Его слова тут же подтвердились властным криком нападавших:
– Сдавайтесь, эсмарцы! И вас не убьют!
Где-то сбоку голосили женщины, звучали звон оружия и шум сражения. Риса всё-таки не выдержала и, подбежав к двери, присела рядом с Радко. Старый знахарь оказался прав: он был мёртв, а Риска бы ему не смогла ничем помочь. В ужасе она застыла у выхода, перед домом разворачивались страшные события. Нащупав ножны с кинжалом, закреплённые на поясе, Орисия шагнула наружу.
Сзади раздался горький вопль Лесовура:
– Стой! Куда?!
Но дальше она и не услышала, потому что побежала навстречу своей погибели. Риса не могла смотреть, наколько страдают совершенно невинные люди. Она, воспитанная с детства как будущая княгиня, не осталась в стороне, не стала прятаться за спинами, не попыталась тайно сбежать, а открыто и решительно вступила в бой.
Несколько спешившихся фаррских воинов окружили деревенского парня с оглоблей.
«Отис», – безошибочно узнала его княжна и бросилась к одному из нападавших.
Никто не ожидал такой прыти от девицы, а она действовала, как учил Мил, и быстро вывела противника из сражения. Молодая княжна даже не успела понять, убила или нет. В тот момент её это мало волновало. Орисия слышала плач и крики, видела тела знакомых людей, лежащие на земле в неестественных позах, находилась в безрассудной ярости, ощущала живую боль своей страны.
В какой-то момент вражеские воины поняли, что она довольно опасна и окружили девушку. Скорее всего, здесь бы трагично закончилась история Орисии, дочери Ингвара. Но раздался приказ:
– Не сметь! Отошли!
Вдруг кто-то дёрнул её на себя. Девушка спиной наткнулась на мужчину и быстро развернулась, целясь острым кинжалом в горло противника, но тут же лишилась оружия. Кинжал легко выбили из руки и он, прочертив красивую смертоносную дугу в воздухе, воткнулся в землю рядом с дорогой. Боец, стоявший всё ещё позади Орисии, чьего лица она не видела, скрутил ей руки и прижал к себе, тем самым не давая свободы действий, как маленького ребёнка держат, чтобы он не поранился и не навредил сам себе. Риска с безграничной ненавистью укусила воина за руку, а затем, обернувшись на него, наткнулась на знакомые серые глаза. Это было словно ножевой удар в сердце, весь воздух вышибло из лёгких.
– Почему ты ещё здесь?! – Илай одной рукой стянул тёмную ткань и открыл своё лицо. – Риса, ты должна была уехать ещё седмицу назад!
– Предатель, – с мрачною злостью прошипела девушка, с силой пнув его по коленке. Потом постаралась ударить локтем, но не добилась успеха, только самой стало больно. Тем не менее эффект неожиданности был достигнут, да и не хотел Илай ей навредить, поэтому она отскочила от него и подхватила свой кинжал.
– Как ты мог?! Вот что у тебя за работа!
– Если бы люди не сопротивлялись, то жертв было бы меньше!
– Ах вот как! – княжна сделала отчаянный выпад вправо, но Илай легко парировал гардой меча и выбил холодное оружие из девичьей руки. Он тщетно старался её не задеть, однако пыл сражения и поведение Риски ему не давали много вариантов, поэтому он опять прижал девушку к себе.
– Риса, послушай, пожалуйста! Здесь опасно, дай тебе помочь!
– Уже помог! Разглядеть предателя! – девушка с размаху откинула голову назад, надеясь попасть своим затылком в его лицо. Позади раздался отрывистый вздох сквозь зубы. Вышло удачно для княжны: разбила Илаю нос и губы, из-за этого он не удержал её в этих своеобразных объятиях. Орисия, отбежав на пару шагов, подхватила с земли свой кинжал. Можно было бы попытаться нанести снова внезапный удар, пока он утирает алую кровь с лица, но Риса хорошо понимала, что Илай с ней не сражается в полную силу, только поэтому она ещё жива. Да и вокруг них не было других воинов, они послушались его приказа.
– Погибнешь же, глупая.
– Уж лучше так, чем предательницей стать.
Рядом раздался грохот – кто-то использовал боевой артефакт. В стене поблизости стоящего здания появилась большая пробоина, почти сразу послышался детский плач.
