Арнор усмехнулся:
– Значит, спорить можно?
– Нет.
Он кивнул и, чуть склонив голову вбок, продолжил:
– Так и быть. Прежде чем уйду, хочу предупредить: за мной велась слежка – от Квири до самого Возгара.
Содар резко поднялся на ноги:
– Что? Почему ты сразу не сказал? Кто это был?
– Эйдолон. Я с ним расправился.
– Порождение тени? Ты не ошибся?
Арнор молчал, не отводя глаз.
– Ну конечно же не ошибся. – Содар подергал всклокоченную бороду. – И ты с ним разделался… Хорошо, очень хорошо… – Он задумчиво почесал щеку. – Это как-то связано с исчезновением ремесленников?
– Я тоже задавался этим вопросом, – ответил Арнор. – Но среди братьев я не знаю ни одного, кто способен призвать эйдолона. За мной и раньше следили – но то были братья из других гильдий, а не порождения тени. Так что пока никакой связи я не вижу.
– Значит, это дело рук жреца Бога теней или кого-то, кто владеет магией пустоты, – тихо произнес священник. – Почему он шел за тобой?
– Может, кто-то прознал, что я собираюсь навестить братьев в их убежищах. Наверняка сказать не возьмусь, но думаю, неспроста он появился именно тогда, когда я отправился к тебе.
– Я тоже так думаю, – кивнул Содар.
Тон старика звучал раздраженно.
Арнор похлопал его по плечу:
– Но не исключено, что это лишь совпадение. Все решили, ты давно умер. Да я сам так считал, пока Рив не поручил мне тебя разыскать, а это оказалось весьма непросто, даже с его подсказками.
– Да. Охранное заклинание отводит от нас незваных гостей. Если твои глаза не помазаны аклумерой, деревню ты не увидишь – а деревня не увидит тебя.
– Аклумера? – изумленно воскликнул Арнор. – Да уж, такую тайну следует оберегать как следует.
– Именно. Поэтому никому об этом не говори. – Содар помолчал. – Привлечь мое внимание с помощью стрел – отличная задумка. Как ты узнал, в какую сторону стрелять?
– Никак, – рассмеялся Арнор, собирая стрелы. – Хоть Рив и дал мне карту, которую ты сам когда-то для него нарисовал, не слишком-то она и помогла, так что я стрелял наобум. Эх, жаль, не все стрелы нашел. – Арнор достал из-за бревна, на котором он сидел, дорожный мешок. – Что до слежки – я думал, тебе будет интересно услышать о порождении тени, вот и рассказал. Но, как по мне, здесь тебя никакому эйдолону не достать. Искать тебя вряд ли кто ищет, а встретиться с тобой случайно – об этом и говорить смешно.
Следом за мешком он вытащил лук со спущенной тетивой. Сунув стрелы в колчан, Арнор вскинул мешок на плечо, а лук взял в руку, как посох.
Содар гладил бороду, о чем-то размышляя.
– Где ты упокоил эйдолона?
– В Возгаре. Едва я покинул Квири, как тут же понял, что за мной следят. Но кто – или что – не распознал, пока не дошел до самой Чащи. Тогда я повернул на юг – надеялся, что удастся сбить тварь со следа. И в конце концов ее прикончил.
– И я этому рад. – Содар сделал глубокий вдох и медленно выдохнул. – Мир все так же полон опасностей, но Шаенбалу по-прежнему надежно укрывает нас от них.
– Я все передам Риву.
Мужчины пожали руки, и Арнор на мгновение задержал руку Содара в своей.
– Ты точно не отправишься со мной? Боги свидетели, еще один вечный нам бы точно не помешал.
Содар улыбнулся:
– Может быть, позже. Когда Аннев подрастет. Но пока его рука и его магия – тайна, безопаснее места для него не найти. Этот мальчик – мое бремя, но несу я его не напрасно.
«Бремя? – Аннев крепче обхватил ветку, на которой лежал. – Значит, я ему в тягость?»
Он и сам нередко так думал, но одно дело – догадываться, и совсем другое – услышать это из уст самого Содара.
«Он до сих пор считает меня ребенком, – подумал Аннев. – Я для него маленький мальчик, а не мужчина. Если бы он мне доверял, то не стал бы притворяться, что пошел в лес нарубить дров. Этот человек… Арнор… да он знает о Содаре больше, чем я».
И от этого осознания Анневу стало дурно. Перед глазами пошли круги, и пришлось еще сильнее вцепиться в ветку, чтобы не соскользнуть вниз.
Во всем Шаенбалу – да и во всем мире! – нет такого человека, кто знал бы Аннева лучше, чем Содар. И вдруг появляется какой-то незнакомец, который вот так запросто говорит с Содаром о его тайнах, и выясняется, что всю жизнь Содар Анневу врал! И о себе, и об их дружбе, и о том, зачем он вообще взял Аннева к себе. А Аннев, наивный дурачок, верил каждому его слову.
Но больше этому не бывать.
– Хорошо, – кивнул Арнор. – Удачи, Содар. Не завидую я тебе.
– А я – тебе, – ответил старик. – Мне жаль, что я не могу уйти из Шаенбалу. Но что делать – риск слишком велик.
Они крепко обнялись.
– Будь здоров, друг мой. Передай Риву мой сердечный привет и проследи, чтобы мой перевод Спеур Дун непременно попал в его руки.
– Обещаю. Будь здоров, брат Содар.
Арнор поднял колчан и зашагал прочь. Протяжно вздохнув, Содар принялся собирать посуду и тушить костер.
Аннев же, прижав сломанное запястье к груди, неуклюже слез с дерева и побрел домой. Теперь от боли разрывалось не только его тело, но и душа.
Он пришел в часовню за утешением, но вместо утешения нашел загадку. Отправился на поиски друга и наставника – а встретил двух чужаков: первого он раньше не видел, а второго, как оказалось, – не знал.
Еще никогда в жизни он не чувствовал себя таким одиноким.
Глава 17
Аннев вошел в часовню. Все вокруг словно застилал туман. Он даже не мог разобрать, что причиняет бо?льшую боль: изувеченное запястье или разбитое сердце.
«Что еще он от меня утаил? О чем еще солгал?»