100 поцелуев

Глава X – Магический контракт Дра́кки

Эдвард, сидя за письменным столом, развернул свиток.

Эммелина помялась на месте. Она уже меньше нервничала и волновалась из-за того, что она с Эдвардом. Одна. Ночью. И она осторожно, словно крадясь, приблизилась к столу – встала сбоку, но на расстоянии, не касаясь ни Эдварда, ни ножек стула, ни края стола.

Она заглядывала с любопытством в необычный свиток. Эдвард мягко, тихо усмехнулся и развернул к ней раскрытый свиток в его руках.

Он был пуст, но поделён на три секции тонкими, словно порез по коже, линиями, и очень отчётливыми. Было две ровные части справа и слева свитка, а внизу была линия, которая отрезала обе эти части и создавала узкую секцию во всю ширину.

– Свиток…, – сказала Эммелина. – Он странный какой-то. Никогда таких не видела.

– Это специальный свиток для заключения магического контракта Дра́кки. Я решил, что он нам идеально подходит и как раз имел при себе один.

– Магический? – изумилась и не поняла Эммелина. – Дракки? – озадачилась она.

– Ты никогда не слышала о таких? У нас они вполне обыденны. Правда, не все могут их себе позволить. Ну у знати-то, купцов и прочих богатых они точно всегда есть.

– Магический? – повторила свой вопрос Эммелина.

– Ты же знаешь, что в нашем королевстве люди и драконы практически живут бок об бок?

Эммелина кивнула:

– Да. И то, что вы с ними как-то контактируете всегда, как бы приручили.

Эдвард посмеялся, а Эммелина растерялась, не понимая, что она сказала не так.

– Ну, не совсем, – сказал Эдвард. – Драконы есть разные. Есть низшие драконы – они как животные, умные, но всё же как животные и не говорят. Про них да, можно сказать, что мы их приручили. Средние и маленькие даже часто в домах людей живут. У нас в замке их довольно много.

Эммелина с восторгом в глазах представляла какого это чтобы драконы разных размеров и цветов жили прямо в замке.

– И есть высшие драконы, – продолжал Эдвард. – Я про них подумал, когда ты про приручили сказала. И они, услышь это, этому бы не обрадовались, мягко говоря. Они умны, мудры, живут веками и умеют разговаривать.

– Правда? – с сомнением на лице спросила Эммелина, думая, что он шутит. – Прям… как мы?

– Да, прям как мы. Они не очень любят это разделение на высшие и низшие, да и само слово драконы тоже. Они называют себя – даргараас. Поэтому если окажешься рядом с ним используй именно это слово. Но они не против, чтобы мы использовали слово драконы между собой, так как знают, что нам просто так привычнее. Ведь слово это появилось до того, как мы сблизились. И совместно с ними мы создали этот свиток и контракт Дракки. Ведь все даргараасы обладают магией.

Эммелина перевела взгляд на свиток в руках Эдварда.

– И как эта магия работает? И ведь у тебя нет магии. Так?

– Нет, люди не обладают магией. Но благодаря драконам мы к ней прикоснулись. А магия запечатлена в самом свитке. Стоит только написать на него составленный контракт, поставить подписи – и всё, готово. Ты сама всё увидишь.

Эммелина даже успела забыть содержание и суть их контракта, теперь вспомнила и энтузиазм угас.

– Да, точно, – сказала она. – Увижу.

Эдвард улыбнулся. Он потёр толстый, упругий и эластичный свиток Дракки, и сказал:

– Это сделано из чешуи высшего дракона.

Эммелина удивилась, посмотрела на Эдварда, посмотрела на свиток и скривила лицо, будто увидела что-то крайне противное. А Эдварда это позабавило, и он усмехнулся.

– А также, – решил добавить он, – используется их кровь.

Округлив глаза, Эммелина вернула взгляд на лицо Эдварда. Но она тут же засомневалась:

– Правда…?

– Правда, – кивнул Эдвард.

– Но… это же плохо… их так использовать!

– Что? – удивился Эдвард. А потом понял её предположение. – Нет-нет, ты что. Никто насильно у драконов ничего не брал. Да и это было бы крайне затруднительно. А если бы кто-то навредил даргараасу или хуже того убил, то всё наше королевство уже обратилось бы в пепел. Наверное.

– То есть, они отдали вам это добровольно?

