Даймон

Очередной роман из замечательного, уникального цикла "Ноосфера". Да, в этом романе Валентинов злой. Злой к порокам. Иногда коробит от неожиданности. Даже в "Омеге", в главах про террориста Арлекина всё было менее натуралистично. Три линии. Алёша, киевский студент начала двадцать первого века; Ричард Макферсон, шотландский путешественник середины века девятнадцатого, путешествующий по Африке в обществе чернокожего друга; и некий, поначалу безымянный голос, размышляющий о политике и рекомендующий неплохую ретромузыку, в основном времен Гражданской. У студента неустроенность и безденежье, попытки участия в политике, странные друзья, обиженная хачами (так в тексте) подружка. У путешественника смертельная болезнь, географическое открытие и желание найти загадочного зверя Керит, представителя криптофауны; и голос Даймона в голове. Голос же размышляет о невиданном существе — аполитичной политике. Мечтает о том, чтобы не было продажного парламента и криминальных ментов. Чтобы штурмовые отряды …Далее

Мне не понравился роман. Даже не так, я заранее знала, что мне не понравится, но прочитала ради упоминания любимой группы в ней, поэтому читала вскользь, по диагонали, без интереса. При всем этом, обращаясь к тематике книги, понравилось только стремление к Ноосфере. В остальном же я аполитична, разные движения меня нисколько не привлекают, на фантастику не очень-то тянет, плюс, а точнее для меня минус ко всему, роман претендует на исторический. А историю в такой подаче я не люблю. Двойка.

Перечитал, да, в чем-то интересный роман. Очень сильно он меня задел при первом чтении. Неплохо сделано! Ноосфера, «оранжевая революция», штурмовики, фашизм, ретро-песни. Нравятся мне романы Андрея Валентинова. Конечно, плодовитость автора и обращение его к множеству исторических эпох несколько пугает. Но знание вузовского курса истории и некий художественный минимум выдерживаются; для большинства славянских, и не только, «фантастов» уровень Шмалько – это нечто недостижимое. Для них это даже нельзя назвать идеалом, ибо к идеалам стремятся. Вторичная вторичность фантастики и фэнтэзи на русском языке – это, увы, реальность и в море дряни трудно найти что-нибудь стоящее. Переслегин (за это можно его похвалить) доказал, что фэнтези в своем большинстве бывает глупой. Ну, конечно, а кто ее пишет и ГДЕ. В стране чрезвычайно бедной: скудная история, скудный пейзаж – вместо исторической «пропитанности» одни ёлки. Да и культурный слой стремительно истощается. Казалось бы, жанр – фантазируй, н…Далее