– Только я сомневаюсь, что Аня захочет. Она скорей всего уедет к родным или проведет все выходные на аллее. Да и вообще она не любитель незнакомых компаний…
Если с врединой вопрос решен. То в случае Ани, все обстоит намного сложнее. Вся надежда на врожденную способность сестры убеждать. На аллее малышка в любом случае дольше двух часов не простоит.
– Думаю, пару дней Аня сможет найти, – произношу, вроде как отстраненно. – И самое важное, чуть не забыл… Твоя подруга ко мне слишком настороженно относится. Лучше не говори, что я там буду. Тогда она скорее согласится. В знак благодарности за совет: не порть мою одежду своими красками хотя бы месяц, и этого будет достаточно.
Довольная сестра вскоре покидает мой кабинет. Без подруги она не поедет в малознакомую компанию, поэтому приложит все усилия для того, чтобы Аня согласилась.
Глава 16
Аня
На первой лекции чувствую себя бледным облачком в заторможенной невесомости. Полночи не могла уснуть. И пусть я провела время не впустую, подготавливая новые чашки и горшки для продажи. Но то, с каким рвением накладывала размашистые мазки на гладкую поверхность, стирала и прорисовывала заново, сложно отнести к творческому процессу. На пятой чашке начала успокаиваться, и стебельки вновь заиграли, переплетаясь между луковками цветов в приятную для глаз композицию.
– Ань, иллюстрация красивая получилась, – хихикает рядом Лерка, глядя на мои стеклянные осколки в виде падающих листьев в пропасть. – Мы, если что, на семинаре по философии сидим. Основа рисунка – следующая пара.
– Предлагаешь философа нарисовать? – еще больше рассмешила подругу.
Сзади раздалось шипение однокурсников с требованием говорить потише, и я перевернула тетрадь на чистый лист, вникая в слова преподавателя.
Спутанные мысли, когда я не рисую, полезли заново. Самым печальным оказалось даже не то, что я увидела Кристи, хотя в тот вечер мне казалось, что худшего и быть не могло. У меня хватило силы воли не отвечать на два письма Свята.
Ждала ли я их? Еще и как…
Меня добило совсем другое – он перестал писать. С вчерашнего дня полная тишина. Осознание того, что я поступила правильно, не приносит никакого облегчения. И зудящее желание отправить ему хоть пару слов я заменяю непрерывными рисунками на чем угодно, лишь бы занять руки.
Сразу после окончания семинара Лера тянет меня к окну, и я уже вижу – она что-то задумала.
Идею свести меня с Леонардо подруга так и не оставила. Догадываюсь, что начнет излагать свои безумные идеи по захвату сердца гения.
– Пока ты еще не определилась, где проведешь праздники, у меня есть очень и очень крутое предложение. Ну просто бомбовское! – удивляет неожиданным поворотом и тарахтит дальше: – Шикарная вилла. Пати и бассейн. Соглашайся, а то я без тебя не поеду!
Лера начинает рассказывать, как нам там будет весело и здорово. Сквозь поток восторженных описаний понимаю, что ее пригласили друзья и разрешили взять с собой подругу.
– Лера, я знаю, как проведу выходные дни, – останавливаю ее крутую бомбу, пока не поздно, – Первые три дня работаю на аллее, потом уеду в село. И вечером перед учебой вернусь.
– А если быстро все продашь, как в прошлый раз?
Кто бы меня еще так развеселил, как не подруга-мечтательница.
– Такая счастливая случайность больше не повторится, – уверяю ее, заранее понимая, что мне-то уж точно повторение не грозит. Тут хоть бы за три дня половину пристроить.
– Давай так, если вдруг произойдет чудо и ты быстро освободишься, тогда мы поедем туда на твои аллейные дни? – сдаваться это не про Леру.
– Лер, ну мне и клуба хватило. Тусовки же не мое, – напоминаю о своем отношении к сборищам с громкой музыкой и алкогольными реками.
Подруга и на это находит выход для уговоров:
– Один день там проведем полностью. И если тебе не понравится, вызовем такси и уедем. Всего на денек или дольше, смотря как захочешь. Ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, соглашайся!
