лицо выражало доброе гостеприимство.
Она подняла голову и встретилась взглядами с Лейосом.
– Неужто сам Двуглазый? Думала Барея шутит, – ни капли удивления Лейос не услышал. – Прости, на твой праздник не пришла. Здоровье-то уж не то.
– Здоровье важнее, конечно, – Лейос приветливо кивнул.
– Спасибо, что кошечку достал. Заходи на чай. Рея, ты не против?
Барея оторвалась от котёнка, и в сиянии разноцветных глаз Лейос безошибочно прочёл абсолютное согласие. Но прежде они занялись обработкой ранки. Не дав старушке, которую, как оказалось, звали Танией, напрячься, Лейос сам занялся лечением. Видя, как Барея полностью вовлечена в ласку котёнка, Лейос не мог не радоваться. Она доверяла.
Тания приготовила чай, и до Лейоса только сейчас дошло, что это действительно с ним происходит. Он уже и забыл, что это такое – быть просто гостем и по-соседски пить чай. Он пригубил прохладный напиток – якши редко пили горячее – и окунулся в ностальгию, когда он мальчишкой ходил с родителями на соседские посиделки.
– Так что же? Я слышала, ты учишься сейчас? – добродушно спросила Тания.
Она, очевидно, ничего не подразумевала, но Лейоса будто холодной водой обдало. Вся это атмосфера детства, по которой он ужасно скучал, мигом развеялась.
– Да, мне… нужен наставник. Васат – хороший учитель.
– Ещё бы. Васат ещё мальчишкой младшеньких наставлял. Опыта много у него, – болтала старушка. – Да и ко мне обратиться можешь. Я хоть и не боевая, но уж чем смогу, как говорится.
Разум тут же зацепился за эту возможность. Лейос сунул руку в карман и тронул пальцами блокнот для рисования, где между страниц лежал сложенный рисунок Эвер и Кристиана. За эти несколько дней он уже превратился в своего рода талисман.
– Тогда… могу полюбопытствовать прямо сейчас? Я уже спросил у Ноака, но он пока ничего не рассказал.
– Чем смогу, сынок, чем смогу.
Лейос вытянул из кармана блокнот, из него – рисунок и протянул Тании. Решившая тоже полюбопытствовать Барея встала за спиной бабушки. Тания долго с ответом не тянула.
– Якши сильные?
– Нет, люди. Мои друзья. Я эту энергию вижу вокруг них, когда… когда жизнь чувствовать перестаю.
Лейос заметил, как Барея побледнела, и бросил на неё виноватый взгляд, но девочка только пристально смотрела на рисунок. Лейос заставил себя сосредоточиться на разговоре. Тания глухо хмыкнула в задумчивости.
– Жизни, значит, не чувствуешь… А энергия живая?
– Нет. Как мёртвый дым. И она как будто не совсем им принадлежит, не полностью.
– Иногда так выглядят обереги.
– А почему он мёртвый?
– Тот, кто защитил, мёртв, значит. Сильный защитник был, либо якша какой, либо татв.
– А то, что она их и не их одновременно?
– А вот тут не скажу, сынок. Не помню уже многого. Тут уж… сам думай.
Лейос сдержал разочарование и натянуто улыбнулся, всё же искренне поблагодарив. Барея уже осторожно подливала ему травянисто-зелёный чай в кружку. И если поначалу этот жест умилил, то мысль резко его отрезвила. Или отравила. Как посмотреть.
«А что если она из тех, кому… не стоит верить?»
«Нет-нет. Это паранойя. Не драматизируй»
«Может… попробовать? Что скажут?»
– Могу я ещё кое-о-чём спросить? – начал он, молясь, чтобы голос не задрожал. – Как думаете, что я ещё могу сделать, как Двуглазый, кроме как на родину нас вернуть? Может, мне ещё чему научиться стоит?
Делая как можно более заинтересованный взгляд, он цепко оглядел, что Танию, что Барею, готовясь ухватить любой признак того, что они знают больше, чем говорят Лейосу. Но Барея, кажется, вообще вопроса не услышала и витала в мыслях. А старушка покачала головой вполне естественно:
– Ты и так подвиг совершишь, сынок, когда на родную землю нас вернёшь. Но помнится, мне что-то ещё ты сделать должен, а что… Ты у Старейшин наших поспрашивай, они тебе точно скажут.
От ворот поворот Лейосу пришёлся не вкусу, и хотел было он продолжить расспросы, как Тания подняла глаза и непонимающе уставилась на него.
– А ты, кстати, почему к нам пожаловал, сынок? Мимо проходил?
Лейос растерялся. А вот мысли Бареи вдруг прояснились. Она заметалась по кухне.
