Обезьяний лес. Том 2

Глава 4

Лапша, печенье и что-то маленькое, серебряное, на букву «с»

Ярко-красный мотоцикл «Хидеро»[13], рокоча, припарковался возле обочины, рядом со скутерами и другими мотоциклами, что стояли ровно, будто их кто-то выставил по линейке.

Сэм заглушил двигатель и легким движением ноги выдвинул подставку. Он снял черный шлем и провел пальцами по волосам. Было тепло. Не жарко, а именно тепло. Все-таки чувствовалось приближение зимы: днем порой не стояла изнуряющая жара, а ночью не было душно.

Сняв телефон с крепления на панели, Сэм глянул на непрочитанные сообщения, смахнул их в сторону и открыл чат с Джеёном. Снова прочел адрес, поднял голову и глянул на стеклянную постройку, в которой во всю стену расположились ячейки для хранения и передачи вещей. В помещении никого не было, сама постройка втиснулась между уютной кафешкой и минимаркетом, за чистыми стеклами которого можно было увидеть полные стеллажи товаров. На стойке не только пробивали продукты, но и варили ароматный кофе. А еще в общих бойлерах с кипятком можно было заварить пачку пакчири, взять рисовые клецки в остром соусе и что-нибудь на десерт. Сэм любил бывать в таких маркетах даже больше, чем в кафе: и продуктами затовариться можно, и поесть за столом у окна, глядя, как по тротуару идут люди, а по дороге едут машины.

За пунктом хранения возвышались жилые здания, отделанные шоколадного цвета кирпичом. На маленьких балкончиках стояли горшки с растениями, ветерок раскачивал зеленые листья.

Сэм слез с мотоцикла, повесил шлем на руль. Мощный двигатель укрывал корпус из карбонового материала. По бокам красовался знаменитый логотип фирмы. У заднего колеса – две выхлопные черные трубы. Единственное изменение, которое Сэм сделал с «Хидеро», – наклеил на корпус прямо под ветровым стеклом стикер с эпизодом из мультика «Кумо-Румо», где два главных героя на скорость поедают хатху с креветками. Этот легендарный момент любили многие фанаты: Румо подавился лепешкой, Кумо пришлось помочь ему. В итоге победила хатха.

Войдя в помещение, Сэм почувствовал, как его обдало волной прохлады. Кондиционеры остужали сильнее необходимого. По рукам побежали мурашки, Сэм передернул плечами и подошел к панели. Набрав код на сенсорном экране, он сверился с сообщением Джеёна. Раздался писк, и одна дверца открылась. В помещение вошел парень с пакетом в руке и в шлепках на ногах. Он скорее не шагал, а шоркал подошвами по плиточному полу. Парень тут же подошел к панели, когда Сэм двинулся к открывшейся дверце. Он заглянул внутрь и нахмурился.

– Вок? – Сэм вытащил коробку.

Неожиданно она оказалась легкой. Он едва сдержал себя, чтобы не потрясти коробку, но одумался. Мало ли, вдруг там лежит что-то хрупкое.

Парень недоуменно уставился на коробку в руке Сэма.

– Я не доел, вкусная такая, сдохнуть можно. Не пропадать же добру.

Сэм поднял коробку, как бокал. Парень почесал пальцами голову и пригладил короткие волосы.

Он тоже говорил на шихонском и выглядел как чистокровный шихонец: высокий, черноволосый, с миндалевидным разрезом глаз. На нем висела свободная одежда.

– Это норма: я иногда тут сигареты прячу от родителей и что покрепче, – сказал он, коротко глянув на коробочку. – Аренду плачу каждый месяц. У меня тут целых три ячейки. Есть еще в некоторых точках города.

Шихонцы, как и многие нифлемцы, любили разговаривать с незнакомцами на самые разные темы. Жители Нифлема всегда приходили на помощь, но могли и грубо высказать свое недовольство.

Как выражались сами нифлемцы, на чудесных островах существует правило трех: первое – тебе сделали замечание, второе – тебя обматерили и сделали замечание, и третье – тебя обматерили и вышвырнули. Оно всегда работало безотказно, и если второй этап еще могли допустить, то к третьему мало кто уже был готов, поэтому потасовку регулировали, буянить переставали, как и приставать к людям, даже до вызова федералов.

