Дмитрий Архипов

Эра Теней — альтернативная современность, где магия существует открыто, но регулируется государством так же строго, как оружие или наркотики. Есть лицензированные маги, есть подпольные колдуны, е…

Эра Теней — альтернативная современность, где магия существует открыто, но регулируется государством так же строго, как оружие или наркотики. Есть лицензированные маги, есть подпольные колдуны, е…

Стихи я начал писать в 11 лет, но мало кто их оценил. Но, мне нравилось то, что получалось, я писал их от души. Мне нравилось читать Пушкина, слушать Высоцкого, я находил очень много мудрости, от…

В современном мире, где ментальная адекватность измеряется количеством лайков под фото котиков и способностью обсуждать курс валют без дергающегося глаза, любой может оказаться в комнате с мягким…

Алиса Вертинская — бывший профайлер, уволенная за «излишнюю глубину погружения» в сознание преступников. Она чувствует ложь как запах, а страх — как шум в ушах. Её единственная тишина — это любим…

Я начал писать эту книгу не потому, что хотел написать детектив. И не потому, что хотел написать фантастику. Я начал её писать, потому что однажды понял: правда, честность, честь, любовь, преданн…

Я начал писать эту книгу не потому, что хотел написать детектив. И не потому, что хотел написать фантастику. Я начал её писать, потому что однажды понял: правда, честность, честь, любовь, преданн…

Эта книга — не биография. Не документальная хроника. Не учебник физики. Это роман. Художественное произведение. Я позволил себе додумать то, о чём молчат архивы. Я позволил себе представить, что …

В современном мире, где ментальная адекватность измеряется количеством лайков под фото котиков и способностью обсуждать курс валют без дергающегося глаза, любой может оказаться в комнате с мягким…

Мне приснился мир, где люди перестали быть людьми. Не в одночасье. Не после войны и не после катастрофы. Они изменили себя сами — добровольно, с энтузиазмом, с облегчением. Потому что быть челове…

Эта книга — про вас. Про всех нас. Про то, что мы называем «жизнь» и что на самом деле — длинный, пыльный, иногда смешной, иногда страшный Тракт. По которому мы идём. Или ползём. Или стоим, делая…

Эта книга — про вас. Про всех нас. Про то, что мы называем «жизнь» и что на самом деле — длинный, пыльный, иногда смешной, иногда страшный Тракт. По которому мы идём. Или ползём. Или стоим, делая…

Путь знания почти всегда оплачивается одиночеством. Это цена за «длинную дистанцию». Когда человек начинает меняться, его внутренняя оптика перенастраивается. Он уже не может говорить со «вчерашн…

Прежде чем ты перевернёшь эту страницу и войдёшь в Спасское — в этот маленький храм на краю мира, в этот посёлок, забытый Богом и людьми, в эту историю про старушку с сумкой-тележкой и свечу из х…

Прежде чем ты перевернёшь эту страницу и войдёшь в Спасское — в этот маленький храм на краю мира, в этот посёлок, забытый Богом и людьми, в эту историю про старушку с сумкой-тележкой и свечу из х…

Тара — город, где поэзия прорастает сквозь резные наличники и вековую тайгу, где на каждые тридцать тысяч жителей находятся сотни сочиняющих стихи . Именно здесь, в этом странном и вдохновляющем …

Тара — город, где поэзия прорастает сквозь резные наличники и вековую тайгу, где на каждые тридцать тысяч жителей находятся сотни сочиняющих стихи . Именно здесь, в этом странном и вдохновляющем …

Алиса Вертинская — бывший профайлер, уволенная за «излишнюю глубину погружения» в сознание преступников. Она чувствует ложь как запах, а страх — как шум в ушах. Её единственная тишина — это любим…

Эта книга — не биография. Не документальная хроника. Не учебник физики. Это роман. Художественное произведение. Я позволил себе додумать то, о чём молчат архивы. Я позволил себе представить, что …

Я долго не решался написать эту книгу. (Идея мне приснилась год назад в виде готового фильма. Главного героя играл Константин Хабенский). Не потому, что не хватало материала. Материала было столь…

Я долго не решался написать эту книгу. (Идея мне приснилась год назад в виде готового фильма. Главного героя играл Константин Хабенский). Не потому, что не хватало материала. Материала было столь…

Мне приснился мир, где люди перестали быть людьми. Не в одночасье. Не после войны и не после катастрофы. Они изменили себя сами — добровольно, с энтузиазмом, с облегчением. Потому что быть челове…