S-T-I-K-S. Везунчик из Пекла, или В поисках золотой жемчужины
Дмитрий Шатров

<< 1 2 3 4 5 6 7 8 >>
– Это что? – спросил Баламут, с интересом разглядывая воткнутый в асфальт лом.

– Что, что, лом это, не видишь разве? Замок я собирался сбивать, а тут вы приехали.

– Пипец, ты отмороженный. Вот этим пробуй, – Баламут передал Ракшасу болторез.

Мощные челюсти инструмента без труда, и самое главное, без шума, перекусили толстую дужку замка. Калитка скрипнула, открывая доступ в тёмные недра ангара, как в пещеру Али-бабы. Особых сокровищ не было, но вскоре в кузов пикапа перекочевали двухсотлитровые бочки с топливом: две с соляркой, одна с бензином. Ракшас уже заканчивал их увязывать, когда подошёл довольный Седой. На вопросительный взгляд Баламута показал пухлый пакет.

– Делить как будем? – обратился он с улыбкой уже к Ракшасу. – Поровну или по-честному? Считай, твой трофей: без тебя нас бы уже переваривали.

– Как считаешь правильным, – Ракшас пожал плечами. – Так-то я в команде уже, вроде как, а ты командир. Вот и решай.

– Хорошо, выберемся – разберёмся. Баламут, отдай ему свою рацию и поехали.

Через минуту маленькая колонна выбралась из деревни и углубилась в поля по направлению к стабу.

4

– Оставляйте, ему восстановиться надо, – жилистый мужик в белом халате вытирал руки спиртовой салфеткой. – Я его подлатал, осколки убрал все. Он и сам оклемается, но это недели две займёт, если будет на усиленном питании. А тут за день-два в форму приведу. Два гороха за операцию, десять споранов за день восстановительного лечения…

– Ни хрена себе у вас расценочки, доктор, – Баламут не утерпел и влез в разговор, услышав озвученные суммы.

Первым делом по прибытии в стаб нашли знахаря и определили раненого. Пока Халка пользовал местный эскулап, Седой ждал в приёмной, а парни носились по посёлку, определяясь с постоем. Знахаря кстати так и звали – Эскулап. По неведомой прихоти Улья бывший военврач получил Дар знахарства и осел в здешнем стабе штатным медиком. Один из частных домов переделали под больничку, приспособив комнаты под нужные помещения. Завезли и установили необходимое оборудование и принадлежности, так что местная лечебница соответствовала самым высоким медицинским стандартам. Седой как раз беседовал с доктором в приёмной, когда вернулись Баламут с Ракшасом.

– Уймись, Баламут, – отрезал Седой, отсчитывая на столе оговорённую плату.

– Я его какое-то время специально в беспамятстве подержу, в искусственной коме, так сказать. Завтра загляните, там более точно определимся.

– Спасибо, доктор. Да, и вот ещё. Новичок у нас, – командир подтолкнул Ракшаса вперёд. – Посмотрите, пожалуйста, раз уж пришли. По срокам Дар Улья уже вроде должен проявиться. Осталось выяснить, какой он у него.

Эскулап усадил Ракшаса на стул, наложил руки на голову, явно придавливая какие-то нервные узлы. Точки под пальцами пронзило, словно мгновенным уколом. По спине забегали мурашки.

– Ваш Дар – увеличенная физическая сила, – знахарь взял новую салфетку. – Уже сейчас она на начальном уровне жёлтой шкалы заражённых. Если будете грамотно развивать, сможете подобраться к фиолетовой. Как минимум. Ещё горошина с вас, кстати.

– Грамотно – это как? – Ракшас с удивлением, как будто впервые увидев, начал рассматривать свои руки.

– Это вам ваши товарищи расскажут. Они бывалые. Знают.

– Ещё раз спасибо. До встречи – Седой рассчитался и вытолкал собравшегося было снова возмущаться Баламута за дверь, – Ракшас, пошли.

– Не, Седой. Ты где видел такие расценки? – Баламут кипел искренним негодованием. – Горошина за Дар? Да это ни в какие ворота…

– Ты лучше скажи, как устроились? – вопрос Седого перевёл фонтан красноречия Баламута в другое, более конструктивное, русло.