Риса поспешила на крик:
«Плевать на Илая, он не будет бить в спину, а ребёнку надо помочь».
Подхватив малыша зим трёх-четырёх от силы, она побежала ближе к лесу, туда, где толпились деревенские жители, которые не могли участвовать в сражении. Добежала, передала дитя плачущей матери, и бросилась обратно в жесточайший бой.
«Я не девица, а княжна, будущая княгиня. Должна защищать свой народ, решительно бороться с врагами…» – мысли девушки внезапно оборвались. От сильного удара по голове она потеряла сознание и упала на затоптанную траву.
Фаррский боец не стал добивать, цели такой у него не было. Земли нужно было захватить, а мирное население пригодится для работы и уплаты оброка. Будучи живой, девчонка принесёт больше пользы новым хозяевам этих мест, но, чтобы сейчас она не мешала, обезвредил таким варварским способом.
Старый знахарь с несколькими мужчинами подняли княжну и, дабы не затоптали ненароком, оттащили в лес.
Риса очнулась уже через пару лучин, однако встать не смогла: сильно мутило, голова раскалывалась, а в глазах двоилось.
– Лежи, не поднимайся. Нагеройствовалась уже.
– Но как же так, дядька Лесовур?!
– На всё воля Светлой, дитя.
Он дал некий отвар, и девушка провалилась в спасительный сон.
Через три свечи атака закончилась, деревня сдалась на милость захватчикам. Жертвы были, и сейчас их оплакивали женщины: погибли дружинники из охраны Орисии, несколько славных парней и мужчин, которые отважно схватились за оружие и защищали родной край. Сгоревшие дома на окраине никто не считал за беду, все понимали, что жизнь теперь не будет прежней.
Часть людей смогли уйти дальше в лес, но большинство из них уже силой возвратили, и теперь они неуверенно стояли на главной площади, ожидая своей дальнейшей участи.
– Эта земля принадлежит великому княжеству Фарр. Вас больше не будут угнетать эсмарцы.
Люди промолчали, никто не стал спорить. Сегодняшние смерти многих отрезвили.
– За защиту будете регулярно платить оброк.
Чуть позже пришла весть, что соседние деревни тоже захвачены или, как сказали новые господа, «освобождены от тирании княжества Эсмар».
Хоть Илай со своим отдельным отрядом непосредственно участвовал в наступлении, но речь командующего Ольгаса и его покоробила. Ему было жаль погибших – многих из них он знал лично, они могли бы стать хорошими воинами, а когда-нибудь вступить в его отряд. К сожалению, у таких значимых исторических событий всегда высокая цена. Илая с детства готовили к военной службе, он неизменно показывал прекрасные результаты, часто побеждал в турнирах. Много раз ходил в разведку, впрочем в настоящих сражениях участвовал мало, да их почти и не было на памяти парня.
«Многие зимы происходили приграничные набеги на Фарр, горели деревни, страдали люди. Князю Годеру это надоело и, тщательно подготовившись, собрав все силы, он решительно дал отпор княжеству Эсмар. Показал, что Фарр – сила, с которой придётся считаться. Это тоже верно».
Эти мысли помогали смириться со случившимся, оправдать кровь на руках. А из головы не шла Риса, её слова, которые сильно полоснули по сердцу: «Предатель».
«Но я не предатель своей страны, ведь родился и вырос в Фарре. Неужели её я предал? Всё-таки я не мог рассказать, не мог предупредить. Почему она не уехала вовремя? Не должна была стать свидетелем всего этого».
Быстро взглянув на столпившихся людей на площади, он понял, что Рисы среди них нет. Спешно отправился к небольшому лазарету, где лежали калеченные и раненые, – там тоже не нашёл. Сердце закололо: «Не уберёг».
Вроде и не обещала она ему ничего, да и знакомы были всего ничего, но в душу запала с первого взгляда, с первой улыбки. Не такая, как все. Особенная.
– Где тела? – голос на щепу предательски дрогнул.
– Вон, к дому старосты сносят.
Подошёл и с большим облегчением девушку среди погибших не обнаружил.
– Много сбежавших в лес?
– Нет, почти всех уже вернули. Но несколько человек ушли по реке, за ними отправились в погоню.