– Согласен, – кивнул доктор, вполне довольный намечающейся сделкой. – Но должен предупредить, что могу гарантировать на него не больше шести месяцев стабильной работы. Потом начнется «рябь» и эффект кривого зеркала.
– Не важно, шести месяцев вполне достаточно.
– Ну… как говорят у ваших русских – хозяин господин.
– Хозяин барин, – поправил Нортис и обессилено откинулся на подушку. – Начинайте.
Покопавшись в принесенной с собой сумке, доктор достал оттуда некогда белый халат и небрежно накинув его на плечи, повернулся к роботу. Сухие пальцы запрыгали по панели, и с шипением робот пришел в движение. Верхняя крышка корпуса отошла, и оттуда появился десяток манипуляторов, оканчивающихся хирургическими инструментами и приспособлениями. Выудив из чрева робота несколько пластиковых трубок с иглами, доктор буднично воткнул их в руку Нортиса и пояснил:
– Наркоз, регенерационная смесь и подавители иммунитета. Сейчас ты заснешь. Ну-с, начнем-ка мы, пожалуй, с глазика – очень уж он у тебя симпатичный…
Комната завертелась перед глазами Нортиса, и он погрузился в сон, успев еще увидеть, как подъехавший к кровати робот тянет к нему свои блестящие щупальца. Похоже, сейчас он смотрел собственными глазами в последний раз. Когда к нему вернется зрение, то мир окрасится в зеленый цвет.
9
Грузовик «Астра» благополучно достиг Астероид Сити, и вскоре семья Вертинских попрощалась с командой и покинула корабль. Им предоставили под жилье два совмещенных жилых блока в восьмом секторе – в этом секторе преимущественно жили ценные специалисты третьей и второй категории. Чистый и спокойный восьмой сектор идеально подходил для жизни и воспитания детей. Первый день ушел на распаковывание немногочисленных вещей, знакомство с соседями по ярусу и ознакомление с цифровыми пакетами информации о будущем месте работы. Дети примеряли новенькие ярко синие комбинезоны с восьмеркой на спине и тяжелые ботинки.
На следующее утро Вертинские прихватили с собой детей – их попросту было не на кого оставить – и отправились на свой первый и, как впоследствии оказалось, последний рабочий день в оранжереях, что бесперебойно снабжали огромное население города пищей.
Большую часть рациона жителей Астероид Сити, составляли генетически измененные растения. Они были дешевы в производстве, росли достаточно быстро и отличались питательностью. Промышленные оранжереи города были наполненны многоярусными рядами пористых поддонов с однородным желто-зеленым месивом растений. Как объяснил Нортису отец, раньше эти растения выглядели совсем по-другому и росли в огромных соленых океанах расположенных на Земле – колыбели всего человеческого рода. Затем безобидными сине-зелеными водорослями заинтересовались биологи и изменили генетическую структуру растения, поставив его на службу людям.
Старшего Вертинского пригласили в Астероид Сити неспроста – на космической станции «Перевал» он зарекомендовал себя как специалист чрезвычайно высокого уровня. В последние месяцы Астероид Сити переживал серьезные проблемы с оранжереями – масса измененной хлореллы отказывалась делиться, не смотря на все усилия биологов. Нет водорослей – нет дешевых рабочих пайков, которые по карману жителям внешних секторов. Помимо снабжения пищей, хлорелла играла существенную роль в переработке углекислого газа в кислород. Непоправимой катастрофы пока не произошло, но правление Астероид Сити решило не тянуть с решением этой проблемы и переманило первоклассного специалиста Вертинского со станции «Перевал».
Алексей Вертинский не любил терять время попусту и вместе с помогающей ему женой приступил к сбору вялой хлореллы 2CH и соседствующей с ней спирулины 6РО. Учитывая размеры биомассы, требовалось не менее ста образцов пораженных болезнью водорослей. Поставленная перед Алексеем задача была ясна: узнать в чем проблема и устранить ее. Встретивший семью Вертинских представитель правления, недвусмысленно пообещал более чем щедрую премию в случае успеха и личную благодарность губернатора Астероид Сити.
