Добрулики

Некоторые говорят, что Рыжик не просто так поселился в этой дубраве, а потому что от дубов можно получить большое множество информации. Отчасти они правы. Деревья действительно помогают Рыжику, они вместе сочиняют новые произведения. Когда у Рыжика не находится рифмы, он просто прикладывает лапку к шершавой коре, прислушивается, и дуб подсказывает ему недостающее слово для магического заклинания. Но на самом деле Рыжик поселился в дубовой роще только потому, что сам такой же, как и его лес. Он без умолку болтает, а если не болтает, то поёт. Даже когда в его голове рождается новое произведение, он непременно бурчит его себе под нос, расхаживая по кругу и жевая сахарную пудру прямо из пакетика. Да что там произведение, он даже во сне разговаривает: «М-м-м… а крылышки у стрекозы… хрум-хрум… точно из сахарной ваты!». Иногда деревья так устают от вечного Рыжикиного бормотания, что весь Облачный мир слышит их тяжёлые, похожие на ворчание, стоны усталости: «О-О-ОХ, Рыжик-и-и-к!».

Рыжик порой и сам понимает, что надо бы помолчать, прикусывает себе кончик языка, но через минуту снова забывается и начинает рассказывать пню или чайнику последнюю новость. Ничего не может с собой поделать, такова его разговорчивая природа.

Помимо Дубовой Рощи у Рыжика есть Тобиас – волшебная мышь с невероятно длинным хвостом, который может сворачиваться в идеальную пружинку-спираль, когда он не нужен. Тобиас всегда предостерегает Рыжика от ненужных, на его взгляд, и необдуманных поступков. Да, Тобиас любит безопасность, домашнее тепло и комфорт, любит поспать, зарывшись в густую оранжевую шерсть Рыжика, любит, когда его друг просто сидит в своей комнате, а ещё лучше спит, ведь мало что опасного может приключиться во сне.

Рыжик слушает Тобиаса, кивает мохнатой головой, говорит: «Угу, угу, конечно, друг!» – но никогда не делает так, как советует друг. Они абсолютно разные, но так гармонично дополняют друг друга, что уже никто в деревне Добруликов не представляет Тобиаса без Рыжика, а Рыжика без Тобиаса, вцепившегося ему на плечо.

Порой Добрулик пойдёт под какой-нибудь самый далёкий дуб, почти на край своего облака, начнёт что-нибудь сочинять и заснёт, уткнувшись носом в коленки. А ночи бывают холодные в тех краях, ветер свистит ледяным голосом. Поэтому дубы берут его на ветви-руки, укрывают пушистым лишайником, как одеялком, и аккуратно передают друг другу – с ветки на ветку, с дерева на дерево – пока не доставят прямо до самого дома-пня и не уложат спать на мягкий мох.

На самом деле Рыжик дал имена всем своим дубам, но всех не упомнил. Дубы, конечно, не обижаются, ведь им не нужны имена, это Рыжик так придумал, очень уж он любит радовать всех подряд: «Ты будешь Шумелка, ты – Старичок-Листочок, а ты – самый славный Дубо-Бубо!»

А ещё Рыжик любит печенье и сахар, в особенности сахар. Он ест его всегда и везде: рассыпчатый белый, жёлтый кусковой, коричневый тростниковый, который хрустит на зубок. Хотя, сахар нужен ему не только для еды. Рыжик использует его в Зелье Радости. Когда они с Тобиасом хотят порадовать дубовую рощу, тогда они творят магию.

Первым делом они бегут за угольком к Зеленушкиному вулкану. Взяв раскалённый, тёплый кусочек застывшей лавы, сломя голову Рыжик летит обратно, перебрасывая его из руки в руку, как жонглёр, чтобы не обжечься: «Хоп! Хеп! Хоп!». А Тобиас, уцепившись хвостом-пружинкой за густую шерсть своего друга, повисает на плече и не перестаёт повторять, что уголёк – не игрушка и он может быть очень и очень опасен: «Ай-ай-ай! Рыжик, смотри, искры летят! Ой, я сейчас упаду!».

Добежав до своего домика, Рыжик кидает уголёчек в волшебный костёр, который тут же разливается мягким, тёплым пламенем во все стороны, сияя всеми цветами радуги: оранжевым, как апельсин, зелёным, как трава, и лиловым, как сказочный сумерки. Тогда Рыжик и Тобиас подхватывают мелодию ветра и начинают танцевать вокруг костра, топая мохнатыми лапками. Потом Тобиас из их тайника (у Рыжика много тайников, но именно котелочек хранится у Тобиаса, потому как сделав тайник, Рыжик тут же забывает где он и что в нём лежит, а котелок – это очень важно, ведь без него не получится магии) достаёт волшебный медный котелочек и ставит в центр костра. А Рыжик в это время отрывает фиолетовый, бархатный листочек со своего пня и кидает прямиком в котёл. Пшшш! Лист превращается в яркую приятную жидкость, напоминающую вишнёвый сок – всё, зелье готово, и пахнет оно мармеладом и летним дождём. И взяв котелок за ручки, они с Тобиасом бегут по дубовой роще и поливают каждое дерево, а Рыжик с каждым разом придумывает им новые и всё более чудные имена: «Пей, Шептун-Чудотун! На, тебе, Ворчун-Борчун! А это – для тебя, Золотой Листок!».