– А Лей уже уходит, бабуль, – она потянула её за руку, прося встать. – Пойдём в постель, тебе пора отдохнуть.
Она отчаянно махнула головой в сторону выхода, прося Лейоса одними губами: «Уходи!»
Лейос решил не испытывать судьбу, быстро попрощался и уже стоял у двери, как за локоть его робко поймала девочка.
– Не уходи, пожалуйста. Я сейчас выйду.
И она подхватила под руку Танию, которая ковыляла в сторону спальни, и Лейос по глазам видел, что та не понимает, зачем ей туда нужно. Этот бесцельный взгляд Лейос хорошо помнил.
Он присел на крыльце и не успел задуматься, как на улицу выглянула Барея. Она пристыженно дёргала пальцы.
– Ты прости, что так резко выгнала. Это бабушка…
Слова давались ей сложно. Казалось, она сейчас начнёт ими давится. Лейос скользнул к краю крыльца и похлопал по освободившемуся месту. Барея послушно присела.
– Всё хорошо. Я думаю, без серьёзных причин ты бы так не сделала.
Глаза Бареи блеснули благодарностью. Она отпустила пальцы, но вместо этого отряхнула подол платья. Если бы там было хоть что-то, даже отдалённо напоминающее грязь или пыль, жест был бы вполне естественным.
– Бабушка, она… Она забывать многое стала. Бывает, пообедаем вместе, а она через полчаса спрашивает, когда обед будет. Иногда сидит и как будто не видит перед собой ничего. А недавно даже спросила, как меня зовут, – она резко вздохнула, превратив губы в тонкую линию. – Наверное, пора перестать принимать гостей.
«Альш»
Всё, о чём так честно рассказала Барея, Лейос знал. И когда-то испытал и на себе.
– И тебе никто не помогает?
– Приходят иногда, конечно. Но у всех дела свои есть, да и… мало кто хочет видеть подобное. Сам знаешь, мы редко таким болеем. Я поэтому не зову никого.
Хотя Лейос и понимал, что с подобным в старости чаще сталкиваются именно люди, сам не мог отделаться от мысли, что два случая на его памяти – это не такая уж и редкость. Он мог понять других якшей, но добровольная изоляция Бареи виделась ему не лучшим вариантом.
И тогда он сказал то, что сам бы хотел услышать там, на их привале на лесной опушке, когда пытался заставить Альша вспомнить, как досчитать до десяти.
– Ты можешь звать меня, когда помощь понадобится. По хозяйству что-то сделаю, починю, если надо. Ты не должна оставаться с этим одна.
Барея приподняла брови, Лейос объяснил:
– Мой наставник, с которым я путешествовал, тоже… стал забывать. Я знаю, что это такое, Барея. Я не могу вылечить это, но могу помочь тебе.
«Я был с этим один. Ты не должна»
– У тебя же тренировки. Тяжело.
– Тебе не легче, – возразил он и мягче добавил: – К тому же мне самому будет в радость. Ты права, тренировки трудны, но помощь тебе отвлечёт. Мы оба в плюсе, так?
Барея размышляла долго, Лейос не торопил. Он просто прикрыл глаза и наслаждался дуновением ветра. Отвлекло его слабое прикосновение к ладони, и первое, что увидел Лейос, когда открыл глаза, – благодарный кивок девочки. Больше слов у них не нашлось.
Некоторое время они сидели в тишине, погрузившись в раздумья. Впрочем, паузу быстро прервала Барея.
– Слушай, насчёт того рисунка…
Лейос тут же насторожился, не сдержав дрожь в теле. Он выжидающе уставился на неё. Девочка вся поджалась и облизала губы, видимо, пытаясь подобрать слова.
– Ты знаешь, что это?
– Нет. Но я вижу что-то похожее. Вокруг тебя.
Лейос невольно склонился к ней, нахмурился.
– Поясни, пожалуйста.
– Мне всегда казалось, что я это одна вижу, – Барея показала на правый глаз, голубой. – Он не светится, как у тебя, конечно, но… Я спрашивала, никто другой не видит такого. Не знала, что ты тоже. Страшно стало, когда ты сказал, что это появляется, когда ты жизнь перестаёшь чувствовать.
– И вокруг меня тоже такое есть? Всегда?
– Да. У тебя эта энергия на иней похожа. Сильная и яркая, как у твоих друзей. Мне кажется, это из-за дара Адриша, потому что у других провидцев тоже эта аура есть, но она смешана с другими элементами.
Лейос озадаченно прикрыл рот рукой и чуть сжал кончик носа, даже на несколько секунд перестав дышать.
– Если это из-за дара, то понятно, почему часть этого есть у провидцев. Но Эвер и Крис ведь не одарённые.
