Элемент власти. Том IV

Глава 4

– Эй, проснись – уже утро, – попытался я разбудить Анну.

– Добей меня, чтобы я не мучилась, ладно?

– Хм… Ты о…

– НЕТ! НЕТ! СТОП! ХВАТИТ! ОСТАНОВИСЬ! – подорвалась она, садясь на кровати, тяжело вздохнула и принялась слезать.

Я полюбовался фигурой прекрасной девушки, что еле плелась в душ. Ноги тряслись, а её болезненные стоны в этот раз не несли в себе возбуждающих любого мужчину ноток страсти. В дверь снова постучали. И снова тот же самый посыльный со своей неизменной улыбкой.

– Точно, завтрак… Я просил принести что-нибудь, – вспомнил я, накинул на себя брюки и вышел встретить счастливого человека.

Ещё бы, ведь он сидел в конце коридора на диванчике, вслушиваясь в перекрывающую стоны Анны музыку из нашего номера, и каждый раз, как я открывал дверь, мигом подлетал ко мне за очередным поручением. Пять раз он бегал то за вином, то за фруктами, то за цветами. А в три ночи ещё полная сил и уверенности в себе красавица захотела стейка слабой прожарки. Чтобы прям с кровью. Не знаю – как, но парень и с этим справился и получил свои законные чаевые. Чаевые, после которых он, судя по всему, окажется не сильно отстающим от всего отеля по суммарной выручке за вечер.

– Ваш завтрак, сэр… – принёс он целый поднос всяких яичниц, салатиков, бутылку вина, колбаски, зажаренные тосты, свежие овощи…

– Вкусновато, но маловато. Этого даже мне не хватит наесться. А нас двое. Принеси ещё примерно столько же, – вручил я ему денежку и заметил, что всё стянутое из банкомата уже заканчиваются.

Видимо, ночью, будучи в крайне хорошем настроении, я был очень щедр…

Парнишка умчался, буквально порхая на крыльях бабла, к лестнице, а я перетащил немного вкусняшек в номер, чтобы подкрепиться. Оставленные после ночи тарелки сгрузил сперва на подоконник, затем освободил тележку, переставляя еду на изысканный винтажный стол из невероятно красивой древесины с любопытными ярко-красными прожилками, а там уж плюхнулся в кресло и задумался о том, чем я сегодня займусь.

У меня была проблема. После сегодняшней ночи, когда я и Анна получили желаемое, один из нас оказался выведен из строя. Тут уж никакой массаж не поможет. Зельями разве что отпаивать… Но там всё равно организму время на восстановление нужно. А значит, надо как-то распланировать день чуть по-другому.

– Сперва найду ещё денег, затем прошвырнусь по городу, просто исследуя его. Поищу места с плохой энергетикой и духами, чтобы пополнить запасы духовных сил. И ещё постричься схожу, – решил я.

Надо было понаблюдать за местными. В отличие от Славии, где было много аристократов с кучей подчинённых, что, по сути, тоже своего рода рабство, тут это пагубное дело имело совсем другой вид.

Я взял ноутбук, чтобы узнать некоторые нюансы местного рабства.

– Выключен, гад… – не смог я его включить и принялся искать провод и розетку. – Обувь, платье, лифчик, трусики Анны… О, провод! Так, всё есть. А розетки нет… Ладно, телевизор выключу. Хотя… – Мой взгляд упал на роскошный позолоченный торшер, стоящий у изголовья кровати. – От него точно идёт провод!

Телевизор включился на новостной канал, торшер вынут из розетки, ноутбук был подключён к питанию.

Чтобы узнать, о чём говорят местные, мне даже их язык не был нужен. Всё легко считывалось по тревожному голосу диктора и кадрам на экране. Война, война, война… Крики, бегущие люди, храбрые солдаты, что едут на бронетехнике, вертолёты, выпускающие залпы ракет по чёрному проклятью небес.

– Странный у них язык. Какой-то бархатно-шуршащий, – отметил я и услышал, как выключилась вода в душе.

Дверь открылась, я выключил телевизор. Всё и так понятно: сверхсильное нашествие слимов. Угроза повсюду. Армия и полиция справляются, героически защищая каждый уголок Франтии.

– О-о-о-о-ох. Я сейчас умру… Это всегда так будет?

– Ну, я удивлён, что ты столько продержалась с твоим-то опытом. Хорошая физическая форма и гибкость спасли тебя от куда как более печальных последствий.

