Респаун

Глава 13

Я ждала этого сообщения вечность. Утро на работе тянулось как резина. Я вздрагивала от каждого звука, проверяла телефон под столом, пряча его от начальника.

В 10:15 экран наконец мигнул.

Эйн: «Я добрался. Жутко хочу спать».

У меня с плеч свалилась гора. Живой. Доехал. Не разбился на трассе, не застрял на границе. Мне хотелось набрать его, услышать голос, расспросить про дорогу, про жилье, про всё на свете. Но я перечитала: «Жутко хочу спать». Я закусила губу и набрала то, что должна была набрать взрослая, понимающая женщина, а не истеричка.

Я: «Отлично! Конечно. Если есть возможность – отоспись перед работой».

Он не ответил. И не прочитал сразу. Видимо, телефон выпал из рук в ту же секунду.

Весь день я ходила на цыпочках, боясь его разбудить даже мысленно. Я представляла, как он спит – в какой-то незнакомой комнате, на чужой подушке. Звонок раздался только поздно вечером.

Я схватила телефон, метнулась в спальню и нажала «Видео».

– Привет, – его голос был хриплым после сна, лицо помятым, но глаза – живыми.

– Привет! – я жадно вглядывалась в экран. – Ты как? Выспался?

– Относительно. Часов шесть удалось урвать. Потом местные начали греметь кастрюлями.

– Местные? – не поняла я. – Ты где вообще?

Эйн криво усмехнулся и развернул камеру. – Добро пожаловать в мои хоромы. Рабочая общага, люкс-класс.

На экране мелькнула узкая комната. Две кровати (одна, к счастью, пустая, заваленная его сумками), колченогий стул, шкаф, который, кажется, держался на честном слове. Обои отходили от стен желтыми пузырями.

– Тут весело, – комментировал он, вставая и подходя к двери. – Кухня общая на этаж. Туалет и душ – в конце коридора, и туда, кажется, живая очередь по талонам. Слышимость такая, что я знаю, о чем говорят соседи через две комнаты.

Он приоткрыл дверь в коридор. Оттуда донесся гул голосов, чей-то смех и звон посуды. Эйн быстро захлопнул дверь обратно.

– Жесть, – вырвалось у меня. – Как ты там будешь жить?

– Молча, – он сел обратно на кровать, которая жалобно скрипнула. – Других вариантов нет. Зато до объекта пять минут пешком. И бесплатно.

Мне стало физически плохо. Я сидела в своей теплой, уютной квартире, с мягким пледом и чашкой какао, а он был там – в этой казенной серости, среди чужих людей.

– Эйн…

– Не надо меня жалеть, Лиса, – он уловил мою интонацию. – Я сюда работать приехал, а не на курорт. Привыкну. Главное – интернет вроде тянет.

Но «тянет» было громко сказано. В следующие дни я поняла, что такое настоящие препятствия.

В общежитии не было места для уединения. Вечером, когда он возвращался с работы, на кухне был ад, в коридоре – проходной двор. В комнате стены были картонными. Наши разговоры изменились. Эйн теперь почти всегда говорил шепотом или вполголоса. – Я сейчас не могу говорить громко, соседи спят,– писал он в час ночи. Или: – Подожди пять минут, я выйду на улицу, там никого нет.

И он выходил. В ветер, в холод, в дождь. Стоял у подъезда общаги, кутаясь в куртку, просто чтобы сказать мне пару ласковых слов без свидетелей.

Я ценила это безумно. Но цена была высокой. Чтобы подстроиться под его график (ранние подъемы, очереди в душ, работа до ночи), я перестала спать. Я ждала, пока он освободится. Ждала, пока он дойдет до комнаты. Ждала, пока утихнут соседи. В два ночи. В три.

В четверг я сдалась. Организм просто выключил рубильник. Я задремала прямо с телефоном в руке, сидя на диване. Проснулась от резкого звука голоса.

– Лиса! Лиса, ты меня слышишь?

Я дернулась, телефон выпал на ковер. Подняла его трясущимися руками. На экране был Эйн. Он смотрел на меня испуганно и зло.

– Что? Что случилось? – я терла глаза, не понимая, где я и кто я.

– Ты вырубилась, – констатировал он. – Я тебе что-то рассказываю про прораба, а ты просто закрыла глаза и перестала отвечать. Я думал, тебе плохо стало.

Я посмотрела на себя в маленьком окошке видеосвязи. Взъерошенная, с отпечатком подушки на щеке, глаза красные, как у кролика.

– Прости… – пробормотала я. – Я просто… ждала тебя.

– Сколько ты спишь в последние дни? – его голос стал жестким. Он сидел на своей скрипучей кровати, за спиной висела чья-то куртка. Вокруг было темно, только свет экрана освещал его лицо.

– Нормально… часов пять…

– Врешь. Посмотри на себя. Ты похожа на зомби.

– Я хочу с тобой разговаривать! – в моем голосе прорвались слезы обиды. – У тебя там общага, люди, работа. А у меня только ожидание. Я живу от звонка до звонка!

– И убиваешь себя этим, – он потер переносицу, закрыл глаза. Видно было, что он тоже смертельно устал. – Лиса, так не пойдет. Если ты свалишься, я отсюда ничем не помогу. Я даже скорую тебе вызвать не смогу.

