Элдория том 1.

Глава 5. Интерлюдия 1: Принцесса Амелия.

– Ваше Высочество, прошу вас остановитесь, вам запрещено покидать свои покои.

Одна из нянечек императорской семьи старательно пыталась остановить маленький вихрь по имени Амелия. Безуспешные попытки ни к чему не приводили. Постоянно исчезая и используя свою врожденную магию, девочка буквально рывками исчезала с глаз и появлялась в новом месте задорно смеясь. Размахивая руками словно, курица-наседка, полная женщина, ахая и охая, что есть силы спешила за ней, дабы успеть перехватить ведь в прошлый раз принцесса сбежала прочь из дворца, заставив буквально поседеть всю свою обслугу. Император Киртон, узнав об этом долго распинал и обвинял их, постоянно крича и удивляясь: «ей всего пять лет, а она водит всех вас за нос как прожженный интриган, где это видано такое?». Обслуга переминались с ноги на ногу не зная, что сказать в свое оправдание и пряча глаза в пол, в то время как маленькая Амелия вся в грязи носилась с местной детворой по столичным улицам. Лишь брат императора мог в два счета отыскать мелкую вертихвостку среди бедных районов Эль'Тара. Его шпионская сеть была разбросана далеко за пределы столицы и работала на отлично. О гневе Атриуса Фрайса ходили весьма нелицеприятные слухи в отношении халтурно исполненной работы, и его агенты старались не доводить своего руководителя до такого состояния.

Но в этот раз принцесса смогла удивить и всю агентуру Атриуса, ускользнув буквально ото всех за считанные мгновения. Дело в том, что врождённые силы и возможности Амелии возрастали пропорционально ее возрасту. А к шести своим годам она научилась делать рывок с исчезновением уже на почти целых сто метров. И ладно бы это было разовое применение, но нет. Ее Императорское Высочество научилось использовать пятикратно свою способность. К такому шпионы империи готовы не были и упустили свою цель.

Закончив рывки, маленькая негодница кинулась вниз по мощеным улицам собирая каждую лужу на своем пути. Комки грязи летели в стороны, а она лишь заливистей начинала смеяться. Ярко голубое платье быстро превратилось в серые лохмотья, а распущенные волосы набились грязью образуя колтуны. Завернув на очередном перекрестке за угол дома дорогу Амелии преградил богатый дилижанс, еле протискивающийся по маленьким улицам столицы. Кучер взмахнул кнутом и прикрикнул на девочку, чтобы та убиралась с дороги. Принцесса, напугавшись отскочила в сторону, а из окна кареты на шум высунулась голова какого-то подростка. Оглядев с ног до головы Амелию, пацан фыркнул и резко вернулся в карету.

Скорчив гримасу и высунув язык в сторону закрывшейся створки дилижанса, принцесса с чувством выполненного долга поспешила дальше, на встречу к своим новым приключениям. И долго их искать не пришлось, буквально за следующим поворотом девочка получила болезненный тычок в спину, кубарем прокатившись по дороге. Ударившись головой о землю у нее, закружилась голова. Потирая ушибленное место Амелия, почувствовала, как кто-то резким рывком поставил ее на ноги. Сконцентрировавшись на лице незнакомца, головокружение отступило на второй план, а принцесса смогла наконец рассмотреть кто же ее держал. Смуглое опухшее кареглазое лицо с беззубой улыбкой и запахом перегара смотрело на девочку, а в его глазах с каждым мгновением как будто рождался какой-то план.

– Парис заплатит за тебя хорошую цену мелкая, а ну зубы покажи – схватив ее за челюсть и открывая рот, начал незнакомец. – ещё и зубы все целые, только отмыть и причесать.

