Принц Времени

Глава 1. Солнечный сад.

Солнце ярко и игриво заливало сад своим мягким, тёплым и ярким светом, то и дело создавая солнечных зайчиков. Творения света что живут только день, а потом с наступлением темноты исчезают.

Маленькие создания навострили свои ушки, почувствовав лёгкий шорох листьев, когда из кустов внезапно выпрыгнул бойкий мальчишка в надежде поймать это милое создание.

Мальчику было всё равно обожжётся он от творений солнечного света или нет, на его лице лишь играла лёгкая улыбка от предстоящего триумфа, когда он попытался схватить маленького зайчонка, что не успел убежать, и на его лице сверкала яркая улыбка.

– Я поймал! – говорил мальчик ярко и громогласно, а в его янтарных глазах так и отражался свет триумфа, который исходил прямиком от пойманной добычи.

Однако триумф этот был недолгим. И мгновение спустя наглый и легкомысленный мальчишка был наказан за свою дерзость.

– Ауч!

С этим криком мальчишка упустил свою добычу и зайчик выпрыгнул только для того, чтобы слиться с потоком света, что его и породил.

А мальчишка мог только посмотрев на рукава своей рубахи заметить, что они все сгорели от соприкосновения с яркими и такими манящими существами, подобно мотылькам что сгорают в огне пламени его сестры, каждый раз, когда она зажигает ночью лампу для спокойного сна.

Боль и тепло сразили руки маленького мальчика и ему было до боли обидно…

Ведь он увидел, как смеясь во весь голос лучезарно радуясь, что она сумела поймать солнечное существо. Он наблюдал как его сестра, что была его старше лишь на пятнадцать минут, могла без страха и без риска обнимать светлое существо. А её глаза сияли словно два рубина при виде того, как этот зайчонка ластится в её руках, словно она была его хозяйкой или мамой.

Насупившись от досады, маленький паренёк лишь попытался скрестить свои руки, но тут же воскликнул от ощутив всю тяжесть ожогов, что он получил, попытавшись угнаться и ухватить свет своими руками.

Заметив это, девочка, чью голову украшала маленькая королевская тиара со звёздочками лишь громко воскликнула:

– Стража!

На что тут же на громогласный крик выбежали два человека одетые в доспехи которые тут же учтиво поклонились принцессе:

– Что вам угодно её высочество?

На что девочка украдкой посмотрела на брата и учтиво сохраняя царскую осанку и учтивость спокойно отвечала:

– Моему брату Генри нужен лекарь.

На что оба стражника лишь учтиво поклонились:

– Как прикажете её высочество!

И как только стражники покинули сад, девочка, мигом подбежала к брату пока милый пушистик продолжал спать на её руках.

– Так нечестно, Хел! – только недовольно попытался скрестить руки юный принц Генри.

Однако тут же он почувствовал как его и без того обиженные руки, словно бы пронзило огнём и казалось, что сделай он лишнее движение, как тут же с его красных от огня рук сойдёт вся кожа обнажив всё мышцы и нервы, подобно тому, как они с сестрой порой сдирали с орехов твёрдую скорлупу, чтобы полакомиться ими.

Но сестра вовсе не злилась на возмущения своего младшего брата, а лишь обеспокоенно посмотрела на его руки и немного при задумавшись, схватилась свободной рукой за подбородок:

– Хм, думаю, Спирит мог бы вылечить твои раны…

Сказала спокойно сестра, хотя внутри её саму всё трясло. Ведь при виде ожогов она сама словно ощущала их жар и боль и ей показалось, что ещё чуть-чуть и она попросту уронит маленького солнечного зайчика, которого она ласкала всё это время.

Хотя если посмотреть на эту ситуацию с другой стороны, то чего она могла ожидать? Довольно глупо было полагать, что мальчик, чья способность не связанна с огнём или светом, сможет удержать свет в своих руках и не обжечься от него.

И тяжело вздохнув она могла только тихо с утешающей улыбкой произнести:

– Вечно с тобой так Генри…

Услышав подобные слова сердце её близнеца, залилось ярким светом. Тем самым от их неразрывной связи, Хелен всегда знала, что сказать, чтобы его гнев сошёл на милость.

