
Книга Cнов
Вечером Инесс рассказала Ивану о своем намерении. Оно теперь было четким и осязаемым. Оно стало как тетива, а энергия, которая реализовывала это намерение, словно стрела молниеносно неслась из лука в область воплощения. Инесс знала, что теперь она закончит свой путь мастера по красоте и станет мастером женских историй. Однако, как это сделать, она представляла себе с трудом.
– Я дам тебе два миллиона на раскручивание бизнеса. Когда появится прибыль, она будет твоим заработком. Согласна?
– Конечно, – только и смогла вымолвить Инесс. – У меня будет самый лучший в мире журнал. Он будет самым красивым.
– Только будь готова: деньги любят порядок, и если они не будут работать, то нужно менять направление. Если бизнес окажется нерентабельным, ты закроешь издание.
Иван говорил жестко, без тени той интонации любви и тепла, которые он обычно вкладывал в слова, обращенные к жене. Сейчас она была для него кем-то вроде делового партнера. Он объяснял принципы, на которых строится бизнес, механизмы функционирования продукта и элементы маркетинга, выдавал ей деньги, которые должны были принести прибыль. Деньги должны работать. Это закон. Никаких эмоций.
Для Инесс создание чего-то своего было очень важно и открывало новый этап в ее жизни. Она знала, что войти в светское общество невозможно просто так, нужно создать впечатление. Она это умела. От рождения обладая феноменальной харизматичной внешностью, она понимала, что этого ей хватило, чтобы привлечь в свою жизнь лучшего мужчину, но чтобы сохранить его, нужно было еще очень многое сделать: создать саму себя, открыть в себе новые грани, стать значимой, совершенной, да в конце концов, стать для него идолом.
Инесс вошла в детскую и посмотрела на спящего сына, он был уже большим, и сильно походил на нее, от отца в нем было мало, и это ее радовало. Не хотелось бы всю свою жизнь нести с собой груз прошлого, отраженный во внешности ребенка. Рядом сопело ее сокровище. Такой родной, маленький мальчик, копия Ивана. Инесс погладила его золотые локоны и длинные реснички, она с грустью подумала, что если бы это была дочка, какой красивой была бы она. Два мальчика от столь разных мужчин, два маленьких сердца бились в этом мире благодаря ее безумному желанию дать им возможность жить, дышать, существовать. Сколь значима для нас мать, которая всякий раз проходит через смерть, когда отправляется, чтобы подарить жизнь, и никогда не боится.
В проеме нарисовалась фигура Ивана. Он с любовью смотрел на Ин, на спящих сыновей, он считал их своими, обоих. Он думал, что в будущем эти маленькие мужчины смогут продолжить его бизнес, займут соответствующее положение в обществе, и Инна сможет ими гордиться. Иван был строгим, но справедливым отцом. Он считал, что настоящие мужчины не должны расслабляться, они четко фиксируют цель и достигают ее. Все понятия имели значение для Ивана, если были связаны с честью, достоинством, гордостью, властью и силой.
Инесс встрепенулась и повернулась к двери, она ощутила на себе его взгляд. Ее глаза стали смеющимися, как у шалуна, она с ироничной усмешкой обратилась к мужу:
– Почему ты не спишь? Подглядывать за женой не пристало настоящему мужчине.
– Я не подглядывал, а смотрел, – отрезал Иван, – смотрел на вас. На моих самых любимых людей.
Инесс стала серьезной. Подошла к Ивану и обняла его за шею:
– Знаешь, я хочу, чтобы ты с гордостью ввел меня в свой круг.
– Я и так горжусь тобой.
– Но я еще ничего не создала, я еще только начинаю бизнес. – Инесс устремила взгляд вдаль. – Я хочу, чтобы ты гордился мной заслуженно. Когда меня будут показывать по телевизору, ты сможешь с чистой совестью сказать, что твоя жена не такая, как у других, она не просто домохозяйка, она имеет цели, к которым стремится.
Иван лишь усмехнулся, он погладил ее по лицу и сказал мягко и нежно:
– Я многое пережил, когда чуть не потерял тебя. И это не ты, а я должен стремиться не разочаровать тебя, это я должен делать все, чтобы ты не смотрела на других мужчин, чтобы ты была со мной всегда, пока бьется мое сердце.