– Да в «Одноглазом рубере», по великому блату воткнулись. Машины еле-еле смогли на стоянку поставить. Тут вообще непонятное творится. Рейдеров всяких разных полно. И бывалых много и случайные группы. Тех сразу видно. Ты знаешь, у меня глаз намётанный. Мы, похоже, пока по кластерам мотались, пропустили что-то интересное.

– Надо уточнить, чем тут намазали. И самое главное, где.

– С этим легко, – отмахнулся Баламут, – такой движняк везде. По-любому узнаем.

Ракшас больше слушал и крутил головой по сторонам. Первый в новой жизни стабильный кластер, обжитый людьми. Всё в новинку, всё любопытно. Стаб имел свою историю. Начинался он как перевалочная база рейдерских групп в экспедициях к Пеклу. Отсюда произошло и название, со временем сокращённое и превратившееся в Перевалок. Безымянный посёлок сначала использовался как временное убежище. Со временем тут стали оседать люди, приросла инфраструктура и организовалось первое постоянное поселение. Место расположения было достаточно удалённым для случайного появления опасных тварей и в то же время достаточно близким для решения рейдерских целей. Два раза Перевалок был полностью разрушен. В первый раз усердно потрудились атомиты. Тогдашние владельцы не выстояли против дальнего рейда радиоактивных мутантов. Во второй раз посёлок уничтожило нашествие орды, исторгнутое Пеклом. Затем, лет семь назад, восстановленный стаб возглавил Майор. В своей реальности он занимал должность заместителя командира артиллерийского полка. Провалился сюда перед представлением к очередному званию подполковника. Начинал простым рейдером, как многие. Со временем сколотил свою группу из бывших военнослужащих. Брался за сложные задачи и успешно их решал. Потом по воле случая осел здесь. За относительно короткое время у него получилось превратить Перевалок в основательно укреплённый район.

Периметр поселения замыкала капитальная бетонная стена. Два въезда с тяжёлыми откатными воротами были устроены в её разрыве на противоположных концах посёлка. На смотровых вышках торчали спарки тяжёлых пулемётов КПВ. Квадрокоптеры регулярно мониторили округу на предмет выявления возможной угрозы. В посёлке преобладала военная дисциплина. Возникающие беспорядки и конфликты пресекались самым жёстким, если не сказать жестоким образом. Группа Майора потихоньку разрослась до двухсот пятидесяти человек. Многим нравились его порядки, и люди к нему шли. Хорошо обученные и вооружённые, они охраняли периметр, патрулировали посёлок, осуществляли разведку. Специальные команды ходили в рейды, снабжая стаб всем необходимым. Была налажена торговля с центральными стабами, куда на регулярной основе ходили торговые караваны под усиленным охранением. Имелась своя разнообразная техника. Говорили, даже тяжёлая артиллерия была, в том числе реактивная. Но эта информация уже была из разряда закрытой. Своими секретами тут делиться не любили.

День сменился вечером. Группами и поодиночке сновали по своим делам суровые мужики. Изредка проезжали машины. Неспешно шествовали вооружённые до зубов патрули. Жизнь бурлила, одним словом. Под несмолкаемое тарахтение Баламута дошли до гостиницы. Двухэтажное П-образное здание из силикатного кирпича. Внутренний дворик с бревенчатой баней. Коробка летнего душа. Три уютные беседки с мангалами. Дальний угол двора занимал деревянный скворечник на три кабинки. Туалет типа сортир. Удобства, если можно так выразиться. На ступеньках центрального входа, под небольшим навесом, дымили сигаретами два молодых парня в камуфлированной форме. На вывеске довольно умело изображён монстр с повязкой на одном глазу и надпись: «Одноглазый рубер»: гостиница, ресторация, баня.

– Нам сюда, – Баламут уверенным жестом распахнул обе створки входной двери.

Пришлось немного подождать хозяина, чтобы окончательно договориться с ним о постое. Хозяин – грузный мужик с внушительным пузом – спустился по лестнице и устроился за стойкой ресепшена. Оставили задаток, разговорились. Баню, к сожалению, выбить не получилось: там очередь была до утра расписана. Пришлось плескаться под холодной водой душа. Пока приводили себя в порядок, шустрый Баламут успел занять стол в ресторации и сделать заказ.

