Три недели. Исповедь незнакомца

Глава 1. Колесо фортуны.

Вена никогда не спит по-настоящему. Она лишь притворяется, пряча свои тайны за золотыми фасадами и бархатными портьерами. Я, Амиран, знаю этот город как свои пять пальцев: его роскошь, его пороки, его вкус к запретному. Власть и деньги — мои верные спутники, а красота — лишь валюта, которой я расплачиваюсь с миром. Но в тот вечер всё пошло не по привычному сценарию.

Было около часа ночи, когда я вошёл в бар «Schwarze Katze». Место для своих, где воздух пропитан дорогим парфюмом и ароматом опасности. Я искал не компанию, а скорее — тишину, которую можно купить за бокал односолодового виски.

Я вольготно расположился в VIP-зоне, где полумрак скрывал лица, а тишина стоила дороже, чем золото. Официант поставил передо мной тяжёлый хрустальный бокал с односолодовым виски — янтарная жидкость мерцала в приглушённом свете. Я сделал глоток, наслаждаясь терпким, обжигающим вкусом, и лениво обвёл взглядом зал.

Толпа внизу казалась размытым пятном из смокингов и вечерних платьев, пока мой взгляд не зацепился за неё. Она стояла у колонны, словно была частью этого интерьера, но в то же время — выше него.

На ней было платье из тёмного шёлка, которое струилось по фигуре, но главное — спина. Открытая, беззащитная и одновременно вызывающе прекрасная. Я видел изгиб её позвоночника, плавную линию плеч, нежную кожу. Каждое её движение было наполнено грацией дикой кошки. Она не танцевала, нет. Она просто стояла, держа в тонких пальцах бокал с шампанским, и смотрела куда-то сквозь толпу. Её профиль был выточен из мрамора, а зелёные глаза, которые я уже успел запомнить, казались двумя осколками драгоценного камня.

Я люблю роскошь. Люблю красоту, доведённую до совершенства. И она была именно такой — идеальным сочетанием невинности и порока, которое будоражило кровь сильнее любого риска.

Но мой покой был недолгим.

К ней подошёл он. Мужчина в костюме, который стоил больше, чем машина среднего класса. Его улыбка была отработана на десятках таких же пустышек, но она... она даже не улыбнулась в ответ. Она просто отвернулась, давая понять, что разговор ей неинтересен.

Он был настойчив. Слишком настойчив. Его рука легла на её обнажённое плечо, пальцы впились в кожу чуть сильнее, чем позволяли приличия.

Внутри меня что-то щёлкнуло. Это было не благородство. Это было чистое, животное раздражение. Никто не смеет трогать то, на что я положил глаз. А я уже положил на неё глаз.

Я поставил бокал на столик — абсолютно беззвучно — и поднялся. Мои шаги были мягкими, как у хищника на охоте. Я не спешил. Я давал ему шанс одуматься.

— Детка, не будь такой холодной, — его голос был масляным и неприятным.

Дарин вздрогнула и попыталась сбросить его руку.

— Убери руку, — мой голос прозвучал тихо, но в нём звенела сталь.

Мужчина обернулся. На его лице отразилось удивление, быстро сменившееся раздражением.

— Тебе что-то не нравится? Иди своей дорогой.

Я усмехнулся, глядя на него сверху вниз. В этот момент я был выше его во всём: в росте, в статусе и в той тёмной силе, что всегда жила внутри меня.

— Я сказал: убери руку. Считаю до одного.

Он фыркнул, но в его глазах мелькнул страх. Он видел таких, как я. Видел тех, кто привык получать всё и не терпит возражений.

— Раз...

Моя рука легла на его запястье. Не грубо, но с такой силой, что он понял: сопротивление бесполезно.Он побледнел и отдёрнул руку так резко, будто обжёгся.

— Ты псих... — прошипел он и растворился в толпе быстрее, чем я успел моргнуть.

Я повернулся к ней. Она смотрела на меня широко распахнутыми глазами, в которых смешались шок и что-то ещё... восхищение?

— Ты в порядке? — спросил я мягче, чем ожидал от самого себя.

Она облизнула пересохшие губы и кивнула:

-Теперь да, спасибо... Я Дарин — её голос был низким, с лёгкой хрипотцой.

Я взял её за подбородок кончиками пальцев. Кожа была нежной, как шёлк.

— Не стоит благодарности за такую мелочь. Я просто избавил мир от мусора.

