<< 1 2 3 4 5 6 7 8 ... 19 >>

Бертрис Смолл
Блейз Уиндхем

Худое личико Ваноры, перепачканное соком, свидетельствовало о ее преступлении. Ничуть не испугавшись старшей сестры, она легкомысленно показала ей розовый язычок, но тут же получила по заслугам – Блисс больно дернула ее за волосы. Ванора расплакалась, и ее пронзительные крики переполошили всю прислугу и призвали на кухню мать. Ванора громко рыдала – скорее от обиды, чем от боли. Исподтишка поглядывая из-под мокрых ресниц, она проверяла, какие последствия возымели ее крики, а леди Морган пожелала узнать, кто обидел малышку.

Ванора громко всхлипнула, но в тот момент, когда она уже приготовилась обвинить Блисс, вмешалась Блейз:

– Она попала себе по пальцу, когда толкла сахар, мама. – Блейз ласково обняла младшую сестренку за плечи и прижала к себе. – Ну хватит плакать, Вана. Знаю, тебе очень больно – я и сама не раз ушибала пальцы.

Ванора вновь всхлипнула. Взглянув на старшую сестру, она заметила в ее глазах суровое предупреждение и немедленно прекратила рыдать. Блейз была любимой сестрой Ваноры, но малышка уже давно поняла, что сердить ее не стоит.

– Вот и умница, – похвалила ее Блейз. – Займись делом, Ванора, – без сахара нам не сохранить на зиму эти вишни. И без твоей помощи нам просто не обойтись. – В последний раз шмыгнув носом, Ванора послушалась. Повернувшись к матери, Блейз объяснила: – Я нашла в саду позднюю вишню и мы сумели собрать ягоды, пока их не склевали птицы. Я и не думала, что вишня может поспевать так поздно.

– Природа не всегда предсказуема, – пожала плечами леди Морган. – Нам повезло, Блейз, что ты нашла это дерево, и очень хорошо, что вы собрали ягоды, но, дорогие мои дети, у меня есть новости поважнее. Великолепные новости!

– Это насчет того красавца, который приезжал к отцу? – выпалила Дилайт.

– Значит, вы видели лорда Уиндхема? – удивилась Розмари.

– Да, мы прятались за кустами, мама. Раз ты не позвала нас, мы решили, что не стоит мешать, и ушли в сад, – честно призналась Дилайт.

Леди Морган улыбнулась девочке. Дилайт еще не научилась говорить неправду. А Блейз, как было известно леди Морган, иногда прибегала ко лжи во спасение других. Что касается близнецов Блисс и Блайт, обе они лгали с такой легкостью, что зачастую сами верили в свою ложь, – впрочем, они искажали истину без малейшей корысти.

– Лорд Эдмунд Уиндхем – эрл Лэнгфордский, – продолжала леди Морган. – Он вдовеет уже год, у него нет детей. И он выбрал Блейз своей второй женой. Скажите, разве это не замечательная новость?

– Я же говорила вам! Я же говорила! – Дилайт заплясала вокруг стола, рассмешив кухарку и горничных.

Розмари Морган улыбнулась, а затем с беспокойством взглянула на старшую дочь. Блейз словно оцепенела.

– Благословенная Дева! Эрл! Ты выйдешь замуж за эрла, Блейз! – завистливо простонала Блисс. – И он такой красавец!

– Ты будешь графиней! – возбужденно взвизгнула Блайт, хлопая в ладоши. – Леди Мэри-Блейз Уиндхем, графиня Лэнгфорд! Ну почему тебе вечно так везет?

– Везет? – шепотом переспросила Блейз. – Мне? Везет? – Она глубоко вздохнула и уже громче спросила, поворачиваясь к матери: – Почему этот человек захотел жениться на мне? Разве я могу выйти замуж? Ты же сама часто жаловалась, мама, что у нас нет приданого. – Фиалковые глаза Блейз переполнились невысказанными вопросами.

В кухне воцарилась гробовая тишина, которую нарушало лишь потрескивание огня в очаге. Оглядевшись, леди Морган заметила, с каким жадным любопытством ждут ее ответа слуги, и неодобрительно поджала губы. Ничего плохого нет в том, что слуги узнали о замужестве Блейз, но подробности их не касаются.

