– Но почему?
– Боюсь, этого я не знаю, – сказал Барлоу. – Извини.
Джек выглядел обеспокоенным, и Эмми не винила его. Должно быть, на крыше здания капитула случилось что-то серьёзное, раз кто-то из-за этого покинул школу.
Эмми, Джек и Лола встали со своих мест и пошли к двери. Лола обернулась.
– Да, мисс Бойд? – спросил Барлоу.
– А это правда? – спросила Лола. – Что у всех во времена Тюдоров были тайны?
– Тайны есть у всех, мисс Бойд, – ответил он, неторопливо спускаясь по лестнице. – Просто некоторые хорошо умеют скрывать их.
Под ногами Эмми хрустели коричневые и оранжевые листья, когда она шла к латинскому клубу. Из головы у неё не шли слова мистера Барлоу о тайнах. Неужели тайны есть у всех? Не просто маленькие секреты, а большие тайны, способные изменить жизни людей? У Эмми таких тайн не было. Кроме шкатулки, лежащей у неё под подушкой. Но ведь это не такая уж и большая тайна.
Эмми снова посмотрела на карту. Если она хочет найти это место, ей нельзя отвлекаться. У латинского клуба было собственное здание под названием «Маяк», которое находилось словно на краю земли. Ни одна тропинка не была отмечена на карте, и Эмми то и дело заходила в тупик.
Проблуждав некоторое время по саду, Эмми наконец нашла маленький каменный домик. У него была крутая крыша и никаких окон и дверей. Должно быть, там не часто бывают посетители.
Эмми несколько раз обошла домик. Двери нет. Она может провести здесь целую вечность и так и не найти вход.
Раздался хруст. По тропинке кто-то шёл. Из-за угла появился темноволосый мальчик. Он показался Эмми знакомым, наверное, она видела его в доме Эдмунд, и она улыбнулась ему. Он не улыбнулся в ответ. Он даже не взглянул на неё. Он прошёл мимо, словно Эмми там и не было, и исчез за углом дома.
Эмми минуту помедлила, а потом последовала за ним. Она поспешно свернула за угол, но мальчик уже исчез. Она упёрлась руками в бока и огляделась по сторонам. Там должен быть какой-то вход, который она прежде не заметила. Дом был построен из камня, и вокруг него росли фиолетовые цветы, наверное, лаванда. Эмми нахмурилась. Чуть заметная тропинка вела через клумбу, на которой, словно страж, торчало единственное высокое растение с длинными заострёнными листьями. Эмми прищурилась. Если растение выглядит как страж, значит, оно что-то охраняет. Что-то вроде тайного входа. Эмми шагнула на тропинку и обошла грозное растение. Она заметила на стене какое-то выцветшее изображение. Оно было похоже на череп с какими-то непонятным рисунками с обеих сторон – Эмми не могла разглядеть, что это такое.
Она почесала щёку. Всё это было очень странно и кое о чём ей напомнило. Но это невозможно. В Коннектикуте она не могла видеть ничего подобного. Эмми осторожно обогнула волосатый красный стебель и попыталась стереть с изображения грязь.
Раздался треск.
Череп исчез в стене, и между двух камней появилось отверстие. Эмми сунула внутрь руку и за что-то потянула. Стена отъехала в сторону.
Оказалось, внутри полно людей, и все они говорили о каких-то непонятных Эмми вещах.
– Не будь придурком, Ашер, философию Цицерона нельзя отделять от его политических взглядов, – сказал кто-то.
– Я просто хочу сказать, что его письменные произведения ценны сами по себе, – последовал ответ.
Эмми словно попала в другой мир, в котором подростки считали латынь увлекательным предметом. Она закрыла тайную дверь и заметила темноволосого мальчика. Он говорил с мужчиной в глянцевом чёрном костюме и таких блестящих ботинках, каких Эмми прежде никогда не видела. Он удивлённо посмотрел на неё и что-то шепнул мальчику.
– Кажется, у нас новая ученица! – мужчина улыбнулся Эмми. – Как тебя зовут?
Эмми потянула рукав своего свитера.
– Я Эмми. Эммелин Уиллик. Мадам Бойд сказала, что записала меня в латинский клуб.
– Ах да, кажется, она об этом что-то говорила. Прости, я собирался попросить кого-нибудь, чтобы он провёл тебя внутрь. Но вижу, ты сама во всём разобралась.
– Да. – Эмми взглянула на темноволосого мальчика.