– Ты так говоришь, как будто кто-то может разлучить нас! – Инесс встревоженно посмотрела на мужа. – Я знаю о тебе очень мало…
– Этого достаточно, – ответил Иван, – тебе стоит лишь всегда быть на связи, чтобы я не беспокоился. У меня есть конкуренты и завистники, как, впрочем, у многих, помни, будь всегда на связи. Там, в записной книжке, я оставил телефоны, на которые ты можешь позвонить, если вдруг я буду в командировке. Это проверенные люди, они смогут защитить тебя.
– К чему такая предосторожность? Ты меня пугаешь, – Инесс серьезно заглянула в глаза Ивана.
– Знаешь, ты моя жена, мое положение обязывает быть избирательным в знакомствах и тебе, как моей жене, следует избавиться от случайных людей. Так будет лучше для тебя и наших детей, а для меня – спокойней.
– А если я заведу себе любовника? – иронично спросила Инесс, и глаза ее заблестели шальным огнем.
– Поверь, я первый об этом узнаю.
Иван был невозмутим, ему были чужды такого рода приколы, он понимал вещи очень глубоко, Инесс смутилась, что случалось с ней редко.
– Давай ложиться спать, завтра много дел, мы поедем выбирать тебе офис, – сказал Иван, он любил наблюдать за реакцией жены. Она была импульсивна и в такие моменты удивлялась, как ребенок.
– Мне офис? – Глаза ее округлились, она предполагала, что скоро об этом нужно будет подумать, но не так быстро.
– Да, тебе, здесь разве есть кто-то еще? – Иван улыбнулся и притянул Инесс к себе. Они соединились в объятиях. Так он не любил еще ни одну женщину, он растворялся в ней. Хотел ее и не мог насытиться ею, он становился обезличенным, и ему было на это наплевать, он любил ее больше, чем самого себя. Он понимал, что готов бросить к ногам этой женщины все, всю свою жизнь.
Утром Ин подала мужу завтрак в постель. После удивительной ночи ей хотелось сделать ему приятное, и она сделала. Иван был польщен.
– Знаешь, я подумала, что мне, наверное, нужно заканчивать работать в медицинском центре, пора менять статус, я теперь становлюсь бизнес-леди, не стоит мне работать на кого-то. – Инес выжидающе смотрела на мужа.
– Правильно рассуждает королева, чтобы раскрыть себя, нужно внутренне отделиться, нужно работать только на себя, в лучшем случае на свою команду. – Иван похвалил кофе и булочки.
– А куда мы поедем?
– Мы поедем по бизнес-центрам и выберем тебе офис, затем мебель, затем команду. Ты подумала над бизнес-планом? Нужно все просчитать, с кем ты будешь работать, где взять людей, сколько им будет нужно платить. Кстати, как будет называться твой журнал? Целевая аудитория?
Инесс вдруг поняла, что ничего этого она не продумала, более того, она понятия не имела, как делаются подобные вещи. Она что-то промямлила, про то, что хочет сделать мужу сюрприз, поэтому не раскроет всех планов прямо сейчас. Иван встал и начал готовиться к поездке, после прихода гувернантки они оставили детей и отправились по мебельным салонам. Инесс впервые выбирала мебель для своего первого в жизни офиса, она включила всю фантазию и ощутила, что мысль о зеленых столах и кожаном диване уже когда-то присутствовала в ее подсознании, она почувствовала дежа-вю. Такие моменты почему-то были ей приятны, она знала, что это движение жизни в правильном направлении. Сняв офис и купив для него мебель, Ин пригласила Кристи. Сестра помогла ей завершить дела. Когда все было закончено, они сели напротив друг друга и вдруг расхохотались, как в детстве, когда им удавалось спрятаться от противной Энжи и построить втайне от нее кукольный домик.
– Вот видишь, – сказала сестра, – ты всегда мечтала иметь свое дело, теперь у тебя уже есть офис, деньги, у тебя есть все, ты доказала всем, что многое можешь в этой жизни!
– Да, Кристи, ты права, но только я не знаю, где взять идеи, у меня нет никакого опыта работы в СМИ…– Ин задумалась.
– А ты поговори с той женщиной, которая хотела открыть свой журнал, может, она захочет сотрудничать с тобой. – Кристи вдруг подкинула отличную идею.
Ин вспомнила про Инну Ивановну и решила встретиться с ней в кафе. Приятная женщина сразу же согласилась, после чего они занялись поисками молодых талантливых журналистов.
