Элдория том 1.

Название: Элдория том 1.

Автор(-ы): Дмитрий Журавлев

Ссылка: https://author.today/work/437055

Предисловие.

Предисловие.

«В недрах времени и пространства, там, где магия переплетается с реальностью, раскинулась великая империя под названием Элдория. Это земля, населённая могущественными магами, гномами, оборотнями, лесными эльфами и другими фантастическими обитателями. С давних времен в Элдории установился мир между всеми живущими в ней расами. Но так было не всегда.

Давным-давно, в борьбе за жизнь и собственные территории, когда проливались реки крови, уничтожались целые поселения, а мирной жизни на горизонте видно не было – на земле Элдории объявился Он. Эйтон Фрайс – на то время, закончивший школу магии подросток из семьи мелких людских дворян. Не обладая ни властью, ни какими-то другими регалиями он сразу же отправился в ряды армии и начал делать себе имя. Его успехи ограничивались мелкими победами и захватами стана врагов, но его авторитет рос, благодаря его упорству и настойчивости. Дослужившись до старшего офицера, он начал придумывать собственные тактики и использовал их на врагах, которые тут же прозвали его «Людским кошмаром». Хроники умалчивают о его методах и способах, но судя по летописям, хладнокровная резня и безжалостные казни следовали за ним по пятам. От взгляда его командиров не ускользнул тот факт, что Эйтон благодаря малой крови был способен разбивать превосходящие силы быстро и точно. Так он за пару лет при помощи смекалки и страха врагов, быстро добрался до генерала одной из частей армии своего королевства. Его боялись, но также безмерно уважали его же люди. Он был тверд характером, строг, но в то же время старался свести все потери к минимуму и за это его любили, ведь все понимали, что война не бывает без жертв. Но вкус крови и побед так же быстро наскучил ему, как и понравился раньше. Он всё чаще стал задумываться о том, что должен быть другой выход – мирный.

И тогда в его голове начал зарождаться план – объединить все расы в одну Империю. Да, другие генералы посмеивались над ним и желали удачи, но это не заставило Эйтона остановиться. Бесконечные войны оставляли за собой лишь пепел и выжженную под ним землю. Первым шагом в своём плане, он начал сводить потери противника к минимуму и захватывать его верхушку. Глупцы смеялись ему в лицо, когда он предлагал объединить усилия против других рас и рассказывал им свой план. Но после пары безжалостных казней своих подопечных принимали и вставали под знамёна Эйтона.

Первыми сдались и приняли его условия маги огня из семьи Драгонсонов. Взяв их главный замок за двое суток, и приставив нож к горлу главы семьи, он добился клятвы на крови о мире и двинулся дальше к их соседям. Семья магов воздуха Тенебрация, отсидев за стенами замка несколько дней в осаде, тоже встали под его знамена, а Эйтон тем временем двинул на север, к горам семьи оборотней – Вульф. Здесь, смотря свысока на чужаков, глава их семьи лишь усмехнулся и уже собирался уйти, как «Людской Кошмар» вызвал на поединок лучшего их война по законам чести. Семья Вульф отличалась своей мужественностью и всегда признавала лишь законы чести и силы, так что их глава не смог отказать Эйтону и выставил своего старшего сына против него. Битва была недолгой, а наследник семьи, отделавшись подпаленной шкурой и неглубокими разрезами на ней, лежал у ворот. Взяв своё, молодой генерал двинулся дальше к городу эльфов. Зная, что потеряет кучу людей, если пойдет напролом, он, оставив оружие, ступил на землю священного леса. Чувствуя нутром, что за ним следят, он добрался до ворот замка главы Лесных Эльфов и потребовал встречи. Глава семьи Ламэль, услышав о заслугах Эйтона, согласился встать под его знамёна и помочь ему закончить своё дело. Добравшись до магов крови из семьи Элдон, «Людской Кошмар» провел несколько месяцев в сражениях, но всё-таки снова взял своё. Ну а гномы, под предводительством семьи Стернберг сами отправили делегацию к генералу с просьбой принять их в свои ряды.