До конца не осознавая, что от нее хочет этот дядя Амелия попыталась выбраться из лап пьянчуги, но тот, к сожалению, держал ее очень крепко. Тогда она решила применить один из приемов, которые ей вдалбливали бесчисленные учителя по самообороне и прочим обязательным дисциплинам по приказу ее дяди. Схватив незнакомца за нос двумя своими маленькими ручонками, она резко напитала их силой и дернула в разные стороны. Раздался резкий щелчок, а затем и крик пьянчуги, не ожидавшего такого от маленького ребенка.

– Ах ты ж падла мелкая. Да я тебя…

– А ну ка отошёл от нее, выродок.

Сзади к шее пьянчуги приставили что-то острое, заставив его напрячься. Голос у говорившего был ещё не сломанным и высоким, что заставило пьянчугу немного успокоиться и подобраться.

– Не дури пацан, я же вам обоим сейчас конечности переломаю.

Он резко дернулся, оставляя царапину на своей шее и шустро поворачиваясь лицом к подростку лет четырнадцати. Тот в свою очередь не ожидал такой прыти от пьянчуги, но быстро взял себя в руки встав в стойку, в то время как из его рукава уже выскочила игла и надрезала его запястье.

– Мое имя Элиас Элдон, я второй сын главы дома Элдон приказываю тебе челядь убираться отсюда, дабы не стоять у меня на пути и пути дома крови.

– Щенок остается щенком, не зависимо от породы. – выдал пьянчуга и вытащил из-за пояса два кинжала.

– Ты сделал свой выбор, ублюдок. – произнес Эллиас и взмахнул надрезанным запястьем.

Амелия как завороженная провожала взглядом капли крови, которые за доли секунды изменялись, трансформируясь в некое подобие лезвий и устремляясь к противнику. Кареглазый попытался отмахаться от лезвий, но выходило у него плохо. Одно из них под чистую срезало ему ухо, два других вошли в грудь и вышли насквозь через спину. Пьянчуга замер, а затем медленно завалился на бок закатив глаза. Эллиас показательно отряхнул руки, как будто успел замараться и протянул руку Амелии.

– А тебя девчонка не учили, что гулять одной в этих кварталах опасно для жизни? Куда родители то твои смотрят?

– Не твое дело. – пропищала принцесса и попыталась вырваться. – отпусти меня, ублюдок.

Выдала она, а замер Эллиас. Он сначала не смог определиться как себя должен вести в таких случаях высокородный господин по отношению к оскорбившей его челяди. Немного подумав, он пришел к выводу, что нужно проучить наглую девчонку и уже замахнулся чтобы отвесить ей лёгкий подзатыльник как из-за поворота выехала карета, на козлах у которой, рядом с извозчиком восседал сам Атриус Фрайс. Каждый житель империи знал в лицо этого человека и Эллиас Элдон не был исключением.

– Ваше Высочество, наконец то мы вас нашли. Ваши отец и матушка места себе не находят переживают, волнуются. А вы молодой человек, кем бы вы ни были, руку то опустите, если не хотите отвечать перед Императором за его дочь. – сходу начал брат императора.

Скосив глаза на Амелию, Атриус дождался пока до парнишки дойдет смысл сказанного и имел удачу наблюдать всю гамму переполнивших его чувств на лице подростка. Что-то наконец то для себя решив тот в свою очередь низко поклонился девочке и сказал:

– Прошу прощения Ваше Высочество за проявленную мной грубость, готов понести любое наказание и принять его с честью.

Амелия с интересом посмотрела на парня, улыбнулась и бросив хитрый взгляд на дядю уже срывалась в рывке, как тот одной рукой обхватил ее за талию и потащил к карете, на что маленькая принцесса начала голосить:

– Отпусти, отпусти меня ублюдок. О-т-п-у-с-т-и-и-и-и. – и залилась в хохоте.

Атриус замер как вкопанный, а затем не выпуская девочку из захвата медленно повернулся к Эллиасу.

– Это ты её научил этому слову, пацан?

Эллиас начал усердно мотать головой всем своим видом показывая, что он тут ни при чем.

– Клянусь Семерыми богами, ещё ни разу в жизни я не слышал этого слова от Её Высочества.

