Эмми моргнула.
– Э-э-э… Да.
Она начала переминаться с ноги на ногу. Обычно репортёры с ней не разговаривали, и её это устраивало.
– Наверное, ты очень гордишься своей мамой, – сказал Клинт.
Эмми кивнула. Кажется, Клинт ждал, что она скажет что-то ещё, но она понятия не имела, что должна сказать.
– Она одна воспитывала тебя и смогла сделать потрясающую карьеру. Это всё равно что жить в одном доме с суперженщиной!
Эмми снова кивнула. Может быть, если она будет молчать, он перестанет задавать вопросы.
Клинт откашлялся и снова повернулся к маме Эмми.
– Гретчен рассказывала мне о твоём новом проекте. Звучит многообещающе!
В глазах мамы что-то промелькнуло. Никто этого не заметил, потому что она всегда была сдержанной на публике, но Эмми поняла, что это едва заметная паника.
– Я удивлена, что Гретчен уже сообщила тебе, – сказала она. – Мы планировали объявить об этом на следующей неделе.
– Знаю, – ответила Гретчен, – но это была прекрасная возможность.
Мама Эмми улыбнулась и кивнула.
– Эмми, почему бы тебе не взять что-нибудь перекусить?
Эмми пошла к ближайшему официанту, но не успела отойти далеко.
– Итак, Пэм, почему ты решила стать ведущей реалити-шоу?
Эмили резко обернулась. Её мама будет выступать на телевидении? Мама украдкой взглянула на неё.
– Я решила, что это прекрасная возможность завязать новые контакты с другими родителями. Мы пока не утвердили все детали, поэтому я не хочу вдаваться в подробности.
Клинт посмотрел на Гретчен.
– Какой будет формат?
– Она будет по нескольку недель проводить с семьями, – ответила Гретчен. – Будет говорить им, что они делают не так, и помогать исправить ошибки.
– Как интересно! – воскликнул Клинт. – Эммелин будет сниматься с тобой?
Тук. Тук. Тук. Сердце Эмми забилось сильнее. Мама откашлялась.
– Нет, это было бы слишком неудобно.
– А кто будет за ней присматривать?
Тук. Тук. Тук.
Мама Эмми широко улыбнулась, словно девушка из команды поддержки, которая знает, что её команда проигрывает.
– Я нашла прекрасную школу. Эмми там понравится. Это будет всё равно что жить в семье.
Эмми наморщила пульсирующий лоб. Школы не были похожи на семью. Она же не будет жить в школе, если только мама не отправит её в…
– Школа-интернат? – закончил Клинт мысль Эмми.
Тук-тук. Тук-тук.
– Школа комплексного погружения, – ответила мама. – Эмми будет жить с учениками своего возраста в прекрасной обучающей среде.
Эмми понятия не имела, что значит «комплексное погружение», но для неё это звучало как школа-интернат.
– Что это за школа? – спросил Клинт. – Где-то поблизости?
Мама опустила голову и разгладила невидимые складки на платье. Наконец она снова подняла глаза, и её лицо было спокойным и безмятежным.
– Вообще-то, школа находится в Англии.
Эмми показалось, что кто-то бросил ей на грудь мешок с песком. Она не могла дышать. Школа-интернат. Англия. Школа-интернат. Англия.
Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук.
Клинт повернулся к Эмми.
– Эмма, а ты что об этом думаешь? Наверное, когда ты впервые об этом узнала, это было для тебя шоком?
Мама Эмми сглотнула и пристально посмотрела на Эмми, словно умоляя её ответить правильно.
Комната начала вращаться, словно Эмми оказалась на сломанной карусели. Она с трудом улыбнулась.
– Я рада, что могу поддержать маму.
Мама положила руку на локоть Эмми.
– Ты слишком добра ко мне. Милая, мне надо привести себя в порядок. Идём со мной. – Она потянула Эмми за локоть и увела её в туалет.
– Итак, – сказала мама, закрывая за собой дверь. – Ты побледнела. Надеюсь, ты не упадёшь в обморок?
Эмми села на шаткий стул в углу. Она не знала, каково это – упасть в обморок, но если комната продолжит вращаться, она, наверное, в конце концов окажется на полу. Она прислонилась головой к стене, и вращение начало замедляться.
– Сделай глубокий вдох, и мы поговорим.
Эмми обхватила живот руками и попыталась вдохнуть, но кажется, в помещении было недостаточно воздуха. Она хотела начать задавать вопросы, сказать, как это несправедливо, но кто-то словно залепил ту часть её мозга, которая отвечала за формирование предложений, жевательной резинкой.
Школа-интернат. Англия. Школа-интернат. Англия.