Адмирал Империи – 61

– Разберёмся, – Коваль кивнул двум бойцам. – Взять под охрану. Обыскать все помещения. Изъять носители информации и средства связи.

Он смотрел, как его люди ведут Сипягина и остальных к шаттлам, и чувствовал странную смесь облегчения и разочарования. Облегчения – потому что никто не погиб. Разочарования – потому что годы тренировок и подготовки к смертельному бою закончились… вот этим. Людьми с поднятыми руками. Министрами, которые сбежали до начала штурма. Охранниками, которые предпочли сдаться, а не умереть за хозяев.

Впрочем, Коваль знал, что в других местах всё может быть иначе. И он был прав…

Похожие сцены разворачивались по всему периметру столицы, но не все они заканчивались так же мирно.

Например почему-то именно у здания Центрального банка охрана попыталась организовать оборону. Десяток человек с табельным оружием забаррикадировались в вестибюле, перевернув столы и даже кадки с декоративными растениями, и открыли огонь по первым «морпехам», вошедшим в холл.

Это было смело, но глупо. Это было самоубийством.

Пули из табельных пистолетов отскакивали от брони «Ратников», оставляя лишь мелкие царапины и вмятины. «Морпехи» даже не потрудились укрыться – просто шли вперёд, неумолимо и методично, как машины. Их ответный огонь был точным и экономным: короткие очереди, каждая из которых находила цель.

Перестрелка длилась сорок три секунды. Коваль узнал это позже, когда читал рапорт командира штурмовой группы. Сорок три секунды – и восемь охранников лежали на мраморном полу вестибюля, их кровь расползалась по белому камню причудливыми узорами. Оставшиеся уже стояли на коленях с заведёнными за голову руками, их лица были серыми от ужаса.

«Морпехи» не потеряли никого…

У штаба планетарной жандармерии (отделение Имперской службы безопасности) всё прошло иначе: начальник штаба – полковник с усами и орденской колодкой во всю грудь – сам вышел навстречу десантникам. В его руках был не пистолет, а голопроектор с заранее записанным обращением.

– Солдаты! – гремел его голос из проектора, транслируемый на всю площадь перед зданием. – Я, полковник Измайлов, призываю всех офицеров и солдат жандармерии сложить оружие! Мы присягали защищать Российскую Империю и её народ, а не временщиков и узурпаторов! Время Грауса прошло – да здравствует император Иван Второй!

«Морпехи» переглянулись. Командир штурмовой группы – молодой лейтенант с острыми чертами лица – пожал плечами и вызвал «Палладу» для получения инструкций.