Оценить:
 Рейтинг: 0

Рыцари плащаницы

Год написания книги
2006
Теги
<< 1 ... 17 18 19 20 21 22 >>
На страницу:
21 из 22
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля

Козма повернул голову. Сеиф, догнав его, ехал рядом. Козма кивнул, безмолвно отвечая на вопрос.

– Скоро умрет? – спросил туркопол.

– Будем лечить! – сердито ответил Козма.

Сеиф кивнул, словно соглашаясь с тем, что делать это нужно, но по его лицу было видно, что в успех лечения туркопол не верит.

– Я видел: ты утром точил саблю, – сказал Козма. – Маленьким тонким камнем. Он есть у тебя?

– Ты будешь точить меч? – заулыбался Сеиф. – Ты не доставал его из ножен с тех пор, как тебе его дали.

«Глазастый!» – обиженно подумал Козма. Но вместо ответа требовательно протянул руку. Сеиф, не прекращая скалить зубы, порылся в седельной сумке и вложил в ладонь Козмы круглый тоненький камень. Козма повертел его в пальцах, удовлетворенно кивнул. Затем в свою очередь порылся в седельной сумке и достал короткую железную пилку на простой деревянной ручке. Отпустив поводья, на ходу стал вжикать камнем по маленьким зубьям. Сеиф скакал рядом, приоткрыв от удивления рот. Козма невозмутимо закончил заточку, попробовал зубья ногтем и сунул пилку на место. Затем достал странный нож (маленькое лезвие на длинной и тонкой железной ручке), наострил и его.

– Что делать будешь? – спросил Сеиф, когда Козма вернул ему камень.

– Отрежу Ги руку. Иначе умрет.

– Да? – удивился туркопол. – Можно мне смотреть?

– Любишь кровь?

– Я видел, как человеку отрезают голову ножом, видел, как отрубают, – стал перечислять Сеиф. – Видел, как разрывают на куски лошадьми, как отрубают руки и ноги. Но никогда не видел, как живому отпиливают руку.

– Смотри! – пожал плечами Козма. – Если хочешь… У тебя есть что-нибудь крепче вина?

– Сикер!

Сеиф пошарил в другой седельной сумке и достал глиняную баклагу в кожаном чехле.

– Крепкий?

– Когда пьешь – во рту горит! – довольно улыбнулся туркопол. – А голова становится совсем дурной. Зато ночью не холодно и весело идти на врага. Пробуй!

Козма зубами вытащил кожаную пробку, глотнул и сразу закашлялся. Сеиф довольно ощерил зубы.

– Арабы называют его «алкогол». В нем можно растворять даже камни.

– Можно, я возьму для него? – Козма указал на Ги. – Ему надо выпить перед тем, как я отрежу руку. Потом я верну баклагу.

– Бери совсем! – махнул рукой Сеиф. – У меня еще есть. Мы взяли много добычи.

– Вы вчера полдня хоронили убитых врагов, – сказал Козма, пряча баклагу. – И в первый раз на дороге тоже хоронили… Господин был недоволен – теряли время, но вы настояли. Почему?

– Человека нельзя бросать на земле. Аллах запрещает. Каждый мусульманин в любую минуту должен быть готов к смерти, поэтому носит с собой свой гроб, – Сеиф коснулся рукой чалмы на голове. – Нужно просто размотать ее, и получится саван. Завернул в него мертвого и похоронил.

– Но убитые были твоими врагами!

– Мертвый – уже не враг. Он – человек, которого нужно хоронить, – упрямо сказал туркопол. – Врагами могут быть только живые.

– Как получилось, что мусульманин воюет на стороне христиан с другими мусульманами?

– Мусульмане всегда воевали между собой, – пожал плечами Сеиф. – Это было до того, как франки пришли в Сахель, это будет, когда они отсюда уйдут. Франки между собой тоже воюют… Я служу Зародьяру шесть лет и доволен своим господином. Он строг, но очень щедр, – Сеиф довольно посмотрел назад, где скакал табун захваченных после ночного побоища лошадей. Многие несли на спинах вьюки. Табун со всех сторон охраняли туркополы. – Арабский эмир забрал бы у меня половину добычи, а Зародьяр отдал все. За шесть лет я накопил немного золота, и когда продадим добычу, у меня его будет достаточно, чтобы купить себе плодородной земли в Сирии или Персии, сдать ее земледельцам и жить богато до старости.

– Ты хочешь покинуть Зародьяра?

– Господин сказал, что мы можем уйти после того, как вернемся в его замок. Но я еще не решил. Ты возьмешь меня на службу?

– Я? – удивился Козма.

– Зародьяр говорил: ты знатного рода. Он сказал, что ты будешь с ним только в этой поездке. Потом будешь сам рыцарь. Это ты придумал спуститься с башни ночью и напасть на Юсуфа?

– Что из того?

– Я пятнадцать лет ношу меч, но никогда не слышал, чтобы семеро воинов убили сорок, не потеряв ни одного своего! И взяли такую добычу! Одни кони стоят не менее сотни безантов, а еще одежда, обувь, оружие… Когда весть об этой битве разнесется по Сахелю, к тебе придут сотни воинов. Но ты помни: я обратился первым!

– Запомню! – пообещал Козма. – Если набирать воинов, лучше тебя не найти.

Сеиф поклонился, приложив руку к груди, и ускакал к своему табуну. Козма взялся за поводья и догнал Иоакима.

– На привале ампутирую Ги руку, – сказал, поравнявшись. – Поможешь? Подержать?

– Когда резал жену эмира, меня не звал, – хмыкнул Иоаким. – Ее бы подержал…

– Начинается! – вздохнул Козма. – Выдь на Волгу, чей стон раздается?..

– Три месяца без женской ласки! Мы что – не люди?

– На Стеллу посматриваешь!

– Есть на что смотреть. Помнишь, ночью?

– Она ж дите!

– Как сказать… Времени было мало, но разглядел… А как это дите черкесов местных к земле пришпиливала, помнишь? Да еще ножкой потом! По ребрам, по ребрам!.. Огонь-девка!

– Мало тебя Дуня по роже била!

– Мало, – согласился Иоаким. – Пусть бьет! Мне только в радость. Побьет, а потом гладить начинает, жалеть… И целует так, что сознание теряешь! Откуда только сила… А обнимает как!

– Прекрати! – велел Козма, скрипнув зубами.

– Пробило?! – злорадно хохотнул Иоаким. – Риту вспомнил?.. Ладно, сговорились! Жаль Ги.

– Мне тоже жаль, – вздохнул Козма. – Поймал парень стрелу, которая мне назначалась…

– Кто знает, что нам назначено… Старики живут, а пацанята гибнут. Под Путивлем насмотрелся, как они кровью харкали, – до сих пор не забыть…

– В Великую Отечественную пацаны тоже воевали, – хмуро сказал Козма. – Мой дед в партизанах с четырнадцати, ранен дважды…
<< 1 ... 17 18 19 20 21 22 >>
На страницу:
21 из 22