Он вздёрнул подбородок и фыркнул, словно кто-то предложил ему брюссельской капусты. Потом он нахмурился и отошёл подальше. Эмми приподняла бровь. Словом, очень милый парень.
– Я мистер Ларраби, – сказал мужчина. – Руководитель латинского клуба.
Ларраби. Значит, это он накануне заставил Эмми целый час ждать в коридоре.
– Сегодня мы работаем в группах, но я не думаю, что ты готова обсуждать нюансы римской политики. Почему бы тебе пока не заняться своими домашними заданиями?
Эмми нашла тихий уголок и открыла учебник истории, украдкой оглядывая комнату. Кажется, её никто не замечал. Все говорили и смеялись, будто латынь была самым увлекательным предметом на свете.
Вредный темноволосый мальчишка сидел рядом с братом Джека, которого, казалось, совсем не беспокоила сломанная рука. Он облокотился о подлокотник кожаного кресла и отчаянно жестикулировал, словно пересказывая подробности своего приключения. Может быть, сломанная рука и была для него приключением. Кажется, он был любителем риска. Но это не было приключением для другого мальчика, который покинул школу. Эмми огляделась. Никто не казался потрясённым тем, что случилось с одним из членов их клуба.
Потом Эмми заметила кое-что ещё: она была единственной девочкой в комнате. Это было очень странно. Если столько мальчишек считали латынь интересной, значит, здесь должны были быть и девочки.
Эмми начала читать и к концу урока успела закончить целую главу. Никакой громкой музыки, никакой болтовни по телефону и никакой Виктории. А здесь было бы неплохо делать уроки.
Комната начала пустеть, и Эмми последовала за другими учениками. Полки у двери были набиты старыми книгами с красивыми кожаными корешками. Она присмотрелась. На одном из корешков был тот же странный символ, что и на потайной двери, но на этот раз Эмми смогла рассмотреть его получше: череп с крестом справа и кинжалом слева. Она по-прежнему не могла отделаться от назойливого чувства. Где она уже видела этот символ? Может быть, это был обычный символ для Англии и, когда она была маленькой, у её папы была какая-то вещь с таким изображением? Всё это заставило Эмми снова подумать о своём отце. Если бы только она могла у него спросить. Она потянулась к книге. Может быть, что-нибудь в её содержании поможет ей освежить память.
– Эммелин! – Мистер Ларраби возник из ниоткуда. – Как тебе у нас? Понравилось? Наверное, тебе было немного скучно?
Эмми сунула книгу на место.
– Вообще-то я…
– Не волнуйся, я не стану заставлять тебя приходить на следующую встречу, если это не совсем твоё. Мы просто запишем тебя в какой-нибудь другой клуб, который будет тебе больше по душе. Скажи, тебе нравится благородная игра в каштаны?
– Э-э-э…
– Я слышал, в этом году к нам приезжает королевский клуб из Аннаполиса. Будет очень интересно!
– Вообще-то я хотела бы остаться в латинском клубе. Я могла бы воспользоваться этими занятиями, чтобы нагнать других учеников, и будет здорово, если рядом окажется учитель, который сможет мне помочь.
– Понимаю. – Ларраби улыбался, но не выглядел счастливым. Скорее смущённым. – Мы с радостью тебя примем. А теперь позволь мне показать тебе, где выход.
Эмми вышла вслед за ним в потайную дверь. Он не очень-то обрадовался тому, что она будет приходить в латинский клуб, и это было странно. Почему учитель не хочет видеть её в своём клубе?
Глава 5
Суббота
По пути в дом Одри Эмми дважды заблудилась, но в конце концов нашла нужную тропинку. Она проскользнула в переполненную общую комнату и направилась к лестнице. Ей не хотелось, чтобы на неё снова обращали внимание.
– Эй, Эмми! – Лола махнула ей рукой и указала на пустое место за столом. Она сидела с Джеком и несколькими другими учениками, которых Эмми не знала.
Эмми принялась крутить пуговицу на свитере. Она не привыкла, чтобы кто-то просил её присесть рядом. Она втиснулась рядом с Лолой и попыталась выглядеть непринуждённо. Девочка со светлыми кудрями застенчиво махнула ей рукой, и Эмми махнула в ответ.
– Это Натали, – сказала Лола. – И Джайя. – Она указала на стройную девочку, которой мама подарила туфли. – Она круче нас всех, но мы стараемся не очень её осуждать.
Эмми моргнула. Она не знала, как поступила бы, если бы кто-то сказал такое о ней. Но девочка по имени Джайя только рассмеялась и снова принялась болтать с Натали.