Но нифлемцы очень разговорчивые, от некоторых порой трудно скрыться. А еще здесь любят и уважают манлио. Особенно если они в форме, торговцы все пытаются подсунуть таким еды, воды и чего-нибудь сладкого. Чтобы служба легче была. Манлио даже без формы часто предлагают обслужить вне очереди, но не все этим пользуются. Они хотят жить как все люди, не выделяясь.

Но хону на теле это делало само за себя.

– Дома вообще шкафов нет? – поинтересовался Сэм и, оглядев ячейку еще раз, вытащил пачку печенья, повертел ее перед лицом.

«Лапша и печенье. Джеён думает, что мне есть нечего? У Аттвудов не настолько все плохо!» – подумал Сэм, но печенье все же бросил в рюкзак и захлопнул дверцу шкафчика.

– Такое дома не хранят, – выдал парень и захохотал, подходя к открывшейся дверце.

Сэм рассмеялся вместе с ним и прислонился спиной к ячейкам.

– А как проверки обходишь?

– Никак, часто места меняю, деваться некуда.

Парень забрал какую-то небольшую коробку, плотно обернутую синим скотчем, и вышел со словом «бывай».

Сэм тут же принялся открывать коробку вок, приговаривая:

– Джеён, дружище, если ты меня кинул, я с тебя шкуру спущу.

Внутри лежало скомканное бумажное полотенце. Похоже, Джеён использовал его как наполнитель. Стенки коробки были покрыты высохшим соусом, довольно приятно пахло вареным рисом и морепродуктами. Сэм начал вынимать бумагу, как вдруг по дну коробки что-то чиркнуло.

Это был синш.

Тот самый пятый синш Хозяина рек.

Тот самый синш, который Джеён забрал с поля в Дасании, пока полудемон Натан Фокс горел и вышвыривал наружу цепкие щупальца, готовые затащить в самое пекло.

У Сэма перехватило дыхание. Он быстро закрыл коробочку и огляделся. Никто не появился, чтобы отнять его. Никто с улицы не рвался к пункту хранения. Несмотря на поздний час, люди шли, машины ехали. Никому не было дела до этого синша на дне использованной коробки.

Оглядев камеры слежения внутри хранилища, Сэм не решился вытаскивать синш из коробки. Пускай пока полежит там.

Рядом с синшем внутри лежала свернутая бумажка, Сэм даже не сразу понял, что это.

Это оказалось оригами, на нем карандашом были выведены иероглифы, часть из которых едва можно было перевести как «спрятать», «невидимый» и так далее. Сэм поднял оригами, повертел в руках, совершенно не понимая, что Джеён пытался смастерить из бумаги, потом вспомнил про своего павлина-хатху и весело хмыкнул. Осмотрев посылку, он нашел надпись на бумажном полотенце. Джеён неровным почерком написал: «Сожги черепаху. Используй синш».

Раздался телефонный звонок. Сэм, продолжая рассматривать оригами, правой рукой поднес телефон к уху. Он уже видел, кто ему звонил.

Все шло по плану.

– Через час-полтора я буду готова. Приезжай.

– У меня синш.

Тишина в трубке заставила Сэма довольно улыбнуться.

– Тот самый? – Голос Екатерины надломился.

– Тот самый, пятый. – Сэм провел большим пальцем по неровному сгибу на бумажной черепашке в ладони. – Сам до сих пор не верю.

– Откуда он у тебя? – В трубке послышался звук открывающейся двери, а потом последовала целая гамма упоительных звуков щебетания птиц, шелеста листьев на ветру и журчания воды.

Сэм не сразу нашелся, что ответить. Он посмотрел на дверцу ячейки, в которой хранилась его посылка.

– От мастера-криля.

Черный «Пакди» стоял неподалеку от его красного «Хидеро». Сэм узнал этого человека в черном мотоциклетном костюме на байке. Несколько раз он появлялся рядом, будто следил за ним, а когда Сэм ему что-то говорил, тот молча уезжал.

– Ты! – выкрикнул Сэм, показывая на него рукой. – А ну, стой, извращенец!

Мотоциклист сдал задом и тут же помчал по дороге.

– Ну уж нет! – Сэм кинулся к мотоциклу, быстро завел его и, надевая шлем, запричитал: – Я тебя, сука, поймаю и так отделаю!