Но не все были согласны с идеей мира, ведь кто-то на войнах наживался, кто-то был слишком горд, а кто-то смотрел на соседа и брал пример с него. Поэтому генерал на первом совете всех семей предложил совместными усилиями возвести стену от остального мира и забыть про войны на многие сотни веков, объединившись. Но у главы семьи Ламэль была своя идея на этот счёт. Достав из широкого рукава своей белоснежной мантии свиток, он протянул его Эйтону. Изучив его, генерал ненадолго задумался, а затем озвучил то, что в нем было сказано. Свиток, при правильной подготовке и должном количестве магической энергии мог создать непроницаемый магический барьер, который запечатает проход с обеих сторон и не даст никому проникнуть сквозь него. На вопрос о продолжительности действия этого барьера, эльф закатил глаза и сказал, что все зависит от источника энергии, помещенного внутрь барьера. И дополнил, что его семья передает из рук в руки на хранение один артефакт для данного свитка. А его ресурса хватит на многие столетия.

Единогласно приняв решение, они начали подготовку к проведению ритуала. Это не заняло много времени, и вот настал тот самый час, где родилась новая империя. Империя Фрайс объединила в себе все расы, а во главе правления встали семь семей, которые помогли добиться мира. Драгонсоны, Вульф, Тенебрация, Ламэль, Элдон, Стернберг ну и конечно Фрайс. Эйтон, хотел отойти в сторону и жить своей жизнью, но остальные шесть семей предложили кандидатуру императора именно ему, за все его заслуги. Бывшие короли и королевы этой части Элдории потеряли свою власть, а ее разделили между семьями семерки.

Первым делом новоиспеченный император предложил создать парламент, на котором будут утверждаться все законы Империи Фрайс, в её состав были включены все главы семей семерых. Далее по списку шла Академия магии для всех одарённых, прошедших начальное обучение и в которой будут обучать всем видам магических искусств. Возглавить школу предложили эльфам из семьи Ламэль, но представители других семей так же выделили своих специалистов. Так же семья Ламэль принесла идею в парламент о создании Гильдии Магов. Император Эйтон Фрайс, убедившись, что никто не против, дал добро и теперь любой маг мог найти решение своей проблемы в гильдии, а также работу. Оборотни из семьи Вульф, возглавили Коллегию Магической безопасности, а семья Тенебрация вплотную занялась открытием Торговой палаты и доставкой товаров и информации во все уголки империи. Не обошлось и без мятежей, ведь оставшихся не у дел бывших дворян съедала зависть. Но тут на помощь пришла семья Элдон, ведь их маги крови были достаточно изворотливы и умны в поисках правды, ну и пытках. Так был принят закон о создании Инквизиции, ну а Элдоны её возглавили. Драгонсоны внедрили в систему Совет Магов, куда входили представители всех семей и принимались решения, связанные с магией. Ну а Стернберги взяли на себя всю промышленность, создание заводов, а также судебную систему, ведь обвинить гнома в предвзятости означало нажить себе кровного врага.»

– Это все, что есть? – я взглянул на хранителя архива, аккуратно сворачивая свиток.

– Мистер Элдон, это пережиток прошлого. В семье Фрайс есть личная императорская библиотека, что-то более конкретное может остаться только там.

– Его Императорское Величество Киртон навряд ли предоставит мне доступ в семейный архив.

– Не могу знать, мистер Элдон.

– Знаю Тирли, знаю…

– Мистер Элдон, а могу ли я поинтересоваться, чем вызвано ваше любопытство событиями столь давними?

– Хм – я почесал затылок – Не думаю, Тирли, что Его Величество одобрило бы, но у вас есть и свои источники, так что… Вчера у барьера нашли тело неизвестного происхождения и Император отправляет туда одного из нас. Есть малая доля вероятности, что это существо, кем бы оно не было, появилось «из-за» барьера.

– Но…

– Этого разговора не было, Тирли, но, если у тебя появится какая-то новая информация, я был бы благодарен.

– Всенепременно, сэр Элдон. Я сделаю все, что в моих силах.

– Знаю Тирли, знаю.

Глава 1. Подкидыш.

Этот день ничем не отличался от всех остальных. Вечерние собрания инквизиции проходили в штатном режиме, ведь никто уже давно не относился к ним серьёзно. Младшие сотрудники отчитывались перед старшими о проделанной работе, а те в свою очередь отдавали лишь новые приказы, своего рода конвейер. Абсолютно все громкие дела зарождавшейся преступности, были «сожжены», как бы двусмысленно это не звучало. Ведь мы же инквизиция, а не абы кто.

