Сердце Дракона, Душа Воина
– Согласен, – быстро сказал Лиам. – Все, что вы скажете. Главное – спасите нас.
Кайл кивнул. Он знал, что это решение может привести его к гибели. Но он также знал, что не может остаться в стороне, когда мир, который он когда-то знал, снова погружается в хаос. Его шрамы, его боль – все это стало частью его, и теперь они могли послужить не только ему самому, но и другим.
Он вернулся в свою хижину, где его ждал лишь холодный очаг и тишина. Но теперь эта тишина была наполнена новым смыслом. Он начал собираться, его движения были отточены и быстры. Он проверил свой меч, его верный спутник, который видел больше крови, чем любой другой предмет в этом мире. Он заточил его до блеска, словно готовясь к самому важному поединку в своей жизни.
Лиам наблюдал за ним, пораженный его спокойствием и решимостью. Он видел в Кайле не просто воина, а человека, который несет на себе бремя прошлого, но не сломлен им. Он видел в нем надежду, даже если сам Кайл отказывался в нее верить.
– Когда мы отправляемся? – спросил Лиам, когда Кайл закончил свои приготовления.
– Сейчас, – ответил Кайл, его взгляд был устремлен вдаль, туда, где начинались земли, охваченные войной. – Время не ждет. И варвары тоже.
Они отправились в путь, оставив позади уединенную хижину и тишину диких земель. Впереди их ждал мир, полный боли и страданий, мир, который Кайл так старательно избегал. Но теперь он шел навстречу этой боли, неся на себе груз своих шрамов и новую, неожиданную ответственность.
Путь был долгим и трудным. Они пересекали леса, где тени казались живыми, и поля, где ветер шептал о погибших. Кайл двигался с уверенностью человека, который знает каждый шаг, каждую опасность. Он учил Лиама, как читать следы, как находить укрытие, как выживать в дикой природе. Лиам, в свою очередь, рассказывал Кайлу о ситуации в королевстве, о том, как варвары продвигались, о том, как падали города и деревни.
– Они не щадят никого, – говорил Лиам, его голос был полон горечи. – Женщин, детей, стариков. Все гибнут под их мечами.
Кайл слушал, его лицо оставалось непроницаемым, но в глубине его глаз мелькали отблески воспоминаний. Он видел перед собой картины прошлого, когда его собственная деревня была охвачена пламенем, когда он потерял все, что ему было дорого. Эти воспоминания были его топливом, его мотивацией.
По мере приближения к границам королевства, они начали встречать беженцев. Изможденные, испуганные люди, с пустыми глазами и оборванными одеждами, брели по дорогам, спасаясь от ужаса войны. Кайл останавливался, чтобы поговорить с ними, чтобы узнать последние новости, чтобы понять масштаб бедствия. Он видел в их глазах тот же страх, который когда-то испытывал сам.
– Они идут на юг, – говорил один старик, его голос был слабым и дрожащим. – Идут, как саранча. Ничего не оставляют после себя.
– Мы слышали о вас, – сказала женщина, прижимая к себе ребенка. – Говорят, вы – последний шанс.
Кайл не отвечал. Он просто кивал, его взгляд был устремлен вперед. Он знал, что слова здесь бессильны. Только действия могли что-то изменить.
Когда они наконец достигли окраин столицы, зрелище было ужасающим. Город был в осаде. Стены были повреждены, а на земле лежали тела павших воинов. Воздух был пропитан запахом дыма и смерти.
– Мы опоздали, – прошептал Лиам, его лицо было бледным.
– Нет, – ответил Кайл, его голос был твердым. – Мы только начали.
Он повел Лиама через разрушенные улицы, где каждый шаг был опасен. Они видели, как солдаты отчаянно сражаются, но их силы были на исходе. Варвары, словно волны, накатывали на город, их крики были подобны реву зверей.
Кайл не стал ждать. Он выхватил свой меч и бросился в бой. Его движения были быстрыми и смертоносными. Он сражался с яростью, которую не испытывал уже много лет. Каждый удар его меча был точным и беспощадным. Он был словно вихрь, сметающий врагов на своем пути. Его шрамы, казалось, ожили, пульсируя силой, которую он черпал из своей боли.
Лиам, следуя за ним, с изумлением наблюдал за его мастерством. Он видел, как Кайл, одинокий воин, сражается против десятков врагов, как его меч становится продолжением его воли, как он защищает тех, кто не может защитить себя. В глазах солдат, которые видели его в бою, мелькала надежда, искра, которая, казалось, была почти угасла.
