Что случилось с мозгом №13?
К счастью, в это время в кабинет влетела Лилова. Сыпя себе под нос проклятья, она включила лабораторный бокс и, закинув туда несколько десятков пробирок, устало села в рабочее кресло, чтобы перевести дух. В это же время она заметила растерянную студентку, которая всё это время в упор смотрела на прибор.
– Точно, я же забыла показать тебе как он работает, – Аня так сильно хлопнула себя по лбу, что Лазарович подпрыгнула на табуретке от неожиданности. – А ты чего не сказала?
– У вас какой-то завал, я не хотела мешать, – опустив взгляд, ответила девушка, показывая аспирантке экран телефона. – Начала искать инструкцию.
– Всегда спрашивай нас, даже если вопрос кажется глупым. Пару минут у нас найдется, – улыбнулась Лилова и, подъехав ближе, вставила вилку в розетку. – Он включается просто, сейчас я покажу тебе, как он работает на одной пробе, ты запишешь результат. Так сделаешь со всеми. Потом мы идём на обед и после я покажу расчеты.
– Обед? – удивилась Яна. – Я думала, раз вы тут в мыле бегаете, то немного не до него.
– Обед – это святое, – строго ответила девушка, в упор смотря на собеседницу. – Если бы мне пришлось пропустить из-за работы хотя бы один прием пищи, я бы тут уже кого-нибудь убила, так что в час дня мы идем есть и точка.
Яна не стала спорить. Внимательно проследив за действиями аспирантки, она быстро поняла принцип и перехватила инициативу. На самом деле снимать измерения было довольно просто, так что Лазарович действительно управилась к часу дня, после чего её забрали в столовую.
Видя хмурые лица коллег, она поняла, что нагоняй сегодня получили все без исключения. Особенно её удивил крик Серых из коридора, в котором она кому-то пообещала достать результаты из самого неожиданного места, а после запихнуть их туда же, только глубже. После такого звукового представления повисло неловкое молчание, прерывающееся пережёвыванием пищи, и тихим скрежетом вилок о тарелки.
– Да уж, – подумала Яна, откусывая позавчерашний остаток шавермы. – Надеюсь, подобное тут не так часто, а то какая-то гнетущая атмосфера.
– Ян, я тут вспомнила, – сказала Мария, мгновенно приковав внимание присутствующих как к себе, так и к студентке. – Ты не рассказывала, почему выбрала нейробиологию. Просто интерес к строению мозга?
– Не совсем… Точнее не только это, – смущенно ответила девушка, чувствуя заинтересованные взгляды. – Это из-за бабушки. В последние годы жизни у неё начался, если так можно выразиться, маразм. Врачи думали, что это деменция, но она с легкостью проходила все тесты, а более детально её обследовать я не успела.
– А в чем это проявлялось? – поинтересовалась Красных, уточнив. – Если тебе сложно об этом говорить, то ты не обязана отвечать.
– Нет, нет, всё в порядке, уже несколько лет прошло, – неловко улыбнулась Лазарович. – В основном всё было нормально, но у неё случались приступы, когда она будто отключалась от реального мира. Она смотрела в одну точку и шептала какую-то белиберду, но так уверенно, словно она с кем-то говорила. Обычно это длилось пару минут, а потом она приходила в себя. Причем она вообще не помнила, что что-то произошло. Но в последний такой приступ она чего-то испугалась и у неё не выдержало сердце.
– Соболезнуем, – ответили присутствующие.
– Именно из-за этого я и решила заняться нейробиологией, – сказала Яна, опустив взгляд на пустую тарелку. – Я хочу понять, что именно с ней было.
Пока она погрузилась в собственные мысли, Мария и Анна быстро переглянулись, понимая друг друга без слов. Их опасения подтвердились, а значит нужно как можно скорее перейти к следующему этапу их плана.
На этой грустной ноте все разбрелись по своим рабочим местам. Лилова, как и обещала, первым делом показала, как проводить расчеты и, усадив девушку за свой рабочий компьютер, отправилась дальше работать. К счастью для Яны, все формулы уже были забиты в программу, так что ей оставалось только ввести данные и распечатать полученные результаты. Она была так поглощена вбиванием чисел, чтоб не ошибиться, что не заметила, как кто-то вошёл в кабинет. Внезапно на её плечо легла чья-то рука, от чего девушка испуганно обернулась.