Поэтому я был сильно удивлён, когда мой разговорный медальон дал о себе знать, напугав мою спутницу. Да, все шло прекрасно, мы мило обсуждали предстоящий императорский бал, сидя в обнимку в элитной комнате ресторана «Грация», исчезнув от всех любопытных глаз. Валиция была прекрасна, раскрасневшиеся щеки от выпитого вина и ярко-красная помада подчеркивали столь элегантно обтягивающее вечернее платье. Казалось, что на свою прическу она потратила не один битый час у столичного парикмахера и я ловил себя на мысли, что она очень красива. В её светло-зеленых глазах виднелась именно та заинтересованность, что была нужна мне, поэтому я просто отдавался моменту.

Моя спутница знала кто я и из какой я семьи, но она и не догадывалась где я работаю, как и все жители города не знали, что семья Элдон с поручительства первого императора Эйтона была ответственна за инквизицию и все её темные делишки. Первым правилом нашей семьи было не афишировать и держать в строгой секретности эту информацию, ведь наказание в виде отрубленной головы являлось отличной мотивацией так не поступать. С ранних лет, мой отец Дэйв отдал меня на попечительство своего брата Каина. Тот в свою очередь занимал должность верховного магистра Элдории и подчинялся непосредственно императору, но это я отвлекся.

Итак, Валиция Тенебрация. В отличии от нее, я прекрасно знал о ней все – кто она и какое место в торговой палате занимал ее отец Леонард. Его связей хватило бы с лихвой для введения нового пункта в законах о торговле, что укрепило бы положение моего дяди Каина в совете Магов. Да, политика и мое положение младшего наследника нашей семьи, заставляли меня действовать лишь на ее благо, хоть я и ненавидел эту «политику» всеми фибрами своей души. Но долг и обязанности я свято чтил, поэтому переборов свои желания я и оказался в обществе этой наивной двадцатилетней прелестницы. Моё задание было довольно простым на этот раз и заставляло меня заслужить лишь ее благосклонность.

– Эллиас, а вы уже выбрали себе спутницу на императорский балл? – спросила Валиция, отводя взгляд.

– Валиция, милая, думаю я смотрю на нее прямо сейчас – ни на секунду не замешкавшись ответил я, поправляя прядь ее светлых волос.

– Моё платье будет в строгих тонах, Эллиас, поэтому я бы хотела, чтобы и ваш костюм обязательно ему соответствовал, это не проблема? – повернувшись и взглянув на меня со смешинкой в глазах сказала она.

– Что вы, милая, я бы не посмел оскорбить вас своим одеянием, ни в коем случае. И можете звать меня просто Эл, для близких мне людей это позволительно.

И тут сработал мой разговорный медальон, начав вибрировать и светиться красно- белым светом поочередно, что привело меня в ступор, а мою спутницу и подавно. Широко распахнув глаза от удивления, она ткнула мне в грудь и тихо прошептала:

– В наших кругах ходят слухи, что такими цветами пользуются только…

– Это всего лишь слухи, Валиция – сказал я, понимая, что выполнить просьбу семьи мне уже не удастся, не применяя магии.

Поэтому откинув мрачные мысли, я резко встал и схватил девушку за запястье чтобы она не успела опомниться. Из-под моей рубашки вытянулась тонкая игла и уколола Валицию в палец обнажая капельку крови. Коснувшись пальцем другой своей руки её крови, я начал делать свою работу.

– Подчинись – твердо произнес я, а тело девушки застыло в повиновении. Ее губы замерли, так и не успев издать крик от испуга. – Ты забудешь все с момента срабатывания медальона, как и сам медальон. Но будешь помнить, что мы идём на бал. О чем ты непременно сообщишь своему отцу, не забыв упомянуть о том, что я хотел бы с ним увидеться. А теперь – вернись.

Ее тело расслабилось, взгляд затуманился, она помотала головой, а я тем временем, протерев своим платком следы крови, уже отвечал на звонок. Ибо истинный цвет вызова инквизиторы использовали только в самых крайних случаях государственной важности. Чего уже не происходило более тридцати лет. Для всех остальных случаев использовался чистый дневной свет.

– Племянник – строгий дядин голос зазвучал из медальона. – Почему так долго? Хотя, не важно. У нас срочное внеочередное собрание некоторых подопечных через час в нашей главной цитадели. На границе чрезвычайное происшествие, ты должен немедленно объявиться.

– Я все понял, дядя. О причинах и моём деле – я покосился на девушку. – доложу лично.