А вот Амелия испытывая безумное веселье от задумчивой физиономии ее дяди, все пыталась вырваться при этом заливисто смеясь. На звук ее смеха из кареты показалась та самая нянечка, что не смогла остановить Амелию ранее, она тут же перехватила принцессу и заволокла ее в карету при этом причитая что-то о микробах, грязи и волосах Амелии.

– Сэр Фрайс, прошу меня простить, возможно Её Высочество Амелия услышала это слово перед тем, как я спас ее от рук этого негодяя. Я слышал, как он хотел продать ее какому-то Парису, а на мое законное требование отпустить девочку решил схватиться за оружие и поплатился.

Бросив взгляд на труп, Атриус подошёл к нему поближе, иногда бросая задумчивые взгляды на подростка и что-то хмыкая себе под нос. Присев рядом с телом он поводил ладонями над ним будто изучая что-то. Отойдя в сторону, связался с кем-то по разговорнику и уже только потом вернулся к парнишке.

– Так ты младший Элдон? – кивнув на окровавленное запястье начал он. – А что ты тут, собственно, делал? Мимо проходил?

– Никак нет сэр Фрайс, дело все в том, что у меня новый извозчик, который впервые в столице. Заметив в окно, что мы катаемся кругами, я понял, что опаздываю на первый свой день обучения в Академии. Принял решение, что с моим знанием города будет целесообразно выдвинуться пешком, что я и сделал. И тут вот уже наткнулся на Ее Высочество в незавидном положении.

– Его нос – это тоже твоя работа?

– Нет Сэр, думаю принцесса отлично усвоила уроки ваших мастеров.

– Честный значит, что ж, это хорошо, такое я уважаю. – немного помолчав и взглянув на карманные часы он продолжил. – На вступительный экзамен ты уже опоздал малец, но за твою храбрость я переговорю с ректором и тебе устроят дополнительный тест. Извини против системы пойти не могу – он театрально взмахнул руками. – Традиции империи нерушимы. Но чем смогу тем помогу. Прыгай в карету там разберемся.

Всю дорогу маленькая принцесса украдкой и с огромным интересом поглядывала на парнишку, что не осталось незамеченным для ее дяди. Улыбаясь в свои усы, он с умилением наблюдал за своей племянницей и за младшим Элдоном, который пару раз пересекался взглядами с Амелией и тут же прятал взгляд. Ее Высочество Амелия Фрайс навсегда и крепко запомнила этого голубоглазого юношу что не испугался и спас ей жизнь, но полностью осознала она это лишь повзрослев.

Три года спустя императорский сад.

Принцесса Амелия не понимала, что происходит, сидя на лавочке и держа на коленях своего младшего брата Видаля. Прислуга носилась вокруг в панике, а дядя направил их с братом в сад, поставив своих людей охранять принца и принцессу. Пробегающие мимо слуги шептались о том, что кто-то умер и император отправил гонца позвать дядю Арла, так звала его маленькая принцесса, лечащего врача их императорской семьи.

Погода тоже не радовала, небо было затянуто тучами до горизонта и не переставая лил дождь. Маленький Видаль все время плакал и просился в свои покои, не понимая почему его не пускают к своим игрушкам, ему было всего пять лет. Амелия постоянно одергивала брата и говорила вести себя спокойней, на что тот только сильнее начинал плакать, а она начинала злиться от своей беспомощности успокоить Видаля.

Вдруг их охранники резко встали по стойке смирно и приложив кулак к сердцу отдали честь вошедшему. Им оказался их дядя Атриус, взгляд которого был немного потерянным. Остановившись, он тряхнул головой, как будто прогоняя какие-то плохие мысли и быстрым шагом подойдя к младшим венценосным особам присел на корточки.

– Амелия, Видаль… – запнулся он. – Ваша мама, она… понимаете, так бывает…

– Что с мамой? – не понимающе перебил его, хлопая своими огромными карими глазами Видаль.