– Именно. Капля крови даргарааса это ж как ведро для нас. А чешуйки их со временем меняются, заменяясь на новые, как бы они ими линяют. И я же сказал, что свитки эти совместно с людьми изготавливаются, без магии драконов их не изготовить.

– Ах, да, точно.

– Ладно, – сказал на выдохе Эдвард. – Хватит пока об этом.

Он вынул сложенные вдвое желтоватые листки из внутреннего кармана камзола и протянул их Эммелине.

– Черновик нашего контракта, – пояснил он. – На свиток нужно писать уже составленное и утверждённое нами, чтобы потом осталось только подписать.

– Черновик? – удивилась Эммелина. – Когда ты успел его составить?

– До ужина ещё, – ответил Эдвард. – Так, на всякий случай. Заняться всё равно было нечем.

– То есть я сейчас должна одобрить этот черновик? – спросила она тихим голосом.

Он улыбнулся, и ответил:

– Желательно. Но если что, можно что-то добавить или изменить. Хотя, я вроде всё хорошо составил. Меня ведь учили контракты Дракки составлять, и иные тоже.

Эммелина выдохнула, кивнула.

– Поняла.

– У тебя есть, если что, чернила? – спросил Эдвард. – Я забыл с собой взять.

– Там, – сказала Эммелина и кивком указала на ящики стола. – В первом ящике.

Он открыл ящик и вынул чернильницу с пишущим пером, он также вынул несколько чистых листков, но потом видимо передумал и вернул их на место. А Эммелина, поглядывая на него, попятилась и села на кресло возле зажжённого бра на стене.

Эдвард не смотрел на неё, смотрел на чернильницу, взял пишущее перо, рассматривал его кончик из серебра безразличным взглядом. Волнуясь, Эммелина раскрыла листки и ими скрыла от Эдварда лицо.

Подчерк Эдварда был аккуратным, красивым, под лёгким наклоном. И Эммелина начала читать.

Участник контракта номер 2: Эммелина.

Условие исполнение контракта: Даровать 100 поцелуев участнику контракта номер 1 (Эдвард).

Правила:

1) Эммелина никогда не может сказать нет поцелую Эдварда.

2) Эммелина никогда не должна отталкивать Эдварда, ударять его, кричать, звать кого-то или как-то иначе препятствовать поцелую.

3) Эммелина по своей инициативе может поцеловать Эдварда когда угодно (это всегда засчитывается).

4) Сохранять контракт и его заключение в тайне.

Читая, Эммелина начинала дрожать внутри мелкой рябью возросшего волнения, но сохраняла ровное дыхание. А осознание, на что она согласилась окутывало в тесные объятия. Она почувствовала на себе взгляд, медленно опустила листки ниже и увидела Эдварда с лёгкой улыбкой на лице, а в глазах словно уже было предвкушение начала исполнения условий контракта.

– Что-то не так? – спросил он.

– «Даровать»? – спросила она.

Он усмехнулся, посмотрел в окно над столом и вернул на неё весёлый взгляд.

– Что? – спросил он. – Не нравится формулировка?

– Нет.

Эдвард вздохнул, но это его ничуть не расстроило, а только больше забавило.

– Хорошо. Что бы ты предложила?

– Просто по…целовать, – немного смутилась Эммелина. – Или… ну… что-то другое… Но не даровать.

– Мы можем это изменить, – сказал Эдвард. – Но я бы оставил. – Эммелина вздохнула. – Ещё что-то не нравится?

– Всё? – вопросом ответила она, а её голос отчего-то стал тоньше.

Эдвард тихо посмеялся.

– Ты сама согласилась.

– Я знаю, – вздохнула Эммелина.

Эдвард перестал улыбаться, стал серьёзным, а взгляд отдалённым:

– Передумала?

– Н-нет…, – ответила Эммелина и отвела взгляд. И она не увидела, что в глазах Эдварда пробежало облегчение, которое, казалось, не заметил и он сам.

– Что-то уже хочешь исправить? – спросил он. – Дополнить?

Эммелина снова пробежалась по прочитанному.

– Пока, наверное, нет…, – ответила она. – Я же ещё только начала читать.

– Читай, думай.

Эдвард склонился над столом и принялся крутить пишущее перо в руках. Эммелине показалось, что он немного переживает, но не была в этом уверена. И она вернулась к внимательному чтению их магического контракта.