Она не отстранилась. Напротив, её взгляд стал ещё более пристальным, изучающим каждую черту моего лица.

— Амиран... — это был не вопрос, а утверждение.

— Ты знаешь моё имя?

— Я знаю о тебе всё, что нужно знать, — её губы тронула едва заметная улыбка, полная загадок.

Её слова повисли в воздухе, как вызов. «Я знаю о тебе всё, что нужно знать». В них не было ни капли страха, только спокойная уверенность. Эта игра становилась всё интереснее.

Я не убрал руку, продолжая удерживать её подбородок. Мой взгляд скользнул по её лицу, задержался на приоткрытых губах, а затем снова вернулся к глазам — этим зелёным омутам, в которых, казалось, можно было утонуть.

— Всё? — мой голос стал ниже, в нём появились бархатные, опасные нотки. — Тогда ты знаешь, что я не терплю загадок. Особенно от женщин.

Её улыбка стала чуть шире, обнажая край идеально ровных зубов. Она накрыла мою руку своей, и от этого прикосновения по телу пробежал электрический разряд.

— А я не терплю, когда меня пытаются купить, Амиран. Даже если покупатель очень... богат.

Это был удар ниже пояса. Она знала мои правила. Знала, как я веду игру. И она не собиралась быть очередной пешкой.

— Купить? — я рассмеялся, но в смехе не было веселья. Это был рык хищника, который встретил достойного противника. — Ты слишком высоко себя ценишь для простой покупки. Я предпочитаю... обмен.

Я сделал шаг вперёд, вторгаясь в её личное пространство. Теперь нас разделяло лишь несколько сантиметров. Я чувствовал аромат её духов — что-то дорогое, с нотками сандала и чего-то неуловимо дикого.

— И что же ты можешь мне предложить? — её дыхание коснулось моей шеи.

— То, чего у тебя нет. Власть без обязательств. Роскошь без скуки. Опасность без страха.

Я провёл большим пальцем по её нижней губе.

— И свободу. Полную, абсолютную свободу от всего, что тебя держит.

В её глазах на мгновение промелькнула тень. Тень прошлого? Тень страха? Но она тут же скрылась за маской ледяного спокойствия.

— Свобода — это иллюзия. Особенно для таких, как мы. — еле слышно пробормотала она.

— Тогда давай создадим нашу собственную реальность. Прямо сейчас.

Я не стал ждать ответа. Я просто взял её за руку и повёл за собой — мимо удивлённых взглядов, сквозь толпу, к скрытой за бархатной портьерой двери служебного хода. Она не сопротивлялась.

За дверью был узкий коридор, ведущий к чёрному ходу и винтовой лестнице на крышу. Я толкнул тяжёлую металлическую дверь, и в лицо ударил холодный ночной воздух Вены. Мы оказались на крыше старого здания. Перед нами раскинулась панорама спящего города: купола соборов в лунном свете, извилистая лента Дуная, мигающие огни мостов.

Я прижал её к холодной кирпичной стене. Теперь в её взгляде не было спокойствия. В нём бушевал ураган — такой же сильный, как и во мне.

— Ты играешь с огнём, Дарин, — прошептал я ей на ухо.

— А ты? — выдохнула она, запуская пальцы в мои волосы. — Ты уверен, что сможешь меня обжечь?

Её губы были в миллиметре от моих. Я чувствовал её дрожь — то ли от холода, то ли от предвкушения.

— Я не играю, — ответил я и накрыл её рот поцелуем — жёстким, требовательным, лишающим воли.

Её губы были податливыми, но в поцелуе не было покорности. Она отвечала с той же дерзостью, с какой смотрела мне в глаза, и это сводило с ума. Я чувствовал, как её пальцы сжимают ворот моей рубашки, словно она боялась, что я исчезну, растворюсь в ночном венском тумане. Но я был здесь. Реальнее некуда.

Я оторвался от неё лишь на мгновение, чтобы глотнуть воздуха, но тут же поймал её затуманенный взгляд.

— Ты играешь с дьяволом, — выдохнул я, проводя костяшками пальцев по её скуле.

— А разве дьявол не ищет свою жертву? — её голос дрожал, но в нём звучал вызов.

Я усмехнулся. Она была не просто красива. Она была опасна. Умна. И чертовски хорошо знала, как задеть за живое.