– Он… он настоящий! – крикнул один из солдат, указывая на Кайла. – Он пришел!
Эта весть, подобно пожару, распространилась по ряду обороны. Солдаты, вдохновленные его примером, начали сражаться с новой силой. Они видели, что даже в самой безнадежной ситуации есть тот, кто готов сражаться до конца.
Кайл не обращал внимания на крики и восхищение. Он был сосредоточен на битве, на каждом движении, на каждом враге. Он сражался не за славу, не за корону, а за то, чтобы остановить этот поток разрушения. Он сражался за тех, кто потерял все, за тех, кто не имел шанса.
В разгар битвы, когда казалось, что силы варваров вот-вот прорвут оборону, Кайл увидел его. Вождя варваров. Огромный, свирепый воин, облаченный в звериные шкуры, с боевыми раскрасками на лице, он был воплощением жестокости. Его глаза горели ненавистью, а в руке он держал огромный топор, который уже успел пролить немало крови.
Кайл знал, что если он сможет убить вождя, это может сломить дух врага. Он пробился сквозь ряды своих противников, его взгляд был прикован к вождю. Он чувствовал, как адреналин бурлит в его жилах, как его тело готово к последнему, решающему рывку.
– Ты! – крикнул Кайл, его голос был подобен грому. – Ты тот, кто несет смерть и разрушение!
Вождь варваров повернулся к нему, его лицо исказилось в злобной ухмылке. – Ты смеешь говорить со мной, жалкий червь? Я уничтожу тебя, как и всех остальных!
Их поединок был эпическим. Меч против топора, сталь против грубой силы. Каждый удар Кайла был точным и смертоносным, каждый удар вождя – мощным и разрушительным. Они кружили друг вокруг друга, их движения были быстрыми и отточенными. Кайл использовал свою ловкость и скорость, чтобы уклоняться от ударов топора, ища момент для контратаки.
В один момент, когда вождь замахнулся для решающего удара, Кайл увидел его слабое место. Он нырнул под топор и нанес удар своим мечом прямо в незащищенное горло. Вождь издал хриплый крик и упал на землю, его тело сотрясалось в предсмертных конвульсиях.
Смерть вождя повергла варваров в смятение. Их боевой дух был сломлен. Они начали отступать, их крики сменились паникой. Солдаты королевства, увидев это, бросились в погоню, добивая отступающих врагов.
Битва была выиграна. Но победа была горькой. Город был разрушен, множество жизней было потеряно. Кайл стоял посреди поля битвы, его меч был окровавлен, его тело было покрыто ранами. Он чувствовал усталость, но также и странное удовлетворение. Он сделал то, что должен был сделать.
Лиам подошел к нему, его глаза были полны восхищения и благодарности. – Вы… вы спасли нас. Вы сделали невозможное.
Кайл лишь кивнул, его взгляд был устремлен на горизонт. Он знал, что война еще не окончена. Варвары могли вернуться. Но сейчас, по крайней мере, королевство было в безопасности.
– Я обещал вам, что буду сражаться, – сказал Кайл, его голос был хриплым. – Я сделал это. Теперь я ухожу.
Он повернулся и пошел прочь, оставляя за собой поле битвы, разрушенный город и людей, которые смотрели на него с благодарностью и надеждой. Он не искал их признания, не нуждался в их похвалах. Его путь лежал обратно, в его уединение, в его мир, где шрамы войны были единственными свидетелями его существования.
Он шел по опустевшим дорогам, мимо разрушенных деревень, где ветер играл с обломками домов. Каждый шаг был напоминанием о том, что он видел, о том, что он пережил. Но теперь в его душе было нечто новое. Нечто, что не было связано с болью или предательством. Это было чувство выполненного долга. Чувство, что он, несмотря на свою боль, смог принести облегчение другим.
Когда он вернулся к своей хижине, она казалась ему еще более уединенной и спокойной, чем прежде. Он снова был один, но это одиночество уже не казалось ему таким гнетущим. Он знал, что сделал свой выбор, и этот выбор имел значение.