Ровно как сейчас.

И юноша, лучезарно улыбнувшись попытался почесать затылок:

– Какой есть сестра… Ауч!

Однако следовало ему поднять руку как ожог дал о себе знать пронзив его руку сильнейшей волной.

И на этот крик тут же подбежали подоспевшие на место происшествия две величественные фигуры.

Красная яркая мантия с узорами цветов так и сияла на солнце порождая тысячи и тысячи новых солнечных зайчиков, что дружно начали бегать возле мужчины, что выглядел моложе своих лет. А огненная птица за его плечами начала мигом охотиться за своей добычей превращая милых зверьков в языки пламени своего хвоста.

Другая же фигура взрослой женщины с необыкновенными волосами словно ясное небо тут же без всяких раздумий подбежала к собственному сыну.

Но стоило ей прикоснуться к израненным рукам мальчика как тут же из его глаз полились драгоценные и редкие словно сапфиры слезы, при виде, который в глазах королевы мелькнуло, что-то что никто из детей, не мог понять. Словно сейчас её сердце разрывалось на несколько мелких кристаллов.

Мужчина же, обратив внимание на детей близнецов строго обратился к огненной птице:

– Спирит!

На что хищник что ловко резвился с добычей мигом потух и смиренно словно ожидая кары от хозяина начал жалобно скулить.

Однако в алых глазах короля не было ни намека на гнев, и он только тихо и спокойно начал поглаживать своего алого огненного феникса.

– Ты знаешь, что делать…

И птица, покорно кивнув, взмахнула крылом и из него вылетело состоящее сплошь из огня перо, которое Король без тени сомнения взял спокойно в руки.

Генри с изучением лишь мог смотреть на то, как отец спокойно и ловко подхватил перо феникса, а после с лёгким и невозмутимым шагом подоспел к своим родным и тихо проговорил:

– Протяни свои руки, сын.

И слушая этот спокойный, но завораживающий голос, мальчик словно позабыл о боли, когда отец лишь спокойно вручил мальчику перо.

Чтобы потом мгновение спустя обнаружить то, что его руки, благодаря живительной силы огня феникса исцелились сами собой.

Король же, потрепав сына по макушке с теплым взглядом произнес:

– Мой маленький глупышка! Зачем браться за то, что тебе не подвластно?

Услышав эти слова, мальчик лишь стыдливо опустил голову. Он то всего лишь хотел поиграть с сестрой в королевском саду полном множество диковинных существ от цветочных фей, до маленьких существ, что жили в листьях, и которые сейчас вовсю окружили мальчика вместе с опавшими зелёными листьями в надежде, что тот одарит дерево своим вниманием.

Генри в свою очередь растерянно посмотрел сначала, на них, а потом и на своего отца, словно ища одобрение у более старшего и более опытного мага властителя пяти стихий.

Увидев такую искреннюю просьбу без слов, король лишь задорно засмеялся своему сыну:

– Вот видишь Генри, каждый хорош по-своему, почему бы тебе не помочь Лиственникам?

Ноги мальчишки словно окаменели на месте, ведь он не был так талантлив как его сестра, и не был таким мастером как отец.

Однако в решающий момент, когда он думал, что застынет как вкопанный в саду не в силах и шагу вступить от тяжести и ответственности что несли за собой слова отца, как мягкое тепло рук внезапно словно сняли с него это оцепенение. Подобно проклятью из книжек, что снимается поцелуем любви.

Но только это был не поцелуй, а иная форма проявления любви.

Отлично почувствовав, что это прикосновение словно придаёт ему самому силы, он словно воспарил, чтобы подбежать к дереву, с которого активно выпадала листва.

И стоило мальчику прикоснуться к дереву как светящийся импульс прошёлся по всему столбу, освещая и исцеляя потрепанную старую вишню, что мгновения спустя обрела совершенно новый наряд, обретя розовый наряд, став словно бы невестой, уже прошедшей весны.