Резво тронув мотоцикл с места, Сэм увидел, как черный «Пакди» уже свернул на другую улицу. Два спортивных мотоцикла, работающие на биотопливе, грохотали почти так же, как на бензине. Сэм быстро переключал передачи, пытаясь нагнать извращенца, который уже порядком достал его.

Улицы сменялись одна за другой, водитель «Пакди» показывал впечатляющий заезд, ловко маневрируя по дороге. Когда же Сэм его почти нагнал, он свернул с улицы прямо на бетонированные ступени, которые находились между трехэтажными домами, построенными на склонах. У этой лестницы не было видно ни конца ни края. Сэм крепко держал руки на руле, мотоцикл потряхивало, он будто ехал по стиральной доске. Местность была неровной, холмистой, оттого всюду замечались лестницы, крутые спуски и подъемы.

«Пакди» уже выехал на дорогу и добавил газу. Сэм облегченно вздохнул, когда закончилась лестница, и поспешил нагнать извращенца. Двигатель рычал, выхлопные трубы громко выплевывали дым. Сэм ощущал мощь своего мотоцикла.

Водитель «Пакди» часто оглядывался и, когда замечал, что Сэм его почти догнал, сворачивал на узкую улочку и, едва не сбивая тележки с использованными картонными коробками, пытался уйти от него. На большой скорости все быстро мелькало по сторонам. Теплый ветер свистел в ушах.

Сэм знал, что у него в рюкзаке есть пистолет. На самый крайний случай.

Зад «Пакди» был в двух метрах от него. Моторы грохотали, разнося эхо по окрестностям. Сэм увернулся от людей, которые тащили вверх по склону тележку с едой. «Пакди» снова скрылся в одной из улочек, Сэм, ловко завернув, выставил одну ногу и притопил за ним, низко прижимаясь грудью к мотоциклу.

Расстояние между ними быстро сокращалось. Сэм знал, что вот-вот нагонит его. Уже отчетливо был виден чуть задранный кверху зад «Пакди», Сэм мог разглядеть его бок.

Внезапно «Пакди» резко затормозил, его качнуло, шины завизжали.

Сэм тоже мгновенно надавил на тормоза. Заднее колесо оторвалось от земли, он крепко схватился за руль, балансируя на переднем колесе. Сэм проделывал этот трюк много раз, все было под контролем. «Хидеро» встал на два колеса.

Сэм вскочил с мотоцикла и, найдя среди ненужной утвари деревянный карниз, швырнул его как копье. Оно моментально настигло цель, пронзив заднее колесо.

«Пакди» подлетел в воздух и перевернулся. Водителя отбросило в сторону.

Мотоцикл сначала рухнул передним колесом на асфальт, потом снова перевернулся в воздухе и упал на бок, с громким скрежетом проехавшись по дороге.

Мотоциклист не успел еще прийти в себя, как Сэм набросился на него, схватив за грудки.

– Ты кто такой?! – завопил он.

Парень лежал на земле, неподалеку валялся черный рюкзак, к которому он тянул руку.

Сэм схватил рюкзак, вдавив колено в грудь незнакомца:

– Зачем за мной следишь?!

Сэм потянул руку, чтобы снять с парня шлем, но тот подал голос, заслоняясь предплечьями:

– Смотри, я сейчас исчезну.

Голос его был глухим, говорил он в закрытом шлеме.

Сначала Сэм не понял, к чему это он. А потом увидел, как парень растворился в воздухе. Колено Сэма упало на мокрый асфальт. От неожиданности он выпрямился и глубоко задышал.

– Нианзу, сука! – процедил он.

Сэм быстро вытащил пистолет из рюкзака и стал целиться им во все вокруг.

Он вскочил, осматриваясь по сторонам. Нианзу мог появиться отовсюду. Сэм простоял так с полминуты. Нианзу так и не объявился. Позади валялся его разбитый мотоцикл, у ног Сэма – рюкзак. Он бысто расстегнул его, проверил, нет ли чего-то взрывчатого. Но там лежало мало вещей. Первое, что он увидел, это искусную маску для прогулок по Долине Призраков. Сэм видел такие маски еще в Со Хэ, преподаватели показывали их на занятиях и говорили, что зло прячется за ней. Это была белая плотная маска с какой-то еле читаемой эмоцией: то ли грусть, то ли сожаление. На лбу торчали рога, тонкий нос, выделенные разрезы для глаз. Темные губы сомкнуты и растянуты почти до краев маски. Изо рта торчали четыре тонких клыка. Долина Призраков принимала нианзу в такой маске и неприкаенные души не трогали их. Нужно стать продвинутым нианзу, чтобы без маски разгуливать по Долине. Сэм смотрел в пустые глазницы маски и все его нутро сжалось от тревоги.