Внизу, в баре, играла приглушённая мелодия — что-то классическое, может быть, Штраус, но здесь, на крыше, под куполом звёздного неба Вены, существовал только наш собственный ритм.

Я подхватил её на руки так легко, словно она ничего не весила. Дарин не издала ни звука, лишь обхватила меня за шею, прижимаясь ближе. Я сделал несколько шагов к краю крыши, где стояла старая кованая скамья, укрытая от ветра.

Опустив её на холодные металлические прутья, я встал между её ног. Ветер трепал её волосы, бросая пряди мне в лицо. Я поймал одну из них и накрутил на палец.

— Ты пахнешь грехом и дорогими духами. Опасное сочетание.

— А ты пахнешь властью и виски. Ещё опаснее.

Её руки скользнули под мой пиджак, по плечам, стаскивая его. Я позволил одежде упасть на мокрый гравий. Мне было плевать на всё: на холод, на город внизу, на то, что завтра о нас будут шептаться в этих самых «золотых фасадах».

Власть и деньги? Сегодня они принадлежали ей. Я был готов отдать ей всё до последней монеты за право обладать этим телом и этим дерзким взглядом.

Я провёл ладонью по её открытой спине, чувствуя каждый позвонок под тонкой тканью платья.

— Скажи мне остановиться сейчас... — прошептал я ей в шею, оставляя влажный след поцелуев.

— И не подумаю, — прошептала она в ответ.

Её ответ был подобен искре в сухом хворосте. Моё терпение лопнуло. Одним резким движением я развернул её спиной к себе. Она упёрлась ладонями в спинку скамьи, прогнувшись в спине. Её волосы каскадом упали вперёд, обнажая шею.

— Смотри на город, — приказал я хрипло. — Запомни этот момент.

Вена расстилалась перед нами — холодная, величественная и безразличная к человеческим страстям. Но здесь и сейчас мы были центром этой вселенной. Я рванул застёжку на её платье, и шёлк с тихим шорохом соскользнул вниз, обнажая молочную кожу и кружевное бельё.

Она была совершенством.

Я прижался к ней всем телом, давая почувствовать всю степень моего желания.

— Ты ведь понимаешь, что после этого дороги назад не будет? — мой голос был похож на рычание зверя.

Она откинула голову назад, касаясь моего плеча:

— Я никогда и не искала лёгких путей... Амиран.

Её имя сорвалось с моих губ как проклятие и как молитва одновременно. Я больше не мог ждать. Схватив её за волосы у самого затылка — не грубо, но властно — я заставил её выгнуться ещё сильнее.

— Тогда сгорим вместе.

Я начал покрывать ее нежное тело требовательным поцелуями, обжигая её бархатную кожу своим языком, в ответ Дарин лишь извивалась от желания и похоти. Правой рукой я обхватил ее за шею, а левой рукой стал поглаживать по животу, медленно опускаясь между ног.

– Какая у тебя кожа! – прорычал я, – Я хочу покрыть поцелуями каждый сантиметр.

Она краснеет.

Я жадно целует Дарин, её язык и губы сплетаются с моими. Она не могу сдержать стона, её язык неуверенно тянется мне навстречу. Я обхватываю её руками и ловка разворачиваю к себе.

Одна рука заплетается у нее в волосах, а другая опускается по спине до талии, а потом ниже – на попу и мягко ее сжимает. У Дарин снова вырывается стон. Я понимаю, что она изнемогает от желания, а я всё больше хочу её помучать.

— Я возьму тебя сзади, Дарин...

Я собираю в кулак её волосы и мягко натягиваюх их так, чтобы она снова оказалась ко мне спиной.

Длинными пальцами я медленно начинаю ласкать ее клитор. Дарин рефлекторно начинает двигать в такт бедрами.

— Не двигайся, — произношу я мягко, но строго, и медленно ввожу в нее большой палец, ритмично нажимая на переднюю стенку влагалища. Она стонет и начинает извиваться еще сильнее.

— Нравится? — спрашиваю я.

Она закрывает глаза, стараясь хоть немного сохранить разум и востановить дыхание.

Пока он разрывает фольгу, она тяжело дышет. Кровь в моих венах стучит по жилам, предвкушая опьянение.

Я медленно вхожу в нее сзади. Медленно, медленно, пока не помещаюсь в ней целиком. Она громко стонет, показывая всем телом блаженство. Я нарочно отступает назад, немного медлю и вхожу до конца. Это повторяется снова и снова. Дразнящий, медленный ритм и краткие мгновения, когда я полностью в ней, доводят её до исступления.

