Они, бывает, с тараканами,
И водку жадно пьют стаканами,
И с виду пусть поэт убог,
Но он по сути – полубог!
Вы, Серкидон, можете засчитать эти стихи народными, хотя это сочинил я. Иногда у меня случаются стихи, сейчас много случилось, обычно – не больше двух строчек. Буду Вам их закавычивать и помечать – «это стихи». А то у меня не всегда стихи от прозы можно отличить. Другое дело у Пастернака, у него и проза так похожа на стихи, что называют её «прозой поэта». Мне, честно говоря, Борис Леонидович больше любим в стихотворных своих проявлениях. Вот и по затронутой теме:
За что же пьют? За четырёх хозяек.
За их глаза, за встречи в мясоед.
За то, чтобы поэтом стал прозаик
И полубогом сделался поэт.
Моё четверостишие конкретнее: указано что пьют, из какой посуды, и потом – у меня поэт уже полубог. Несколько иной взгляд на сущность стихотворца у Игоря Иртеньева[26 - Иртеньев Игорь Моисеевич, р. 1949г., русский поэт.]. Он представляет поэта посланцем Небес, которому нужно помогать, если обстоятельства сложились печально для оного:
Остановись на миг, прохожий,
И очи долу опусти –
Перед тобой посланник Божий,
Поиздержавшийся в пути.
Поэты бывают великие и невеликие, завершившие жизненный путь и ныне живущие, весёлые и грустные, наивные и мудрые. Каждый из них уловил дуновение Истины, увидел её отблеск и запечатлел его на бумаге. Радар ли вмонтирован в души поэтов, антенна ли, либо душа поэта есть особое спец.устройство – не знаю. Но отголоски, рождённые в Высших сферах, западая в души поэтов, трансформируются в стихи, а далее попадают к нам, благодарным читателям, в таком высоком качестве.
Не поэтому ли и древнеиндийские мыслители, и в своё время модный немецкий философ Мартин Хайдеггер[27 - Хайдеггер Мартин (1889 – 1976), немецкий философ.] считали поэтов посредниками между богами и людьми? Не потому ли великий Гёте сказал: «И кто не внемлет голосу поэтов,//Тот варвар, кем бы ни был он!»[28 - Из «Торквато Тассо».] А в одной очень умной книге я прочёл, что поэзия – это ключ, который открывает тайные двери Вселенной[29 - Из книги Ж.Шарпантро и Л.Роше «Персоналистская эстетика Эммануэля Мунье»].
Властитель дум серебряного века Фёдор Сологуб[30 - Сологуб Фёдор Кузьмич (1863 – 1927), писатель, поэт, виднейший представитель символизма.] считал поэзию той соломинкой, за которую хватается погрязший в житейских дрязгах утопающий: «Слава Богу, что есть стихи. Остальное всё переможется».
Прекрасный актёр, режиссёр, любимец прекрасных дам и неутомимый декламатор стихов Михаил Козаков[31 - Козаков Михал Михайлович (1934 – 2011), артист театра и кино, Народный артист РСФСР.] на одной из встреч с поклонниками его
талантов неожиданно просто сказал: « Поэзия – моя религия…»
И я подумал: «Какая хорошая религия! Она не подавляет человека, не навязывает ему стиль поведения, приветствует не только веру, но и мысли, а если и руководит, то очень деликатно».
Для Вас, Серкидон, я отыскал у поэта – божеского посредника – такие строки:
Вот человек. Он всем доволен.
И тут берёт его в тиски
Потребность в горечи и боли.
И жажда грусти и тоски.
Это – Игорь Губерман[32 - Губерман Игорь Миронович (р. 1936), русский поэт, автор знаменитых четверостиший – «гариков».]. Примерно об этом же пишет Вадим Шефнер[33 - Шефнер Вадим Сергеевич (1915 – 2002), русский поэт, писатель.]:
Ты рай себе удобный выстроил,
Но без тревог не проживёшь.
Убьёшь печаль – но тем же выстрелом
И радость, может быть, убьёшь.
Поверьте мне, Серкидон, любовь и ревность, блаженство и страдание, веселье и тоска, радости и печали, воодушевление и отчаянье – всё это суть аспекты жизненного опыта, они меняют друг друга, как в партитуре музыкальных произведений высокие ноты меняются низкими. В книге одного симпатичного тибетца[34 - Йонге Мингьюр Ринпоче (р.1975) «Будда, мозг и нейрофизиология счастья».], имя которого славянину запомнить просто не реально, я прочёл, что, если удалить все низкие ноты из симфоний Бетховена, в результате вместо божественной музыки мы будем иметь «кастрюльную какофонию».
Вот-вот! Именно от такой кастрюльной какофонии я и пострадал сегодня ни свет, ни заря. Напрасно я временами пытался облагородить высокое безумие низкими мужскими нотами и пытался перевести монолог в диалог…
Но вернёмся к чувствам, которые мы определили как «низкие». Всегда ли они плохи? У Александра Сергеевича Пушкина – не всегда. А не потому ли он гений?
«Мне грустно и светло, // Печаль моя светла…» или «Есть упоение в бою// И бездны мрачной на краю…»
Значит, печаль может быть светлой. А ярость – благородной, а страдание – высоким, а скорбь – смиренной. Классик русской словесности Фазиль Искандер[35 - Искандер Фазиль Абдулович (1929 – 2016) советский писатель абхазского происхождения.] писал: «Скорбь – самое полезное, самое успокоительное гнездо человека в этом мире, потому что это гнездо никто не может разорить».
Скажу и про чувство недовольства собой. Это прекрасное чувство, оно является мощным стимулом стать лучше. Хотел Вам (а вот и тема письма!) предложить две стратегии работы с недостатками.
Первая от Далай-ламы: «Начинать следует с определения факторов, которые ведут к счастью, и факторов, которые ведут к страданию. После этого необходимо постепенно исключить из своей жизни те факторы, которые ведут к страданию, и усилить те, которые ведут к счастью. В этом – смысл моей идеи».
От себя поведаю Вам о Раках и Устрицах.
Что делает Рак, увидев свой недостаток или своё несовершенство? Он пятится: «Нет, это не моё… я не такой…»
По-другому действует Устрица. Она принимает в себя песчинку раздражения и работает с ней, пока принятая песчинка не превратится в жемчужину.
Возьмите на вооружение, Серкидон, стратегию мудрой Устрицы. Работайте с Вашими несовершенствами, а их у Вас столько, что вполне хватит на ожерелье для любимой девушки. На десерт примите подкрепляющие мои слова мнения двух немцев.
В. Гёте: «Сознание собственного несовершества приближает к совершенству».
К. Ясперс[36 - Ясперс Карл Теодор (1883 – 1969), немецкий философ, психолог, психиатр.]: «Грызущее чувство неудовлетворённости – показатель человечности».
Но Вам не надо грызть себя с новой силой. Вы уже достаточно в этом деле преуспели. «Взвейтесь, соколы, орлами. Полно горе горевать!»[37 - Начало русской дореволюционной походной песни.]
Крепко жму Вашу руку, и до следующего письма.
-4-
Приветствую Вас, Серкидон!
«А когда будет про женщин?!» – услышал я сквозь сон Ваш голос. Как раб на галерах ждёт удара бичом, так я жду Ваш окрик: «А про женщин!..» Но я Вас не осуждаю.
Понимаю, Вам сейчас трудно. Будда сказал:
«Половая потребность острее крика, которым укрощают диких слонов; она горячее пламени, она подобна стреле, вонзающейся в дух человека».