Сэм встрепенулся, быстро окинул взглядом тетрадь с кактусом в шапке, всю расписанную иероглифами. В голове будто что-то щелкнуло.

«Эта та самая тетрадь, за которой должен был ехать Хван?!»

Он пролистал ее. На вид обычная тетрадка. Шихонские буквы сменялись чайлайскими иероглифами и еще какими-то символами, похожими на таоские. На первых двух языках он бегло кое-как прочитал написанное корявым почерком, пытаясь сложить в голове слова: там все было посвящено боевым искусствам.

Заозиравшись, Сэм торопливо захлопнул тетрадь.

В рюкзаке нашлись еще батубарка[14] и шоколадные батончики.

Тетрадь, батубарку и маску Сэм переложил в свой рюкзак, затем выпрямился и огляделся.

Судя по тому, что нианзу не вернулся, ему, определенно, пришлось несладко в Долине Призраков без маски.

– Выходим, в темпе! Че замерли?! – Недовольный тон Вафи звучал где-то на фоне.

– Так мы ж не знаем, что делать. – А вот мамин голос был где-то рядом.

Кэсси проморгалась, чтобы согнать мутную пелену.

Она все-таки уснула. Но судя по тому, что солнце было еще высоко, проспала она недолго.

– Как тупорылые бараны! – пробубнил Вафи и захлопнул дверь. – Выметайтесь! Живо! И шмотки свои не забудьте!

– Кассандра, нужно спешить, – услышала она робкое обращение Патрика.

Кэсси взялась за ручку двери и с великим трудом заставила себя выйти наружу. Ноги тряслись, желудок свернулся в тугой узел и болью отдавал в позвоночнике. Жарко и тяжело.

Патрик подал ей бутылку воды, и, пока Кэсси снимала крышку, Вафи сел в свой внедорожник, резко сдал назад и умчался по дороге, оставив их у большого бревенчатого дома с пышной растительностью и ухоженной лужайкой возле крыльца.

Кэсси оглядела своих. Несса стояла с недовольным лицом и вытирала пот со лба тыльной стороной ладони, а Кэтрин кружилась возле Холджера, задавая тысячу вопросов и поправляя на нем одежду.

– А куда он так быстро уехал? – поинтересовалась Кэсси, отпив еще раз из бутылки.

– Так это… – Патрик почесал пальцем бровь. – На этого Йонаса, то есть на господина Святого Йонаса напали какие-то медузы.

– Что?!

Кэсси понадобилась секунда, чтобы все взвесить, а потом она силой заставляла себя не улыбаться. На Святого Йонаса напали – это хорошо.

– С прибытием! – Неожиданный возглас раздался откуда-то со стороны бревенчатого дома. – Пожалуйста, не стойте на улице, проходите в дом, дамы и господа!

По деревянным лакированным ступеням спускалась женщина с аккуратной короткой стрижкой. Поверх карамельного цвета сарафана был повязан белоснежный фартук, в руках она держала тонкое полотенце. Женщина махнула им, как будто хотела привлечь внимание маленьких детей, собрать их в круг и объяснить им правила поведения.

На фоне смуглой кожи особенно ярко выделялись ее пухлые губы, накрашенные розовой помадой. Не очень длинные, но пушистые ресницы были густо покрыты темной тушью. Высокая, она казалась чуть старше Кэтрин, но фигура мамы выглядела более подтянутой. Женщина улыбалась так, будто была искренне рада их визиту, и шла навстречу, слегка пританцовывая и размахивая полотенцем.

– Это она нам? – спросила Несса, подойдя ближе к Кэсси.

– Ну, мы здесь одни, – ответил Патрик, наскоро окинув улицу взглядом, повертевшись на пятках.