Сколько бы раз Эммелина не перечитывала волнующие её куски контракта, особенно её часть и не пыталась найти что изменить, убрать или даже добавить – ничего не находила. Даже если она что-то думала изменить, то она не знала на что, не знала, что предложить. И она прекрасно понимала, что первый и второй пункты в её части контракта Эдвард ни за что не согласится изменить или убрать.

Или согласится?

Эммелина робко подняла взгляд на Эдварда. Он читал какую-то книгу, которую взял из книжного шкафа, по-прежнему сидел на стуле за столом с прямой осанкой.

Он облизнул кончики пальцев и перелистнул страницу книги, а Эммелина подала голос:

– А… А пункты один и два… те, что у меня…

– Не подлежать изменению, – сказала Эдвард, не посмотрев на неё и продолжил читать книгу, которую даже не находил интересной.

Как Эммелина и думала. Она вздохнула, навалилась на спинку кресла и решила ещё раз всё перечитать.

Закончив с читкой контракта, она всё же нашла пару моментов для изменения, но они были незначительными. Но она всё же была рада, что что-то изменилось в их контракте по её воле.

Пока Эдвард пишущим пером зачёркивал отдельные слова или словосочетания в черновике их контракта, Эммелина стояла сбоку от него, не касалась, смотрела как он пишет и словно контролировала процесс. Как учительница у своего ученика.

– Готово, – сделав последнюю правку, сказал Эдвард. – Проверять будешь?

Эммелина кивнула:

– Конечно.

Эдвард усмехнулся и вручил ей листки. Он вернулся к книге, а она вернулась в кресло и внимательно перечитала обновлённый контракт.

После прочтения, Эммелина не нашла что можно было бы исправить, точнее то, чтобы Эдвард согласился исправить. Шумно вздохнув, она поднялась и вернулась к столу.

Она протянула листки Эдварду.

– Всё? – уточнил он, откладывая книгу и беря черновик их контракта. – Я переношу всё на свиток? – Он смотрел на неё внимательным взглядом. Она кивнула. Она не была уверенна, но и неуверенной не была тоже. – Уверена?

Она помедлила, кивнула.

– Переноси, – с выдохом, в котором было дуновение томной обречённости сказала она. К тому же она устала, тело просилось в кровать. И она хотела покончить с этим.

– Хорошо.

Эммелина вернулась в кресло и подняла взгляд на Эдварда. Писал он аккуратно, красиво, но довольно быстро. Это удивило Эммелину, она тоже писала хорошо, так как обучалась этому, но если бы она писала так же быстро как он, то получилось бы коряво. А коряво писать принцессам не положено.

Эдвард сначала заполнил секцию свитка справа, которая принадлежала Эммелине, а затем переместился в левую секцию, где писал уже свою часть контракта, всё то, что он должен будет сделать и как помочь с побегом.

Эммелина поняла, что всё ещё смотрит на Эдварда, наблюдает за ним – как он пишет, его профиль лица, как передние локоны чёрных волос чуть наклонились вслед за головой. Шея и осанка оставались ровными, словно не были способны ни устать, ни затечь. Он был сосредоточен, немного морщил лоб, немного хмурил брови.

Эммелина встряхнула головой и навалилась на спинку кресла. Она принялась рассматривать серебряные завитушки узоров инкрустации на панели справа от неё. В груди ощущалась странная отрешённое спокойствие. Решение было принято, сообщено, контракт составлен, теперь он переносится на странный свиток.

Эммелина краем глаза заметила движение у стола и вернула взгляд. Эдвард отложил свиток, сделал круговые движения разминая плечи, круговые движения кистью с пишущим пером. Затем он перевернул свиток и принялся писать общее положение контракта и что оно из себя представляет.

Эммелина то смотрела на носки своих туфель, то поправляла волосы, подол платья, то изучала свои ногти, но то и дело посматривала на Эдварда. Он уже снова перевернул свиток и писал в его низу, в узкой широкой секции, где были разные примечания.

Когда Эдвард закончил, он выдохнул и откинулся на спинку стула. Он повернул лицо к ожидающей Эммелине и улыбнулся.

– Готово, – сказал он.

Она занервничала и подскочила с кресла. Теперь предстоял самый важный, финальный этап заключения их магического контракта – подпись.

Эммелина так заволновалась, что даже забыла, как выглядит её подпись.

Эдвард встал и что-то вынул из внутреннего кармана расстёгнутого камзола. Эммелина приблизилась и увидела в его руке плоскую прямоугольную шкатулку из тёмного лакированного дерева.

