Оценить:
 Рейтинг: 4.5

Украденная невеста

Год написания книги
2006
<< 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 ... 21 >>
На страницу:
6 из 21
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
Убеждая себя, что переполненный, набитый людьми паб предпочтительнее каменного мешка в подвале, он стоял, набираясь храбрости.

Дверь распахнулась, из паба выскочил человек, он налетел на Шона, застывшего в нерешительности у входа.

Сработал инстинкт – незаметно для постороннего глаза из рукава мгновенно выскользнул нож, который был всегда с ним. Он уже готов был приставить его к груди незнакомца, но вовремя остановился и, тяжело дыша, прислонился к стене. Надо помнить, что он человек, а не животное и не должен убивать, повинуясь инстинкту. Два года его содержали как животное в клетке, морили голодом, но он человек. Он прислонился горячим лбом к стене. А может быть, он уже не человек, а человеческое подобие, живущее только в темноте и способное убивать. Джон Коллинз.

– Эй, парень, извини, не заметил, – сказал пьяный и вмиг протрезвел, разглядев Шона.

Шон взял нож у тюремщика, когда захватил того в заложники. Опомнившись, он спрятал нож и попытался улыбнуться, мышцы лица свело судорогой, и жуткая гримаса исказила лицо.

Глаза у пьяного расширились от страха, и он бросился прочь.

Шон постоял, слыша шум крови в ушах. Он надеялся, что, когда окажется на корабле, в море, ему станет легче.

Он вошел, избегая смотреть на людей и касаться их, прошел к столику в глубине паба и сел спиной к стене, так он чувствовал себя в большей безопасности. Теперь вся комната была перед его глазами.

В пабе находилось тридцать или сорок мужчин, они смеялись, разговаривали, кричали, некоторые играли в кости или в карты. Все они были ирландцами, как и он, и однажды он поклялся, что отдаст жизнь, защищая их от тирании и несправедливости, и это едва не произошло на самом деле. Но сейчас не чувствовал с ними родства, он был чужаком, пожалуй, он вообще ничего не чувствовал.

К нему приближался человек в синем костюме, с белым цветком на лацкане. Шон незаметно, осторожно вынул нож и приготовился.

– Коллинз? – спросил джентльмен, останавливаясь рядом.

Шон кивнул и указал жестом на стул напротив.

Человек сел.

– Мне показывали ваш портрет на листке розыска. К несчастью, вы выглядите точь-в-точь как изображенный там сбежавший преступник.

Шон не обратил внимания на замечание. Человек был высокого роста, с каштановыми волосами, в дорогом костюме и в начищенных сапогах. Он явно был не из простого сословия. Рори Макбейн.

Он с трудом выговорил:

– Вы один?

– Слежки не было. Я был осторожен. А вы? – Он наклонился, чтобы получше слышать его хриплый полушепот.

Шон покачал головой. Макбейн продолжал его изучать, как будто пытаясь понять, кто перед ним. Наверное, знал, что его разыскивают за убийство, и опасался.

– Все, что вам понадобится на первое время, в этой сумке. – Макбейн ногой подвинул к нему набитую сумку. – Немного денег, одежда. Американское судно «Герой», рейс до Хэмптона, Вирджиния, отплывает послезавтра с первым приливом.

Скоро он будет на свободе. Через несколько дней переплывет океан подальше отсюда, от Британии, от Ирландии, от земли, где родился и где провел детство и юность. Он знал, что надо поблагодарить Макбейна, но сердце защемило тоской. Он не понимал, почему новость не принесла ожидаемой радости. Ведь через несколько дней он не будет преследуемым зверем. Может смотреть, как встает солнце, не прикрывая глаза ладонью, и никогда больше не станет прятаться в тени. Не будет каменного мешка и решеток.

Ему больше не придется спать на голом камне с крысами, есть пойло с картофельными очистками и хлеб, кишащий личинками. Он уедет в Америку и там обретет покой, независимость, а может быть, счастье. Там его не отыщут.