Все шло как нельзя лучше. Ин знала, что это судьба, это шанс выделиться из себе подобных, стать легендарной женщиной, заставить всю элиту города уважать ее. Стать феноменом для своего мужчины. Она почувствовала, что ради этого пойдет на все. Ее эго раздувалось с невероятной силой, она вся сконцентрировалась на достижении поставленной цели. Ее цель тогда была красивой и светлой: создать такой журнал, чтобы он был интересен многим, чтобы его читали и им восхищались, чтобы он приносил капельку света в мир одиночества женщин. Ин чувствовала радость вперемешку с болью, ее голова стала еще более восприимчивой к мыслям о деньгах, успехе, процветании, она видела только одно – свою цель.
Часть 2 Сон 8.
Детство, жизнь до осознания
Странно. Но во сне все начинается с конца. То, что мы находимся в иллюзии, во сне, не давало мне покоя очень давно. Но то, что иллюзия может быть столь реальной, удивит любого, что же тогда реальность, если иллюзия столь реальна? Что же тогда жизнь, если это все сон? В чем глубинный смысл этого? Если жизнь так иллюзорна, то каково в ней место обычного человека? Многие задают вопросы, но нашедшие ответы никогда не говорят нам их, потому как они проснулись, а мы продолжаем спать. Мое пробуждение стало феноменальным, и я хочу передать его, я хочу зарядить вас частичкой того света, который вошел в мою жизнь и полностью изменил ее. Повесть о том, как я выросла и стала тем светом, который озарил всю мою реальность.
Путешествие из детства в юность столь безоблачно, что воспоминаний практически нет, остаются лишь моменты, в которые ты ощущал, что ты есть, что ты существуешь. Такие моменты, как правило, с острым необычным ощущением боли и потрясений, именно они постепенно пробуждают тебя и заставляют мозг работать мгновенно, молниеносно.
Жила я тогда в большом промышленном городе, где люди все как один, мало чем отличаются друг от друга. Я была ребенком в сознании которого, запечатлелись вспышки, хронологически выстраивающие мою жизнь. Помню, что родители любили меня, я росла в атмосфере счастья, радости и света, мой Белый Ангел улыбался, видя меня счастливой умной девочкой. Я часто общалась с ним во сне.
Затем пришло время Черного Ангела.
Помню, как родился брат, как однажды ночью я сильно закричала, это Черный разбудил меня ночным кошмаром. Подбежала мама со словами: «Тише, брата разбудишь!». Помню, как в садике сосали с другими детьми сосульки, я заболела, и заболел маленький брат. А через шесть месяцев он умер, умер в 9-месячном возрасте.
Ничего более странного в свои пять лет я не видела, мой брат лежал нарядный в гробике. Гроб был маленький, такой, что умещался на одну табуретку. Мальчик не шевелился. Я тогда открыла, что в нем нет чего-то, что оживляет. В нем не было движения, не было жизни, и это было страшно. Мне захотелось сделать ему больно, лишь бы он пробудился, но он спал. Выражение его лица было лишено страдания, оно было спокойным, а лица всех взрослых были обезображены. Белый и Черный принимали моего брата по ту сторону завесы и приветствовали его. Это первое столкновение со смертью пробудило впервые меня, я стала испытывать чувства сострадания к окружающим, я стала пропускать сквозь себя их боль.
В этот день у меня началась ветрянка. Мои длинные золотые волосы, которые несли информацию обо мне, судорожно остригла мама, у нее в день похорон сына не было времени заниматься мной, расчесывать мои пряди, чтобы прижечь оспины. Я смотрела на приходящих ко мне, и они, жалея меня, непонимающую, прижигали мне болячки на голове раствором бриллиантовой зелени.
А потом холод, зимний морозный день, и мама, плача, просила укрыть ребенка, ведь он непременно замерзнет…На кладбище меня не взяли, но похоронили моего братика рядом с моей красавицей-бабушкой, ушедшей от нас в 35 лет. Так он навсегда остался рядом с той, что была ему родной по крови. Там я оказалась много раньше. У меня возникло странное осознание и понимание чего-то. Все было завуалировано. Все было еще не понятно. Над землей, в которую вернулись все мы, когда-то уже живущие, возвышались деревья: черемуха, береза, сосна. Иногда росла малина, нет ничего слаще ягоды, растущей на кладбище, она вся сияет последним светом тех, кто стал частью этой Земли.