— Пожалуйста… — умоляет она.

Она снова стонет, а я нарочно мучаю ее, отодвиная бедра назад, выжидая пару секунд и снова вхожу в нее до конца. На какой-то момент, я ускоряю темп, а Дарин ловко подхватывает его, двигая бедрами в ответ.

Её тело начинает содрагаться в конвульсиях, делаю еще пару быстрых толчков, и замираю в невероятном удовольствии, которое растекается у меня по всему телу.

— Черт, — выдыхаю я, сразу же выхожу из нее и откидываюсь спинку скамьи.

Рассвет окрасил крыши Вены в холодный, стальной цвет. Я стоял у парапета, застёгивая манжеты рубашки.

Дарин, полностью одетая, но с растрёпанными волосами и припухшими губами, подошла и встала рядом. В утреннем свете она выглядела ещё более хрупкой, но взгляд её зелёных глаз оставался всё таким же непроницаемым.

— Это было... — я сделал паузу, подбирая слово, — познавательно.

Она усмехнулась, не глядя на меня.

— Ты всегда так говоришь своим... увлечениям?

Я повернулся к ней, скрестив руки на груди. В её вопросе не было ревности, лишь сухой анализ. Это раздражало и восхищало одновременно.

— Ты не увлечение, Дарин. Ты — проблема. А я люблю решать сложные задачи.

Она наконец посмотрела мне в глаза. В них плясали озорные искры.

— Тогда попробуй решить эту. Найди меня.

Прежде чем я успел ответить, она сделала шаг назад, затем ещё один. Её фигура таяла в утренней дымке.

— У тебя есть моё имя. Этого достаточно для начала.

Я дёрнулся было вперёд, но остановился. Она не убегала в панике. Она уходила с достоинством королевы, покидающей поле битвы, которое она же и начала. Это была её партия.

— Дарин! — мой голос прозвучал как удар хлыста в утренней тишине

Она остановилась на самом краю крыши, там, где начиналась лестница вниз. Обернулась через плечо. Её улыбка была загадочной и опасной.

— До встречи, Амиран. Если ты, конечно, осмелишься её искать.

И она исчезла. Просто растворилась в лабиринте венских улиц, оставив после себя лишь аромат сандала и ощущение незаконченного разговора.

Я поднял с пола свой пиджак, отряхнул его и направился к лестнице.

На часах было шесть утра, самое время для работы, и я решил сразу ехать в офис.

Дел у меня всегда было много, они даже не убавляются, порой мне хочется всё бросить, но каждый раз я себя ловлю на мысли, что в будущем буду иметь больше, если сейчас приложу для этого усилия и только это меня останавливало.

Моя компания занимается строительством небольших котеджных посёлков. За время работы на рынке, нам удалось завоевать неплохой авторитет. Мы всегда закрывали свои проекты в срок, а по большей части сдавали и раньше положенного срока, поэтому для многих строительных компаний, мы были как кость в горле. По мимо легальных сделок, я иногда брался и за сомнительные, естественно в бухгалтерских отчётах они не как не отражались. Не смотря на то, что это был большой риск и по большей части нервозность, я любил такие сделки, они приносили отличный доход.

Но в этот раз что-то пошло не так, контракт сорвался, а деньги были необходимы, ведь я взялся за реализацию нового проекта, а вкладывать свои совершенно не хотелось. Выходов было не так много. В такие моменты мной овладевает злость. Я весь день провёл в своём кабинете, обдумывая как решить сложившуюся ситуацию и попросил Вики отменить все встречи на сегодня.

Вики, моя секретарша, скользнула в кабинет бесшумно, как тень. Высокая, с ногами, которые, казалось, росли от ушей, и взглядом, обещающим всё и сразу. Она положила передо мной папку с документами, наклонившись так, что вырез её блузки оказался прямо у меня перед глазами.

— Проблемы, босс, — промурлыкала она, и в её голосе слышался намёк, который не имел никакого отношения к бизнесу.

Я поднял на неё взгляд. Вики была роскошной женщиной. Опытной, знающей себе цену и готовой на всё ради повышения. Именно поэтому она здесь. Именно поэтому я никогда не перейду черту.

— Что там с «Афинами»? — я откинулся в кресле, игнорируя её игру.