– Яночка, я не хотела тебя напугать, – улыбнулась научная руководительница, говоря с ней приторно сладким голосом. – Хотела узнать у девочек, как проходит твое обучение, а тут только ты. Как у тебя дела?
– Да всё в порядке, Елена Олеговна, – смущенно ответила девушка, указывая на монитор. – Вот расчеты для обработки делаю.
– О, ты уже на финишной прямой, – довольно кивнула женщина. – Думаю, на следующей неделе тогда Маша и Аня тебя в оборот возьмут. Молодец, тогда я пойду к себе.
– Извините, Елена Олеговна, – остановила её Лазарович. – Я хотела узнать, какая у меня будет тема диплома. А то нужно же готовить литературный обзор, искать статьи, а это дело не быстрое.
– Да, конечно. Тема… – женщина устало потерла переносицу, пару минут задумчиво поправляя очки, но после ответила. – Я поговорю с девочками и подберем тебе тему, на следующей неделе они и скажут.
– Хорошо, спасибо, – согласилась Яна, подозревая, что реальными руководителями будут именно Маша и Аня, а эта женщина будет только подписывать соответствующие бумаги.
– Вот и славно, тогда до скорой встречи, – Елена Олеговна помахала ей рукой и скрылась в коридоре, оставляя студентку наедине с распечаткой.
– Ну ладно, – пожала плечами девушка и направилась в соседний кабинет, где её ожидали пробы.
Судя по протоколам, этот этап был самым ответственным, требующим максимальной концентрации внимания. Яна несколько раз перепроверила, те ли реагенты взяла, и приступила к приготовлению раствора. Соблюдая необходимую очередность, работа хоть и двигалась медленно, но так у неё была уверенность в том, что она не напортачит.
Кисть начало сводить из-за положения пипетки, глаза покраснели от того, что она старалась не моргать лишний раз. Она работала с настолько маленькими объемами, что даже дышать приходилось с осторожностью. К концу она чувствовала себя настолько изнеможденной, что она бы с радостью легла на полу прямо в лабораторном халате, лишь бы избавиться от неприятной боли в спине.
Когда она загрузила пробирки в термостат, в кабинет зашли Аня с Машей. Встретившись взглядом с аспирантками, Яна поняла, что не она одна хотела бы лежать на холодном кафеле в позе креветки. Девушки бегло оглядели рабочее место и, удостоверившись, что всё в порядке, присели рядом.
– Тебе минут пятнадцать осталось дострадать и сможешь идти домой, – вымученно улыбнулась Лилова, переводя взгляд на подругу. – Счастливица.
– Я могу задержаться и помочь, – предложила Лазарович, протирая рабочую поверхность спиртом. – Что у Вас сегодня по планам?
– Да нам в основном осталась работа со статьями, тут уже не помочь, – усмехнулась Красных, потирая глаза. – Остается только страдать и делать, так что можешь с чистой совестью идти домой. Завтра тебя ждёт финальное испытание.
Посмотрев на часы, аспирантки ещё пару раз тяжело вздохнули и удалились в соседний кабинет, оставляя Лазарович наедине. В принципе, Яна была рада этому ответу. Она чувствовала, что ей действительно нужна передышка от такого насыщенного дня. Особенно, если следующий день должен быть таким же.
Так что стоило таймеру пропищать короткий сигнал, девушка быстро убрала все реактивы по своим местам и, закинув пробы в морозилку, с облегчением стянула латексные перчатки, от которых её руки больше походили на сморщенную курагу.
Когда она уже собралась домой, попрощавшись с аспирантками, Красных остановила её крайне странным вопросом:
– Извини за любопытство, а какая девичья фамилия твоей бабушки?
Сказать, что Яна не ожидала подобного вопроса, это ничего не сказать. На пару секунд она уставилась на Марию, не понимая, показался ли ей этот вопрос или это какая-то странная шутка, но серьезный взгляд девушки явно давал понять, что она ожидает ответа.
– Как я помню, до замужества у неё была фамилия Ламдан, – неуверенно ответила Яна. – Но я могу сегодня покопаться в документах и завтра скажу точно. А с чего такой интерес?
– Да мы что-то начали обсуждать фамильное древо, вот и стало интересно, – улыбнулась Лилова, оторвав взгляд от экрана. – У тебя фамилия отца?
– Нет, мамы, – ответила Яна, невольно опустив взгляд. – Точнее бабушки, так было проще по документам после оформления опеки, чтоб я могла жить с ней после того, как родителей не стало.