Затем в моей жизни было море. Странное ощущение попадания в мир, в котором нет зимы, всегда светит солнце, и кажется, что люди здесь только радуются. Море сияет и переливается, волны и медузы светятся разноцветным блеском, – вот мир радуги и танца, вот красота, которую можно прочувствовать, вспоминая соленый привкус морского воздуха.
Я и мама жили в доме с окнами, выходящими прямо на прибой. Вечером, приходя домой, мы подолгу смотрели в окно на вечерний закат, когда полоса моря соединяется с кровавым небом, а потом, сливаясь, растворяется в нем. Утром мы снова отправлялись на пляж, а вечером все повторялось вновь. Тогда я начала понимать, что природа, с ее безмятежностью – удивительный учитель, она показывает нам, насколько малы наши проблемы и боль по сравнению с ее величием и любовью к нам. Она дарит такую красоту и мудрость, которой не научит никто другой.
Как-то осенью, когда дожди становились все сильнее и чаще, я смотрела на берег моря и видела стонущую гагару, она шла по берегу моря и кричала, ее плач отдавался далеко вокруг берегового причала. Пляж был пустынным, люди покинули эти места, после окончания сезона остались лишь птицы, которым пришло время улетать. Я глянула в небо и увидела стаю птиц, удаляющихся от нашего пляжа, это были гагары. Только одна ковыляла по берегу. Именно ковыляла, потому что ее крыло и лапа были перебиты. Она кричала так жалобно и громко, и никто не мог помочь ей. Гагара не смогла улететь вместе со своими сородичами, и что-то страшное было в ее одиноком крике, летящем далеко-далеко. Мама сказала мне, что вечером подростки стреляли из воздушного ружья по птицам на пляже, они не убили ее сразу, они убивали ее медленно, обрекали на верную мучительную смерть. Я долго плакала, и даже сейчас сердце мое сжимается от этого детского воспоминания. «Мы в ответе за тех, кого приручили», – звучат в моей голове слова из «Маленького принца». Да, мы в ответе, но если только умеем отвечать за себя. Те, кто не способен управлять собой, не могут быть в ответе за других.
Сон 9. Север
Через некоторое время мои родители вместе со мной уехали жить на Ангару в маленький городок, расположенный глубоко в тайге. Добраться до него можно было лишь на самолете: ни железной дороги, ни автострады проложено туда не было. Закрытый город. Лишь самолет. Город, расположенный глубоко в тайге, жил по своим неписаным законам. Чистый воздух, свежие мысли, энергия леса, глубинка, в которой каждый ощущает себя целым, нужным, важным… В маленьком городке человек словно слит с природой, он – часть ее, и живет легко, и умирает легко, в нем нет конфликта, нет борьбы, он умиротворен.
В том городе мама родила третьего ребенка, только там она стала снова доверять миру, она простила мир, простила себя и позволила себе быть. Там мы росли с новым братом, точнее с тем же самым братом, душа которого получила другое тело, так сказали во сне мне мои ангелы. Как то во сне два светящихся существа подошли ко мне и что-то передали, я подумала, как прекрасен сон. Именно там у меня началось открытие сознания. Я наблюдала за лесом, часто бывала в нем, в тиши сияющей тайги пела песни и брала энергию деревьев, я прикасалась к ним и подолгу сидела, умиротворенно размышляя. Летом мы ели таежные ягоды, лесные орехи, зимой катались на лыжах среди сосен, некоторым было более ста лет. Деревья, столь мощные, упирались в небо, глядя на них снизу, не было видно вершин, я часто думала о величии этих деревьев, ощущала, что человек сильнее, он мощнее, он еще больше. Только дерево – гармонично, наполнено жизнью, оно вообще лишено мысли о смерти, оно лишено сознания конфликта, дерево – это прообраз нас, только мы способны видоизменяться, мы взрослеем и становимся мудрее, мы получаем опыт. Что-то глубокое дарили мне сосны, когда я прогуливалась среди них. Я тогда еще плохо понимала это, но спрашивающая мысль уже была далеко-далеко, и ответ был уже разлит в природе, мне осталось его только отыскать, а искать я должна была в самой себе.