А вот Амелия уже все поняла, сопоставив шепотки и атмосферу во дворце с тем, что пытался сказать им дядя. Быстро передав Видаля на руки Атриусу, принцесса сорвалась в рывке ни на миг, не останавливаясь перед следующим прыжком она постоянно крутила в голове эту мысль.

Ее мама, Фабия Фрайс умерла… Ее больше нет. Отец должно быть в ярости, что ничего не смог сделать и я просто обязана быть рядом с ним. Братец ещё маленький, он не понимает всей беды. Быстрее, ещё быстрее… Я смогу, я сумею. Два коридора и я на месте.

Влетев в спальню императорской семьи, маленькая Амелия не сразу осознала, что вслед за ней на полной скорости влетают ее остаточные образы полностью копируя ее внешность и повторяя ее последние движения перед тем, как она остановилась. Обернувшись, она успела заметить лишь последние две своих копии, которые со слезами, льющимися из глаз, заняли свое место. Это был первый раз, когда Амелия смогла создать свои копии или как назвал их впоследствии ее личный мастер Орус, остаточные изображения или фантомы.

Киртон Фрайс стоя на коленях перед кроватью и опустив на нее свою голову, на секунду приподнял ее и его заплаканное лицо начало разглаживаться от улыбки.

– Дочь, ты превзошла ее, она бы так гордилась тобой – с гордостью прошептал император и снова спрятал лицо в ладонях.

Он не мог сдержаться и не боялся казаться слабым перед своей кровью. Она с самого детства знала его как чуткого, доброго и эмоционального человека. И вот этот маленький комок обычным рывком оказался рядом с ним и обхватил его за шею. Что-то горячее сразу же пропитало его кафтан, ведь Амелия не стала сдерживаться и тоже разрыдалась. Так они молча и просидели обняв друг друга, в ожидании доктора Арла.

Дальше все произошедшее казалось принцессе бесконечным сном. После того как врач осмотрел умершую императрицу, император разрешил служанкам готовить ее тело к церемонии. А сам взяв за руку дочь поспешил прочь. Его обязанности требовали срочных решений, кто-то, попадаясь по пути что-то спрашивал, кто-то приносил соболезнования, а его помощник Август напомнил, что император обязан сделать заявление перед своим народом. Проходя мимо кучи людей, что уже занимались различной подготовкой, Амелия выхватывала отовсюду абсолютно противоположные эмоции. Она искренне не понимала, слыша смех из каких-то коридоров и закрытых комнат, ее сердце сжималось от гнева, когда она слышала это, ведь ее мама умерла. Та, что была императрицей и ее матерью покинула этот мир, как они могут себе позволить улыбаться?! Кто-то из высшего общества подходя к ее отцу отчётливо улыбался, принося соболезнования, когда ему казалось, что никто не видит и Амелии хотелось разорвать таких людей в клочья. Но император лишь крепче сжимал ее руку, наблюдая за ее порывами. Но видя непонимание в глазах своей десятилетней дочери он постарался спокойно до нее донести суть.

– Дочь, несомненно, это большое горе для нашей семьи. Для тебя меня, Видаля и моего брата Атриуса. – вздыхая говорил он. – Но для всех остальных людей это просто очередной день. Для кого-то открываются новые возможности, я мог бы их наказать за проявленное неуважение, но они верны империи. Кому-то смерть моей Фабии была выгодна, и они уже планируют в своих бессердечных планах, как же выгоднее использовать ее смерть. Ты должна понять, мы с тобой, Видалем и моим братом несем в себе императорскую кровь. Мы не обычная семья и люди верят нам, надеяться на нас. Следующим Императором станет твой младший брат и я хочу, чтобы ты всегда была его опорой и охладила его голову в случае чего. Мы семья и у нас общая боль, которую мы должны пережить и стать сильнее. Мы не имеем права на слабость, запомни это Амелия.

И она запомнила.