Ясно, так просто она не отцепится.
Только чудо не произойдет. Я второй год на аллее тщетно пристраиваю свои работы по самой низкой цене. Пусть и неправильно с моей стороны, но даю обещание в таком случае подумать.
Лера прерывает свои уговоры, отвлекаясь на звонок по телефону.
Я стою рядом, но не вникаю в ее разговор, продолжая думать о вилле и невозможности чуда. И резко обращаюсь вслух, когда подруга произносит:
– Свят, ну все нормально. Что тебе еще рассказывать? Стою вместе с Аней в коридоре. Скоро на основу рисунка подтянемся.
Что он ей дальше говорит – мне не слышно. Но я замираю, вглядываясь через стекло на залитые солнцем крыши домов. И вспоминаю его голос…
Мягкий с легкой хрипотцой, когда он спокоен или в настроении.
Жесткий со стальными нотками, когда взбешен.
Ищу оттенок его глаз среди небесной глади, но ничего похожего не вижу. Зато теперь я знаю, как разрисую новую шкатулку на память своих первых, ни с чем несравнимых эмоций.
– Нам пора, Свят. Чудной ты, ей богу, – заканчивает разговор Лера и выключает телефон.
– В первый раз брат звонит мне просто узнать, как дела, – бормочет подруга, пока мы идем к учебной комнате по основам рисунка, – Пристал еще, чем занимаюсь сейчас, чем буду потом. Голос вроде трезвый. И на фоне противная жаба Янина к нему вошла. Значит, на работе. В последнее время Свят вообще ведет себя странно, даже не подкалывал меня.
Расселись за мольберты, и я тогда только спокойно выдохнула. Внутренний голос шептал, что расспросы от Свята были неспроста. Отбросила навязчивые мысли. Если я ему каждый день до вчерашнего дня писала, где я и чем занимаюсь, это не дает мне права думать, что его сестра превратилась в наше средство связи. И вообще пусть пишет своей принцессе. С меня достаточно и тех воспоминаний.
Все три пары, объединенные в один цикл по теме графики, я концентрирую максимум внимания. Полностью переключаюсь на работу и получаю в конце высший балл. Вместе с Лерой выходим на улицу и возле крыльца встречаем Леонардо.
– Тебя поджидает, – кивает в его сторону Лера, – Подойди к нему, улыбнись и выдай типа тра-ля-ля, как сейчас красиво в парке. А я давненько нигде не была.
Леонардо оборачивается на нас, и я не знаю, куда себя деть от смеха. Мало того что Лерка мелет на ухо всякую чепуху, так мне еще хочется вместо гения назвать его патлатым чудиком.
– Анна, нам нужно согласовать график встреч.
Ни о чем не подозревающий Леонардо подходит ко мне.
– А их будет много? – я офигеваю от серьезного подхода гения.
– Встречи лучше всего обсуждаются в парке, – тут же встряет неугомонная сводница, невинно хлопая глазками.
– Полагаю, нам и лавочка возле академии подойдет, – не клюет на заброшенный крючок гений.
Я прощаюсь с Лерой. Она мне успевает напоследок показать за спиной Леонардо фигуру сердечка, сложенную из пальцев. И мы с гением отправляемся на ближайшую лавочку.
– Мне очень приятно, что ты выбрал меня для зачета… э-м-м, – пока говорю это, думаю, как помягче снизить количество встреч с ним. – В некоторые дни я задерживаюсь допоздна в мастерской, поэтому не смогу найти время.
И тут-то появляется из его большого кожаного дипломата легендарный, как мы прозвали с Лерой, ежедневник. Леонардо склоняется над ним и быстро листает по записям. Меня так и подмывает заглянуть, но он переворачивает страницы с такой скоростью, что буквы расплываются перед глазами.
Открывает на моей «личной» странице, сверху подписанной «Аня Смирнова». Внизу листика в скобках значится: (отличница, проблемы с памятью, любит текилу, знакома с подозрительным типом, который просил беречь нос).
– На этой неделе успеем встретиться дважды, а после праздников придется нагнать упущенное время. Я что-то смешное говорю?