– И что ты предлагаешь? Не общаться?

– Я предлагаю режим. Он говорил тихо, чтобы не разбудить соседей за стеной, но в этом шепоте было больше власти, чем в крике. – С сегодняшнего дня ты ложишься спать в 23:00. Никаких ночных ожиданий. Если я освобождаюсь поздно – я пишу тебе сообщение. Ты читаешь его утром.

– Но…

– Никаких «но». Утром, пока я стою в очереди в душ или пью кофе, мы созваниваемся на 15 минут. Это будет наше время. А ночью ты спишь.

– Я буду скучать, – тихо сказала я.

– Я тоже. Я тут один среди кучи мужиков, в чужой стране. Думаешь, мне не хочется услышать твой голос перед сном? – он грустно улыбнулся. – Но мне нужна живая и здоровая Лиса. А не привидение.

– Обещаешь звонить утром?

– Клянусь. Прямо с этой убогой кухни, под звон чужих кастрюль. Иди спать, Лиса. Пожалуйста.

– Хорошо. Спокойной ночи, Эйн.

– Спокойной. И… спасибо, что дождалась. Но больше не смей.

Он отключился. Я осталась в тишине своей квартиры. Мне было обидно, но где-то в глубине души я чувствовала облегчение. Он взял ответственность на себя. Он разрешил мне спать. Я нырнула под одеяло и провалилась в сон, впервые за неделю не чувствуя вины за то, что закрываю глаза.

Глава 14

Прошло полгода. Или больше? Я перестала считать недели. Время превратилось в серую, вязкую жижу.

Эйфория от его возвращения домой давно выветрилась. Громкие обещания «я найду маршрут» разбились о сухую реальность: визы не давали, санкции оккупировали все вокруг, рейсы отменяли, цены росли, а наши счета в банках – нет. Мир захлопнул двери, оставив нас по разные стороны забора.

Мы вернулись к рутине. Но это была уже не та уютная рутина, что раньше. Раньше мы бежали навстречу друг другу. Теперь мы бежали на месте.

Наши вечерние игры стали реже. – Я устал сегодня, Лисенок. Просто посмотрю сериал, – писал Эйн. И я видела, как он сидит в сети, играет во что-то одиночное или просто висит в онлайне, но не со мной.

Чем сильнее я тянулась к нему, пытаясь вернуть ту искру, тем отчетливее он отстранялся. Это происходило на уровне микрореакций. Он позже отвечал. Он перестал присылать смешные картинки. Он реже говорил «люблю», словно это слово стало тяжелым камнем, который трудно ворочать языком.

Я чувствовала себя навязчивой. Обузой. И тогда я начала отступать.

Но стоило мне сделать шаг назад, как Эйн дернулся вперед. Он вдруг начал писать чаще: «Ты куда пропала?», «Почему такая грустная?», «Давай созвонимся?»

Началась эта дурацкая, изматывающая гонка. Я убегала, чтобы не чувствовать себя униженной ожиданием. Он догонял, чтобы убедиться, что я всё еще на крючке. Но как только я останавливалась и снова открывала объятия – он тут же делал шаг назад, в свою раковину.

Мы мучили друг друга. Мы стали похожи на двух утопающих, которые то отталкивают друг друга, чтобы глотнуть воздуха, то цепляются мертвой хваткой, утягивая на дно.

Развязка наступила в конце весны. За окном была беспросветная серость. У Эйна на работе начались проблемы – сокращения, урезание зарплат. У меня навалились дедлайны. Реальная жизнь требовала нас целиком, а виртуальная любовь, лишенная подпитки встречами, превратилась в вампира.

Мы не созванивались три дня. Вечером я сидела на кухне, глядя на дождь за окном. Телефон лежал на столе. Эйн: «Привет. Как ты? Мы сегодня поговорим?»

Я смотрела на это сообщение и понимала: я больше не могу. Не могу ждать визу, которой не будет. Не могу видеть его уставшее лицо и чувствовать вину за то, что я – просто пиксели на экране, которые требуют внимания. Я любила его. Господи, как я его любила. Именно поэтому я должна была это прекратить.

Я набрала воздух в легкие и нажала кнопку вызова. Не видео. Аудио. Я не хотела, чтобы он видел, как меня трясет.

– Привет, – его голос был теплым, с ноткой вины. – Ты пропала. Я скучал.

– Привет, Эйн, – сказала я ровно. Голос звенел от напряжения. – Нам надо поговорить.

– О чем? – он сразу напрягся.

– О нас. Эйн, мы в тупике.

– Лисенок, ну не начинай. Сейчас сложное время, но…

– Нет, – перебила я. – Это не время. Это наша жизнь. Прошел год. Мы ни на шаг не стали ближе. Мы просто… тянем время. Я чувствую, как ты устал. Я чувствую, как мы превращаемся в обязательство друг для друга.

– Я не устал от тебя, – твердо сказал он. – Я устал от ситуации. Но я тебя …

– Я знаю. И я тебя люблю. Но любви мало, Эйн. Нужна жизнь. А у нас её нет. У нас есть только ожидание и телефон, который мы скоро возненавидим.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.