Внучка задумалась в нерешительности. Гулять с дедом было очень весело, но и антресоли, находящиеся под самым потолком дома, были чем-то совершенно сказочным и манящим. Там лежало много старинных вещей, которые ей уже давно хотелось увидеть. И тут такая возможность!
Пока бабушка уговаривала внучку остаться дома, дед собрался и уже стоял в дверях.
– Всё, девчата. Ждите меня, скоро буду! – выпалил он, вдохновлённый идеей немного проветрить мозги и порадовать внучку.
На антресолях оказалось ужасно интересно: там лежали аккуратно сложенные старые ковры, книги, журналы, подставка для ёлки в виде огромной снежинки, ящики с гирляндами и новогодними игрушками. Это был кладезь неизведанного, и Катюшка всё это вытаскивала и изучала.
Чтобы как-то отвлечь внучку от перетряхивания старого хлама, которого было ещё много, баба Галя сказала:
– Катюшка, пойдём-ка попьём чай с конфетами, и я тебе расскажу одну весёлую историю про то, как мы с братиком ходили за ёлкой в лес.
– Только потом я туда ещё залезу, ладно? – спускаясь по стремянке, ответила любившая бабины рассказы внучка.
Прошумел и выключился чайник. Бабушка достала большой мешок разноцветных конфет.
– Угадай, какого цвета эта сладкая конфета? – весело спросила бабушка Галя, засовывая руку в кулёк с разноцветными сладостями.
– Зелёного! – игриво ответила внучка.
– Не угадала, не угадала! – улыбнулась бабушка. – Теперь это моя конфета. Угадай, какого цвета эта сладкая конфета?
– Может, красного? – с надеждой спросила Катя.
– Молодец! Эта конфета твоя! – протянув
«Красный мак», проговорила баба Галя.
Катюшка с радостью развернула шоколадную конфету, откусила и с аппетитом запила её чаем.
– Теперь я хочу водить, – забирая себе кулёк, сказала внучка. – Угадай, какого цвета эта сладкая конфета?
– Жёлтого!
– Какая ты, баба, хитрая! У меня так и конфет не останется! На,
держи! – и протянула бабушке
«Ананасовую». – Слушай, ба, ты мне хотела рассказать про то, как вы с братиком за ёлкой ходили…
– А… ну да! – прожёвывая ароматную конфету, ответила баба Галя.
Когда бабушка начинала рассказывать о своём детстве, Катюшка щурила глазки и
представляла, что маленькая Галочка – Алочка (это девочка из детского сада, с которой они часто ходят за руки, уже давно дружат и делятся самыми сокровенными секретами. А все вокруг приговаривают: «Ну надо же, как Катюшка и Алочка похожи: и улыбкой, и фигурой, и живостью характера!»)
Глядя на искрившийся в глазах внучки интерес, бабушка начала свой рассказ.
Дело было зимой, в одной деревушке на Урале, где размещалась военная база моего отца. Папа был на работе, а мы с братиком Васей и мамой готовились к Новому году. Мне тогда было лет десять. Ваське – около пяти. Снегу выпало много-много. Так вот, решили мы с братиком, пока мама готовит обед, сгонять за ёлкой. Конечно, маме ничего не сказали, просто потихоньку взяли лыжи, папину пилу и пошагали в сторону леса, который был рядом – через поле. Мы ходили от одной ёлки к другой и никак не могли найти подходящую.
– Тебе нравится эта ёлка? – в очередной раз спросила братика Алочка.
– Не-а. Она какая-то кливая, – ответил, картавя, разборчивый Васька.
– Ну да, ты прав. Пошли дальше, – вздохнула Алочка. – А вот эта, погляди, подойдёт? – с надеждой на одобрение спросила сестра.
– Эта слифком маленькая, у Петьки больше! – нахмурив брови, ответил начальник высотой с метр.
– «У Петьки, у Петьки»! Сколько ещё мы тут ходить по сугробам будем? Ты знаешь, что скоро солнце сядет? Нас, наверное, уже мама потеряла, а мы ещё и ёлку не выбрали, – начала негодовать старшая сестра. – Ну какую тебе надо ёлку? Ты ведь и сам-то не знаешь! Вот спилю сейчас первую попавшуюся, и пойдём домой, понял? – почти
переходя на крик, сказала Алочка.
– С фифками, – буркнул Васька.
– Чего?
– С фифками, пушистую, большую, – чётко перечисляя необходимые качества ёлки,
прошепелявил младший брат.
Алочка остановилась около высокого дерева и задрала голову вверх.
– Так, командир, сиди тут, а я полезла за твоей ёлкой с шишками. Смотри, такая подойдёт? – спросила Алочка у Васьки, указывая на самую
верхушку огромной старой ветвистой ели, увешанной гроздьями шишек.
– Ага! – радостно крикнул братик.
Решительная Алочка полезла вверх. Вскоре Вася совсем потерял её из виду. Ходить по лесу было весело, а стоять и ждать сестру становилось всё холоднее и холоднее.
– Ала, ты там сколо? – начал ныть младший братишка. – Мне холодно… Ты чё там так долго?
– Я пилю. Мне тоже холодно, но я же терплю. Ты же хочешь самую красивую ёлку с шишками на макушке? – послышался откуда-то сверху голос сестры.
Через некоторое время жалобный голос
командира операции пропищал:
– Галка, слезай, не хочу я эти плоклятые фифки, тут слышно, как волки воют… темнеет, я замелз совсем… мне стлашно…
В ответ слышался только отчаянный визг пилы и хруст веток.
– Отойди от ёлки на пять шагов! Ты слышишь, Вася! – крикнула что есть мочи Алочка.
Одуревшего от холода Ваську спасло только то, что отпиленная сестрой макушка ёлки повисла на большой нижней ветке и не смогла ударить малыша. Ала спрыгнула на землю и только тогда поняла, как рисковала, скинув ёлку на землю.
– Алочка, ты слезла, ул-ла! Пойдём домой! – кинулся в тёплые объятия сестры Василий.
– Всё, дружище, мы с тобой нашли самую красивую ёлку в деревне! Пойдём!