Пока родители занимались отбором образцов водоросли для анализа, Нортис успел побывать в каждой части огромной оранжереи. Его воображение потрясли тянущиеся на сотни метров ряды растений, суетящиеся над водорослями роботы-сборщики, огромные трубы, по которым к водорослям нескончаемым потоком подавалась питательная смесь… Конечно, мальчишка уже много раз бывал в оранжереях станции «Перевал», но гигантские размеры оранжереи Астероид Сити невозможно было окинуть взглядом… А ведь это был лишь один блок из пятнадцати…
Медицинский робот при помощи датчиков и сенсоров, оценил состояние пациента как стабильное и удовлетворенно сверкнул индикаторами панели. Содержание успокаивающего препарата несколько превышало норму, и робот принял решение прекратить подачу лекарства на время, чтобы избежать химического шока. Уходящая в вену Нортиса пластиковая трубка опустела, и вскоре он пришел в себя.
Застонав, Нортис попытался открыть глаз и осмотреться, но с ужасом понял, что обе его глазницы пусты. Его окружала кромешная темнота. Он ослеп. Попытался ощупать лицо непослушной рукой, но ее перехватили. Послышался успокаивающий голос Марлин:
– Успокойся. Все идет нормально. Я контролирую ситуацию.
– Мой глаз… – прохрипел Нортис. – Я ничего не вижу.
– Тебе удалили глазное яблоко, – ответила девушка. – Установки имплантата еще не было.
– Почему? Почему еще не установили глазной имплантат? – запаниковал юноша. – Не хочу быть слепцом!
– Успокойся. Все своим чередом. Ты забыл, что твой имплантат еще не здесь? Когда этот слизняк Люмбери принесет его, я лично прослежу, чтобы первым делом тебе восстановили зрение. Верь мне, – девушка неожиданно ласково пригладила взъерошенные волосы юноши и пользуясь тем, что Нортис временно ослеп, сокрушенно покачала головой.
Замена шестидесяти процентов внутренних органов слишком опасна. Кто знает, о чем думал этот искалеченный парень, когда соглашался на это безумство,… но с такой разнокалиберной и не подогнанной искусственной начинкой жить ему останется недолго. Повезет, если он протянет полгода, а затем последует долгая и мучительная агония. Когда имплантаты выходят из строя и начинают конфликтовать, такому несчастному модификанту лучше выйти в открытый космос без скафандра, чем испытывать адские муки.
– Все будет хорошо. Успокойся, – еще раз повторила Марлин. – Засыпай. Тебе понадобятся силы для следующей операции. Засыпай…
Нортис вновь провалился в тяжелое забытье…
Убедившись, что юноша дышит, а на контрольной панели робота успокаивающе мигают зеленые огни, Марлин отошла в облюбованный угол и опустилась на постеленный жирным Рамиресом матрас. Входная дверь была надежно заблокирована – доктор вернется не раньше, чем через несколько часов. Учитывая ту поспешность, с которой Люмбери умчался прочь, бережно прижимая к груди контейнер с глазом Нортиса, у него намечалась неплохая сделка по продаже. Значит мальчишка угадал правильно – покупателю требовалась трансплантация глаза с «чистой» сетчаткой. Девушка вновь взглянула на бессвязно бормочущего Нортиса и уважительно качнула головой. Несмотря на юный возраст, голова у покалеченного парня работала очень неплохо. Кто же он такой? Почему выходец из приюта первым делом решил продать собственные органы и, тем самым, подписал себе смертный приговор?
На секунду задумавшись, Марлин тряхнула непослушными волосами и, активировав браском, вошла в городскую инфо-сеть. Ввести имя и фамилию в окне поиска было делом пяти секунд, и вскоре девушка пораженно уставилась на появившиеся в поисковике строчки. Нет, даже не строчки, а десятки кричащих заголовков:
«Зверское убийство семьи Вертинских!»
«Отец до последнего пытался защитить свою семью!»
«Кровавая бойня в оранжерее!»
«Кто ответит за смерть Вертинских?!»
«Начальник полиции клянется найти убийц!»
«Выжил лишь семилетний ребенок! Врачи борются за его жизнь!»
«Убийцы Вертинских среди нас!»
«Ребенок остался сиротой!»
«Полиция беспомощно разводит руками! Преступление все еще не раскрыто!»