Он сел у очага, который давно не горел, и посмотрел на звезды. Они были такими же, как и всегда, холодными и далекими. Но теперь в их свете он видел не только пустоту, но и надежду. Надежду на то, что даже в самых темных временах всегда найдется тот, кто готов сражаться. Тот, кто, несмотря на свои шрамы, сможет найти в себе силы, чтобы защитить тех, кто слабее.
Кайл знал, что его прошлое никогда не оставит его. Шрамы войны были частью его, как и боль, которую они несли. Но теперь он знал, что эти шрамы не были только клеймом. Они были свидетельством его стойкости, его силы, его способности выживать. И, возможно, даже его способности спасать.
Он провел рукой по своему лицу, ощущая грубую кожу, и вспомнил лица тех, кого он спас. Вспомнил глаза ребенка, который смотрел на него с надеждой. Вспомнил улыбку женщины, которая благодарила его за то, что он вернул ей мужа. Эти воспоминания были ценнее любых наград, дороже любых почестей.
Он знал, что мир не станет лучше в одночасье. Война, подобно чуме, могла вернуться. Но он также знал, что он не одинок в своей борьбе. Есть другие, кто готов сражаться. И если придет время, он снова возьмет в руки свой меч. Он снова выйдет из тени, чтобы защитить тех, кто нуждается в его силе.
Его жизнь была суровой, его путь был одиноким. Но в этой суровости и одиночестве он нашел свое предназначение. Он был воином, чье имя внушало страх. Но теперь он знал, что это имя также внушало надежду. И это было то, чего он никогда не ожидал.
Он закрыл глаза, чувствуя тепло очага, которое постепенно начало проникать в его тело. Он знал, что завтра будет новый день. И он будет готов к нему. Готов к любым испытаниям, которые принесет ему жизнь. Потому что он был Кайлом. Воином, чьи шрамы были его силой, а его боль – его оружием. И он был готов сражаться. Всегда.
Глава 3: Неожиданная Встреча
Судьба, словно искусный кукловод, дергала за ниточки, сплетая пути тех, кто, казалось бы, никогда не должен был пересечься. В этот раз ее игривое прикосновение коснулось Элары и Кайла, сведя их вместе в обстоятельствах, столь же неожиданных, сколь и судьбоносных.
Элара, облаченная в простую, но добротную одежду, скрывающую ее королевское происхождение, ступала по пыльной дороге, ведущей вглубь неизведанных земель. Ее сердце билось в унисон с предвкушением тайны, с жаждой знаний, которые она стремилась обрести вдали от дворцовых стен и их удушающей роскоши. Она искала ответы, скрытые в древних руинах, в шепоте забытых легенд, в тишине дикой природы. Каждый шаг был шагом к свободе, к самопознанию, к той части себя, которую она так долго подавляла под тяжестью короны.
Внезапно, из-за поворота, где густые заросли переплетались с вековыми деревьями, показалась фигура. Высокая, крепкая, облаченная в потертую кожаную броню, она излучала ауру силы и опасности. Это был Кайл. Его лицо, обветренное и покрытое легкой щетиной, не выражало ничего, кроме усталости и настороженности. В его глазах, цвета грозового неба, читалась долгая дорога, полная испытаний и, возможно, потерь. Он был солдатом, закаленным в битвах, привыкшим полагаться только на себя и свой меч.
Первое впечатление, словно острый клинок, пронзило их обоих. Элара, привыкшая к учтивости и поклонам, увидела в Кайле лишь грубого, неотесанного воина, чье присутствие нарушало ее уединение. Его взгляд, прямой и оценивающий, казался ей дерзким и неуважительным. Она почувствовала, как внутри нее поднимается волна недоверия, как инстинкты, отточенные годами жизни в дворцовых интригах, кричат об опасности.
Кайл, в свою очередь, разглядел в Эларе, несмотря на ее скромный наряд, нечто неуловимо изысканное. Ее осанка, даже в этой простой одежде, выдавала в ней человека, привыкшего к другому миру. Он увидел в ней избалованную принцессу, заблудившуюся вдали от своих покоев, чья наивность могла стать для нее смертельной ловушкой. Его настороженность усилилась. Он привык к тому, что такие, как она, приносят лишь проблемы, и его единственным желанием было как можно скорее миновать эту встречу.
Они остановились, разделенные несколькими шагами, словно два хищника, оценивающие друг друга перед схваткой. Воздух между ними наэлектризовался от напряжения. Элара сжала кулаки, готовая в любой момент защитить себя. Кайл положил руку на рукоять меча, его взгляд не отрывался от ее лица.
