Там ночной человек замер. Как в пасти.
– Ты помнишь, ты спрашивала про морские отливы? Почему они случаются?
– Помню. Из-за излишков магии.
– Ага… Точнее, из-за того, что Этерна подбирает море, как подол, когда мы колдовством затапливаем землю. И леди-ректор вас увещевала: не злите остров. А все почему? Потому что остров живой. Ну-ка подойди-ка!
По просьбе Стэна Ладислава приблизилась к одному из кристаллов и протянула руку. Еще не коснувшись друзы, она почувствовала легкое напряжение, силовую ауру. Маг-браслет на ее запястье тихо загудел, по нему пробежала искра.
– Что это? – удивилась Найт.
– Это зубы Этерны, – Стэн кивнул и мягко, как зверька, погладил синий кристалл. – Их много на острове. В академии тоже есть.
– Да, я видела!
Стэн свернул с поляны и, с треском продравшись сквозь кусты рябины, вывел адептку на желтый холм, усыпанный радоцветами.
– А вот это… – сторож-библиотекарь указал на вытянутое каменное плато, которое заросло багряным мхом и горкой скатывалось в пух леса под ними. – …Это язык Этерны.
– И впрямь анатомия! – улыбнулась Найт.
И коснулась шершавого камня: здравствуй.
Медицинско-геологическая экскурсия продолжилась, набирая масштаб.
Так, почками Этерны оказались два болота, формой напоминающие орешки кешью. Ребрами Этерны – частокол наклонных камней, выраставших из песчаного восточного берега и утыкавшихся в скалистую гряду Кастийяс. Ладислава поверить не могла, что это творение природы, а не золотых рук скульптора – слишком уж эти наклонные иглы напоминали храмовые подпорки в соборе Святого Пантеона. Шестиугольную колонну в центре Академии Бури Стэн назвал позвоночником острова.
А гландами Этерны были два крупных кварцевых нароста у входа в пещеру, где жил медведь-людоед.
– Если он людоед, может, не будем приближаться? – прикинула Найт, а Стэн-сова отмахнулся:
– Улетим, если что! – и тотчас ойкнул, поняв, что нет, не все улетят как бы.
От пещеры они удалялись очень быстро и на цыпочках.
Роль легких Этерны играли лиственный и сосновый леса. Желудок Этерны был горячим розовым озером с алой дымкой, клубящейся круглосуточно, с глазастыми толстыми рыбами, изгнанниками доисторической эры, которые молча всплывали на поверхность и разевали рты в глубокой тишине пара.
– Впечатляющая расчлененка! – признала Найт, когда Стэн поочередно показал ей уши Этерны, колени Этерны, седло Этерны и даже пяточку… Все раскиданы по разным краям острова в полном беспорядке.
Естественно, прогулка длилась куда дольше положенных полутора часов.
Но когда Лади намекнула Стэну, что, дескать, у нее сейчас герменевтика по расписанию, ночной человек отмахнулся:
– Дык ж сама говорила – прогуливать будешь! К тому же мы еще не видели Корпус загадок.
– Ага! – Найт шла, собирая бруснику по сторонам тропинки. – А он у нас что за конечность?
– Догадайся.
Но ни одна из версий Ладиславы не вызвала у Стэна ничего, кроме булькающего совиного смеха.
– Ишь! Нет, нет и нет, – прокудахтал он очень довольно. – Корпус загадок – это душа Этерны.
– О, остров настолько живой? – удивилась Найт. – Типа по-настоящему живой? Как человек?
Хлестовски заметно заволновался, нахохлился:
– Так-так! Погоди, философский диспут я не потяну – «по-настоящему живой», ишь! Иди с такими мыслями на чей-то другой урок, у меня – сказочки.
Ладислава покорно изобразила, как зашивает рот на нитку: молчу.
– Но вообще, если ты не начнешь сыпать на меня цитатами из ученых монографий, то я бы сказал, что да – остров по-настоящему живой, – после паузы сказал Стэн. – Наши легенды гласят, что он существовал еще в предпредыдущей эпохе – до богов-хранителей и драконов. И здесь жили сущности, неведомые нам теперь. И сама Этерна была среди них – как живая девушка, вполне полноценная личность. Но потом ее время ушло, и тогда Этерна уснула и слилась со своим любимым островом. Однако это не отменяет того, что и сейчас она живая. Просто… отличается от нас.
– Как именно?
– Ну, мы у нее на хребте пикники устраиваем, тебе мало? – прыснул Стэн.
– Нет, я имела в виду: вдруг ваш остров считает добро злом и наоборот. Что-то такое. Принципиально важное, понимаешь.
– Ох, Найт, насчет добра и зла даже у людей нет единого мнения!.. Но я прожил на острове всю жизнь и могу сказать, что Этерна вполне нормальная. Путники иногда видят призрачный образ спящей девушки в наших лесах и скалах – мы думаем, это и есть воплощение нашего острова. Она выглядит милой. Да, Этерне не нравится, когда слишком много колдуют – она тотчас отталкивает от себя море. Но в остальном она добропорядочна и предсказуема.
– Ну так с отливами она тоже предсказуема, получается.
– Найт! – обиделся Стэн.
– Молчу.
– Короче. Что же касается Корпуса загадок, то сама понимаешь, чужая душа – …
– Потемки.
– Да Найт, жмыхова ты жимница!!! Кто тут лектор?
– Пардон.
– …Чужая душа – дело деликатное. Как и своя, впрочем. Этерна не спешит показывать корпус загадок первому встречному. Когда-то он был частью древнего замка, в котором сейчас расположена Академия Буря. Но когда маги освоили остров, заняли и восстановили развалины, корпус ушел.
– Как это? Встал и ушел?
– Да. Точнее… Не знаю, как это было сделано технически, но факт остается фактом: Этерна укрыла свою душу от чужих глаз. Сейчас Корпус загадок находится где-то в центре острова, но его местоположение…
«Не определено!» – мысленно крикнула Лади, вспомнив, что она читала это на карте в библиотеке. Но третий раз перебивать не рискнула.
– …Не определено, – величаво закончил Стэн и задрал небритый подбородок. – Однако я знаю уловку. И, если хочешь, я покажу тебе корпус.
– Хочу, конечно! И да, Стэн. Пока ты – самый лучший препод. Вот честно!
И как минимум до пятницы останешься таким.