Его теплые угги смотрелись в такую жару совсем неуместно. Несса же в высоких сапогах, полупрозрачной блузке и в драных розовых джинсах напоминала придорожную шлюху. А свитер Кэсси душил ее, исколол всю кожу. Убрав выбившиеся локоны за уши, она тоже осмотрелась.

Кажется, это было элитное поселение. Широкая дорога, по обеим сторонам шикарные дома, утопающие в цветах и деревьях. Где-то работал автоматический полив газона, разбрызгивая сверкающие капли на сочную, аккуратно постриженную траву. Ветер нежно играл с листьями деревьев. На подъездных дорожках стояли дорогущие автомобили, ни один дом не был похож на стоящий рядом – все отделаны совершенно разными материалами, в разных стилях.

– Как добрались? – любезно спросила женщина, кладя руку на плечо Кэтрин.

Ей потребовалось несколько секунд, чтобы сменить оторопь на вежливость. Мама неожиданно засияла, и Кэсси не понимала, почему она так быстро переменилась. Наверное, не хотела портить отношения? Или же показная любезность хозяйки обезоружила ее? Так или иначе, Кэсси не хотелось доверять всему этому. Вафи выгрузил их у людей Святого Йонаса. А люди Святого Йонаса – это криминал.

– Да, верно, мы очень утомились, – только и успела вымолвить Кэтрин, как хозяйка затараторила:

– О, вы так много пережили! Мне очень жаль, что вам пришлось столкнуться с такими трудностями. Я так рада, что вы здесь, в безопасности. – Она похлопала Холджера по спине, и он, наклонив голову, кивнул в знак согласия.

Кэсси не могла в это поверить. Почему они ведут себя так, будто все трудности и опасности позади? Это ведь чистая ложь, обман, чтобы притупить их бдительность!

«Ах, да! Я должна работать на этого Йонаса. Они просто не желают мне проблем, вот и сглаживают углы».

– Давайте я вам помогу занести вещи в дом. Вы уж простите, практически все уехали на защиту господина Святого Йонаса, вы же знаете, что произошло?

– Да, нас Вафи посвятил, хоть и кратко. – Кэтрин начала вслед за женщиной поднимать рюкзаки и сумки. – Что вы, что вы! Мы сами! Нас вон сколько, одна молодежь. Кэсси! – Кэтрин махнула ей рукой, а сама тем временем выхватывала сумки из-под шустрых рук хозяйки. – Кэсси, иди помоги! Госпожа, не стоит, сейчас моя дочь и ее друзья все сделают. Ребята!

Пока Кэтрин любезно сражалась с женщиной, Кэсси боролась с невообразимой тягой лечь прямо на эту мягкую с виду траву и уснуть крепким сном, позабыв о боли в теле от длительных и изнуряющих походов по Элькарону, от тяжелой поездки и долгого сидения в холодном автобусе. Кэсси просто хотелось вырубиться. Головокружение так и не прошло, в ногах не было сил.

«Почему мне одной так хреново?» – размышляла она, осматривая вполне нормальный вид других.

– Иди, Кэсс, тебя мать зовет. – Несса пихнула ее в плечо. – Иди помогай.

– А ты не слишком оборзела, Несса? – Кэсси кинула на нее испепеляющий взгляд и толкнула в ответ чуть сильнее. – Не указывай, что делать!

Глаза Нессы расширились, опухшие валики век слегка приподнялись, и она, почти не шевеля губами, выдала с особой злостью:

– Ну ты и сучка, Валери! У меня предков на глазах сожрали, а ты еще упрекаешь! Ничего святого в тебе нет, а вдобавок хотела меня бросить! Я этого не забуду. Никогда, поняла!

– Что? – Кэсси просто обомлела от ее слов. – Ты совсем, что ли?!

Кэсси сделала шаг назад, но замерла от слов Патрика:

– О, Дэвид.

Внутри все сжалось.

– Где? – Несса за секунду переключила настрой. Она захлопала ладонями и запрыгала на месте, как только разглядела его фигуру. – Дэвид! Дэвид!!!

Кэсси обернулась, и, проследив за взглядом Нессы, увидела на верху ступеней его. Он стоял, облокотившись о широкое бревно, что поддерживало навес над крыльцом. Вид у Дэвида был такой, будто он вышел на улицу, просто чтобы посмотреть, что за шум.