Но что-то в их взглядах заставило их остановиться. Нечто, что выходило за рамки первого впечатления, за рамки предрассудков и ожиданий. В глазах Элары, несмотря на настороженность, Кайл увидел проблеск решимости, искру любопытства, которая не могла принадлежать избалованной принцессе. Он увидел в ней не просто хрупкую девушку, а человека, ищущего что-то большее.
А Элара, в свою очередь, почувствовала в глазах Кайла не только грубость и усталость, но и скрытую глубину, отголоски чего-то благородного, что было погребено под слоем суровой реальности. Она увидела в нем не просто солдата, а человека, несущего на своих плечах невидимый груз. В его взгляде, несмотря на всю его настороженность, не было злобы, лишь осторожность и, возможно, даже некое подобие уважения.
Это было мгновение, застывшее во времени. Мгновение, когда судьба, словно улыбнувшись своим творениям, дала им шанс увидеть друг друга по-настоящему. Мгновение, когда первое впечатление начало таять, уступая место чему-то более сложному, более интригующему.
Элара первой нарушила молчание, ее голос, хоть и тихий, звучал уверенно:
– Кто ты?
Ее вопрос был прямым, без лишних церемоний, что удивило Кайла. Он ожидал испуга, мольбы, но не такого прямого вызова.
– Кайл, – ответил он, его голос был низким и хриплым, словно он долго не говорил. – А ты, принцесса, что делаешь так далеко от своих золотых клеток?
В его словах не было насмешки, лишь констатация факта, но Элара почувствовала легкий укол. Она не была готова раскрывать свои истинные мотивы, тем более такому незнакомцу.
– Я ищу, – ответила она, выбирая слова осторожно. – Ищу то, что не могу найти в стенах дворца.
Кайл усмехнулся, но в этой усмешке не было злобы, скорее горькое понимание. – Многие ищут. Не все находят. А некоторые, найдя, понимают, что искали не то.
Его слова заставили Элару задуматься. В них была мудрость, выстраданная, а не прочитанная в книгах. Она почувствовала, как ее первоначальное недоверие начинает уступать место любопытству. Этот человек, несмотря на свою грубость, казался ей более настоящим, чем многие придворные, с их фальшивыми улыбками и скрытыми намерениями.
– А ты, Кайл? Что ищешь ты? – спросила она, делая шаг вперед, сокращая дистанцию между ними. Ее голос стал мягче, в нем появилась нотка искреннего интереса.
Кайл отвел взгляд, устремив его куда-то вдаль, за верхушки деревьев. Его плечи слегка напряглись. – Я ищу покой, – произнес он наконец, его голос стал еще тише. – И, возможно, искупление.
Слово "искупление" повисло в воздухе, словно невидимый груз. Элара почувствовала, как ее сердце сжалось. Она видела, что за этой внешней грубостью скрывается человек с глубокими ранами, с прошлым, которое его преследует.
– Искупление за что? – спросила она, не в силах сдержать свое любопытство. Она понимала, что вторгается в чужие тайны, но что-то в Кайле притягивало ее, заставляло хотеть узнать больше.
Кайл повернулся к ней, и в его глазах мелькнула тень боли. – За то, что не смог защитить, – ответил он, его голос был полон горечи. – За то, что потерял.
Он не стал вдаваться в подробности, и Элара не стала настаивать. Она почувствовала, что перед ней человек, который пережил многое, и чьи раны еще не затянулись. В этот момент она перестала видеть в нем просто грубого солдата. Она увидела в нем человека, чья душа была так же изранена, как и ее собственная, пусть и по иным причинам.
– Я понимаю, – тихо сказала она, и в ее голосе звучала искренность. Она сама несла на себе бремя ответственности, бремя ожиданий, которые давили на нее с самого рождения. Она знала, что такое потерять что-то важное, даже если это было лишь ощущение свободы.
Кайл удивленно поднял брови. Он не ожидал такого понимания от той, кого считал избалованной принцессой. В ее глазах он увидел не жалость, а сочувствие, которое было гораздо ценнее.
– Ты не такая, как я думал, – признался он, его голос стал немного мягче.
– И ты не такой, как я думала, – ответила Элара, легкая улыбка тронула ее губы. – Мы оба, кажется, ошибались.