– Прости, пожалуйста, – Анна даже поперхнулась от полученной информации. – Мы не знали.
– Да всё в порядке, я их даже не знала, – отмахнулась Лазарович, пожав плечами. – Бабушка не любила о них рассказывать, сразу же начинала плакать, так что я решила и не узнавать, чтоб лишний раз её не расстраивать. Знаю только, что они погибли в аварии, – она взглянула на экран телефоне, где красовались крайне настойчивые сообщения от Эли и Сёмы, которые отчаянно требовали её ответа. – Ладно, я побежала отдыхать. До завтра.
– До завтра, – хором ответили аспирантки, проводив девушку взглядом.
Подождав пару минут, Маша взяла телефон в руки и быстро набрала знакомый номер. На вопрошающий взгляд подруги она лишь нахмурила брови, давая понять, что всё объяснит потом. Как только она услышала тихий женский голос, то сразу же расплылась в улыбке.
– Привет, Дель, я с новой информацией, – быстро ответила Красных. – Проверь ещё фамилию Ламдан. Да, Мара Исааковна Ламдан. Да, возможно, я ошибаюсь, но проверить всё равно стоит. Ну странная энергетика, – пару секунд она молча слушала собеседницу, но, суда по довольному виду, она добилась своего. – Отлично, тогда буду ждать от тебя новости. Пока.
– Я так понимаю, ничего нового, – сказала Лилова, развалившись на кресле. – Может быть стоит предположить, что я всё-таки права?
– Да можно, конечно, – выдохнула Красных, прикусывая губу. – Но чувствую, что это слишком просто. Мне кажется, что тут замешана родовая магия, причем не самая приемлемая… – она посмотрела на экран с открытым пустым документом. – Ладно, потом разберемся, нужно работать.
В это время Яна уже стояла на остановке, прочитывая сотню сообщений от своих друзей, которые настойчиво привлекали её внимания. Стоило девушке ответить на один из мемов в беседе, друзья сразу же появились в онлайн и начали синхронно писать сообщения.
– Мы сегодня созвониться по видеосвязи и посмотреть какой-нибудь кринжовый фильмец. Ты с нами? – спросила Эля.
Не успела Яна даже подумать над ответом, в ту же секунду пришло сообщение от Семёна:
– Конечно будет и это не обсуждается. Если что, я уже готов. Вы как?
– Мне ещё минут десять обед готовить, и я готова, – ответила Старшова. – Хотя надо ещё положить на тарелку, расположиться… Минут двадцать, и я готова.
– Я вообще только с лаборатории вышла, мне ещё ехать и топать, – написала Лазарович, забираясь в забитый автобус. – Дайте мне минут сорок.
Получив согласие друзей, Яна забилась в отдалённый угол транспорта и, вставив наушники, отключилась от внешнего мира, растворяясь в реальности. Слушая депрессивный пост-панк, она предвкушала веселый вечер. Такие созвоны всегда были насыщенны тупыми шутками, спорами и постоянным отвлечением от фильма из-за очередной смешной картинки. То, что нужно после тяжелого рабочего дня.
Глава 12
Ранний звон будильника ничего не вызывал, кроме раздражения. Как же Яне хотелось вырубить телефон, вновь завернуться в одеяло и спокойно поспать ещё несколько часов, но сегодня пятница, а значит нужно на работу. Возможно, если бы этот день сулил ей очередные лекции, она бы и позволила своему телу взять необходимую передышку, коротко написав каждому преподавателю, что ей нездоровиться. Хотя бы один плюс в её роли старосты был: за три года «достойной» службы она выработала в университете прекрасную репутацию, благодаря чему на многие её причуды профессора снисходительно прикрывали глаза, однако на работе эти привилегии ей ещё предстояло заслужить.
С тяжелым вздохом она поднялась с кровати и, найдя тапки далеко не с первого раза, медленно зашаркала в ванную комнату. Пока старый смеситель усиленно пытался выдать из себя воду нормальной температуры, пустой взгляд её синих глаз бесцельно наблюдали за небольшим водоворотом. С каждой каплей утекало и драгоценное время на сборы. Она понимала, что чем дольше она наматывает кубометры воды на свой коммунальный счет, тем быстрее ей придется пить кофе, тем меньше этапов макияжа придется соблюсти, если вообще его наносить, возможно, она даже останется без завтрака, но она просто не могла оторваться от этого блеклого сияния.