– Обязательно, жду.

Связь оборвалась, а Валиция начала подавать первые признаки рассудка. Взяв бокал с вином и немного его пригубив, она игриво посмотрела на меня и спросила:

– Срочные дела, Эл?

– Да, милая. Мне придётся тебя покинуть, но я буду с нетерпением ждать нашей следующей встречи. – вновь взяв ее за запястье и поцеловав ее руку, я добавил. – Семейные обязательства, сама понимаешь.

– Да-да, Эллиас, семья – это главное. А отцу я передам твою просьбу и тоже буду ждать нашей встречи на балу. – засмущавшись добавила Валиция.

– Вечер был потрясающим, милая. Моя карета стоит у входа и доставит тебя домой, а мне пора. – поклонившись я вышел из комнаты, а затем и из Грации.

Ромул, мой кучер, уже ждал у кареты и поклонившись открывал дверцы. Я отрицательно покачал головой и кивнул в сторону ресторана. Быстро сообразив, что от него требуется, он понимающе кивнул и взобрался обратно на козлы, ожидая своего пассажира. С Ромулом мне повезло, нашел его в трущобах столицы, когда расследовал одно дело. Подпольные бои были чем-то обыденным в этом районе города. И вот присутствуя инкогнито на одном из таких вечеров на ринг выбрасывают на первый взгляд нищего оборванца. Глашатай заводит толпу и призывает делать ставки на другого претендента, что я и хотел сделать. Но взглянув на оборванца, а именно в его глаза, я увидел там хладнокровного убийцу и резко поменял свое мнение поставив тысячу золотых на него. Глашатай сперва удивился, но быстро взял себя в руки, ведь люди с такими деньгами любят чудить, надеясь на сладкий коэффициент тридцать к одному. Ромул не стал затягивать и за десяток стуков сердца свернул противнику шею. Владелец заведения долго оправдывался передо мной, что не сможет сразу вернуть мне всю сумму, но я прервал его словоизлияния, предложив забрать оборванца, на что он тут же согласился. Так Ромул стал моим верным бойцом и кучером, а его боевые навыки настолько меня поразили, что я со всеми своими способностями все равно его побаивался. Почем зря, ведь клятва на крови, которую он дал мне защищала лучше абсолютного щита, но это я снова отвлекся.

Пройдя по пустой вечерней улице и свернув в подворотню, я решил не пользоваться общедоступными благами города, а использовать семейную магию – магию крови. Да-да моя семья специализируется именно на магии крови, что так подходит инквизиции. Ведь кровь – это то, что течет внутри любого живого существа, будь ты эльф, гном, оборотень или человек. А умение воздействовать на нее вбивалось в мою и головы наших родных с малых лет.

Игла снова покинула рукав моей рубашки и полоснула меня по ладони, в этот же момент я сделал махательное движение рукой снизу-вверх образуя вертикальную черту из мой внутренней жидкости. Кровь и не думала разбрызгиваться, а замерла над землей полоской, как будто в ожидании приказа. Прикоснувшись к ней рукой и ярко представив образ нашей цитадели, я мысленно потянулся туда. Со стороны всё выглядело просто, моё тело извернулось и меня начало засасывать внутрь. Все действие не заняло и трех стуков сердца, а я уже стоял в своём кабинете и смотрел как затягивается порез на моей ладони. Магия крови позволяла её владельцам иметь потрясающую регенерацию тканей, чем я обыденно пользовался.

– Твоя пунктуальность, племянник, всегда восхищала меня – прозвучало за спиной, заставив меня вздрогнуть.

Резко обернувшись, я увидел на своем рабочем месте дядю Каина. Облегченно выдохнув и поняв, кто передо мной, я поклонился и понял, что за полгода, что мы не виделись с ним, он не изменился ни на каплю. Все тот же высокий широкоплечий, статный мужчина с копной густых черных волос до плеч, одетый в мантию черного цвета и пронзающий меня своими карими глазами как будто насквозь. С легкой усмешкой и грацией, присущей императору он поднялся с моего кресла, а я, не разгибая спины поприветствовал его:

– Приветствую вас Верховный Магистр.

– Эллиас, отбрось этикет и обними своего родственника, мы здесь одни. – с этими словами он распахнул объятия, на которые я ответил с радостью, ведь любил своего дядю. – Возмужал еще сильнее с нашей последней встречи, уважаю.