Мальчик не мог отвести взгляд от этой красоты, когда он вновь почувствовал такое родное и животворящее для него прикосновение, которое и помогло ему сдвинуться с места.

И обернувшись на его источник он ухватился за ладонь сестры словно за лучик света в своей жизни.

– Спасибо Хэл.

На что принцесса лишь задорно улыбнулась и посадила на ближайшую ветку своего кролика, что начал активно, прятаться в цветах вишни тем самым одарив близнецов незабываемым смехом, который синхронно выскользнул из их уст стоило им наблюдать за шалостями маленького солнечного зайчика.

Так незаметно солнце начало заходить за горизонт, но брат и сестра, хоть их родители и уже успели уйти, по королевским делам, всё ещё продолжали играться в саду. Генри, прикасаясь к цветам и растениям что уже отцвели вновь давал им возможность подарить сестре всю красоту цветов от стойких и грациозных лилий, до опасных, но таких притягательных по своему запаху роз.

Лиственники наблюдая за буйством юного принца продолжали следовать за ним иногда от потехи скидывая на них ещё зелёные орехи, а порой и просто осыпая Генри листьями, чтобы услышать такой звонкий, но мелодичный смех десятилетнего мальчишки.

Хелен тоже присоединялась к шалостям духов деревьев, порой прося зайчиков, то и дело скакать по саду создавая яркие блики света, что ослепляли, но не причиняли боль, пока она сама пряталась до за деревьями, то в кустах различных цветов.

И увлечённые своей игрой Хелен и Генри совсем не заметили, как пролетело время. По крайней мере пока место солнечных зайчиков не заняли противоположные им лунные.

– Смотри Хэл, уже Цукиеми проснулись! – восторженно произнёс Генри пытаясь поймать уже лунного зайчика.

Хелен лишь посмотрела в след резко убегающему на встречу новой забаве брату. И её уголки губ расплылись в лёгкой улыбке.

Она прекрасно знала, что шалость Генри будет попросту бесполезной, но глядя на то как её брат радостно гонял творения Луны, маленьких Цукиеми, видя как снова и снова в попытках ухватится за эфемерный свет Луны, создания проходили словно бы сквозь него и видя как брат лишь от подобного смеялся, наследная принцесса не могла сдержать свою радость, наблюдая за маленькой шалостью мальчишки, что был рождён с ней в один день.

Хелен казалось, словно она была погружена в лёгкую дрему наблюдая за братом, когда из этого чувства её окликнул, словно взрыв пороха, громогласный, но в тоже время нежный словно лепестки василька голос матери:

– Дети, закругляйтесь, скоро ужинать будем!

Эти слова стали словно громом среди ясного неба для Генри, он явно увлечённый своей игрой не заметил, не то, что слова матери, а казалось словно мгновение времени для него в один момент застыли, чтобы дать ему насладиться погоней за маленькими Цукуеми, которые уже вовсю начали бежать на зов Королевы.

За ними и побежал Генри, пока от слов матери не потерял равновесие и чуть не упал прямиком в траву, покуда его матушка не подхватила его при падении.

– Аккуратнее мой милый. – её голос был холодным, но ярким, подобно свету Луны, что отражался в её небесно-голубых волосах.

Хелен же мигом подбежала к матери, поприветствовав королеву грациозным реверансом. При виде которого её брат лишь с усмешкой фыркнул:

– Пф. Вот показушница!

Но старшая сестра не обиделась на него. Наоборот ей было даже лестно от такой реакции брата, ведь будучи его близняшкой, она понимала, что Генри это говорил не со зла.

Потрепав легонько своих детей по голове, королева в свою очередь рассмеялась. Однако внезапно её смех сменился лёгкой меланхоличной грустью, что словно отдавались эхом звонких колокольчиков в её душе и её лиловые глаза внезапно обратились к звездам, что сияли сотней драгоценных камней.

Хелен и Генри тут же переглянулись и синхронно взяли свою мать за руки, чтобы передать ей всё тепло, что было у них.

Почувствовав тёплое прикосновение, королева словно очнулась от долгого и мучительного кошмара и в тот же миг обняла своих храбрых маленьких спасителей.