– А у тебя, значит, опыт…

– Мой опыт спас тебя. Иначе ты бы даже ходить не смогла. И всё же тебе сегодня лучше отдохнуть.

– НУ УЖ НЕТ! ТЫ ЖЕ ОБЕЩАЛ МЕНЯ В ТОРГОВЫЙ ЦЕНТР СВОЗИТЬ! – оживилась валькирия шопинга, что любые деньги мира транжирит в ноль.

– Ешь давай, раз хочешь прогуляться, – улыбнулся я и принялся разминаться, растягивать мышцы.

Встретил гонца, забрал вторую тележку с кучей тарелок всяких вкусностей и тоже присоединился к трапезе. Уселся за ноутбук и ещё раз взглянул на городские карты, почитал про рабовладение.

Как и ожидалось, рабство в Славии и Франтии сильно отличалось. Пусть в целом законы были примерно одинаковыми, но всё же и явные отличия имелись. Прочитал на нескольких сайтах. В общем, студенческие работы помогли понять разницу между двумя гранями зла.

Так, во Франтии и всех остальных империях, за исключением Славии и Священной Империи, рабство было «классическим» – когда один человек имел контроль над жизнью другого и слово хозяина для раба было подобно приказу самого императора. Для местных аристократов человек был вещью. Предметом роскоши. Примерно таким же имуществом, как и навороченный телефон или машина. Да и по стоимости с автомобилями рабы были примерно в одной категории.

Священная Империя и их подход мне даже понравились. Рабства у них не было, ибо все, вплоть до императора, были рабами божьими, и один человек не мог довлеть над другим. На словах. На деле, конечно, всё было не так, и жёсткая иерархия, культурные особенности и многовековые привычки превратили «стадо» в рабов, а священнослужителей в надзирателей. Хотя стоит отдать им должное: к людям они действительно относились несколько иначе – терпимей, уважительней. Правда, тех же рабов, привезённых из Франтии, они и людьми-то не считали, за что тоже напрашивались на взбучку с моей стороны. Ну да ладно. Они и от злых духов защищают, и людям помогают. Пусть и далеко не бескорыстно…

Славия имела несколько иной подход. Рабство хоть и было разрешено, но заменялось другими понятиями. Подневольный, батрак, рабочий. Но всё же человек, а не вещь. Если кто-то хотел купить раба во Франтии – пожалуйста. Но, привезя, должен был сделать документы своему подчинённому и обеспечить ему достойные условия проживания, обучить языку и нести ответственность за него. Почему так они решили делать – предмет больших дискуссий.

С одной стороны, Славии это было в минус для экономики. С другой стороны, сама страна не боялась рабских бунтов. А ведь периодические вспышки недовольства и кровавые мятежи поднимались то тут, то там по континенту Шести…

К слову, такие вот рабы – действительно не дешёвое удовольствие, а Славия довольно сурова, особенно зимой и на севере. Страна хоть и большая, но климат в целом весьма отличается от привычного невольникам. И если о них не проявлять заботы, тогда они будут умирать.

В интернете нашлась целая книга, написанная три сотни лет назад. «Трансформация рабства» описывала многие культурно-этнические и географические проблемы Славии и неординарные решения императора для их преодоления. Так что пусть это всего лишь подмена понятий, тем не менее она привнесла заботу о людях. Лучше, конечно, рабство совсем запретить, ибо это выгодно лишь колониальным державам. Да и то до поры до времени…

Перед выходом из отеля подошёл к стойке администрации. Там стоял уже другой человек. Впрочем, он был не менее улыбчив. А вот вчерашний выскочил из подсобки сонный и тут же сопроводил меня к слепой зоне камер, где сказал, что я оказался прав, и моя выдуманная жена действительно отправила человека проверить отель.

– Только он был не из полиции…

– Ну, это неудивительно с учётом того, кто её отец и где он работает… Благодарю за службу. Я хотел бы продлить проживание… Вот деньги за номер, – передал я ему практически всё, что у меня оставалось.

– Благодарю, сэр. Могу ли я попросить вас использовать чёрный ход?

– Опасаетесь, что соглядатая оставили у главного входа? – прошептал я.

Администратор лишь кивнул, и я согласился. Поправил кепку, схватил сонную красавицу под руку и последовал за ним по длинным коридорам отеля.

Я даже надпись «бомбоубежище» успел различить на стене из неприглядного бетона, вдоль которого в сторону кухни шло большое количество труб.

– Прошу прощения… Это не самое презентабельное место нашего отеля, но оно создано для безопасности посетителей.