Она медленно погрузила ладони в раковину, чувствуя приятное покалывание от горячей воды, которое медленно передавалось её замерзшему телу. Хоть уже и начинался октябрь, но после аномально жаркого лета на улице было по-прежнему тепло, вот только Яна не могла отделаться от чувства неприятного озноба. Пару раз она даже измеряла температуру, но ртутный градусник неумолимо показывал норму, а о вспышках новых абсолютно бессимптомных вирусов она не слышала, так что оставалось всё списывать на стресс и несуществующую в научном сообществе вегетососудистую дистонию.
Лазарович молча наблюдала, как начинают краснеть её запястья. Она чувствовала, что вода становиться всё горячее, но сил что-то с этим сделать у неё не было. Она видела, как клубы пара оседают на зеркале, искривляя её лицо в размытое пугающее нечто, но она просто не могла пошевелиться. Вода стала настолько горячей, что в ней можно было бы спокойно заварить чай, но Яна не чувствовала боли. Она абсолютно ничего не чувствовала.
Ей начало казаться, что вода, словно щупальца, начинает ползти по её руке все выше, оплетая кожу раскаленными узорами, а силуэт в запотевшем зеркале улыбался ей так сильно, что это больше напоминало звериный оскал. По коже пробежалась легкая дрожь, но девушка продолжала стоять на месте, будто очарованная этой измененной реальностью. Ещё немного и она полностью раствориться в этом безумии, но…
Оглушительный звон телефона резко вырвал её из оцепенения. Это был будильник «последнего шанса», после которого у неё на сборы остается всего двадцать минут, если она не хочет опоздать на работу. Тревога, резко сменившая на посту апатию, отдало команду ускориться. Яна судорожно умыла лицо и почистила зубы, не обращая внимание на то, что было мгновение назад. Не дойдя до кухни, она быстро забежала в спальню и, наспех натянув футболку и джинсы, начала усиленно замазывать синяки под глазами, которые с каждым днем становились всё темнее.
Пока она рисовала стрелки, её посетила идея всё-таки наладить режим сна, иначе эту темень под глазами перестанет перекрывать даже замазка, но эту проблему она оставила на вечер, быстро подкрашивая ресницы.
Оставшиеся пять минут она потратила на растворимый кофе, который выпила залпом, игнорируя обожженный язык. Точно ко времени она уже была на остановке в ожидании нужного автобуса. Ткань толстовки неприятно щипала предплечья каждым прикосновением, но Яна была настолько поглощена попытками влезть в транспорт, что решила оставить это без внимания. В последнее время ей слишком много кажется, и если она начнет проверять всё, что подбрасывает ей её разум, то её следующей остановкой точно станет психоневрологический диспансер.
Ровно в девять утра она переступила порог кабинета. Запыхавшись с непреднамеренной утренней пробежки, она прислонилась к прохладной стене, восстанавливая дыхание под недоумевающее взгляды аспиранток.
– Я… Там автобус… не ехал долго… – сбиваясь, ответила девушка, понемногу приходя в себя. – Боялась опоздать, вот и бежала.
– Если что, ты можешь приходить на работу с небольшим опозданием, здесь никто не следит за временем, – усмехнулась Лилова, протянув студентке стакан воды. – А если тебе поручат вечерний эксперимент, то вообще можно приходить после обеда.
– Серьезно!? – чуть ли не вскрикнула Яна, залпом осушив стакан. – То есть возможный инфаркт был зря?
– Не совсем, ты показала нам свою заинтересованность, – широко улыбнулась Мария, но стоило девушке стянуть с себя кофту, обнажая предплечья, как улыбка мгновенно исчезла с лица Красных, которая сразу же подошла к Лазарович и схватила её за руки. – Ян, что с твоей кожей?
– Что? – Лазарович больше смутилась реакции аспирантки, нежели красным витиеватым полосам на своих руках. – А, так вот что щипало. Не знаю, может отлежала… – в одно мгновение она вспомнила водные щупальца, но рассказывать подобный бред нейробиологам было чревато, так что пришлось придумать что-то правдоподобное. – Или обожглась. Да, обожглась, пока несла кружку кофе.
Яна с замираем сердца следила за реакцией аспиранток, чей взгляд был направлен на ожоги. Всего на мгновение они переглянулись и вновь вернулись к прежнему беззаботному тону.