– Что случилось, дядя? Я был сильно удивлен, когда медальон загорелся красно-белым, а еще сильнее удивилась Валиция Тенебрация, так что пришлось действовать быстро. – отстраняясь спросил я.

– Хм, сразу эльфа за уши, ты как обычно Эллиас. С Валицией вопрос решён?

– Да, после её встречи с отцом, я жду приглашения на семейный ужин. Воспоминания тоже пришлось подкорректировать. Так, что там за срочность?

– Не хочу нечаянно перевернуть факты вверх дном, поэтому жду тебя у себя, как только приведешь себя в порядок – он кивнул на шкаф, в котором висела моя рабочая одежда. – Начальник пограничной стражи должен явиться с минуты на минуту, поэтому не затягивай. Из верхушки будем только я и твой отец, а из младшего весь персонал.

– Лиам Вульф почтит нас своим присутствием? – произнес я, стараясь чтобы голос не задрожал от злости.

– Держи себя в руках, Эллиас. Ваши прошлые разногласия придётся оставить вне этого дела. Тем более, на всё время расследования, которое мы поручим вам мистер «Мэлтон» – сдержав смешок, он продолжил. – вам придётся пользоваться только своим позывным.

– Понимаю, дядя. От своего имени обещаю, что сам не буду лезть на рожон, но, если этот кусок … – Яд так и полился бы с моего языка дальше, но…

– Эллиас! – дядя схватил меня за плечи, не дав закончить – Держи себя в руках – это приказ. Все, переодевайся, жду тебя у себя, остальные… – он взглянул на свои мудрёные часы на руке – должны скоро прибыть.

С этими словами он покинул мою обитель, а я пошел переодеваться, на ходу сбрасывая повседневную одежду. Натянув мантию, я взял свой жетон, на котором красовался мой позывной – Мэлтон. Каждый инквизитор, устраиваясь к нам, был обязан полностью вести анонимную жизнь, а эти жетоны позволяли узнать статус и позывной каждого члена инквизиции. Мой был серебряный, а это значит, что я из младшего офицерского состава. Еще существовали бронзовые – для послушников, золотые для командирского состава и единственный изумрудный жетон для верховного инквизитора. Незамысловатая система, но показавшая себя практичной за все время своего существования. Кстати, об анонимности – настоящие личности бронзового, серебряного и золотого составов, знали только сам верховный инквизитор и его близкий круг советников, куда входил и мой отец, но об этом знали немногие. В случае предательства и нарушения заветов нашего братства грозило лишь одно наказание – смерть предавшего, а тем, кто узнавал какую-либо информацию чистили воспоминания, что я и проделал с Валицией Тенебрация.

Семья Элдон стояла у истоков основания братства инквизиции, но это не означало, что она состояла только из магов крови. Еще тогда, многие эпохи назад она открыла двери всем желающим, приняв их в свои ряды. Поэтому магия членов инквизиции пестрила разными красками, по которым навряд ли можно было бы составить какую-либо картинку. А вот составить ее пытались многие, на данный момент безголовые дураки, которые были нечисты на руку и перед страной. «Инквизиции боятся, только грешники» – гласила одна из заповедей нашего братства, с чем я искренне был согласен. Ведь мы являлись неотъемлемой частью Элдории, и никто кроме нас не смог бы вести расследования злых умыслов с таким же успехом.

Прицепив жетон к груди, я достал еще один главный атрибут инквизиторов – маску. Она являлась так же способом скрывать свою личность и изменять голос носителя. Со стороны твоё лицо видели, как безэмоциональную карикатуру, не выдающую твою внешность. А вот изнутри она была полностью прозрачной и не загораживала обзор абсолютно никак. Голос проходя сквозь маску менял свою тональность и тембр до абсолютной неузнаваемости, но оставляя неизменной интонацию. Снять с лица этот шедевр не мог никто, кроме самого носителя. Даже отрубив голову, маска останется на ней и да, прецеденты случались.

Напялив привычный атрибут на лицо, я посмотрелся в зеркало и признав свое внешнее состояние годным поспешил на пятый этаж цитадели. Именно там сейчас должен был состояться срочный совет, который так внезапно прервал мое нынешнее расследование. Интересно, что же действительно стоило того, чтобы бросить интересы нашей семьи на полпути. Неужели одна из семей Элдории решилась на переворот? Или темные секты решили вылезти из подполья? Встряхнув головой, чтобы отбросить ненужные мысли я добрался до дверей кабинета верховного инквизитора и вошел.