Её улыбка на секунду дрогнула, но профессионализм взял верх.

— Инвестор из Дубая вышел из сделки. Внезапно. Требует возврата задатка, ссылается на форс-мажор. Проект висит на волоске.

Я сжал подлокотник кресла. Чёрт. «Афина» — это не просто стройка. Это мой вызов городу, мой символ власти. Потерять её сейчас — значит показать слабость. А слабость я не прощаю ни себе, ни другим.

Вики обошла стол и встала рядом с моим креслом. Я чувствовал тепло её тела и запах её парфюма — слишком сладкий, слишком навязчивый.

— Я могу помочь вам... расслабиться? — её рука легла на моё плечо.

Я посмотрел на её длинные пальцы с идеальным маникюром. На секунду мелькнула мысль поддаться. Снять напряжение так, как я привык. Но потом я вспомнил холодные зелёные глаза Дарин и её дерзкую улыбку на крыше. Вики была предсказуема. Дарин — нет.

— Вики, — мой голос стал ледяным. — Я плачу тебе за работу мозгами и расторопностью, а не за то, что ты пытаешься продать мне своё тело в рабочее время.

Она отшатнулась, как от пощёчины. На её щеках вспыхнул румянец гнева и унижения.

— Я просто...

— Просто выйди. И принеси мне кофе. Чёрный. Без сахара.

Она вылетела из кабинета, хлопнув дверью так, что задрожало стекло. Я даже не поморщился. Дверь — это мелочь по сравнению с тем, что рушился проект.

Осататок вечера и всю ночь я провел в офисе, любуясь красотой ночного города и обдумывая пути спасения этого злощастного проекта. Глаза закрывались и голова уже болела от раздумий, но решение было найдено. И еле дождавшсь утра я стал действовать. Мне нужен был кто-то с бездонными карманами и железными нервами. Кто-то, кто не побоится играть по-крупному.

И тут меня осенило. Керем.

Керем был хорошим человеком, хотя и с темным прошлым. Мы познакомились при смутных обстоятельствах, но это не как не помешало нашей дружбе. Он уважаемый человек в преступных кругах, а его отец держит часть сицилийской мафии, следовательно, Керем - наследный принц своего отца. Не смотря на власть и авторитет отца, он старался это скрывать, поэтому свой офис обосновал на окраине города.

Не долго думая, с сел в автомобиль и рванул к нему в офис.

Для челоека с такими связями и властью, его офис был довольно скромным. Несколько простых офисных столов, старенький диванчик в углу и огромный деревянный шкаф, заполненный старыми книгами и папками. Никаких признаков роскоши или богатства, лишь минимальные удобства и рабочая обстановка.

— Входи, садись, - махнув рукой, пригласил Керем, продолжая просматривать что-то в планшете.

Его внешний вид совершенно не соответствовал образу влиятельного криминального босса. Простая футболка, джинсы и кроссовки никак не сочетались с представлением о будущем могущественном лидере мафиози.

— Извини, что пришлось подождать, - обратился он ко мне, отложив планшет в сторону. - Знаешь, бывают дни, когда дела идут наперекосяк...

Ох, как я его понимаю, ведь мои дела так и пошли.

—Знаю, — ответил я с сожалением.

— «Афины»? — спросил он, устроившись удобнее в кресле.

— Да! — твердо ответил я.

— Рискованный проект. Слишком амбициозный для нынешних времён.

— Именно поэтому он принесёт тройную прибыль. Я хочу предложить тебе сотрудничество, ты ведь всегда умел видеть выгоду там, где другие видят только руины. — давил на него я.

Керем усмехнулся, но его глаза оставались холодными.

— Я слышал про арабского инвестора. Неприятная история. Говорят, его... убедили отказаться.

Я напрягся. Значит, это была не просто неудача. Это был удар. Намеренный.

— У тебя есть информация?

— Информация — самый дорогой товар, Амиран. Особенно когда она касается того, кто хочет тебя утопить.

— И что ты хочешь взамен?

Керем немного замялся.

— Я хочу долю. Не просто возврат вложений с процентами. Я хочу контрольный пакет и место в совете директоров «Афины», — наконец произнес он, положив ладони на столешницу.

Это было нагло. Это было дерзко. Это было именно в стиле Керема — зайти через парадную дверь и сразу потребовать ключи от дома.

Я откинулся на спинку кресла и рассмеялся. Громко, искренне.