– Что это? – с любопытством спросила она.

– Увидишь, – ответил Эдвард и улыбнулся. В его улыбке она увидела, что он тоже устал, что в это время уже привык спать. И она подумала, что хоть не она одна страдает. – Проверяй, – сказал он и кивнул на свиток.

Он отступил от стола в сторону на два шага, встав под люстрой. Эммелина посмотрела на него и приблизилась к столу. Она не хотела садиться, и немного дрожащими руками, но пытаясь сдержать эту дрожь волнения, взяла свиток. И она, ахнув, тут же его выронила.

– Что такое? – взволновано спросил Эдвард и в один широченный шаг вырос слева от неё.

– Он…, – растеряно, изумлённого говорила Эммелина, – он… тёплый.

– А, – произнёс Эдвард и выдохнул. Он снова отступил на два шага и улыбнулся. – Не волнуйся, он и должен быть таким.

Это восхитили и удивило Эммелину.

– Магический…, – прошептала она.

Она помедлила, но снова взяла в руки свиток Дракки. Тёплый, словно живой. Она даже немного ожидала что он зашевелится. Тогда бы она его не только выронила, но и закричала. Но свиток не шевелился.

Красивый, как и в черновике контракта, почерк Эдварда. Всё было переписано точь-в-точь. Закончив с проверкой, Эммелина поспешила положить странный на ощупь свиток на край письменного стола.

– Ну что? – спросил Эдвард. Всё это время он стоял в стороне, молчал и ждал. – Всё в порядке?

– Да, – ответила Эммелина.

– Теперь подписи, и тогда он будет заключён.

Она кивнула, отошла вбок стола, и Эдвард приблизился. Он открыл плоскую шкатулку, в которой лежали две одинаковые крупные иглы из серебра, вытянутые, без ушка с толстым основанием – напоминало веретено.

Не понимая зачем это, Эммелина нахмурилась и наблюдала за спокойными, уверенными движениями Эдварда. Он отложил шкатулку и взял иглу, ткнул свой указательный палец правой руки и даже не изменил спокойного лица. А Эммелина невольно поморщилась, а внутри вздрогнула.

На его пальце выступила кровь. Он поднёс руку к свитку, к своей секции, где было специально оставлено пустое место – перевернул палец и тут же прижал его к свитку, слегка надавливая. Он задержал палец на пару секунд, а затем убрал. Достал синий шёлковый платочек из кармана камзола и обвязал палец.

Эммелина смотрела на него в замешательстве.

– Это подпись, – пояснил Эдвард.

Она, чуть приподняв брови, удивилась.

– Я… тоже?

– Да, конечно. Не переживай, игла чистая. – И он протянул ей вторую иглу.

– Х-хорошо, – сказала она и взяла иглу, не касаясь пальцев Эдварда.

Эммелина нервничала, а волнение закружило душу, ум. Она стояла перед свитком Дракки, смотрела на пустое место в своей секции, в начале которой было написано её имя, его рукой.

Один укол. Подпись. И всё – контракт будет заключён.

Эммелина была заинтригована магией контракта. Но сомневалась из-за того, что она будет обязана «даровать» принцу. Однако она помнила о цели, о желаниях, о его большой помощи в этом всём. Она напомнила себе, что ради большой цели, чем-то нужно пожертвовать, что-то нужно сделать, хоть и неприятное, нежеланное. Она быстро отмучается и получит то, что так хочет.

– Сомнения? – осторожно, тихо спросил сбоку Эдвард, словно боялся спугнуть.

Эммелина вздохнула:

– Нет.

Она, поморщившись, уколола свой указательный палец правой руки и, перевернув, с замиранием сердца, с сжимающим волнением, тут же прижала его к свитку.

Всё. Дороги назад больше не было.

Эммелина прижимала палец около пяти тихих секунд.

– Всё, – негромко сказал Эдвард. – Можешь убрать палец. Подпись готова.

Эммелина убрала руку, словно отпрянув. С быстро стучащим от волнения и неверия сердцем смотрела на свиток. Сбоку возник Эдвард и протянул другой платок, сиреневого цвета. Она приняла не задумываясь, обмотала свой палец сжимая края платка ладонью, и неотрывно смотрела на свиток чего-то ожидая.

И ожидания оправдались.

Отпечатки пальцев и подписи налились красным цветом. Свиток воспарил. Эдвард остался спокойным – он уже видел, как заключается контракт Дракки, и не единожды. А вот Эммелина приоткрыла рот и глаза от удивления, замерла, затаив дыхание, и наблюдала как заворожённая.

