Чингиз Акифович Абдуллаев
Совесть негодяев

– Что именно?

– Эксперты дали заключение, что машина была почти новая. Даже после аварии ее вполне можно было продать или разобрать на запчасти. А преступники не тронули даже магнитофона, решив сжечь машину. Не логично, товарищ Пахомов, совсем не похоже на обычных бандитов. Я понимаю, конечно, что их главной целью было убийство Чешихина, но зачем после этого сжигать автомобиль? Его можно перегнать в другую область. Или разобрать. Почему они так торопились избавиться от автомобиля?

– Забавные наблюдения, – сказал Пахомов, задумавшись, – вот вы сами и ответите нам на эти вопросы. Товарища Серминова я прошу завтра начать проверку компании «Делос». Надеюсь, что она не испарилась вместе со своим президентом. Все свободны.

Люди заулыбались, встали, поспешили к выходу. После того как все вышли и Пахомов остался вдвоем с Комаровым, он спросил его:

– Кто тебе сказал насчет Багирова?

– Наш начальник контрразведки. Он знает, что я подключен к расследованию преступления против Караухина. Наши ведь тоже проверяют некоторые вещи. Вот он мне и сообщил насчет покушения, просил передать тебе об этом. Правда, сказал, что это пока только предварительные результаты.

– Понятно, – вздохнул Пахомов, – он тоже хочет быть полезным в расследовании этого дела. Миллион долларов, кажется, всех сводит с ума.

– А как ты думал, – засмеялся Комаров.

После перерыва, получив письмо и. о. и строгие наставления, как себя вести, Пахомов и Чижов отправились в Кабинет министров.

В Управлении делами их принял заместитель управляющего. Продержав более получаса в своей приемной, он наконец милостиво согласился принять этих двоих сотрудников прокуратуры, словно явившихся сюда в качестве рядовых просителей. Он долго и с брезгливым выражением лица смотрел на письмо прокуратуры и наконец выдавил:

– Мы дадим вам ответ в течение семи дней.

Он был маленького роста, и его сморщенное лицо напоминало отчасти злобную маску карлика.

– Нет, – решительно сказал Пахомов, – нам нужен ответ немедленно.

– Вы куда пришли, – разозлился маленький чиновник, – это Кабинет министров! Научитесь себя вести как подобает.

– Это вы научитесь работать как подобает, – так же дерзко ответил Павел Алексеевич. – Согласно нашим законам любой гражданин обязан помогать сотрудникам прокуратуры в расследовании преступлений. И тем более должностное лицо. Отказ от подобной помощи считается существенным нарушением своих должностных обязанностей, а в некоторых случаях влечет за собой даже уголовную ответственность.

Карлик усмехнулся.

– Хотите меня испугать?

– Хочу вам объяснить. Вы можете выяснить это в течение минуты. Кому было направлено письмо и какая на нем была резолюция. Вот и все, что мне нужно знать.

– А вы знаете, что у нас вся документация секретная?

– Я следователь по особо важным делам, – сказал спокойно Павел Алексеевич, – и у меня есть доступ к любым секретным документам. У вас есть еще возражения? Или мне нужно идти к управляющему?

– Посидите здесь, – прохрипел карлик, – я сам отнесу ваше письмо.

Когда он вышел, Чижов сочувственно улыбнулся Пахомову.

– Сильно вы его, Павел Алексеевич.

– Да нет, – отмахнулся Пахомов, – можно было сильнее. Страх в нас еще сидит. Не до конца мы его выдавили. А тебя я специально привез. Ты молодой, смотри, учись. Может, действительно вы и будете первым поколением России, которое вырастет без этого страха в душе.

– Нас даже называют «непоротое поколение», – улыбнулся Чижов.