– Вот пусть и защитит нас. Спасибо. Войти обратно я смогу этим же путём? – уточнил я, и мой сопровождающий кивнул.

– Если будут какие-то вопросы, обращайтесь к Гуилю. Он работает на вашем этаже без перерывов, – уточнил администратор.

– Он что, не спит?

– Спит… Просто, эм… В общем, у нас два Гуиля. Он и его брат-близнец. Они меняются каждые двенадцать часов.

– А, так вот почему после полуночи этот любопытный парень так нос в комнату сунул… Видимо, брат успел похвастаться красотой моей крошки, – ухмыльнулся я, обнимая Анну за талию.

– Да, ваша спутница прекрасна, сэр. Вам с ней очень повезло.

– Не то слово повезло! Слышал? То есть слышали, папик? – подыграла мне Анна. Только подыграла настолько плохо, что я невольно глаза закатил.

Выбравшись на улицу, мы направились вдоль городских улиц, и я увидел свою цель. Одинокую, спрятанную за углом аптеки. Рядом изредка проходили люди, зато часто проносились машины и мотоциклы на высокой скорости. А тротуар очень узкий…

– Какой неудобный банкомат. Кто его придумал тут ставить? Давай другой найдём.

– А у тебя что, карта есть, с которой деньги снять можно?

– Я думала, у тебя есть… – захлопала глазами Анна. – Ты же у нас богатенький папик, спонсирующий юную дурочку, что смогла увести тебя из семьи, да?

– Нет у меня карты. У меня и паспорта нет. Ничего практически нет. Кстати, когда вернёмся, займись этим вопросом. Потряси имперцев, пусть выдадут всё, что может понадобиться. А банкомат идеальный. Что за банк?

– Ну, хорошо, займусь. Но если у тебя нет карты, то что мы тут делаем? Ра… Первый Рабовладельческий банк Франтии.

– Ой… Ой-ой-ой… Ой, как хорошо! Прям камень с души упал, – с невероятным чувством удовлетворения я подошёл к банкомату и похлопал его по корпусу. – Ты же мой хороший, дай папику денежку… Аня, готовь сумочку.

– А? Ты же даже карточку…

«ВЖ-Ж-Ж-Ж-Ж-Ж!»

Оживший банкомат заработал и начал выплёвывать все свои денежки папику.

– Челюсть с земли подними, а то люди споткнутся и лоб расшибут.

– КАК? КАК? КАК? – не знала, куда себя деть, и даже отреагировать по-человечески не могла моя спутница.

– Ты так удивляешься, будто я фокус обезьяне в зоопарке показал.

– Как? А? Ты кого обезьяной назвал?! – ударила она меня в плечо.

– Никого. Я сказал «как», а ты уже восприняла это на личный счёт. Почему – понятия не имею. Сумку открывай. Или тебе денег не надо?

– Дай! Дай деняк!

Анна широко раскрыла сумку, и я стал закидывать голубоватые и зеленоватые фантики, украденные у Первого Рабовладельческого банка Франтии.

Может, и сам банк ограбить? Обчистить их хранилище? Или это может привлечь слишком много внимания? Хм, ладно. Это мы всегда успеем провернуть… А пока не нужно.

Закончив опустошать банкомат, мы отправились гулять по улицам. Шли хаотично. Я следил за окружением, чтобы ни полиция, ни кто-либо ещё не увязался за нами. Сели в первое же попавшееся такси, и Анна с акцентом попросила завезти нас в самый большой торговый центр.

Там я её и потерял… Правда, перед тем как разум Анны захватил демон алчности и шопинга, я приставил к ней воздушного элементаля, чтобы мог её защитить в случае чего или привести ко мне. Ну или меня к ней проводить.

У меня же была своя программа мероприятий. Во-первых, зашёл в книжный, взял словарь. Во-вторых, отправился в парикмахерскую и – попал к какому-то озабоченному стилисту с закрученными усами. Без знаний языка, без телефона, без переводчика мне пришлось долго уговаривать его просто сделать мне крутую, модную причёску и сбрить отросшую щетину. Спас какой-то хлыщ, прошедший мимо салона с кислой мордой и с тремя десятками рабов, что тащили его сумки.

– Как у него! – ткнул я пальцем в богатого проходимца, открыл словарь и быстро нашёл нужные фразы.

К счастью, эта жертва моды меня поняла, и спустя час я вышел посвежевшим, красивым и опрятным.

