– Я не использую секс для того, чтобы получить желаемое, – холодно сказала она. – Если я целую мужчину, то только когда мне этого хочется.
Перчатка была брошена.
Но он был первым мужчиной, который так заворожил ее. Ей стало интересно, не станет ли он первым и в других отношениях. Эта дуэль была невероятно возбуждающей.
– Правда? – пробормотал он.
Его лицо сделалось серьезным. Похоже, он обдумывал ее слова, но костяшки его пальцев продолжали гладить ее шею в том месте, где бился пульс.
Что она делает? Это было безумием. Он был совершенно незнакомым человеком. А из соседней комнаты доносились голоса.
Но она хотела, чтобы он поцеловал ее. И дело было не в серьге. Он не был похож ни на одного мужчину из всех, кого она знала. Если он сейчас уйдет, она всю жизнь будет гадать, каково это было бы – поцеловаться с ним.
Она с вызовом посмотрела ему прямо в глаза, которые стали напоминать расплавленное золото.
Его рука коснулась ее подбородка, и он нагнулся к ней.
Он впился губами в ее губы безо всяких церемоний, словно они целовались так годами. И да, он отлично знал, как целовать женщину.
Это было то, чего она ждала всю жизнь. Мужчину с сильным характером, даже более сильным, чем у нее. Который одним прикосновением губами к ее губам разбудит в ней страсть и одновременно чувство безопасности в его крепких объятиях.
Она таяла, и он запустил руку ей в волосы, а другой рукой обнял за спину.
Ее никогда еще так не целовали. Властно и чувственно, настойчиво и в то же время лениво. Она вся пылала, и этот жар сжег все воспоминания о других мужчинах. Она застонала от удовольствия. Это был первый настоящий поцелуй в ее жизни, и она понимала, что теперь никогда не согласится на меньшее.
Она сильнее прижалась к нему губами, и он положил ладонь ей на щеку. А потом поднял голову. Она всхлипнула в знак протеста. Его дыхание было таким же неровным, как и ее. Она боялась открыть глаза, не желая, чтобы он видел, как она была потрясена.
Но он и так это знал. Он прошептал ей на ухо:
– Я сейчас запру дверь и возьму все, что вы предлагаете, но серьгу вы не получите.
– Что?
Она открыла глаза, медленно возвращаясь к действительности.
– Хотя попытка была достойной.
Она отступила на шаг. Его губы были испачканы ее помадой, и ей хотелось протянуть руку и стереть ее. Ей хотелось прикасаться к нему. Запереть дверь и остаться с ним здесь, чтобы испытать все, чему он мог научить ее.
Ей всегда хотелось узнать, каково это – найти своего идеального партнера. Сгореть в необузданной, животной страсти.
Оказалось, это было страшно. Дьявольски опасно и в то же время предательски привлекательно.
– Это не было…
Она замолчала. Что сильнее заденет ее гордость? Его подозрение, что она пыталась манипулировать им? Или признание в том, что ее страсть была настоящей, в то время как он явно оставался холоден?
– Ну вот, вы снова нахмурились. Я не ожидал, что вы примете все так близко к сердцу. – Его губы скривились в ироничной улыбке. – Однако это доставит мне еще большее удовольствие отказать вам в том, чего вы так страстно хотите.
– Не хотите ли вы сказать мне, что все это – вендетта, которую вы мне объявляете?
– Я делаю все это, – его голос стал стальным, – чтобы привлечь внимание вашего кузена. Передайте ему это. Я жду его звонка.
Глава 1
Спустя одну неделю
Розалия ворвалась в рабочую комнату над семейным ювелирным магазином на Пятой авеню. – У меня потрясающие новости.
Жизелла с интересом посмотрела на кузину.
– Кто-то хочет заказать оригинальное обручальное кольцо.
– Это славно, – мягко сказала Жизелла. – И кто же это?
– Агент. Из аукционной компании. Похоже, той, которая на прошлой неделе работала с домом Гаррисонов.
У Жизеллы упало сердце. Она приложила все силы, чтобы скрыть свою ярость и стыд.
Она чувствовала себя такой идиоткой из-за того, что позволила Кейну поцеловать себя. Она не позволила бы ему прикоснуться к себе, если бы знала, что он что-то имеет против ее семьи.
«Я хочу привлечь внимание вашего кузена».
Его бесстрастие потрясло ее. Она все еще чувствовала унижение, которое жгло ее огнем.
Жизелла снова занялась платиновой подвеской.
– Ты знаешь, кто выкупил все на том аукционе.
И кто потерял.
Она потеряла. Даже чувство собственного достоинства осталось в той комнате, полной ювелирных украшений, принадлежавших умершей женщине.
– Ох, забудь о Кейне Майклзе. Или лучше вспомни, что он сказал о других заинтересованных лицах. Там был один представитель, звонивший из Венгрии.
Жизелла снова повернулась к Рози.
– И что?
– Он звонил от имени Виктора Рохана. Он очень хотел купить одну вещь, парную к той, что есть у его матери.
– О мой бог, Рози.
– Я знаю.
Около шестидесяти лет назад серьги были проданы на разных континентах с интервалом в несколько месяцев. Найти одну из них здесь, в Америке, удалось лишь после нескольких лет интенсивных поисков. И они давно отказались от идеи найти вторую.
– Угадай, кто он? Он твой кузен.