– Надеюсь, это не повлияет на твою работоспособность, со всеми бывает, особенно с утра, – мгновенно затараторила Лилова, взяв студентку под руку. – Сейчас я покажу тебе схему раскапки реактивов на планшете, а потом отведу и дам реактивы.
– Я пока вам подготовлю рабочее место, чтоб время сэкономить, – улыбнулась Красных и, достав из кармана телефон, спешно вышла из кабинета.
Пока Аня рассказывала, как пользоваться специальной рабочей программой, Лазарович не могла выбросить из головы этот момент. Всего один короткий взгляд, но они поняли друг друга без слов. И она точно знала, что они поняли, что она врет. Это была секундная заминка, но из-за неё сердце студентки билось так часто, что оно вот-вот выпрыгнет из груди. Они все поняли. Они всё знают.
– Но что они знают? – хаотично размышляла девушка, смотря на увлеченную аспирантку. – Что вы знаете обо мне, чего не знаю я?
В голове вновь возник тот пугающий хриплый шепот, который будто яд разъедал её сознание:
– Прими…
– Возьми, – Лилова резко всучила девушке лист бумаги со схемой эксперимента, отчего та вздрогнула. – Эй, ты в порядке? Если словила перегруз от информации, давай я заново объясню?
– Не, всё нормально, – растеряно улыбнулась Яна, чувствуя, как постепенно спадает липкий страх. – Я всё поняла. Микс с зондами для проверяемых генов готовим быстро, но аккуратно, мешаем пробы, по схеме раскапываем по лункам и запускаем.
– Да, отлично, – улыбнулась Аня, однако Лазарович удалось уловить легкую тень напряженности в её голосе. – Пошли тогда в соседний кабинет, думаю, у Маши уже всё готово.
Не дожидаясь ответа от студентки, Лилова быстро надела свой халат и, кинув замешкавшейся Яне её лабораторную амуницию, вышла в коридор. Лазарович, стараясь не выронить свои записи, побежала следом. Только она подошла к боксу, как Мария сбросила звонок, но студентке удалось услышать последнюю фразу:
– Так и знала, нужно быстрее ввести в курс дела…
Заметив заинтересованный взгляд Лазарович, Маша быстро встала со стула, освобождая рабочую зону.
– Не буду вам мешать, пойду за комп, – она обернулась к Лиловой. – Получила новые данные по эксперименту. Как освободишься, подойди ко мне.
– Конечно, – улыбнулась Аня и, проводив подругу взглядом, вернула свое внимание к подопечной. – Так, расставляй, что нужно для работы и пробы, я посмотрю, как ты делаешь. Если всё будет хорошо, то я побегу работать, а ты подходи к нам, как закончишь.
Не тратя время, Яна быстро отыскала всё нужное и потратив полчаса на приготовление необходимого раствора, принялась работать с пробами. В это время Лилова внимательно следила за каждым её действием, одобрительно кивая. Довольная увиденным, она похлопала студентку по плечу и удалилась из кабинета, оставляя Яну наедине с кропотливой работой. Хоть девушка и старалась не отвлекаться, но полученные утром легкие ожоги неприятно зудели под слоем латекса, вынуждая её то и дело снимать перчатки, чтоб снова помыть руки.
Вернувшись к работе, она краем глаза обратила внимание на подписи пробирок. Чтобы отличать специальные растворы для конкретных генов их сокращенное название было вынесено на пластиковую крышечку. Если читать их вместе, то выходило какое-нибудь выдуманное слово на латинском языке. Пока она ждала разморозки проб, то решила попытаться составить из имеющихся праймеров какое-нибудь слово.
– Ac..ci..pe..re.. – прочла Яна и попыталась вспомнить, видела ли где-нибудь она подобное, но всё тот же хриплый голос ответил за неё. – Прими.
Ведомая страхом, она в ту же секунду переставила пробирки и отнесла их в холодильник. Сейчас на ней лежит ответственная задача, так что не время сходить с ума прямо на рабочем месте. Особенно, когда не уточнила, покрывает ли ДМС от института расходы на психиатра.
К её счастью, оставшаяся часть работы обошлась без признаков психоза, так что, когда она запечатала специальные планшеты и поставила их в прибор, Яна сразу же пошла в аспирантский кабинет. Не успела она открыть дверь, как до неё донеслись обрывки диалога.