– Вот-вот. А я до сих пор, когда вспоминаю наши пионерские лагеря, дома в холодном поту просыпаюсь. Словно опять я маленьким мальчиком в этих лагерях оказываюсь. Слабый я был, худой в детстве, вот меня и били там часто, издевались. Пока наконец я однажды не взял большую палку и не отлупил своего главного обидчика. Меня потом сильно избили за это, но с тех пор зауважали надолго.

Вернулся неприветливый хозяин кабинета. Вопреки всему он радостно улыбался, показывая свои мелкие, как у хорька, зубы.

– Такое письмо мы действительно получили. Вам нужна его ксерокопия? – спросил он.

Пахомов почувствовал подвох.

– А вы можете ее дать?

– Нет, – любезно сообщил заместитель управляющего, – у нас его нет. Письмо было на имя премьера и передано первому заместителю премьера на рассмотрение. Резолюция была «Рассмотреть и доложить». Что-нибудь еще?

– А где сейчас это письмо?

– У первого вице-премьера. Хотите зайти и к нему? – явно издеваясь, спросил карлик.

– Обязательно, – кивнул Пахомов.

Его собеседник испугался.

– Вы с ума сошли. Это же… первый заместитель. Он даже вашего прокурора не принимает.

– А меня примет, – решительно сказал Пахомов, – где его кабинет?

– Подождите, – нахмурился заместитель управляющего, – откуда вы такой на мою голову бешеный. Внешне нормальный человек.

Он поднял трубку с государственным гербом России и кому-то позвонил.

– Дмитрий Петрович, это я говорю. Вы простите, что беспокою. Здесь следователь пришел из прокуратуры. Следователь по особо важным делам. Он хочет встретиться с вашим шефом. Да, с ним лично. Конечно, я ему все объяснил. Но он настаивает. Да, спасибо, сейчас же пришлю.

Он положил трубку и хмуро сказал:

– Идите на третий этаж. Его помощник вас примет.

Они довольно быстро нашли кабинет помощника первого заместителя премьера. В отличие от первого чиновника, с которым они столкнулись, этот оказался молодым, симпатичным человеком, радушно принявшим пришедших к нему посетителей. Уже через пять минут они знали, что ответ на письмо был положительный и, кроме транспортировки сырой нефти, компания «Делос» получила право на представление интересов России на Украине.

В прокуратуру они возвращались в хорошем настроении. Но едва переступили порог кабинета Пахомова, как тут же раздался телефонный звонок. Это был Соболев.

– Найден труп Анисова, – спокойно сообщил он, – с явными признаками насильственной смерти.

Пахомов осторожно положил трубку, ничего не сказав. Они снова опоздали.

Глава 9

Когда Будагов вернулся снова к столу, Дронго понял: что-то случилось. Банкир напряженно улыбался, но это была именно напряженная улыбка. Он изменился, и это очень не понравилось Дронго. «Что-то произошло, – подумал Дронго, – и, кажется, не в мою пользу».

– Значит, вас прислал Аркадий? – очень ласково спросил Будагов.

– Я не говорил, что он прислал. Я сказал, что приехал от него.

– Да, да, конечно, – сразу согласился банкир, – он просил что-нибудь передать?

– Он не мог ничего попросить, – терпеливо напомнил Дронго, – вы просто забыли. Я же сказал вам, что он погиб.

– Да, – как-то рассеянно согласился Будагов, – так зачем вы приехали в Ташкент?

«Он даже не хочет меня слушать. Определенно что-то произошло. Банкир не смотрит в глаза, словно перед ним пустое место. Или… Покойник. Кажется, банкир решил мою судьбу за меня. Нужно было взять с собой оружие. Поездка в Ташкент оказалась несколько более сложной, чем я ее себе представлял. А Будагов – гораздо большим мерзавцем, чем мы могли себе представить в Москве. Но в любом случае нужно все доводить до конца».

– Мне хотелось бы поговорить о бумагах, которые вам передали, – сказал он.

Никакой реакции. Кажется, даже Будагов его не понял.

– Какие бумаги? – спросил банкир.

– Те, что вам передали.

