<< 1 2 3 4 5 6 7 >>

Две ночи в Лондоне
Джессика Гилмор

– Правда? – Она не ожидала, что он так быстро капитулирует. Неожиданное очко в ее пользу. – Говорите, что вы еще хотели добавить.

– Я был немного не в себе.

Элли скрестила руки на груди и приподняла брови. Если Макс Лавдей надеется быстро решить с ней все вопросы, он ошибается.

– Вот как?

– Это меня не извиняет, разумеется, но у нас в семье в данный момент некоторые проблемы, потому я так взвинчен.

– Скажите, мистер Лавдай, – она сознательно использовала такое обращение, – что, на ваш взгляд, хуже – соблазнить ради денег пожилого мужчину или вытянуть их из престарелой леди? И в чем вы меня обвиняете?

Будто она не знает. Если надула несчастную старушку, в этом и его вина, в конце концов, они оба объявлены доверенными лицами.

– Я думаю, бесчестно и то и другое. – Он задержал тяжелый взгляд на Элли, отчего ей стало не по себе. Значит, вернулся не потому, что раскаялся. Похоже, до сих пор уверен, что виновата она.

– Я тоже так думаю. – Удивление в его глазах добавило ей уверенности. – И считаю, что выдвигать незаслуженные обвинения, равно как и являться сюда с выражением напускного раскаяния на лице только ради того, чтобы заполучить ключи, тоже не очень порядочно. Что скажете, мистер Лавдей?

– Я готов заплатить за кофе.

Слишком ничтожные уступки, но и это много для человека, способного на подобные заявления, не говоря уже о его манерах.

Макс с трудом стоял на ногах, мечтая лечь, даже пол казался ему в этом смысле все более привлекательным местом. Он прилетел из Сиднея и почти сразу отправился в Бостон, потом в Хартфорд, а оттуда в Англию. И все это за несколько дней. Перед глазами стояла серая пелена, и несколько часов сна в салоне первого класса не смогли ее рассеять.

– Вы должны признать, что последняя воля моей тети кажется странной. Оставить все деньги совершенно незнакомому человеку!

В карих глазах появилось то, что Макс счел презрением. Подобное выражение ему никогда не приходилось видеть, он неожиданно для себя обиделся.

– Да, ваша тетя не раз сокрушалась, что не слишком хорошо знает своего внучатого племянника. Полагаю, таким образом она решила наладить с вами контакт.

Черт возьми, он имел в виду вовсе не себя и готов спорить на ночь спокойного сна, что она прекрасно это поняла.

– Она вольна распоряжаться своими деньгами как пожелает. Я не рассчитывал ни на пенни, мне не нужны ее деньги. Она могла бы потратить их на благотворительные цели. Но это? Настоящее сумасшествие. Оставить их вам на проведение фестиваля. Если бы меня предварительно спросили, ни за что не согласился бы в этом участвовать.

Макс отказывался понимать. О чем только думала тетушка? Он ничего не знает об этой девушке, ему нет до нее никакого дела.

– Она не оставляла деньги ни мне, ни вам, ни нам обоим. – Элли начала раздражаться. Может, ей не впервые приходится вести похожий разговор? – Я не имею права потратить и пенни без вашего одобрения, и, наоборот, мы оба должны отчитываться во всех тратах. Здесь нет ни мошенничества, ни вымогательства, мистер Лавдей. Нет ничего, кроме немного причудливой просьбы пожилой женщины. Вы разве не читали завещание?

– Я прочел достаточно, чтобы понять, что этот магазин вам оставила она.

Но без принуждения. Элли Скотт была не только доверенным лицом, но и бенефициаром, унаследовав и магазин, и квартиру над ним, в которой в настоящий момент проживала.

– Да. – Взгляд ее потух, словно солнце на некоторое время скрылось за облаками. – Она всегда была добра ко мне. Видите ли, она моя крестная и лучшая подруга моей бабушки. Вы разве не знали? Я всегда была ей благодарна. За все.

– Крестной?

Черт! Как он мог заниматься этим делом, не разобравшись во всем толком? Это так на него не похоже. Он позволил небрежность, допустил ошибку.

– Именно. Но важнее то, что она ваша двою родная бабушка, поэтому пожелала, чтобы часть ее имущества принадлежала вам. И оставила вам дом. В этом доме родился ее отец, а он был знаменитым капитаном. Вам он приходится, постойте, прапрапрадедушкой.

– Да, но я ничего о нем не знаю, как, впрочем, и об остальной английской родне. Вы сказали – капитан? Ходил по морю? – Губы тронула легкая улыбка. Он в Корнуолле уже больше часа, а все еще открывает для себя новые факты из истории семьи. – Мой дедушка часто брал меня в море, у него был дом в Кейп-Коде. Он говорил, что спит лучше, когда слышит шум волн. Значит, это у нас в крови.