– А давайте вместе посмотрим на звезды? – внезапно предложила Хелен, и в её сердце тлела словно маленькая свеча надежда, что это поможет маме отвлечься от её печального прошлого.

Услышав это предложение лицо королевы на одно мгновение словно застыло во времени, словно она не понимала, где она сейчас находилась.

Однако при виде рубиновых глаз своей дочери, что так сильно были похожи на глаза её возлюбленного королева, лишь задорно погладила свою дочь по голове.

Она словно с детской непосредственностью в голосе, словно сама ещё была ребёнком, произнесла:

– Почему бы и нет.

Итак, взобравшись на дерево мать и её двое детей созерцали плеяду ярких драгоценных камней вселенной, что переливались каждая своим светом. Украшением которых были три планеты: Сириус, Кронос и Исида, что отчётливо были видны на небосводе.

И наблюдая за звёздами её мысли словно снова отправились далеко в прошлое и словно погрузившись в них королева мимолётно произнесла:

– Ирен обожала звезды.

Услышав это имя близнецы замерли. Они уже слышали от матери имя их сводной сестры, что подобно маленькой звездочке сияла на небосводе ярче всех, но чей свет бесследно исчез.

– Какой она была? – робко и неуверенно спросила Хелен, не зная, что ещё сделать, чтобы развеять грусть и печаль матери, которую она попросту не понимала и не могла понять.

И прекрасно это понимая, что никто из её детей, не сможет понять её печаль королева только тяжело вздохнула.

Рассказать о Ирен казалось ей испытанием, но и держать свою боль в сердце казалось было ужаснее, чем получить в сердце тысячи осколков.

И снова посмотрев на звезды королева ответила, хотя её голос, дрожал подобно отражению лунного света на водной глади:

– Ирен… Она… Она была смелой – пыталась подобрать слова королева, и в её глазах словно заново будто оживал образ девочки с небесными как у неё волосами:

– Да, пожалуй, так! Она была маленькой путеводной звёздочкой, для одинокой деревенской девушки, что приносила лишь не счастья…

Слушая эти слова, дети чувствовали, как сквозь них сочится вся боль, которую пережила их мама. Именно поэтому они синхронно словно были одним и тем же существом обняли её, пытаясь развеять её грусть и печаль.

Почувствовав тепло своих детей, королева снова вернулась в реальность и только с робкой улыбкой, словно боясь, что счастье у неё отнимут обняла своих детей и произнесла:

– Чтобы ни случилось, знайте: для любой матери любое её дитя бесценно!

И всё ещё держа детей в своих руках она произнесла небольшое заклинание:

– Move nos ad terram.

Таким образом мать и её близнецы оказались на земле. Разомкнуть свои объятия королева игриво произнесла:

– А давайте наперегонки доберемся до большого зала?

Янтарные глаза Генри и рубиновые очи Хелен словно загорелись подобно звёздам от этой идеи их такой креативной и весёлой матери.

И заметив этот огонь в глазах детей, королева лишь засияла подобно Цукиеми и начала активно словно выплясывая вальс бежать, приговаривая:

– Догоняйте! – и в этот момент она казалась не грациозной и статной королевой, которой её в основном и знали дети, а обычной озорной девушкой, из деревни которой её величество когда-то и была.

Однако следовало королеве умчаться прочь, как лунный свет, тут же покрылся за тёмными и мрачными облаками, словно предрекая беду, что пряталась в тени, подобно хищному зверю выжидая своего часа, чтобы напасть, чтобы разорвать в клочья идиллию королевской семьи.

Даже лунные зайчики внезапно застыли на месте, а Лиственники спрятались в листьях, сад опустел и, казалось, наступившая тишина и холод ночи стремились поглотить ощущение счастья и радости которой ещё минуту назад был наполнен королевский сад.

Почувствовав, как мир словно застыл, словно брат и сестра очутились в ловушке, дети невольно схватили друг друга за руки, словно ища утешение, словно мрачные тени отступят если они будут держаться вместе.

Однако то, что притаилось в тени казалось, что только и ждало того мгновения, когда его цель замрет

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.