Каждая буква контракта с обеих сторон свитка подсветилась этим же красным цветом, сам он излучал бледную ауру. Через секунду он засветился ярче, особенно отпечатки пальцев. Затем вспышка, как точка, и он, плавно опустившись на край стола погас и свернулся, но не до конца.

Эммелина почувствовала что-то странное в груди – как тихий, острожный укол; и коснулась руками солнечного сплетения. Боли не было, но было немного неприятно. Она посмотрела с тревогой на Эдварда слева от неё.

Он кивнул:

– Это нормально. Так должно быть.

– У тебя тоже это произошло? – отчего-то прошептала, а не сказала вслух Эммелина.

– Да, – ответил Эдвард.

Она увидела, как на её правой руке с внутренней стороны между локтем и запястьем подсветился красный энергетический ромб, а внутри была цифра: 100.

Эммелина округлила глаза. Эдвард добро усмехнулся. Он задрал рукава камзола и рубашки и показал свою правую руку до локтя – виднелась сила мышц, а вены немного выпирали. И тоже был красный ромб с цифрой внутри, но он был больше в размере – подходящего размера его руки.

– Магия драконов…, – прошептала она, забыв, что это сто означает.

Вскоре ромб с цифрой у обоих быстро замерцал и плавно погас.

Эммелина ещё смотрела на руку, где погас ромб с цифрой. Эдвард свернул свиток с их контрактом и протянул ей.

– Храни у себя, – сказал он. – Можешь положить в какую-нибудь шкатулку. И чтобы никто не увидел.

Она забрала тёплый свиток, кивнула.

На его лице вдруг появилась странная, обворожительная с нотками игривости улыбка. И Эммелина насторожилась.

– Ну, – склонился он к ней, а она замерла, забыв, как дышать, – когда начнём?

Мышцы её натянулись, по телу прокатилась жаркая волна волнения. Хоть они и заключили контракт, она оказалась абсолютно не готова. Но он выпрямился, засмеялся, и она растерялась, а сердце гулко стучало в груди.

– Расслабься, – сказал он. – Не сегодня. – Она было выдохнула. – Завтра, – сказал он и смотрел на неё со странной, довольной улыбкой.

Эммелина нервно сглотнула, и с трудом едва заметно кивнула.

– А т-теперь уходи, – сказала она.

Эммелина вышла за Эдвардом в коридор.

– Спокойной ночи, – сказал он и улыбнулся.

Эммелина не ответила, смотрела на его широкую спину и затылок с чёрными волосами – как он спускался по каменной лестнице. Сердце её успокаивалось, напряжение из мышц уходило. Когда он поворачивал направо на переходной площадке к следующему лестничному пролёту, такой же как предыдущий, он посмотрел на Эммелину. И она тут же отвела взгляд и поспешила дальше по коридору, скрывшись из его обзора.

Эммелина пришла в свою комнату и вспомнила что всё ещё держит тёплый свиток. Она положила его на туалетный столик и приблизилась к большому шкафу. Внизу она быстро нашла пустую увесистую шкатулку из тёмного лакированного дерева. Её из одной своих поездок недавно подарил Лайонел. И размер шкатулки подходил просто идеально.

Эммелина положила тёплый свиток с их контрактом Дракки внутрь, заперла шкатулку ключиком и поставила её вниз шкафа в угол, возле обувной полки. А ключик Эммелина спрятала под платком в узком ящике туалетного столика, рядом с чернильницей и пером.

Эммелина шагнула к кровати и, уже собираясь ложиться, вспомнила что всё ещё была в платье и туфлях. Разувшись и переодевшись в ночную сорочку, она умылась водой в ванной комнате, погасила свет и забралась в кровать.

Она лежала на спине, укрытая по мочки ушей, словно желая спрятаться от произошедшего. Она чувствовала себя странно – приглушённое спокойствие, но в то же время вздрагивали маленькие вспышки волнения, беспокойства. И она не могла поверить, что и в самом деле согласилась на эту странную неприличную сделку, что они и в самом деле заключили контракт и необычный, наполненный магией драконов свиток лежал в её шкафу в шкатулке. Тёплый, с её отпечатком крови, с его отпечатком крови.

Эммелина долго ворочалась и не могла уснуть, но потом провалилась в крепкий сон.