Глава 2. Срочный совет.

В нос ударили запахи горящего камина и свечей, заставляя меня прокашляться от спертости воздуха. Атмосферу внутри, казалось, можно было пощупать руками, а люди, разделившиеся на несколько групп, тихонько переговаривались между собой. В конце кабинета сидели мой отец и дядя за массивным столом, а за ними, спиной ко мне, стоял человек в латных металлических доспехах с изображением ворона на плаще, что спускался практически до пола.

Его я знал – Лиам Вульф, оборотень и младший сын Конрада Вульфа, главы одной из самых влиятельных семей Элдории. Среднего роста, светловолосый и голубоглазый воин Империи. Каждый отпрыск оборотней был голубоглазым и всегда имел явное расположение к магии льда. Наши пути не раз пересекались и вывод по этой личности был однозначным – эгоист с яркими признаками нарциссизма. Причем контактировал он как с Эллиасом, так и с Мэлтоном.

– Господа, вижу все уже собрались – вставая, начал мой отец, призывая собравшихся замолчать. – Дело, что собрало нас здесь попадает под высочайший гриф о секретности и имеет статус первостепенной задачи. Я, на правах заместителя великого инквизитора, как первый золотой жетон братства инквизиции Освальд – объявляю совет открытым и передаю слово нашему гостю Лиаму Вульфу, начальнику пограничной стражи Элдории.

Собравшиеся перестали шептаться и выстроились перед столом, обратившись в слух. Начальник пограничной стражи услышав своё имя, повернулся и встал за спинами наших лидеров, внимательно изучая собравшихся. Ненадолго задержав взгляд на мне, он ухмыльнулся и достав из-за пазухи какой-то камень рубинового цвета, положил его на стол. В ту же секунду потёмки начал рассеивать свет, исходящий от этого камня, образуя форму голого человеческого тела, свернувшегося калачиком на столе.

– Сегодня, около полудня было обнаружено тело, неизвестного происхождения рядом с барьером… – указывая на голограмму начал Лиам.

– Постойте, почему вы говорите неизвестного происхождения? – спросили справа от меня.

– Взгляните на это. – Лиам щелкнул пальцами, и голограмма изменилась, обнажая пасть и глаза неизвестной твари. – Наш следопыт, приступив к осмотру признал, что он никогда не встречал ничего подобного в наших краях. Признаков жизни у данного «экспоната» не наблюдалось. Обратите внимание на клыки твари и их расположение – они ничем не похожи на наши. – оскалившись и демонстрируя свои собственные клыки, он продолжил. – Так же глаза, не имеющие зрачков, но абсолютно полностью тёмно-красного цвета, что указывает на непринадлежность ни к одному из видов Элдории.

– То есть вы предполагаете, что эта тварь пробралась к нам из-за барьера? – голос моего дяди был твердым и холодным, но я заметил, как его правая рука чуть дернулась в сторону меча, висевшего на поясе, что означало его волнение.

– Либо, кто-то из семей нарушил запрет об экспериментах над живыми существами. – добавил Лиам.

И тут грохнуло. Народ, собравшийся на совете, принялся, активно жестикулируя и перебивая друг друга, говорить о невозможности данного высказывания. Я же среди этой суматохи внимательно следил за реакцией моих родственников и начальника пограничной стражи. Помните я говорил, что уже более тридцати лет инквизиция не вызывалась по красно-белому цвету медальона? Так вот, именно тогда некая группа, назвавшись «некромантами[1]» решилась на восстание поднимая мертвецов из могил и шустро устремилась на столицу страны. Прямое воздействие магии на мертвых не привело ни к чему, им был не страшен ни огонь, ни лед, ни сила стихий. Только физическое воздействие на мозг отправляло трупов в небытие. За несколько недель их шествия, страна лишилась около ста пятидесяти тысяч жителей. А барды окрестили окончание восстания красочно – Конец кровавого шествия. Всех «некромантов» поймали и повесили, не жалея ни детей, ни женщин, ни стариков. Император побоялся повторения случившегося и принял холодное и твердое решение уничтожив самих виновников и их возможных последователей, среди которых оказались и довольно знатные личности. При этом были уничтожены все упоминания и свитки о данном разделе магии.