– В каждой комнате Раунд-Хаус слышен шум моря. Ваша бабушка неспроста оставила вам его.

– Возможно.

Неплохая мысль. Сложно представить. Дом? В Корнуолле? В семи часах лета и утомительной езды в машине от его дома. Было бы разумнее, если бы тетя поручила адвокатам продать его и передать деньги ее любимому музею или больнице. Хороший жест благотворительности.

Впрочем, Максу было приятно узнать новое о корнуоллских предках. Капитан. Возможно, в доме найдутся фотографии.

– Это все очень интересно, – раздался голос из угла, Макс вздрогнул, забыв, что их трое. – Но мне бы хотелось знать, Элли, дорогая, планируете вы фестиваль или нет?

Элли выглядела невозмутимой, лишь перевела взгляд на Макса, потом на помощницу.

– Боюсь, теперь это зависит не только от меня, миссис Трелони. Что скажете, мистер Лавдей? Готовы работать со мной или нам стоит пригласить адвокатов и найти другой способ?

– У меня ответственная работа в Коннектикуте, мисс Скотт, за океаном. Я не могу все бросить и улететь к морю играть роль благодетеля.

По телу пробежала дрожь, когда он подумал о том, что ждет его в ближайшие несколько месяцев. Сможет ли он повлиять на отца или заставить совет директоров встать на его сторону?

В любом случае он обязан победить. Многие из них разделяют его опасения, но можно ли быть уверенным в результате? В случае успеха его и без того хрупкие отношения с отцом будут разрушены. Он согласен заплатить такую цену. И если наследство тетушки поможет вырвать победу, он, по крайней мере, должен выполнить то, о чем она мечтала.

Макс скривился. Он думал, будет проще манкировать обязанностями, возложенными одним из членов семьи, учитывая тот факт, что это завещание покойного.

– Я дам вам две недели, хотя часть этого времени проведу в Лондоне. Либо мы беремся за это, либо нет.

Холодный взгляд Элли остановился на нем. Казалось, она способна заглянуть прямо в сердце и понять, чего там не хватает.

– Отлично.

– Значит, я могу назначить дату собрания? – поинтересовалась миссис Трелони. – У меня много идей, и я знаю, у других тоже. – Помощница перестала делать вид, что работает, и посмотрела на них горящими глазами. – Мы могли бы выбрать определенную тему. Или жанр. Нанять актеров и организовать мистерию с убийствами. – Она оперлась на стойку. – Или что-то связанное с кулинарией, например. Скажем, соревнования по выпечке. Испечь любимый литературный пирог.

Литературный пирог? Макс постарался не встретиться взглядом с Элли, однако не смог сдержаться. Ранее серьезные и печальные, ее глаза вспыхнули, теперь она смотрела насмешливо и лукаво. Ему захотелось улыбнуться в ответ, возможно, тогда и она ему улыбнется, но он хранил спокойное и серьезное выражение лица, стараясь сфокусировать взгляд на миссис Трелони. Тем не менее изредка косился на Элли, украдкой наблюдая за ее реакцией. Она прислонилась к книжному шкафу, сложила руки на груди и с интересом слушала помощницу.

– Прекрасные идеи, – выдавил из себя Макс и был вознагражден широкой улыбкой, довольным выражением лица с ямочками на щеках. – Но мы пока в самом начале. Прежде чем встречаться с… э-э-э… обществом, полагаю, надо переговорить с адвокатами, выяснить размер суммы и так далее. Надеюсь, вы согласны еще немного подождать?

– Что ж, конечно. – Миссис Трелони вздохнула и залилась румянцем. – Я могла бы подготовить список. У меня столько мыслей.

– Я вам охотно верю. – Элли улыбнулась и изящным движением оттолкнулась от шкафа. – Через час должен прибыть курьер, и будет лучше, миссис Трелони, если вы сейчас возьмете перерыв.

– Перерыв? – Дама перевела взгляд с Макса на Элли и согласно закивала.

Элли не произнесла ни слова до тех пор, пока та, подхватив сумку, не вышла из магазина.

– Бедняга. Ей пришлось разрываться между стремлением скорее рассказать всем новости и боязнью упустить еще что-то новое. Впрочем, появление племянника Демельзы даст много поводов для сплетен. Кроме того, – в голосе появилось недовольство, – вы неплохо начали сегодня утром и очень ей помогли.

Вот он, его шанс принести извинения. Макс до сих пор не знал, как вести себя с Элли, но, как говорил дед, гораздо легче судить внутри, чем в холоде снаружи.

– У меня были на то причины. Но с вами это ни как не связано. Простите.

<< 1 2 3 4 5 6 7 >>