Когда пришло время, мне удалось вернуться на свою Землю, намоленную родину. Я увидела чистый лес, растущий вдоль дороги, по которой мне приходилось путешествовать, я полюбила горы, из-за которых утром вставало солнце и приветствовало меня, я полюбила деревья, и берег реки, и огромное поле травы, каждый день встречающее меня и ничего не ожидающее. Только живя в большом городе, где все пропитано мыслью о продаже, где на каждом шагу ты встречаешь рекламные щиты, кричащие, чтобы купили товар, который они предлагают, ты понимаешь, что если ты не покупаешь – ты бесполезен. Что если ты не потребитель, твоя жизнь бессмысленна. Я ехала среди чистой природы, она ничего не продавала, она отдавала. Так каково же было сознание великой планеты, способной на такую самоотдачу? Каково было сознание этой гигантской сущности, которая дарила и ничего не просила взамен, которая позволила уничтожить себя практически полностью, через глобальное потребление всего человечества. Каково было сознание Бога, разлитое во всем мире вокруг, сознание, позволяющее разорвать и разрушить недра Земли, в угоду чьим-то прихотям и сиюминутным страстям, и при этом продолжающее любить каждый день, каждую минуту. Ведь если бы он осудил нас хоть на мгновение, мир перестал бы существовать, мир остановился бы. Его любовь – безусловна, она вокруг нас, в надежде и ожидании, что утром взойдет солнце, а вечером появятся звезды в Млечном пути, и мы станем лучше, мы поднимемся на следующий виток своего развития, и жизнь возрадуется, и Он станет еще более величественным, а в Космосе появятся новые миры, которые мы своим совершенствованием смогли зажечь во Вселенной…
Сон 10. Сон в летнюю ночь
Там, среди сибирских кедров, я расцвела. Часто из зеркала на меня смотрела белокурая девочка-подросток с длинными волосами, большими глазами и прямым носом, который почему-то тогда мне совсем не нравился. Я думала, что я, конечно, симпатичная, но не сильно отличаюсь от других. Когда я стала замечать, что нравлюсь мальчишкам, я стала думать о себе иначе. Первая любовь, свежая и чистая, не окрашенная сексуальным опытом, безответная, впервые открыла мне саму себя. Как ни странно, не другого человека, а меня. Я полюбила паренька с голубыми, как небо, глазами и светлой широкой улыбкой. Весь мир тогда был для меня заключен в нем, я повторяла его имя как молитву и мечтала только о встречах с ним. Тогда я стала обращаться к Богу, и он услышал меня. Я еще не понимала тогда, что Бог – это и есть я, я думала, что он где-то рядом, в каком-то смысле так оно и есть. Я встречала голубоглазого паренька, и мои мысли путались, слова застревали в горле, и мне хватало возможности просто видеть его, находиться рядом. Несмотря на то, что он был приветлив, ничего, конечно, его улыбка означать не могла, мы были детьми. Главное, что через эти чувства я впервые осознала, что я – есть. Это было удивительно, я поняла, что я существую, я вечна, я больше, чем кажется, если способна вместить в себя такое большое чувство.
Первый опыт был удивителен. Ночью я вдруг увидела себя со стороны, но кем тогда была я, если мое тело лежало прямо передо мной? Осознание этого меня потрясло, но страха не было, я была свободна от бремени, и интерес стал больше страха. Передо мной открылись просторы Космоса, я увидела светящееся изменяющееся Нечто, напоминающее молекулу с атомами и электронами, оно было осознанным и смотрело прямо на меня, не имея даже глаз. А самое необычное – я чувствовала, что ко мне пришло что-то Божественное. Но представить себе, что это Бог, я не могла, мой трехмерный разум не мог этого вместить, я ведь считала, что Бог – это Иисус. Тогда во мне жила мысль о том, что он жил среди нас, и этого я не могла понять. Почему Боги иногда приходят, чтобы жить среди нас? Я четко знала, что ко мне спустилось Сознание. Сознание. Это я знала, как и то, что Я – есть Я. Таков был мой первый опыт необычного сна, в котором все реально, и ты знаешь, что спишь, но находишься в какой-то другой реальности.
В то самое время я обнаружила, что вокруг меня есть люди: мама, отец, брат, одноклассники, которые даже представить не могли себе, какой жизнью я живу. Моя жизнь была такой глубокой и одинокой, что, казалось, плача каждый день, я так и не стану понятой. Радость тогда доставляла мне только моя первая любовь. Она напоминала мне те же ощущения, что испытывали герои Бунина в рассказе «Митина любовь». Развивалась она по тем же законам и отличалась остротой чувств и глубиной переживаний, пробудившимися надеждами, которым никогда не суждено было сбыться. Несмотря на непреложный закон Вселенной, первая любовь, такая чистая и светлая, осталась в моей памяти навсегда, самое яркое из воспоминаний детства, самый яркий сон в летнюю ночь.