— Ты как всегда...

— А ты всегда был слишком гордым, чтобы просить о помощи. Но ты здесь. Значит, гордыня проиграла бизнесу.

Он был прав. Я был в тупике. Без его денег проект умрёт к концу месяца. А я не привык хоронить свои идеи.

— Хорошо, — я протянул ему руку через стол. — По рукам.

— Договорились.

И мы скрепили сделку рукопожатием.

Не успев вздохнуть с облегчениям, на столе завибрировал телефон.

Я бросил взгляд на экран и поморщился. Дядя Туркан. Человек старой закалки, для которого я всё ещё был «мальчишкой», нуждающимся в присмотре.

— Алло, дядя - я прижал телефон к уху, жестом показав Керему, что это важно.

Мужской голос на другом конце линии звучал напряженно и решительно.

— Амир, дорогой, ты мог бы срочно отвезти документы в кадастровую палату?

Я едва сдержал вздох. Бюрократия — последнее, чем я хотел заниматься сейчас, когда сделка с Керемом висела на волоске.

— Я сейчас не в офисе, у меня важная встреча.

— Встреча подождёт, — отрезал он. — В документах ошибка, её нужно исправить и подать сегодня. Иначе мы потеряем лицензию.

— Хорошо, через пол часа буду...

Не успев договорить, связь оборвалась.

Керем заметил перемену в моём лице и вопросительно изогнул бровь.

— Что-то случилось? — спросил он вполголоса.

— Прости, Керем. Семейные дела. Нужно срочно быть в офисе.

Мой старый друг хмыкнул.

— Твой дядя всё так же держит тебя в ежовых рукавицах? Помню-помню, как он отчитывал нас в Стамбуле за сорванную поставку.

И мы оба рассмеялись.

— Продолжим тогда завтра? В моём офисе, там будет удобнее обсуждать цифры.

Керем кивнул, поднимаясь следом.

— Договорились. И, Амиран... будь осторожен.

На прощание мы снова обменялись рукопожатиями и я рванул в офис.

Глядя в окно автомобиля, я видел, как солнце весело играет лучами на фасадах домов, а пешеходы радостно смеются, гуляя по улочкам Вены. Приятная весна постепенно уступала дорогу приближающемуся лету, наполняя воздух теплом и ароматами цветущих садов. Моя машина застряла в бесконечном потоке автомобилей, двигавшихся вдоль живописных улиц старого города.

Наконец, спустя почти сорок минут ожидания и езды, я остановился около солидного здания, принадлежавшего огромному строительному холдингу, владельцем которого являлся мой дядя. Несмотря на своё богатство и известность, он продолжал оставаться одним из самых эксцентричных и импульсивных деловых людей Европы. Именно он умел превращать любое простое задание в настоящую гонку со временем, словно испытывая окружающих на прочность.

Мой дядя обладает широким опытом в этом деле и большими возможностями, и, как вы уже понимаете, является ведущим игроком на рынке строительных услуг. Он, конечно, выдающийся бизнесмен, и, как говорится, "Поцелованный удачей", порой его идеи безумны даже, но, увидев результат, им невозможно не восхищаться. И как у всех гениальных людей, он всё делает в последнюю очередь, впрочем, как и сейчас...

Закрыв тяжёлую дверь автомобиля, я сделал глубокий вдох, готовясь к неизбежному общению с сотрудниками офиса, ведь родители считают меня вежливым человеком, а мне приходится этому соответствовать.

Но мне сегодня явно везло, в офисе вовсю кипела работа, и каждый был занят своим делом, никто не хотел отвлекаться на пустую болтовню и приветствия, лишь иногда меня встречали пристальные взгляды работников. Представьте себе гудящий улей, но вместо мёда - стресс, адреналин и сжатые сроки. И это офис - накануне сдачи проекта. Поэтому мне быстро удалось проскользнуть на нужный этаж, где перед дверями кабинета красовались три молодые девушки. Две из них моментально расплылись в улыбках, едва заметив меня. Одна из них даже слегка смутилась и стала поправлять волосы, стараясь выглядеть привлекательнее. А вот третья осталась невозмутимой, продолжив заниматься своими делами. Она даже бровью не повела, будто моё появление ничего не значило, а я – пустое место.

- Здравствуйте, дамы, - обратился я к ним официальным тоном, подавая признаки уважительного обращения. - Можно увидеть господина Туркана?