– Говорите яснее, – нахмурился Будагов, – какие именно бумаги, я ничего не понимаю.

– Из-за которых убили Караухина.

Будагов нахмурился. Разговор вышел из-под его контроля, и он явно не понимал, о чем говорит приехавший гость.

– При чем тут бумаги? Он не передавал мне ничего, – раздраженно заявил банкир, – я не понимаю, о чем вы говорите.

«Наверное, он действительно не понимает, и это его неприятно волнует», – подумал Дронго и вслух произнес:

– Аркадий говорил мне, что я могу положиться на вас.

– Не знаю, – банкир осторожно посмотрел на часы. – Как вы познакомились с ним? – равнодушно спросил он.

«Кажется, он тянет время, – подумал Дронго. – Но почему? Ему нужно выиграть время. Может, кто-то должен прийти. Или он пытается что-то выяснить. Я же вижу, как ему не интересен его гость. Очень не интересен. Но он почему-то тянет время».

– Напрасно вы ему так доверяли, – банкир начал обретать свое привычное состояние духа, – вы же видите, чем он кончил.

– Похоже, я действительно напрасно приехал в Узбекистан.

Банкир сделал сочувственное лицо.

– Жаль, что ничем не могу вам помочь, – он взглянул на часы, – всего вам хорошего, – внезапно добавил он, вставая со своего кресла и протягивая руку. Теперь он явно торопился.

Придется немного пощекотать ему нервы, подумал Дронго и, протягивая в ответ руку, спросил:

– Вы не знаете, как проехать в прокуратуру города?

– Зачем вам прокуратура? – уже чисто машинально спросил Будагов.

– Мне нужно встретиться с прокурором города Камаловым. Некоторые документы касались и его.

Вот теперь Будагов испугался. Он явно смутился. Уже подготовленный сценарий теперь явно не годился. Дронго повернулся и, ни слова не говоря, пошел к дверям.

– Подождите, – несколько громко позвал Будагов.

«Кажется, он знает, кто я такой. И вопрос насчет Камалова разрушил его идеальный план, – подумал Дронго, – я правильно нанес удар. Он явно нервничает».

– При чем тут Камалов? – спросил банкир.

– Некоторые документы позволяют говорить о причастности вашего прокурора к делам Караухина. Камалов ведь раньше был вашим юрисконсультом? – невинным голосом уточнил Дронго.

– Он ушел от нас в прокуратуру. Вы говорите какими-то намеками, – Будагов явно нервничал, – сядьте, пожалуйста, и объясните мне, при чем тут Камалов?

– Это я могу сообщить только ему, – достаточно деликатно ответил Дронго.

Банкир неслышно вздохнул. Пробормотал какое-то проклятие. Вышел из-за стола. Кажется, он усиленно размышлял.

– Подождите меня, я сейчас вернусь, – сказал он и быстро вышел в заднюю дверь.

«Кажется, там сидит его советчик. Или стоит телефон, по которому он советуется с кем-то, – понял Дронго. – Сначала он решил не иметь со мной никаких дел и, более того, даже хотел избавиться от меня как можно быстрее. А как только услышал фамилию Камалова, сразу изменил свое мнение. Он достаточно серьезно опасается за кресло своего крестника. Почему? Ведь прокурор города ведет бескомпромиссную борьбу со всякими нарушителями. Почему он боится? Или прокурор ведет борьбу не вообще, а за интересы какой-то определенной группы? Это больше похоже на истину.

То, что документов здесь нет, – это очевидно. Достаточно посмотреть на кислую физиономию Будагова, чтобы понять, что ему нельзя доверять даже ста рублей. Этот человек способен продать родную мать, если это принесет ему прибыль. Караухин не мог доверить ему документов, это совершенно определенно. Но зачем тогда Чешихин приезжал сюда именно в день похорон? Что ему было нужно здесь? К чему такая спешка?»

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru

Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Полная версия книги
(всего 9 форматов)
<< 1 2 3 4 5 6