Следующий день показался ей ещё кошмарнее чем предыдущий. Ее фрейлины разбудили ее ни свет ни заря и принялись наводить марафет перед погребальной церемонией. Амелия на автомате выполняла все просьбы, а вчерашние эмоции молотком стучали ей в висок. Ненадолго уйдя в себя, она очнулась от того, что взмахом руки отправила в полет одну из служанок. Соскочив со стенда, на котором ее наряжали, она тут же бросилась к молодой девушке и извинилась. На что та лишь яростно закивала головой, всем своим видом показывая, что боится. Амелия вздохнула и вернулась обратно, позволяя ее слугам доделать свою работу.

Дальше был прием, на котором они с отцом, братом и дядей играли принимающую соболезнования роль. Люди, что подходили были такие разные, но в то же время такие одинаковые и предсказуемые. Так к середине мероприятия Амелия мысленно уже могла додумать фразу любого, до того, как ее произнесут. Но все изменилось, когда она услышала знакомые нотки в чьем-то голосе.

– Ваше Императорское Величество и Ваши Высочества, прошу меня простить, что нарушаю ваш покой, но примите искренние соболезнования по поводу ухода императрицы, жены, матери и друга Фабии Фрайс от меня и моей семьи Элдон. – немного помолчав, он добавил. – Ваши Высочества, принцесса Амелия и принц Видаль если вам трудно и нужна любая помощь чтобы справиться с потерей вашей любимой матери, то на собственном опыте я смогу дать поддержку и передать необходимый опыт, как я смог такое пережить.

– Вы тоже потеряли маму, сэр Элдон? – с мокрыми от слез глазами спросил Видаль.

– Да мой принц и я к вашим услугам если буду нужен.

Откланявшись, Эллиас Элдон отошёл в сторону к кучке аристократов его возраста. Амелия внимательно провожала его взглядом и думала о том, что никогда и никому больше не даст повода смотреть на нее с жалостью. Та сила что сквозила в голосе этого молодого аристократа зацепили и подкупили ее.

Все остальное мероприятие прошло серо и скучно, лишь на моменте самого погребения и прощания с матерью Алиана проронила несколько слез, при этом крепко обнимая плачущего Видаля. Который дергал своей маленькой ручкой погребальную ткань и умолял свою маму проснуться и пойти с ним. Дальше было одиночество, мягкая кровать и такой знакомый потолок ее спальни. Придворные маги чем-то накачали наследного принца, и он отдыхал в своей комнате, а вот Амелия отказалась. Поэтому лежала и все думала о словах отца, которые он просил запомнить. «Мы не имеем права на слабость». В этих словах она услышала стойкость и твердость характера Фрайсов, навсегда для себя решив следовать только им.

На следующее утро она встала с первыми лучами солнца и с огромной решительностью отправилась к своему отцу. Не застав его в кровати и узнав у Августа его местонахождение, Амелия отправилась в сад. Ее отец во всей своей красе с голым торсом заканчивал утреннюю тренировку. Принцесса и не догадывалась что за мешковатой императорской одеждой находится такой непревзойденный воин. Таким рельефам позавидовали бы даже цирковые силачи, что приезжали на балы и собирали все женские взгляды. Заметив дочь Киртон отложил в сторону один из клинков и подозвал ее.

– Что-то случилось, Амелия?

Она смешно так по-детски склонила голову набок и оглядела своего отца ещё раз с ног до головы, как будто увидела его в первый раз. Затем мысленно собралась с силами и выдала как на духу:

– Я думала над твоими словами отец, что мы не имеем права на слабость. Поэтому я решила, что ради безопасности нашей семьи, а точнее тебя, дяди и брата я должна стать сильнее. Я должна стать первым клинком империи, должна стать быстрее, лучше. Я так решила. – и с вызовом стала взирать на императора своими огромными глазищами.

– Что ж…Амбиции, дочь, это похвально. Но ответь мне, ты готова отдать всю себя и свою жизнь империи?

– Готова, отец.

– Готова ли ты отказаться от всего мирского в пользу империи и ее императора?