Они стояли так еще некоторое время, молча, но уже не с напряжением, а с неким новым пониманием. Первоначальное недоверие уступило место осторожному интересу, а настороженность – зарождающемуся уважению. Судьба, словно довольная своей работой, наблюдала за ними, предвкушая дальнейшее развитие событий.
– Куда ты идешь? – спросил Кайл, его взгляд стал более внимательным.
– Я иду на север, – ответила Элара, ее взгляд устремился к горизонту, где небо сливалось с землей в туманной дымке. – К Забытым Пикам. Говорят, там скрыты древние знания, которые могут помочь понять… многое. Она запнулась, не зная, как объяснить свои истинные цели человеку, который, казалось, жил совершенно иной жизнью.
Кайл кивнул, его взгляд скользнул по ее лицу, словно пытаясь прочесть в нем скрытые мотивы. – Забытые Пики, – повторил он, в его голосе прозвучала нотка узнавания, смешанная с предостережением. – Это опасное место, принцесса. Не для тех, кто привык к мягким перинам.
– Я не боюсь опасностей, – твердо сказала Элара, хотя внутри нее промелькнула тень сомнения. Она знала, что ее путешествие будет трудным, но не ожидала встретить здесь кого-то, кто мог бы стать как союзником, так и препятствием.
– Опасности бывают разные, – возразил Кайл, его взгляд стал более острым. – Есть те, что можно победить мечом, а есть те, что разрушают изнутри. Забытые Пики полны и тех, и других. Он сделал паузу, словно взвешивая свои слова. – Я тоже направляюсь на север. Не так далеко, как ты, но в том же направлении.
Элара почувствовала, как ее сердце забилось быстрее. Это было неожиданно. – Ты… ты тоже ищешь что-то там? – спросила она, ее голос звучал с оттенком надежды.
Кайл покачал головой. – Я ищу не знания. Я ищу место, где можно забыть. Или, по крайней мере, попытаться. Он посмотрел на нее, и в его глазах мелькнула тень чего-то похожего на решимость. – Но если ты идешь туда, где опасно, и ты одна… возможно, тебе не помешает проводник. Или, по крайней мере, тот, кто сможет прикрыть твою спину, если что-то пойдет не так.
Предложение Кайла было неожиданным, но в то же время оно вызвало в Эларе чувство облегчения. Она понимала, что в одиночку ей будет гораздо сложнее. Но довериться незнакомцу, пусть и тому, кто уже показал себя не таким, каким казался на первый взгляд, было непросто.
– Почему ты предлагаешь мне помощь? – спросила она, ее голос был полон недоверия. – Ты же сам сказал, что такие, как я, приносят проблемы.
Кайл усмехнулся, но на этот раз в его усмешке не было горечи, лишь легкая ирония. – Возможно, я ошибался. Или, возможно, я просто устал видеть, как люди идут навстречу беде в одиночку. А может быть, – он сделал паузу, его взгляд стал более задумчивым, – может быть, я вижу в тебе не просто принцессу, а кого-то, кто ищет что-то настоящее. А это… это редкость в наши дни.
Элара почувствовала, как ее щеки слегка покраснели. Она не привыкла к таким комплиментам, особенно от незнакомца. Но в его словах не было лести, лишь искреннее наблюдение.
– Я не принцесса, – тихо сказала она
– Я знаю, – ответил Кайл, его взгляд стал мягче. – Я вижу это. Ты ищешь что-то большее, чем просто титул. И это… это достойно уважения. Но все же, Забытые Пики – это не место для игр. Там даже самые сильные могут потеряться.
Элара кивнула, принимая его слова. Она знала, что он прав. Ее путешествие было не просто побегом от дворцовой жизни, а настоящим поиском, полным неизвестности и опасностей. И встреча с Кайлом, пусть и неожиданная, казалась ей теперь не случайностью, а скорее знаком судьбы.
– Я ценю твое предложение, Кайл, – сказала она, ее голос звучал более уверенно. – Но я не могу просто так принять твою помощь. Я должна доказать себе, что могу справиться сама.
Кайл внимательно посмотрел на нее, словно оценивая ее решимость. – Я понимаю. Но если ты передумаешь, или если тебе понадобится помощь, ты найдешь меня. Я буду идти по этой дороге еще несколько дней, прежде чем свернуть на север. Он указал рукой в сторону, где дорога терялась в лесной чаще. – Мой путь лежит через старый перевал. Если ты решишься, ищи меня там.