– Извини, большего я не знаю, – она склонила голову так, чтобы волосы скрыли лицо, но Лейос увидел, как волна стыда заставила покраснеть кончики её ушей. – Если тебе это поможет, то… в доме Йеда я тоже чувствовала похожее.
– Йеда? Он держит там ещё одного провидца?
«Ещё одного быть не может. Родители мертвы, а оставшиеся четверо здесь, в общине»
Барея, сама того не зная, подтвердила его мысли:
– Нет, там что-то не живое. Возможно, что-то, что осталось от Адриша.
«Йед хранит у себя реликвию Адриша. Зачем?»
«Он искал меня. Помогло в поиске?»
– Барея, спасибо тебе большое.
– Я же ничего полезного не сказала, – она покачала головой, так и не подняв её.
– Больше, чем ты думаешь. Принцесса помогла рыцарю.
Он почти невесомо коснулся её локтем. Барея, к удивлению Лейоса, ответила тем же. Почти синхронно они обернулись, когда услышали, что кто-то скребёт дверь изнутри дома. Когда Барея дотянулась до ручки и открыла, из дома с громким мяуканьем вышла Алюла. Барея тут же подтянула её и усадила на колени. Сердце Лейоса забилось медленнее, более размеренно.
– Мне казалось, тут котят не принято держать, – заметил Лейос.
Он протянул палец к котёнку, и Алюла, упав на спинку, схватила его обеими лапами и принялась покусывать.
– Вообще-то, да, – согласилась девочка. – Я читала о том, что люди держат кошек, и очень хотела так же. И вот на день рождения, пару месяцев назад, Анха принёс мне Алюлу.
Лейос усилием воли не отдёрнул палец от котёнка, а лишь аккуратно убрал. Пришлось постараться, чтобы голос прозвучал нейтрально, без примеси раздражения и удивления.
– Анха?
– Ты знаешь Анху? – в её голосе – только невинная детская благодарность и восхищение. – Он у нас один из лучших знатоков людей и их жизни, бывает в том городе часто.
– Поэтому и сказала ему про котёнка?
– Нет, я не просила, – Барея смутилась. – Он приходил по дому помочь. Разговорились, и я обмолвилась парой слов. И вот он принёс Алюлу.
«Ещё и с бабушкой помогает. Каков святой»
Лейос не произнёс этого вслух, конечно, но не смог сдержать фырканья. Видимо, Барея расценила это как что-то положительное, поэтому улыбнулась. Лейос ответил тем же.
– Мне пора идти к бабуле, – она заметно поникла, но всё же ласково ткнула его мизинцем в предплечье. – Спасибо за Алюлу. И за то, что помощь предложил.
– Пока ещё не за что. Ты, главное, зови, – Лейос даже не попытался скрыть умиления.
Они поднялись с крыльца. Барея помахала рукой на прощание и скрылась за дверью. Лейос театрально изобразил рыцарский поклон и зашагал к себе.
Стыд уже не жёг щёки, настроение поднялось. Сунув руки в карманы, Лейос наслаждался остывающим теплом солнца. День затухал. До дома оставалось около пяти минут ходьбы.
– Что, Двуглазый, наслаждаешься вечерком вместо работы?
Лейос вздрогнул, по спине, будто искры электричества, пробежали мурашки. Он повернулся. В дворе одного из домов, оперевшись локтями на низкий забор, стоял Анха. Усмехался, как довольный кот.
– Неужели я такой страшный? Так смешно вздрагиваешь, – он подпёр голову рукой.
– Отстань, Анха.
– О, спешишь куда-то? Неужели спать? Я-то думал, ты на тренировке у Васата уже выспался.
– Не твоего ума дело, – огрызнулся Лейос. – И кажется, Ноак обещал с тобой поговорить.
– А ты серьёзно думал, что я нашего Вьюнка слушать буду? – он рассмеялся. – Обидно просто: на что Йед надеется?
– Хочешь – не хочешь, а я единственный, кто нам родину вернуть может. Так что, уж извини, потерпишь.
Лейос даже сам удивился таким словам. И когда он научился дерзить?
«Это всё нервы. С этой запиской…»
«Вот уж кому не стоит верить, так это Анхе»
Анха же чуть надул щёки уважительно покивал в ответ на выпад Лейоса. Ни капли искренности в жесте.
– Так ты с зубками, оказывается. Или это так, на две минуты, потому что настроение плохое, а потом к Ноаку или Дубхе побежишь жаловаться, пророк наш. Ты у Старейшин любимчик. Интересно за какие такие заслуги? За то, что своих предал? Слыхал, ищут они тебя.
«Они меня ищут?»
«Он и про Дубху знает? Откуда?»