Просторный зал ресторана встретил гулом голосов и звоном столовых приборов. Добротные деревянные столы заставлены бутылками и посудой. Ракшас успел заметить, что посетители вели себя по-разному: кто-то шумно отмечал удачное возвращение, кому не повезло – молча накачивались водкой, а кто-то просто ужинал без излишеств. В зале работали два молодых парня в качестве официантов. Один как раз расставил тарелки с холодными закусками и убежал за стойку.

– Я вроде как проставляюсь, – бар поразил разнообразием выбора и Ракшас водрузил на стол две бутылки выдержанного виски.

– Тогда я ни в чём себе не отказываю, – не удержался от шутки Баламут и скрутил крышку. Первая бутылка ушла мигом. За встречу, за знакомство и третья – не чокаясь, в память погибших. Седой с Баламутом на третьем тосте заметно посмурнели.

– Не моё дело, наверное, но что приключилось-то у вас? – Ракшас закинул в рот оливку с лимоном.

– Да твоё уже, раз ты с нами теперь, – Седой снова наполнил стаканы. – История стара как жизнь. Три бригады собрались в одну кучу элитку добыть, жемчугом разжиться, да и мало ли чего там ещё выпадет. Ну и добыли, конечно, народ крутой подобрался, бывалый. Разжились. И разжились, скажу я тебе, неплохо. Только потом одни мудаки решили себе всё прихватить, кинув остальных через хвост. Подумали, что у них получится. И понеслась душа в рай. Мы двоих из группы потеряли сразу. Халка гранатой порвало, еле смогли вытащить. Пока в войнушку играли – на шум подтянулась неслабая стая. Уравняла шансы, так сказать. Их вожака ты как раз и добивал. Короче, только мы ушли, остальные там остались. Хабар добытый тоже. Такие, брат, дела, если коротко.

– Ладно, будем живы – не помрём, – Баламут поднял стакан.

Выпили. Подоспевший официант начал расставлять дымящиеся тарелки. Солянка, лагман, картошка жареная с грибами. Первая настоящая еда за четыре дня.

Мерный стук ложек отвлёк от грустных мыслей. Несколько минут прошло без разговоров.

– Я тут кое-что нарыл, – Баламут отставил пустую тарелку. Седой скептически хмыкнул.

– Чего? – нахохлился тот в ответ.

– Я вот, сколько тебя знаю, столько удивляюсь. Ты когда успеваешь-то? – командир налил себе минералки.

– Да чёрт его знает. Само как-то получается, – маленький механик на секунду задумался.

– Ты давай ближе к телу, – присоединился к разговору Ракшас. – Не томи ожиданием.

– А, ну я вот о чём. Тут, конечно, все по-своему мутят, но в воздухе настойчиво плавает одна тема. Институтские с месяц назад экспедицию отправляли. Те должны были некие места разведать. Что за места никто не знает, но по слухам очень жирные должны быть. Поднять добра там можно нереально много.

– Ну и чего все так возбудились? Это из сказки прямо. Пойди туда, не знаю куда, – Ракшас скептически улыбнулся.

– Ты ещё зелен и глуп, – с шутливой высокомерностью посмотрел на него Баламут. – Это Улей, парень. Тут такое случается, ты и представить пока себе не сможешь, даже если постараешься. В этом мире коньки отбросить – как нечего делать. Но, если вдумчиво и с головой действовать, то такого наворотить можно – закачаешься.

– Ты не отвлекайся, давай, – Седой одёрнул рассказчика. – Держись ближе к сути.

– Так вот, – Баламут заговорщически понизил голос, – разведать они разведали, а вернуться не вернулись. А с ними пропали собранные данные. А там как раз вся информация: где, что, сколько, и самое главное, как. Вот все и носятся как ужаленные.

– Я всё равно не понимаю. Ты хоть объясни, – Ракшас посмотрел на Седого.

– Тяжело будет тебе объяснить, – задумчиво протянул Седой. – Не проникся ты ещё, не знаешь многого. Тебе пока просто на слово поверить нужно. Тут происходят вещи, о которых и говорить не везде можно. Ценности тут свои, это ты успел заметить. А есть такие штуки, за которые народ готов глотки рвать. В основном чужие – глотки, в смысле. И чем круче штуки, тем сложнее их добыть. Да что там добыть – просто узнать про них – и то смертельно опасно.

<< 1 2 3 4 5 6 7 8 >>