Новый костюм, дипломат с наличкой, причёска и усы с долбанными завитушками, дорогие часы, бесполезные, но броские, а ещё приковывающие взгляд перстни – всё это создавало определённый образ. Не идеальный, но вкупе с моей харизмой достаточный, чтобы все поняли: я богат, я успешен, я самодоволен. Единственное, чего у меня не было, в отличие от таких же напомаженных местных хлыщей, – это кучки рабов за спиной.

И раз уж выдался выходной, подготовлюсь к завтрашнему дню. У меня остались считаные крохи духовной энергии. Ни одной сферы, даже пустой оболочки…

– Надо это исправлять, – решил я и, выйдя из салона пафосным гламурным аристократиком, побрёл уверенной походкой по первому этажу торгового центра. Мне нужен был магазин с журналами и газетами. Один такой я, кажется, видел возле книжного…

Уже спустя пять минут в моих руках была карта Памижа. А ещё через пару присел за кофейный столик в ближайшем заведении. Пока шёл, послушал, что говорят местные. Запомнил только конец фразы. Ну, и то хлеб…

Тут же подскочил дружелюбный официант и пролепетал что-то на своём. Я нашёл глазами две первые попавшиеся надписи и заказал эспрессо и макиато.

– Эспрессо макиато?

– Пор фаворе, – кивнул я, вспомнив слова той парочки, что была за столиком у входа..

– Ла-ла-ла-ла! – начал он странно танцевать, словно у него случился приступ эпилепсии.

Я посмотрел на это безобразие с неизменным выражением лица, отчего парень ещё больше залился смехом, потряс тремя скрещёнными пальцами перед моим лицом и убежал за стойку со словами: «Но стрессо, но стрессо, но нид ту би депрессо!».

Эту фразу я по большей части понял. Но всё равно выглядело немного странно. Я как будто в телешоу с розыгрышем попал…

Пока он продолжал трястись, заваривая мне кофеёк, ему начали подпевать другие посетители и обслуживающий персонал. Сумасшедшие…

Я открыл карту и ручкой выделил все кладбища города.

– Ну вот. С первыми целями определились… – Довольный этим, я сложил бумажную карту.

Ближайшее кладбище как раз неподалёку от торгового центра. Мы его проезжали. Я тогда заметил людей, что шли к нему. В их руках были цветы, а на лицах грусть и тоска. Надо соответствовать образу. Благо костюм чёрный, выражает траур.

– Ла-ла-ла-ла! Эспрессо макиато, пор фаворе! – поставил самый счастливый на свете официант две кружки передо мной.

Выпил я их за десять секунд и отправился на выход. Надеюсь, географический кретинизм меня не оставит в дураках!

Повезло! Я сориентировался на разноцветное здание с кривыми стенами, что было где-то по дороге после кладбища, и, выйдя из торгового центра, сразу же заметил его. Купил цветы и отправился делать своё дело. Как закончил, двинул к ещё одному кладбищу, но в этот раз уже поехал на такси.

Целый день с кислой миной я мотался по всему огромному Памижу, ловя такси и расплачиваясь наличкой, чтобы добраться от случайной точки в городе к магазину цветов и нового кладбища. Даже пару фраз на местном, хрустящем, как круассан, языке выучил.

День наблюдений, день понимания, день сбора сил для предстоящих побед. Тридцать два кладбища… Многие очень старые. Некоторые идеально зачищены. Были видны следы работы с духовной силой. Будь люди, что занимались этим, большими профессионалами – я бы этих следов не увидел. И всё же своё дело они сделали. А в остальных я уж поработал. Ничего сложного. Сидел себе с грустным лицом на лавочке, смотрел в землю для виду, а сам вёл незримую битву с теми, кто остался душой в этом мире. Помогал им, и самому становилось легче дышать. Маленькое, никому не видимое, но очень полезное и для мира, и для меня дело.

Солнце начинало клониться к закату. Когда я в очередной раз сел в такси, задал водителю мучивший меня весь день вопрос. Ни на одном из кладбищ не было могил рабов. Сжигали их в крематориях или были свои кладбища, я не знал. Вот решил уточнить. Осторожно так, чтобы лишних вопросов не было. Сразу сказал, что я писатель, собираю материалы для новой книги. Ну, как сказал… Где жестами, где кривыми фразами из словаря объяснил.

И мне точно так же объяснили, что такое есть, и оно за городом. И даже не одно. Я запомнил эту информацию и вернулся в отель. Анна уже была в номере и дрыхла, совершенно позабывшая обо всём на свете и объятая тысяча и одной покупкой. От количества пакетов просто пестрело в глазах. И это она всё купила несмотря на слабость в теле… Демон алчности и шопинга воистину страшен.