Боль кольнула в сердце, вызвав одновременно и дикую тоску, и безмерную радость. Если Анха не врёт, то он действительно всё сможет вернуть.
«Только нужно быстрее закончить с обучением»
Лейос удержал лишние эмоции при себе, только фыркнув:
– Никакой не любимчик, не придумывай.
– А ты скромник. Сам не понимаешь, что с твоим титулом всё внимание на тебя?
У Лейоса судорожно дёрнулся глаз. А ведь точно. То, чего Лейос избегал в мыслях, Анха произнёс с пугающей точностью. Лейос всегда будет как на ладони. И это означало не только ответственность перед народом, но и…
«Никаких секретов. Никакой скрытности»
– Ты ничего не знаешь, – прошипел он.
Яркие зелёные глаза Анхи сощурились. Лейосу показалось, что ещё секунда и его зрачки сузятся до опасных змеиных щёлочек.
– Я знаю больше, чем ты думаешь, Двуглазый, – он понизил голос. – И тебе бы тоже научиться по сторонам смотреть. А то знать больше самого одарённого Адришем… Особо стараться не надо. Вроде Двуглазый, а всё равно слепой щенок.
Он оттолкнулся от забора и махнул рукой.
– К слову о щенках. Поздравляю с подвигом – котёнка спас, герой малышни. Надеюсь, это не твой потолок. Не разочаруй.
И что-то насвистывая, как ни в чём ни бывало, он отошёл к себе во двор. Лейос прожигал его взглядом и даже сначала не понял, что утробно зарычал. Он одёрнул себя и быстро зашагал. Но уже не к дому.
Скоро он уже стучал в дверь знакомого дома, тыкая носком ботинка в землю, выдалбливая небольшую ямку.
«Анха, чтоб тебя комары ночью утащили»
Ему открыл Ноак.
– Ты чего это на ночь глядя?
– Поможешь с тренировкой?
– Так тебе к Васату с этим нужно, – Ноак озадаченно нахмурился. – Разве я могу чем-то помочь?
– Васат сказал отдыхать, я не хочу. Мне нужен кто-то рядом, одному… – он запнулся, – боязно. Просто посиди со мной. Мне будет спокойнее.
Ноак задумался, потёр подбородок. Лейос сцепил ладони и состроил жалобные глаза.
– Пожалуйста.
Через несколько секунд Ноак сдался с громким вздохом.
– Ты знаешь, что похож на щенка?
– Кажется, это сегодня моё тотемное животное.
– Что?
– Ничего. Спасибо тебе.
И Лейос нетерпеливо потянул его к себе домой.
Ноак ушёл, когда за окнами тёмное небо засерело, а из-за горизонта выплыл казавшийся жидким шар солнца. Но Лейос попробовал вызвать ещё одно видение самостоятельно. Да, страшно. Но когда рядом был Ноак, всё получалось. Значит, имело смысл попробовать самому.
Видение удержать надолго не получилось, но в него не вторглось другое, более пугающее, а это уже успех.
Появиться перед Васатом на вечернем занятии было уже не так стыдно. Лейос не отоспался толком, но заменой бодрости служила решимость работать дальше.
Васат осуждающе покачал головой, окинув взглядом темнеющие круги усталости под глазами Лейоса, но на комментарии не расщедрился. Видимо, потому что принёс новость поважнее. И когда Лейос её услышал, был уверен, что любой след недосыпа сбежал с его лица.
– Сегодня идём к Йеду. Тебе пора показать свой прогресс.
Внутри за долю секунду произошёл резкий и неожиданный отлив, будто оставив лишь голый песок.
– Как? Уже? – только и смог выпалить он.
– Скажешь, что у тебя нет успехов? Как по мне, есть, что показать.
Прилива не произошло, но в песке словно что-то ожило. И дало робкий росток.
– Наверное, – пробормотал Лейос.
«Знал бы, выспался»
– Откладыванием делу не поможешь, – Васат похлопал парня по плечу. – Ты ближе к цели, чем думаешь. Не забыл, что надо делать, чтобы в видение не провалиться?
– Ловить ощущения в теле…
– Вот. Ради того и медитировали. Не один будешь. Справишься.
Эти слова немного помогли совладать с тугим комком тревоги по дороге к усадьбе Йеда. Лейос в этом преуспел и особенно усердно пытался сохранить, когда понял, что наблюдать за ним будет не только Глава.
Йед принимал их в уже знакомом зале с комнатным садом и первым бросался в глаза, как истинный хозяин. Поодаль стояла Дубха, статная и готовая к представлению. На почтительном расстоянии от них нашёл своё место Ноак. Его степенный кивок стал приветствием. В стороне, рядом с одним из карликовых деревцев, прислонился к стене Анха.