Но эта мысль не приносила ни облегчения, ни радости.

Тонко звенит хрусталь, пахнет духами, и глаза, янтарные, смеющиеся и блестящие, встречаются с его глазами.

Он почувствовал дурноту, как во время приступа морской болезни. Память предает его. Он, наверное, сошел с ума. Он не хотел возвращаться в прошлое, подавлял воспоминания, паника охватила его.

– Вам нужна хорошая бритва. – Голос Макбейна прервал его лихорадочные мысли, и он был рад вернуться в реальность. – Я видел ваш портрет, развешанный всюду, вы очень похожи на человека, который разыскивается. Надо избавиться от бороды.

Он пытался сделать это той бритвой, которую дал Конелли, но она была слишком тупой. Макбейн прав, ему нужна настоящая бритва, кисть и мыльная пена. И опять всплыли воспоминания.

Серые глаза смотрят на него из зеркала. Красивый темноволосый мужчина в нем, он занят утренним бритьем. В комнате на окнах раздвинуты бархатные портьеры, за окном голубое небо, ярко-зеленые лужайки. Вдали руины башни и море.

– Шон! Ты собираешься ехать к Скале?

– Что с вами? – спросил Макбейн.

Почему он спрашивает? Нельзя думать о далеком прошлом. Он женился на Пег Бойл, надеясь впоследствии полюбить ее, и решил стать отцом ее маленькому ребенку и тому, что еще не родился. И единственная женщина, которую он должен был помнить, была она. Он не мог забыть, как держал ее на руках, истекающую кровью, зверски избитую.

– Послушайте, Коллинз. Я понимаю, что вы прошли через ад. Но мы сражаемся на одной стороне. Я такой же ирландец, как и вы. Ходят слухи, что вы благородного происхождения, это нас роднит с вами. Вы плохо выглядите. Могу я как-то помочь?

Он с трудом выговорил:

– Почему… вы делаете это? – Он должен знать, почему джентльмен рискует из-за него жизнью.

Макбейн удивился:

– Но я уже говорил. Мы земляки, и я тоже патриот. Вы сражаетесь за свободу, я тоже, правда, по-другому, с помощью пера, и иногда помогаю таким, как вы.

Шон хотел улыбнуться, но получился оскал, и Макбейн содрогнулся:

– Вам нужно что-нибудь?

Нет. Он покачал головой. Все, что ему надо, – поскорей покинуть страну и начать другую жизнь. И тогда память перестанет мучить его воспоминаниями о жизни, которую лучше забыть.

Макбейн наклонился к нему через стол:

– Затаитесь пока до отплытия. Я сегодня уезжаю из Корка и буду в Адере. Отсюда всего полдня езды верхом, и наши общие друзья помогут переслать весточку.

Сердце Шона сделало скачок, хотя внешне он не показал удивления. Его как будто ударили под дых. Он ослышался или Макбейн назвал Адер?

Макбейн поднялся:

– Да поможет нам Бог.

Шон не отвечал.

У Макбейна в глазах промелькнуло сочувствие, и он поднялся и стал пробиваться сквозь толпу к выходу. Он не оглянулся. Почему он назвал Адер. Это ловушка? Он ни за что больше не попадет в тюрьму и не даст себя повесить.

Он выждал, когда Макбейн выйдет, и устремился следом, прихватив мешок с одеждой. Он пошел следом, крался вдоль стен длинной, грязной, узкой улицы, постепенно настигая жертву, и наконец схватил сзади и прижал лицом к стене, заломив Макбейну руку за спину. Тот не сопротивлялся.

– Ты не можешь ехать в Адер… Это ловушка…

– Коллинз! – выдохнул тот. – Вы сошли с ума? Какого дьявола…

– Что ты собираешься делать?

<< 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 ... 21 >>
На страницу:
6 из 21