– Готова, отец.

– Готова ли ты к боли и испытаниям, что будут преследовать тебя на все время твоей подготовки?

– Готова, отец.

На этих словах она услышала медленные хлопки, а обернувшись увидела, как из-за огромного дерева к ней выходит её дядя, так же с оголенным торсом и накачанными мышцами. На его лице застыла маска удивления, и он продолжал медленно аплодировать, глядя прямо в глаза своей племяннице.

– Ты все слышал, Атриус. Она в твоём полном распоряжении и запомни Амелия, с этого дня я запрещаю тебе жаловаться на любые проблемы, связанные с твоей подготовкой. Ты сделала свой выбор.

– Я всегда считал, что она будет готова, но не так рано, Киртон. Меня наш покойный отец готовил к этому до четырнадцати лет. Даже как-то обидно, что она так рано пришла к этому. – покачал головой Атриус, а затем сел на корточки перед ней и заглянул прямо в глаза. – Поверь мне малышка, ты станешь лучшим бойцом нашей империи и крепким плечом твоему брату при его правлении. Мы гордимся тобой.

– Я не успел тебе рассказать брат, но Амелия преодолела порог. В день смерти ее матери она не уследила за скоростью и на эмоциях создала фантомов и ворвалась в нашу спальню.

– Стой, брат. Ты хочешь сказать, что наша маленькая принцесса…

– Она универсал, Атриус. Как и наш отец.

Этот разговор дал понять маленькой принцессе, что она особенная. Но тогда, она ещё и не подозревала на сколько.

За несколько часов до императорского бала в честь совершеннолетия принцессы Амелии.

У принцессы было стойкое ощущение, что сегодня ее личный наставник мастер Орус превзошел самого себя. Иначе как объяснить тот ужас что творился в тренировочном зале Амелия не представляла.

– Не медлите Ваше Высочество иначе мне снова придется отложить ваш выход в свободное плавание – безэмоционально заявил мастер Орус и залил все помещение огнём. – Двигайтесь принцесса, двигайтесь.

Сцепив зубы и утерев рукавом пот со лба, Амелия сорвалась в рывке оставляя на своем месте четкую иллюзию, которая спустя мгновение тоже начала движение, но уже в другом направлении. Ей удалось обмануть наставника и основной поток пламени двинулся за её фантомом, развязывая принцессе руки. Мгновенно обнажив свои клинки, она использовала рывок, чтобы оказаться за спиной мастера Оруса, но не стала нападать, а оставила иллюзию, что сделала движение замаха, на которое наставник обязан был среагировать и он это сделал. Ехидно про себя улыбнувшись Амелия создала еще пару фантомов, а сама уже начала готовить собственное заклинание. Но неожиданно мастер Орус пришел в движение понимая, что его ученица пытается надурить его. Взорвавшись потоками пламени во все стороны, он выжег весь кислород вокруг себя в радиусе нескольких метров, разрушая всех фантомов и нарушая планы принцессы. Ведь Амелия уже была готова активировать лезвия, что она создавала из уплотненного воздуха и обрушить их на мастера. Но его удар по площади разрушил их, заставляя девушку уйти в рывке прочь используя максимум своих возможностей. Отдышавшись и бросив двух наспех созданных фантомов в рукопашную на мастера Оруса, она принялась размышлять над новым планом действий.

За долгие восемь лет тренировок принцесса очень глубоко продвинулась в суть своих фантомов. Сквозь боль, слезы и страдания она, сцепив зубы получала огромный пласт опыта и знаний. Помимо пустых иллюзий под чутким руководством мастера Оруса, дяди Атриуса и её отца, она научилась создавать полноценные конструкты, которые могли без её вмешательства действовать собственноручно, выполняя именно те команды, что внедрила в них их создательница. Постоянно экспериментируя и находя что-то новое Амелия, научилась вкладывать заклинания любого другого вида магии. И именно это она решила сделать сейчас, чтобы не оставить шанса наставнику.