– Разве вам нечем заняться? – сурово вопросила она, повернувшись к кухарке и ее помощницам. – Я слышу, там что-то подгорает. Или у нас дом – полная чаша и мы можем позволить себе тратить деньги на еду, не считая? Девочки, займитесь вишней, а ты, Блейз, пойдешь со мной. – Леди Морган величественно выплыла из кухни, и старшая дочь торопливо последовала за ней.

Они прошли через холл, не останавливаясь, – Розмари Морган не желала, чтобы сплетницы служанки ненароком подслушали то, что она собиралась сказать дочери. Подробности не касались даже Блейз, хотя разговор предстоял не из легких. Долг родителей – благополучно выдать дочерей замуж. Несмотря на их бедность, в этот день провидение сжалилось и послало ее дочерям более чем завидную удачу. Леди Морган провела старшую дочь в свою спальню и усадила на широкую кровать, где были зачаты Блейз и ее сестры.

Розмари Морган сжала в ладонях лицо дочери и долгое время вглядывалась в него. Блейз была чудо как хороша – в этом никто не смог бы усомниться.

– Тебе несказанно посчастливилось, – начала она, – и если ты не сделаешь глупостей, то станешь самой известной из графинь Лэнгфорд.

– Но почему я? – возразила Блейз. – Разве вы в состоянии дать за мной приданое, а тем более такое, чтобы я вышла за эрла?

– Он возьмет тебя в жены без приданого, – пояснила леди Морган.

– Но почему? – последовал резкий и подозрительный вопрос.

– Эдмунд Уиндхем восемнадцать лет был женат на женщине, которая, подобно нашей бедной королеве Екатерине, не могла родить ребенка. У нашего короля по крайней мере есть принцесса Мэри, а единственный ребенок эрла Лэнгфордского умер вскоре после рождения. Эти роды убили его мать. Эрл – состоятельный джентльмен, Блейз, но ему нужны дети. Правда, у него есть наследник – его племянник, но Уиндхему нужен родной сын. Надеюсь, ты это понимаешь.

Откуда-то, он не объяснил, от кого именно, он узнал о нашей семье – о том, что все мои дети остались в живых, что они растут здоровыми и крепкими. И вот, даже зная, что у вас нет приданого, он приехал сюда и предложил тебе стать его женой. Он уверен, что ты сможешь подарить ему здоровых детей – таких, как я подарила твоему отцу.

– Значит, благородный эрл прибыл в Эшби, чтобы купить чистокровную породистую кобылу? Нет, я не выйду за него, мама! Пусть я бедна, но у меня есть гордость! Да я скорее соглашусь остаться старой девой! Как посмел этот человек считать, что способен купить меня?! Какая самонадеянность!

– Нет, Блейз, он не самонадеян. Он приехал просить твоей руки, он обращался с твоим отцом учтиво и достойно. Это событие – настоящее чудо. И твой долг, как нашей дочери, с благодарностью принять эту чудесную возможность, предложенную тебе. Неужели ты не понимаешь, как тебе повезло?

– Нет, не понимаю, мама. Пусть этот эрл женится на ком-нибудь другом. И Блисс, и Блайт готовы умереть за такую «чудесную возможность», – пренебрежительно отозвалась Блейз.

– Но ты ведь старшая, – напомнила ей мать. – Тебе положено первой выйти замуж. И потом Блайт и Блисс моложе тебя на целый год. Эрл – зрелый мужчина, а ты достигла подходящего возраста, чтобы выйти замуж.

– Нет! – упрямо выпалила Блейз.

Леди Морган глубоко вздохнула, чтобы сдержать растущее в ней негодование. «Эта девчонка невозможна, – подумала она, – имя досталось ей по праву».

– Дело тут не только в тебе, Блейз. – Розмари попыталась вразумить непокорную дочь. – Эрл согласился обеспечить приданым всех твоих сестер, чтобы они тоже могли найти себе достойных мужей.

– Значит, мне придется принести себя в жертву на благо семьи! – негодующе выпалила Блейз.

Тут уж леди Морган утратила всю сдержанность и мгновенно вскипела.