Я развалился на кровати в другой спальне, куда до этого даже не заходил. Посидел в ноутбуке, пообщался с эльками-разведчиками, создал новых, свеженьких. Понял, что дожидаться пробуждения Анны нет смысла, и направился на поздний ужин в ресторан на другой стороне улицы. Хотелось ещё немного понаблюдать за местным аристократами, свободными людьми и рабами. Их взаимодействия, разговоры, поведение…

Если бы я сегодня отправился покупать раба, моё поведение могло бы выдать меня в два счёта. Хорошо, что я не стал спешить. Сейчас нужна деликатность, гибкость и незаметность.

– Bonsoir, monsieur, êtes-vous occupé? Pourriez-vous offrir un café à deux charmantes dames? – какие-то две курносые бледнолицые профурсетки уже были тут как тут, стоило только светануть кошельком.

– Не говорю по-вашему.

– Ви? Месье иностранец? – без спросу сели они за мой столик.

– Да. Тут занято, я жду свою подругу, – предупредил я двух девиц, которые ни внешне, ни духовно меня не привлекали.

– Месье, – словно невзначай, одна из них, брюнетка, коснулась моей ладони. – Ми с подругой могли бы устроить вам невероятный ночной экскурс в столица культура и мода Памиж! Я же вижиу, ви давно сидьите один, грустный. Памиж нельзя грустить. Памиж нужно веселье! Верьте меня, я знаю толк веселье!

И в этот самый миг на двух суицидниц упала тень Анны. Вот теперь, я уверен, меня ждёт настоящее веселье.

– А ну, сдриснули прочь от моего жениха, прошмандовки помоечные!

В глазах Анны сверкали молнии. Она была готова в любой миг схватить их за волосы и впечатать лицом в стол.

«Не надо…» – покачал я головой, давая понять, что драться с какими-то дурами – не лучшее завершение дня.

– Какая грубая, страшная у тебя баба с мелкий сиськи, фу! – заявила брюнетка.

Источник Анны взорвался после этих слов. Кажется, она уже готова замуровать эту дуру в каменный гроб. И это заметил не только я…

Молчаливая подруга брюнетки тоже оказалась одарена магией.

Кажется, драки не избежать… Если только я не вмешаюсь. Но стоит ли?

Глава 5

Стоит ли вмешиваться в набирающий ход конфликт?

Сомнения появились лишь на секунду. Всё же мы прибыли сюда не для того, чтобы привлекать глупыми драками в публичном месте внимание полиции.

– Анна, сходи, закажи себе что-нибудь. А вы вдвоём – потеряйтесь, – произнёс я и чуть-чуть выпустил своей ауры наружу, чтобы припугнуть их.

Всё-таки женские эмоции куда сильнее мужских, и если они хотят конфликта, то голос разума может не достучаться до них.

Что-то громко вереща на французском и приковывая внимание всех остальных посетителей кафе, эта парочка ушла. Я надеялся, что навсегда, но оказалось, что они просто решили сходить за подкреплением…

Не успела Анна остыть и взять кусочек тортика для успокоения нервов, как три не самых впечатляющих представителя человечества появились рядом с моим столиком. Мы сидели неподалёку от входа и через прозрачное стекло видели ещё двоих парней на улице, а рядом с ними стояли те самые девицы.

Эх… Так и знал, что эти профурсетки за мой столик присели не просто так.

Стоящий по центру чёрт с татуировками на лице, бородой, серьгой в ухе и с ног до головы одетый во всё кожаное, байкерское прохрустел что-то на своём и резко потянулся за моей чашечкой кофе.

Его рука замерла, сжимая края чашки, ведь я держал его руку за запястье стальной хваткой.

– Ань, что эта обезьяна лепечет?

– Говорит, что ты оскорбил его сестру, и он заставит тебя за это ответить, – перевела она, с трудом сдерживая ухмылку.

– Спроси его: они все братья, или мне достаточно будет его одного опозорить, чтобы эта гопота исчезла и перестала портить нам вечер?

Всё это время мачомен из кожи вон лез, чтобы освободить свою руку.

– Он говорит: отпустить его.

Я и отпустил… Байкер улетел прочь с чашкой кофе, выливая всё на себя и роняя стулья соседнего столика.

Поднимаясь, злясь и корча рожу, он тыкнул на меня пальцем и начал сыпать угрозами. Даже бариста прокричал что-то про «полисьон».