Выбрав первую ссылку, ведущую на официальный новостной портал Астероид Сити, девушка оказалась в информационном архиве десятилетней давности. Немного покряхтев, браском пискнул и вывел на экран обширную статью с красочными изображениями – видно было, что кадры делал профессионал своего дела и, наверняка, с широкоформатными глазными имплантатами, поддерживающими несколько миллиардов цветовых оттенков. Первым делом Марлин просмотрела изображения и поморщилась – кровь была повсюду. Вот кадр захватил мертвое лицо мужчины, еще одно изображение крупным кадром показывало ничком лежащую женщину в разорванном на клочки комбинезоне – на спине угадывалась цифра восемь. Следующий кадр запечатлел настежь раскрытые створки контрольного люка в толстой трубе, по стенам которой стекали потеки крови.
Поняв, что фотографии не расскажут ничего интересного, девушка вывела на экран текст статьи и начала по диагонали его просматривать, стараясь ухватить суть и пропуская клятвенные заверения официальных лиц и причитания журналиста.
…Семья Вертинских зверски убита в четвертом блоке оранжереи… Чудом выжил единственный член семьи – Нортис Вертинский. ИИ города вовремя остановил конвейер питательной смеси и тем самым спас Нортису Вертинскому жизнь… Полученные невинным ребенком ранения ужасают даже опытных врачей. Хирургическое отделение восьмого сектора борется за жизнь Нортиса! …Семилетний мальчик остался круглым сиротой. … Пятеро неизвестных совершили разбойное нападение на мирно работающих биологов… Полиция отказывается предоставить журналистам видеозаписи с камер наблюдения. Начальник полиции, мистер Андерсон, дал короткое интервью и сообщил, что преступники скрыли лица масками. Скорей всего, их привлекла красота Елены Вертинской – жены и матери. Полиция подозревает выходцев из двенадцатого сектора. Как подчеркнул мистер Андерсон, этот сектор будет подвергнут жесточайшему контролю и обыскам. Виновные будут обязательно найдены и наказаны по всей строгости законов Астероид Сити!..
Спустя полчаса Марлин закрыла окно обозревателя и отключилась от инфо-сети. Теперь странное поведение Нортиса было более чем ясным и логичным. Девушка просмотрела результаты поиска по делу Вертинских: самая последняя попавшаяся ей заметка, начиналась заголовком: «Дело об убийстве семьи Вертинских сдано в архив». Убийц так и не нашли. Население города повозмущалось бездействием полиции и, как это всегда бывает, через несколько дней успокоилось и забыло. Не забыл только один человек – жестоко искалеченный ребенок – единственный, кто остался в живых после трагедии.
– Что же ты задумал, Нортис? – задумчиво пробормотала Марлин. – Что же ты задумал?
10
Когда Нортис вновь пришел в себя, то с облегчением обнаружил, что опять видит – выбранный им имплантат уже был установлен и действовал. Осторожно поводив головой по сторонам, юноша убедился, что глазной имплантат хорошо захватывает «картинку» и, не задерживая, передает ее по нервным окончаниями в мозг. Детализация была более чем удовлетворительной. Единственным недостатком новых «глаз» Нортиса было то, что имплантат монохромный. Теперь, он видел все в тусклом зеленом цвете, но на это неудобство калеке было наплевать.
Заметив, что парень пришел в себя после наркоза, девушка наклонилась над ним и участливо спросила:
– Как ты?
– Неплохо, – непослушными губами просипел Нортис. – Я снова вижу. Значит Люмбери уже вернулся?
– Ну конечно вернулся, – послышался слащавый голос доктора. – За кого вы меня принимаете, молодой человек? Я честный доктор, всегда выполняющий свои обязательства!
– Ага, – усмехнулась девушка. – А еще здесь остался твой драгоценный робот-хирург.
– Не будем спорить, – отмахнулся Люмбери, не отрываясь от выдвинутой из корпуса робота сенсорной клавиатуры. – Как вы себя чувствуете?
– Неплохо, – повторил Нортис. – Имплантат работает.
– И должен заметить – великолепно работает! Доктор Люмбери всегда делает работу на совесть! Думаю, про функциональность второго имплантата можно не спрашивать – все показатели в норме, устройство откликается на запросы тестера, конфликта и отторжения не обнаружено.