– Блейз, – заявила она, поднимаясь и положив руки на хрупкие плечи дочери, – ты немедленно отправишься в часовню и поблагодаришь Благословенную Деву! И заодно попросишь у нее прощения – твои эгоизм, спесь и своеволие возмутительны! Пусть доброта Богоматери и ее молитвы помогут тебе избавиться от дерзости. Надеюсь, ты поймешь, как тебе повезло, и задумаешься о судьбе младших сестер. Помни: их будущее, да пребудет с нами милосердие Божие, находится в твоих руках!

– Но как же ты несправедлива ко мне, мама! Почему я одна должна отвечать за судьбу сестер? – с вызовом воскликнула Блейз.

– Больше я не собираюсь с тобой спорить, – прервала ее леди Морган. – Ступай в часовню сию же минуту!

Блейз выбежала из комнаты, охваченная гневом и раздражением. Намеренно пренебрегая приказом матери, она вернулась на кухню и остановилась на узкой каменной лестнице, наблюдая за сестрами. Блисс и Блайт усердно чистили вишню и присматривали за малышами, ибо к ним присоединились Ларк и Линнет. «Старшие близнецы такие хорошенькие», – с грустью подумала Блейз. Несправедливо, если им придется провести всю жизнь здесь, в Эшби, так и не познав радостей супружества и материнства. А ведь впереди у них всего несколько лет – кое-кто считал, что лучшее время для поисков мужей для них уже упущено. Блейз не могла припомнить девушек, которым близнецы уступали бы красотой. Различия между ними были немногочисленными: у Блисс крошечная родинка сидела над левым уголком губ, а у Блайт – над правым. У обеих волосы с одинаковым теплым золотистым оттенком, а глаза блестели синевой, словно сапфиры. Их лица овалом напоминали сердечки – с прямыми, чуть вздернутыми носиками и пухлыми губами. Изящные дуги тонких бровей и длинные изогнутые ресницы были довольно темными для такой светлой кожи, не нуждающейся в румянах и белилах. Несмотря на внешнюю хрупкость, румяные щеки сестер свидетельствовали о крепком здоровье.

В кухне мелькала еще одна белокурая головка, принадлежащая Ваноре, – ее волосы отливали серебром. Со своими темно-синими глазами, которые при определенном освещении казались почти черными, эта малышка, лицо которой еще не утратило детской округлости, обещала стать изумительной красавицей. Как и самая младшая из сестер, Гленна, с ее каштаново-рыжеватыми волосами и материнскими светлыми глазами.

Остальные дети Морганов уродились темноволосыми. Брат – близнец Гленны, Гевин, был точной копией отца. Обаятельная Дилайт тоже унаследовала каштановые отцовские локоны. Вторая пара близнецов, Ларк и Линнет, была похожа на старшую сестру. Но какое будущее ждет их всех без приданого? И разве сможет отец благополучно выдать замуж дочерей, когда исчез источник его дохода – стада овец? После второго мора он так и не сумел поправить свои дела.

С негромким вздохом Блейз поднялась по кухонной лестнице. Почти нехотя она вошла в маленькую часовню. Преклонив колени на молитвенной скамеечке, она устремила взгляд на статую святой Марии, раздираемая борьбой собственной гордыни с рассудком. Смиренное и терпеливое каменное лицо святой, казалось, упрекало ее за мятежные мысли.

«Что это с тобой? – допытывался рассудок Блейз. – Тебя пожелал взять в жены состоятельный красавец джентльмен. Почему же ты вдруг взбунтовалась?»

«Потому, что я хочу любви, – отвечала гордость. – А этому человеку я нужна как здоровая племенная кобыла, способная принести ему сыновей. Какое ему дело до меня? Он не захотел даже знакомиться со мной!»

«Что за вздор! – возражал рассудок. – Таинство брака свершается лишь по одной причине – так тебе говорили с детства. Цель брака – дети».

«Но я хочу быть любимой!» – не сдавалась гордость.

«Любовь, – убеждал рассудок, – придет позднее, когда вы как следует узнаете друг друга. А вместе с любовью появится и уважение».

«Я должна быть любимой», – умоляла гордость.

«Твои родители любят друг друга, – напоминал рассудок. – Почему ты считаешь, что у тебя все будет иначе?»

«Мои родители познакомились прежде, чем поженились», – резонно возражала гордость.

<< 1 2 3 4 5 6 7 8 ... 19 >>