Я поднялся и задал ещё один вопрос:

– Ты меня прямо тут, при свидетелях собрался на место ставить или есть местечко поукромней? Ань?

Девушка залпом допила кофе и перевела мой вопрос. Только вот перевод был каким-то долгим, и среди слов звучали такие фразы как «мудасьон, «идиото», «кретино», а в конце она и вовсе на наш язык перешла и просто с акцентом проговорила «жопу порвёт». Кажется, по дипломатии ей давал уроки ворон…

Кретины самодовольно вышли и стали у выхода.

– Ты видел, у них оружие было? – на всякий случай предупредила меня Анна.

– Он так им спешил похвастаться, что тут всё кафе видело. Потому бариста и заголосил, – пожал я плечами.

– А повторишь тот трюк с подпольной арены? – с блеском в глазах попросила Анна.

Вот уж наглядный пример того, что в тихом омуте черти водятся… Месяц была девочкой-паинькой, тихо делала работу, принося пользу. А тут только вырвалась в отпуск и уже к концу второго дня готова местной гопоте ствол в не предназначенную для этого кожаную кобуру засунуть.

Надо бы её немножко успокоить. Кажется, придумал как…

Я оставил деньги на столике, привлекая внимания бариста, и вышел из кафе. Вся компания не разбежалась, не передумала и даже не усомнилась в том, что их ждёт не лёгкая нажива, а куда как более запоминающиеся впечатления.

Девицы с крутышами шли впереди. Двое позади нас. Так и пришли в ближайшую глухую подворотню. Какой-то бродяга здесь устроил ночлежку, но его прогнали пинками.

Сцена грязного переулка напомнила сюжет какого-то романа. Но я даже не помню, сколько веков назад я читал нечто подобное…

Мужики да профурсетки что-то говорили, Аня отвечала. У них в руках начали появляться ножи и арматурины, а любитель кожи вытащил пистолет. Эх, молодо-зелено… Убивать я вас, пожалуй, не буду. А вот Анна…

– Что они там хотят? – проигнорировал я тычок арматуриной в грудь и посмотрел на свою подругу, что дерзко отвечала на любые высказывания этих скудоумных представителей не такого уж и исчезающего подвида человечества.

Хомо гопникус порой умеют раскрасить серые будни…

– Говорят: отдать все деньги, стать на колени, и тогда, быть может, они будут снисходительны, сильно нас не побьют за оскорбление сестрёнки и её подруги.

– Деньги? Эти, что ли?.. – вытащил я из бумажника огромную котлету денег.

Клянусь, у двух из парней даже слюни потекли при виде такой кучи купюр. Ещё больше они оживились, когда я, как заправский фокусник, призвал стихию огня и сжёг эти хрустящие бумажки.

– Э-Э-Э-Э-Э!.. – выкрикивая нечто нечленораздельное и направляя на меня пистолет, заорал кожаный павлин.

– Отдай каку… – вырвал я пистолет, ломая пальцы бездарности. – Аня, остальные на тебе. Проверим, чему ты научилась. И постарайся никого не убить.

– СПАСИБО!

С превеликим удовольствием девушка высвободила свою силу, и земля под нашими ногами превратилась в настоящую полосу препятствий. Бесконечно вылезали да прятались под землю каменные шипы. Провалы появлялись перед людьми, не давая им ни ринуться в атаку, ни убежать. А они в основном, конечно, хотели отступить.

Я отбросил мусор на землю, где его кожаную куртку превратили в наряд бездомного десятки шипов. Крики, полные ярости, боли и страха, разнеслись во все стороны. Я бы сказал, что среди всего этого шума я слышал весьма знакомый мне звук хруста франтийской булки. Эти булки Анна прямо сейчас рвала на части, филигранно пользуясь знанием, где и когда вылезет очередной шип или выступ, чтобы перемещаться по непредсказуемому полю боя.

Но среди всей этой шайки была одна брюнетка и один парень, сумевшие удивить Анну. Девушка, что гордилась своей грудью, но не соображала, перед кем она выпендривается, оказалась магом воды и смылась в безопасный уголок, откуда уже планировала свою дистанционную атаку. А парень – маг земли. У него не было огнестрела, зато был сносный меч. И он вполне недурно контролировал землю вокруг себя. Его шипы не доставали. Под ногами асфальт не шатался, как при мощном землетрясении. Но на большего его магических сил не хватало. Впрочем, он почему-то был уверен, что своим клинком сумеет перевернуть ход битвы…