После этого первого чувства, открывшего меня, я стала писать небольшие зарисовки, собственные размышления и мини-романы с грустным концом о несчастной любви, романы из жизни моих одноклассников, которые имели среди героев-слушателей ошеломляющий успех. Меня частенько упрашивали написать книгу и сделать именно Его или Ее новыми героями моих юношеских литературных проб. Они тогда были обычными мальчишками и девчонками, и им хотелось быть ярче, лучше, чем на самом деле. Они смотрели на вещи совсем по-другому, они были героями, а я, словно, зритель, свидетель, описывала их маленькие судьбы-истории. Я смотрела на них как будто из зрительного зала, наверное, так смотрят на нас Те, кто следит за устройством мира и вещей в нем, те, кто понимает больше, чем мы. Мы думаем, что управляем своим миром, а на самом деле, им управляет кто угодно, но только не мы, и мы даем на это свое разрешение, мы хотим быть героями в романе жизни. Тогда как этот роман должны писать мы сами, мы должны знать, что и кто будет в нем.
Эти размышления еще больше отдаляли меня от сверстников, они не очень понимали мой мир. Я была в своем мире безумно, до боли одинока… Это заставляло меня страдать. Сейчас я понимаю, что страдала потому, что смотрела на окружающих и сравнивала себя с ними, а сравнивать нужно было себя с тем, каким ты был вчера и каким стал сегодня.
Одиночество – это не бремя, это величайшее богатство, возможность быть наполненным, не одиноким, а наедине с собой.
Сон 11. Астральный полет
Ощущение странного удивительно красивого мира наполнило всю меня изнутри. Я бежала по поляне, усыпанной цветами, и видела, как прекрасен мир. В нем столько света и воздуха, невероятной красоты цветов, словно энергия исходила из каждого цветка, словно энергия пронизывала все и в виде сияния отражалась от них. Когда ты смотришь на цветы в реальности, ты видишь только краски, а на тонком плане я видела свет и сияние. Я была очень удивлена странным ощущениям. Если здесь, в трехмерном пространстве, мы называем их цветами, то там мы должны бы называть их «светы», от слова «свет». Интересно, значит свет в материальном мире – это световой спектр, какой-то ярче, какой-то бледнее, но все это – свет. «Где же источник света?» – подумала про себя я, и тут же передо мной возникла огромная фигура. Фигура была столь величественной и грандиозной, что я остановилась. Подняв голову к небу и увидев свет, я обнаружила, что этот свет исходил из фигуры человека, одетого в монашеское одеяние. Свет в виде гигантского потока энергии летел столбом в небо и возвращался обратно к Земле, он обнимал Землю и, казалось, что Земля, такая большая, становится маленькой, объятая энергией Божественного. Я вдруг почувствовала, что передо мной стоит Бог.
Я почувствовала это всей своей сущностью. Я почувствовала, какое величие представляет собой Он, как Он грандиозен, какой малой частичкой являемся мы по сравнению с Ним, как капля перед океаном. Все мое существо затрепетало от того, кто стоял передо мной, кто пришел ко мне. Я упала на колени и разрыдалась. Этот сон потряс меня. Он врезался в мою память и стал частью моего сознания. Этот сон связал меня с миром настоящей реальности, помог мне понять, что мое существование протекает где-то еще, не только здесь, яркой, своеобразной жизнью. И эта жизнь – была сном! Этого просто не могло быть. Это не укладывалось в моей голове, не вмещалась в мое сознание. Как сон может быть более реален, чем явь?
Глава 13. Пробуждение
Через некоторое время события «реальности» затянули меня в монотонный круговорот повседневности. Я продолжала учиться и жить в городке близ Ангары. Настало время моего взросления. В то время мой дедушка, живущий в большом промышленном городе, покинул этот материальный мир. Я никогда не оплакивала близких, в моей душе четко жило ощущение того, что он не умер, а уехал в дальнее путешествие. И это действительно было так. Он просто перешел в другое измерение, в ту реальность, которая была в моих снах. Бабушка осталась одна, и мама, выполняя дочерний долг, приняла решение переехать на свою родину – в грязный промышленный город, наполненный, однако, перспективами, связями, возможностью обретения богатства, предоставляющий все материальные блага живущим в нем. Так казалось тогда моим родителям.