Русаков заметил, что Тонковидов смог собраться, поборол растерянность и это его приятно удивило. А Крупина такой тон тоже заставил говорить четко, по-военному, хотя внешний вид его оставлял желать лучшего.
– Они собрались у Григория Ивановича, бывшего нашего… губернатора. Общались, а потом ему плохо стало. Коротко это все. Захрипел, хотел сказать что-то и упал. Так говорят. Вызвали скорую, но поздно.
– Что медики говорят?
– Пока неточно. Сердечный приступ, – Крупин оттер пот со лба.
– Кто дело ведет?
– Следственный комитет, начальник УВД тоже там.
– Кто доложить может?
– Мартьянов, я думаю.
– Юра, соедини меня с этим… Мартьяновым, – сказал Тонковидов, нажав кнопку селектора.
Юра возился достаточно долго, и Антон успел спросить у Крупина:
– А зовут-то его как, этого Мартьянова?
– Денис Сергеевич.
Тонковидов поджал губы и сказал, подняв трубку:
– Денис Сергеевич, добрый вечер! Тонковидов. Можете доложить, что произошло.
Потом он долго слушал, что объяснял ему по телефону начальник следственного управления.
– Ясно, – сказал он. – Мое присутствие не требуется, я полагаю? Крупин сейчас подъедет и Катин, мой советник по безопасности. На месте доложите и по дальнейшему ходу.
Он положил трубку:
– Все слышали? Давайте, вперед. Петр Петрович, вы спускайтесь, а Сергей Сергеевич вас догонит.
Крупин кивнул и встал с понурым видом, ему совсем не улыбалось ехать куда-то в ночь. Так, по крайней мере, показалось Русакову. А может, скорбел по случаю смерти первого зама. Кто знает, какие у них были отношения?
Крупин вышел, и Тонковидов повернулся к Сергею Сергеевичу:
– Езжай, только тебе доверяю. Держи меня в курсе. И посмотри, что у них там за место встреч. А то меня они ж туда не приглашают.
Он зло сощурился:
– Звони в любое время, похоже, спокойные деньки закончились.
Катин встал и двинулся к выходу. Потом приостановился и вытащил из толстой кожаной папки, которую держал в руке, тонкий файлик. Протянул его Русакову:
– Хотел отдать. Мобильные телефоны сотрудников администрации и некоторых еще важных людей. Пригодится.
Он вышел. Тонковидов повернулся к Ростиславу и почему-то перешел на зловещий шепот:
– Видишь, что происходит? Это неспроста.
– Может, случайность? Несчастный случай, – попытался высказаться Русаков, но Антон только махнул рукой.
– Случайности закончили. Или их вообще не бывает. В общем, мы ввязались. Понял? И дороги назад нет. У меня точно. А ты со мной?
Он посмотрел Ростиславу в лицо, и от его взгляда тому вдруг стало не по себе. Но лишь на секунду.
– Конечно, что за вопрос? – ответил он.
– Хорошо, но в это дело тебе лезть смысла нет. Не твоя епархия. Займись пасквилем.
В это время у него зазвонил мобильный.
– Столица, – глядя на дисплей, скривившись, сказал Тонковидов. – Ты иди, спи, или, если хочешь, подумай над тем, откуда ноги растут. Завтра утром обсудим.
Русаков вышел из кабинета. В приемной он посмотрел на часы. Начало двенадцатого. На улице было противно. В меру холодно, откуда-то дул неприятный пронизывающий ветер. Ни одной машины на служебной стоянке не было. О том, как он будет передвигаться, в этой суете просто забыли.
Под светом фонарей он открыл файл и начал листать отпечатанный снимок. Наткнулся на фамилию руководительницы пресс-службы и ее номер телефона. Еще раз посмотрел на часы. «Форс-мажор оправдает», – подумал он иронично и набрал номер. Оксана ответила сразу.
– Извините, Оксана, это Русаков, не спите? – спросил Ростислав.
– Нет, – ответила она. – Не до сна. Вы, в курсе, наверно.
– Не то слово. Весь в теме.
– Ну, вот и я, – вздохнула Оксана. – Не знаю, за что хвататься. Сначала одно, потом другое. Кто бы мог подумать?
– Что?
– Что все сразу.
– А по отдельности?
– Что по отдельности? – не сразу поняла она.
– По отдельности могло это произойти?
– Не знаю, – сказала она.
– Слушайте, Оксана, – внезапно сказал Русаков. – У меня мысль. Мне, конечно, поручено заняться вбросом, но я, пожалуй, хочу поменять порядок. Вы знаете, где они собирались? Ну, это тайное общество.
– Да. Насколько я знаю, в доме губернатора. Бывшего.
– Вы не хотите со мной туда прокатиться?
– Неожиданное приглашение, – она усмехнулась. – Поехали.