Луч света в темном городе

Создатель стоял по центру зала, рядом с ним находился Зен с огромным чемоданом лекарств и зелий, а позади них – приборы и механизмы для поддержания жизни. Луис стоял впереди и смотрел на приближающегося Каира.

Эйвор подошел к Эрогону и кивнул.

– Каир, сегодня тебе предстоит стать настоящим хранителем, – проговорил отец. – Встань передо мной на колено, а Луис пускай положит свою руку на твое плечо.

Юноши исполнили этот приказ и внимательно слушали дальше.

– Итак, ритуал передачи силы хранителя передает силу не только наследнику, но и его заместителю. Именно заместитель является главным защитником хранителя. Луис, ты готов стать правой рукой Каира и заместителем черного огня?

Луис смотрел на Эйвора и Эрогона и без раздумий кивнул в знак согласия:

– Готов.

– Хорошо… Каир, мой сын. Ты готов стать хранителем? Принять истинную силу черного огня, стать защитником для всех черных драконов и Черного города? – Эйвор оглянулся, посмотрел на хмурое лицо Эрогона. – Стать лучше, чем я?

Эрогон посмотрел на Эйвора таким же суровым взглядом, но в нем читалось принятие. Именно это он хотел услышать.

Каир кивнул отцу:

– Да, я готов. – После этого парень склонил свою голову и закрыл глаза.

Теплая рука отца прикоснулась к его голове, и он, тяжело вздохнув, произнес:

– Удачи, сын. Я верю в тебя.

– Начинаем. – произнес Создатель.

Эйвор встал напротив Каира и призвал свою душу. Она вылетела из груди и напоминала форму перевернутого чешуйчатого сердца темного цвета. По бокам троицы появились летающие черные сферы, образовавшие некий барьер для удержания силы. Глаза отца полностью почернели, тело стало увеличиваться, а кожа – лопаться и рваться. Извиваясь, Эйвор скалился и рычал, постепенно превращаясь в дракона. Огромное, массивное тело с четырьмя когтистыми лапами, широкие крылья и длинный заостренный хвост дымились и воспламенялись маленькими язычками пламени черного огня. Эйвор открыл пасть с множеством острых зубов и выпустил черное пламя в свою душу. Она сразу же вспыхнула, как факел. Огромная сила вырвалась из нее и самовоспламенилась, жаждая поглотить все вокруг.

Каир смотрел на душу отца и внезапно почувствовал эту энергию, эту силу. Она смотрела на него, как голодный хищник на еду, но парень не дал волю панике и страху, он устремил свой взгляд прямо, был готов принять ее всю.

Энергия, окружавшая душу, почувствовала это и ярким лучом устремилась в грудь парня.

Парень почувствовал дикую, неописуемую боль. Энергия заполняла его вены, пульсировала, словно сжигая и разрывая их. Сила заполняла все его мышцы, делая их тяжелыми… словно из самой стали.

Луис крепко держал плечо Каира и тоже чувствовал эту энергию. Она проникала прямо в душу, меняла его сознание, делая его все темнее и темнее. Скорбь, боль, утрата родителей наконец-то стихли в его разуме, остались лишь ярость и ненависть к алым драконам. Эмоции, некогда приобретенные в обличии белого дракона, угасли раз и навсегда.

Пламя проникало все глубже и глубже в сознания Луиса и Каира. Парни чувствовали: вот-вот оно полностью поглотит их. Внезапно Каир раскрыл свои черные глаза и закричал изо всех сил на весь зал. Крик был смешанным – драконьим и человеческим, но он звучал не из-за боли, а из-за борьбой с этой силой. Он подавлял ее у своим разумом и брал над ней верх, не позволяя той приблизиться к его рассудку.

«Я не позволю тебе изменить меня, не позволю поглотить. Я возьму лишь то, что посчитаю нужным. Я стану хранителем не хуже Эрогона! Я стану тем, ни на кого не похожим, лучом в темном и мрачном городе и обязательно сделаю его лучше!» – ревел Каир у себя в голове.

Статуи, стоявшие в зале, словно услышали его слова, задрожали. Их каменные глаза засветились и устремили свой свет в душу мальчика.

Эрогон наблюдал за этим и лишь произнес:

– Огонь принял его.

Каир продолжал одолевать темную энергию, стал кричать еще сильнее, но теперь уже от адской боли. На его спине стал появляться черный символ в виде дракона с расправленными крыльями – это был символ хранителя, служивший своего рода печатью для огромной силы.

Внезапно стал кричать и Луис: на его руке тоже стал формироваться символ, прожигая кожу изнутри, кровеносные сосуды переплавлялись между собой.

От такой боли темнело в глазах, но парни не сдавались, они стояли до конца, терпели все эти приливы энергии.

Каир смог поднять тяжелую голову и открыть глаза. Он смотрел на темную фигуру Создателя.

– Я не стану никудышным хранителем, как ты говоришь. Я буду ничуть не хуже, чем ты. Так и знай! – процедил юноша, еле сдерживая боль. Внезапно за спиной Создателя он увидел еще несколько темных фигур, но не успел разглядеть их и провалился в темноту.

Боль на удивление быстро стихла, но не чувствовалось ничего другого: ни тела, ни эмоций, ни холода, ни жара. Полная тишина. Казалось, что вот пришла смерть, но Каир услышал тонкий голос девочки из Черного города. Ее звали Лу, ей было пять лет, и она уже повидала всю жестокость города.

– Стойте… Откуда я ее знаю? Я никогда не видел эту девочку, но будто знаком с ней с рождения.

Вдруг раздался голос одинокого парня с печальной судьбой стражника. Еще один, и еще. Каир стал слышать множество голосов, чувствовать души черных драконов, их эмоции, страхи и переживания, их редкие счастливые дни. Он знал каждого: кто он, чем занимается и даже когда умрет. Все, что чувствовали они, чувствовал и он. Их связывала с парнем неосязаемая магическая линия черного огня. Это было неописуемое чувство – ощущать чужие эмоции и силу, словно находиться в чужом теле. Парень путешествовал по городу глазами горожан и, наконец, прибыл в храм, видя все глазами отца, Луиса и Зена. Все они стояли точно так же, как и раньше, абсолютно не двигаясь. Время остановилось в округе, и тогда Каир решил посмотреть на все своими глазами. Это вернуло его в свое тело, но почему-то возле него не было никого.

– А? Эй, а где все? Ритуал закончился?

– Наполовину, – раздался довольно грозный и низкий голос. По залу эхом раздавались шаги.

Парень обернулся в надежде увидеть Эрогона, но обомлел, когда увидел перед собой его:

– Невозможно… Айрон?!

Айрон стоял перед ним в человеческом облике ростом гораздо больше Эрогона. Весь покрытый шрамами, он скалился, улыбаясь юноше:

– Значит, читал обо мне внимательно, коль узнал меня. Хехе.

Каир попятился назад:

– Н-но как? Я что, умер?

– Нет, глупышка, – раздался милый женский голос. – Ты на последней стадии передачи силы хранителя.

Маленькая девушка спрыгнула вниз с одной из статуй и, улыбаясь, смотрела на Каира черными глазами.

– Эрида? Это вы?

– Ага. Я рада, что ты меня узнал. Ты на последней стадии хранителя! Поздравляю! Я верила, что ты справишься!