Тайлер обожал истории мадам Алексы.
Любимое время Тайлера начиналось после ужина, когда мадам Алекса собирала в круг ребят из детского дома и читала им книги. Разные книги. Про дальние страны, про путешествия, про подвиги героев. Но особенно Тайлер любил истории про животных. Однажды мадам Алекса прочитала замечательную книгу, в которой рассказывалось о диковинном создании – енотовидной собаке. У Тайлера прямо-таки дух захватило от нестерпимого желания увидеть эту собаку. Сильно-сильно. Прямо невмоготу. Тайлер бегом побежал в кровать, чтобы поскорее заснуть и придумать себе сон, в котором енотовидная собака поселится рядом с их детским домом. Утром Тайлер первым делом побежал на ближайшую поляну и, естественно, встретил енотовидную собаку. Тайлер умел воплощать в реальность свои мечты.
Енотовидной собаке он дал имя Губернатор. Тайлер не знал, что значит это слово. Но оно казалось ему таким серьезным и деловитым. Оно идеально подходило в качестве имени енотовидной собаки. Губернатор поселился в старой лисьей норе в пяти минутах ходьбы от детского дома. Губернатор был очень серьезным. Тайлер любил смотреть, как Губернатор вальяжно совершал вечерний обход своего маленького хозяйства. Каждую зиму Губернатор впадал в спячку. Такой интересный. Стоило только начаться похолоданию, как Губернатор, позевывая, сносил в свою нору сухую траву и листву, устраивая себе постель. И только температура на градуснике становилась «плюс семь», как Губернатор окончательно укладывался спать. Тайлер навещал Губернатора зимой. Накрывал его сползшими травинками и подолгу сидел рядом, думая о том, какие сны он себе придумывает.
А еще во дворе их детского дома жила озорная дворняга. Белая с двумя крохотными пятнышками черного цвета на правом боку. Тайлер дал ей имя Собака. Дети посмеивались над фантазией Тайлера и называли ее Белкой. Но Тайлер знал, что она Собака. Тайлер любил играть с ней в почтальона. Собака представлялась Тайлеру героем, который принесет письма в любое время, преодолев любые преграды. Хоть на другой конец света быстрее пули. Собака была не против этой игры. Она часто подмигивала Тайлеру при встрече. Тайлеру нравилась Собака.
Километрах в пяти от их дом располагалась конюшня. Мадам Алекса иногда водила детей посмотреть на лошадей. Дети любили, раскрыв рот, смотреть на Ветерка, любимца местного конюха. Он был самым быстрым скакуном в табуне. Сильный, мощный, черный как смоль. Ветерок покорял сердца не только детишек, но и почти всех местных лошадей. Но Тайлеру был интересен Трой. Тихий маленький жеребенок, который любил скрываться в толпе табуна, мирно пасясь среди прочих. Но Тайлер знал, что среди всех коней Трой был главным озорником. Он всегда тихонько делал что-то «противозаконное» – то сломает забор, то подобьет копытом соседа. Тайлер говорил конюху, чтобы он присмотрелся к Трою. Но тот лишь смеялся в ответ и звал Тайлера к остальным ребятам, смотревшим на Ветерка. Однажды в конюшню приехал богатый молодой повеса Энтони Райкер и купил у конюха Троя. Конюх посмеялся над нерадивым конелюбом. Заплатил такие деньги за непримечательного Троя, а на Ветерка даже не взглянул. Глупый малец. Но Тайлер понимал, что мистер Райкер все правильно заметил. Больше Тайлер никогда Троя не видел.
Свое первое убийство Тайлер совершил в двенадцать лет. Это был Скотт, сосед Тайлера по комнате. Умный талантливый мальчик, который учился лучше всех ребят и любил помогать мадам Алексе и другим детям. Тайлера нашли с ножом в руках рядом с окровавленным Скоттом. Тайлер сидел рядом с телом Скотта, уставившись в пол и постоянно повторял: «Он был не тем, кем казался».
Тайлера отправили в больницу. Взрослые врачи говорили с Тайлером. Они часто подолгу закрывались в кабинете и громко обсуждали, произнося разные интересные слова. Тайлера поселили в маленькой комнате в белыми обоями и без окон. Мадам Алекса очень расстроилась, узнав об этом. Тайлеру не нравился новый дом.
Тайлер разучился придумывать сны. Теперь он просто их смотрел. Как в телевизоре. Тайлер закрывал глаза и видел много маленьких экранов, в которых отражались картинки жизни разных людей, которых Тайлер раньше не видел. Особенно часто Тайлер смотрел в экран, в котором был небритый мужчина, часто бывавший в разных местах. Тайлер не знал как его зовут, но сама сущность Тайлера заставляла каждую ночь приникать его именно к этому экрану. Тайлер смотрел за жизнью мужчины. Тайлер жил его жизнью. Смотрел его глазами, слушал его ушами, вдыхал новые ароматы его носом. Тайлер чувствовал его боль каждой клеточкой своего маленького тела, каждую долю секунды. Тайлер радовался его успехам всем своим маленьким сердцем.
В последние ночи Тайлер все чаще смотрел на сон, в котором этот мужчина стоял в небольшой слабо освещенной комнате рядом со старым знакомым и смотрел на тело старика, из которого сочилась кровь.
Сегодня Тайлер стал частью этого мужчины. Он был в нем. Всем свои существом. Своей душой. Своими мыслями. И всеми силами пытался нажать кнопку «Отмена».
Наконец она поддалась
***
Компьютер Энтони Райкера тихо шуршал. Мистер Райкер откинулся в кресле и потянулся за кофейником. Он обычно пил много кофе, особенно в состоянии стресса.