– Дэвид? – неверящим голосом спросила Кэтрин, бросила все сумки и переглянулась с Холджером. Смуглая хозяйка немного занервничала, когда увидела, что он вышел.

Дэвид тут явно имеет влияние.

«Да будь ты хоть трижды главарем всего и вся! С родными так нельзя!»

Он не смотрел на них. Даже на Кэсси. Ей было очень обидно.

– Тебе было дано простое поручение, Фиби. Живо заведи их в дом! – Последнее он буквально процедил сквозь зубы.

– Вот это приветствие, – буркнула Кэсси. Патрик тихо посмеялся, пряча рот за кулаком, а Несса скривилась.

– А че тебе еще надо? Жив же.

– Ты же не верила в это. – Кэсси отпихнула ее от себя.

– Я только собственным глазам верю, – парировала Несса.

Дэвид вел себя так, будто они были незнакомы. Кэсси крепко сжала кулаки. Ей все это снится. Это не Дэвид. Сейчас этот чужой человек зайдет обратно, а выйдет их Дэвид. Настоящий, родной. Который быстро спустится вниз, обнимет, заберет сумки и проведет в этот двухэтажный дом, собранный из дорогих лакированных бревен. Он будет очень рад видеть их всех живыми и невредимыми.

Ведь Кэсси рада видеть его живым и невредимым. Живым.

Сейчас она просто стояла и смотрела на брата. Нет, этот человек никуда не ушел, а вместо него не вышел их настоящий Дэвид. Это и был тот самый Дэвид: холодный, жестокий и равнодушный. Будто ему доставили груз, который не особо-то и нужен.

То, с каким лицом он стоял и смотрел на них, как король, – сверху вниз, Кэсси чуть было не вывело из себя. Он забыл, что произошло? Забыл, где их кинул? Почему он себя так ведет? Играет роль?

Да, Мику важно было спасти, Дэвид – молодец, что бросился к нему, но ведь при встрече с родными мог бы вести себя помягче.

«Я надеюсь, что он его спас».

– Ты идешь, нет?

Когда Патрик ткнул пальцем ей в руку, Кэсси дернулась.

– Все нормально?

– Да, да, все нормально, я иду… – Она махнула рукой, как бы отгоняя его от себя.

– Пройдемте в дом, там безопаснее, – пролепетала Фиби, подхватывая сумки.

Кэсси провела рукой по лицу. На ладони и пальцах остался жирный налет. Ей хотелось принять ванну и просто лечь спать. Еда потом. Дэвид потом. Все потом.

Она решила тоже не смотреть на него.

«Пошел ты на фиг, Дэвид!»

Кэсси подняла свой рюкзак и еще какую-то тяжелую сумку и пошла вслед за всеми. Несса уже вилась вокруг Дэвида, а тот продолжал изображать неприступную крепость, скрестив руки на груди. Как только мимо пробежала Фиби, он грозно выдал:

– Соломон думал, ты там ночевать останешься.

Она лишь опустила голову и испарилась в фойе. Мама помогала Холджеру подняться по ступеням, а Дэвид просто смотрел на них, ожидая, когда они наконец доберутся до него.

Короля.

– Дэвид, я так соскучилась, – прощебетала Несса и провела кончиками пальцев по его руке. Он не шелохнулся. Всего лишь опустил на нее взгляд.

Он ответил холодным тоном:

– С манлио ничего не вышло, а между мной и Патриком выбрала меня?

– Я всегда выбирала тебя, глупенький! – Несса хихикнула и игриво шлепнула его по руке. Она разгладила ладонью складки синей футболки на его груди. – Я так скучала…

Пока Дэвид разговаривал с Нессой, Патрик помогал Кэтрин поднимать ослабшего Холджера.

Кэсси забрала у матери сумки, чтобы ей было не так тяжело, и неторопливо шла позади них по широким прочным ступеням.

– Закрой рот и иди в дом.

– Дэвид, ты не хочешь нам помочь? – Кэтрин не выдержала этого фарса и заставила всех остановиться. Тяжело дыша, она выпрямила спину, перекидывая руку Холджера чуть повыше на плече. – Не видишь, в каком состоянии отец? Торопишь нас, а сам не помогаешь…

– А ему не по статусу. – Кэсси едва сдерживала себя.

В этот момент он соизволил глянуть на нее. Наконец снизошел до них. Простых смертных.