– Нужно с этим разобраться. Сегодня же, – сказала Мария. – Ещё неделю ждать не вариант.
– Забыла? Упырь же сказал сегодня провести убой, – ответила Анна. – Как ты себе это представляешь? Ты посиди и не нервничай…
В этот момент дверь предательски скрипнула, так что Яне пришлось войти внутрь, делая вид, что ничего подозрительного не слышала. Объявив о выполненном задании, она дождалась, когда Лилова вновь наденет лабораторный халат и пошла следом.
Когда аспирантка подошла к прибору, она рассказала студентке нужную последовательность действий и, запустив программу, уже на готовых результатах показала, какой должна быть картина на экране монитора через полтора часа. Увидев во взгляде подопечной необходимое понимание, она довольно улыбнулась.
– Смотри, можешь пока отдохнуть или можешь попросить Машу показать тебе, как обрабатывать данные, и после сможешь это делать самостоятельно. Когда пробы пройдут все этапы, мы посмотрим, что вышло и если там всё хорошо, то сможешь сама всё рассчитать сегодня или оставить это на следующую неделю. Как хочешь?
– Лучше сегодня, – задумчиво ответила Яна, смотря на графики. – Сразу закреплю знания и со следующей неделе смогу уже что-то делать из поручений.
– Ты уверена? – настороженно уточнила Аня и, увидев зашедшую в кабинет Красных, добавила. – Не торопись, мы тебе покажем, как рассчитывать, а данные можешь взять на дом и там поработать в спокойной обстановке. А то программа закончит только в полпятого. У тебя нет планов на вечер?
– Да нет, – пожала плечами Яна, смущенная подобной реакцией. – Если вы сегодня не уходите рано, то я бы осталась и рассчитала тут, чтоб вы могли сразу подсказать.
– Мы сегодня допоздна, – тихо ответила Мария, внимательно смотря на собеседниц. – Так что если хочешь, то можешь остаться.
– Решим ближе к делу, – коротко ответила Лилова, с явным недовольством смотря на подругу. – Не стоит загадывать наперед, а то дело молодое, вдруг друзья позовут куда-нибудь. Пятница же.
– Конечно, – улыбнулась Красных, но в этой улыбке было что-то хитрое, изворотливое, будто она потешалась над тщетными попытками коллеги, но она сместила свое внимание на студентку. – Пойдем, я сейчас как раз буду обсчитывать данные, посмотришь, как это делается.
Сделав вид, что она не заметила очередные странности, Яна последовала за Марией и, придвинув к её рабочему столу ещё один стул, стала внимательно смотреть за её действиями, попутно уточняя, что именно они так проверяют и какие статистические методики они используют. Она так увлеклась наблюдениями за расчетами, что даже не услышала назойливый писк прибора. Зато на него обратила внимание Красных, которая, уведомив об этом студентку, отправилась вместе с ней смотреть на результат. Пока Мария внимательно смотрела на график, Яна нервно крутила на пальце локон, ожидая решение своей наставницы.
– Что ж, – Мария перевела на неё серьезный взгляд и, вдоволь потомив студентку в ожидании, улыбнулась. – Весьма недурно. Конечно, разлет пока не идеальный, но все пробы прошли, так что можно обсчитывать. Поздравляю с боевым крещением.
– Умеешь ты нагнать напряжение, – Лазарович глубоко выдохнула, радостно смотря на полученные результаты. – Можем их скинуть на мою почту? Я бы сейчас с ноутбука начала расчеты.
– Уверена? – голос Лиловой будто из ни откуда раздался позади Яны. – Может всё-таки пойдёшь домой?
– Если я вам как-то помешаю, то конечно… – смутилась девушка, не понимая, как она могла не заметить появление Анны.
– Не помешаешь, – твёрдо ответила Красных. – Просто Ане нужно перестать щадить силы студентов, раз они так горят работой.
– Просто у нас сегодня забор мозга у крыс, – продолжила Лилова. – Будет много визгов, неприятных запахов и конечно же крови. Не боишься?
– Нет, я это уже видела на лабораторных, – пожала плечами Яна. – Конечно, сама я их не убивала, но остальное меня не напугает.
– Вот и славно, – улыбнулась Мария и, приобняв студентку за плечи, повела её обратно в рабочий кабинет. – Данные я тебе скинула, так что можешь приниматься за работу. Если что, мы рядом.