– Файл Тайлер покинул папку Карантин, – сообщил женский голос из компьютера.
– Спасибо, Алекса. Пора бы уже.
Мистер Райкер налил себе чашку кофе.
***
Кэш открыл глаза и увидел двух мужчин, стоящих возле тела застрелившегося старика.
Глава 3. И разверзлись хляби небесные
– Твою мать!!! Какого хрена? – обычно спокойный и уравновешенный Рик не смог сдержать эмоций, – Мил, делаем ноги! Быстро!
Милтон словно завороженный застыл на пороге кабинет Райкера. Не то, чтобы его пугала чья-то смерть. Не первый раз он видел подобное. Да что уж греха таить, ему и самому неоднократно доводилось стрелять в людей, в том числе и с самыми худшими для них последствиями. Но неожиданность поступка застрелившегося старика просто сковала его. Да и слова эти странные. Что он имел в виду? Какая игра? И это имя – Тайлер. Откуда-то он его помнил. На секунду он даже забыл о произошедшем, погрузившись в тщетные попытки вспомнить это имя. Грубый тычок в плечо заставил его очнуться.
– Мил, чего ты стоишь, разинув рот. Уходим! Раз он нас ждал, то возможно ждал не один. Нам еще до бухты пешком добираться! Я напишу Джеффри.
Рик взял себя в руки достаточно быстро и уже копался в передатчике, что-то печатая.
– Все. Пошли, Мил.
– Да, конечно, – глупо выпалил Милтон и двинулся к выходу из здания вслед за напарником.
***
Кэш летел за беглецами.
Летел неотступно, не приближаясь, но и не отставая. Ровно на том расстоянии, которое было ему необходимо для работы. Он тщательно запомнил все произошедшее в кабинете Райкера. До самых мельчайших подробностей. Кэш вообще все прекрасно запоминал.
Абсолютно все.
Память Кэша, как ему казалось, была безграничной. Он легко мог вспомнить какого цвета были шнурки на Милтоне. Или вот он мог в подробностях рассказать сколько комаров сидело в углу кабинета Райкера, когда он застрелился. И он мог это все сделать в любой момент своей жизни. Если Кэш что-то запомнил, то он это уже не забудет никогда. Вообще слова «забыть» не было в лексиконе Кэша. Вот все слова были, а этого не было.
А еще Кэша умел быть незаметным.
Он мог быть идеальным шпионом, который проникнет куда угодно, сквозь любые стены. И все зафиксирует. И даже если рядом будет стоять человек и смотреть на него в упор, то он все равно его не увидит. Как будто Кэш стоит в шапке-невидимке. А если вдруг и заметит, хотя такого в жизни Кэша еще ни разу не было, то он легко улетит от врага на расстояние, необходимое ему для работы. Он же умеет летать!!! Шикарно, правда? Такой вот тихий незаметный Кэш. Он гордился своим талантом, но не любил о нем распространяться. Точнее сказать он этого не умел.
А еще Кэш любил работать.
Работа была смыслом его жизни. Он ей посвящал все свое время. Каждую мельчайшую толику того, что люди называют временем. А времени у него было много. Он готов был ни есть, ни спать, даже отдыхать он не хотел. Кэшу иногда казалось, что он родился для того, чтобы работать. Хотя почему казалось? Кэш это знал.
Эти двое остановились. Кэш остановился вместе с ними и начал запоминать все, что видел.
***
Джунгли горели.
Горели страшно. С жутким завыванием, которое создавали всполохи огня на охваченных пожаром деревьях и крики животных, по своей глупости пытавшихся спастись в глубине джунглей. Треск пылающего дерева едва-едва мог протиснуться в эту какофонию ужасных звуков.
Зарево пожара было таким ярким, что казалось, что наступил день. Жаркий, опаляющий все на своем пути. Милтон и Рик ошарашено смотрели на эту картину
– Рик, ты когда-нибудь видел подобное? – Милтон не мог оторваться от зарева.
– Нет, дружище, – шепотом ответил Рик, – Господи, что здесь творится?
Милтон весь дрожал. Даже не зная почему. К нему подступало новое чувство, которое он раньше не замечал в себе. Что-то такое, что сидело где-то глубоко внутри него, а теперь медленно выползало наружу. Это был страх. Даже не просто страх, а Страх с большой буквы. Милтон дрожал все сильнее и ничего не могло его остановить. Ни желание побыстрее сбежать отсюда, ни присутствие Рика, ни крупные капли дождя, стекавшие по его лицу. Дождя. ДОЖДЯ!!! Милтон вдруг осознал, что на улице идет сильнейший ливень, что он промок весь с ног до головы через секунду после того, как они выбежали и особняка Райкера.
Дождь усиливался. Струи воды словно бешеные стрелы ударялись о листья деревьев и тонули в огненном океане.
Только вот дождь ничего не гасил.
***
Тайлер смотрел на пожар.
Тайлеру он нравился. Такой красивый. Так чудесно переливается в каплях воды, падающих с неба. Тайлеру хотелось подойти поближе к огню. Но не получалось. Тот, кого он называл Риком, испуганно смотрел на огонь. Глупый взрослый. Чего же здесь страшного? Это же так прекрасно.
***
Допив кофе, Энтони Райкер захотел курить. Он знал что, в его возрасте вредно увлекаться сигаретами. Но если он очень хотел, то не мог себе отказать. Достав сигарету из лежащей рядом с компьютером пачки, Энтони сделал сильную затяжку и с довольным видом взглянул на монитор.
Компьютер продолжал выполнять заданный протокол, периодически потрескивая внутренностями материнской платы.