Он сделал шаг назад, словно давая ей пространство для размышлений. – Удачи тебе, Элара, – сказал он, и в его голосе прозвучало что-то, что заставило ее сердце дрогнуть. Это было не просто прощание, а скорее пожелание, полное скрытого смысла.
Элара смотрела ему вслед, пока его фигура не растворилась в тени деревьев. Она чувствовала, как в ней борются два чувства: желание остаться верно своему решению идти одной и притягательная мысль о том, что рядом может быть кто-то, кто сможет ее защитить.
Она провела рукой по своей одежде, ощущая грубую ткань, такую чуждую ее привычному шелку. Она была здесь, вдали от всего, что знала, и перед ней лежала дорога, полная неизвестности. Но теперь, после этой неожиданной встречи, в ее душе поселилось новое чувство – надежда. Надежда на то, что даже в самых темных уголках мира можно найти свет, и что даже самые грубые солдаты могут скрывать в себе благородство.
Она продолжила свой путь, но теперь ее шаги были немного увереннее. Встреча с Кайлом изменила ее. Она увидела в нем не просто препятствие, а возможность. Возможность узнать что-то новое о себе, о мире, и, возможно, даже о том, что такое истинная связь между людьми.
Судьба, словно довольная своей игрой, продолжала плести свою паутину, и Элара знала, что эта встреча была лишь началом. Началом чего-то большего, чего-то, что могло изменить ее жизнь навсегда. Она шла вперед, навстречу Забытым Пикам, навстречу неизвестности, но теперь в ее сердце горел маленький огонек, зажженный взглядом незнакомого солдата. И этот огонек давал ей силы идти дальше.
Она шла по дороге, которая становилась все более дикой и заросшей. Солнце пробивалось сквозь густую листву, создавая причудливые узоры на земле. Каждый шорох, каждый треск ветки заставлял ее насторожиться, но теперь в этой настороженности было меньше страха и больше предвкушения. Она вспоминала слова Кайла: "Опасности бывают разные. Есть те, что можно победить мечом, а есть те, что разрушают изнутри." Эти слова резонировали с ее собственными внутренними битвами, с той борьбой, которую она вела с собой, пытаясь найти свое место в мире, который казался ей чужим.
Ее путешествие было не просто физическим перемещением из точки А в точку Б. Это было путешествие вглубь себя, к тем частям ее личности, которые были подавлены воспитанием и ожиданиями. Она искала не только древние знания, но и ответы на вопросы о своей собственной силе, о своей истинной природе. И встреча с Кайлом, этим суровым, но, как оказалось, проницательным человеком, стала катализатором этого внутреннего поиска.
Она остановилась у ручья, чтобы утолить жажду. Вода была холодной и чистой, и, напившись, она почувствовала прилив сил. Глядя на свое отражение в воде, она увидела не избалованную принцессу, а решительную молодую женщину, чьи глаза горели огнем цели. Она больше не чувствовала себя потерянной. Она знала, куда идет, и, что более важно, зачем.
Мысль о Кайле не покидала ее. Он был загадкой, человеком, чья жизнь, казалось, была выкована из стали и боли. Но в его глазах она видела не только это. Она видела искру чего-то другого, чего-то, что она сама искала – подлинность. Он не пытался произвести на нее впечатление, не играл никаких ролей. Он был тем, кем был, и это было освежающе.
"Если ты решишься, ищи меня там," – сказал он, указывая на старый перевал. Эти слова звучали в ее голове, как обещание, как возможность. Она не была готова принять его помощь сразу, потому что ей нужно было доказать себе свою силу. Но знание того, что он где-то там, в том же направлении, давало ей чувство безопасности, которого она не ожидала.
Она продолжила свой путь, но теперь ее мысли были направлены не только на предстоящие трудности, но и на возможность новой встречи. Она представляла себе, как они снова столкнутся, возможно, в более опасной ситуации, где им придется полагаться друг на друга. И эта мысль вызывала в ней не страх, а странное, но приятное волнение.
Лес становился все гуще, и тропа – все менее различимой. Элара чувствовала, как ее тело устает, но дух ее был полон решимости. Она знала, что впереди ее ждут испытания, но теперь она была готова встретить их. Она не была одна в этом путешествии, даже если физически она шла одна. В ее сердце теперь горел огонек, зажженный встречей с Кайлом, огонек надежды и предвкушения.