Дневник летних закатов

Глава 1

«Солнце пригревало все сильнее, листва распускалась с фантастической быстротой, словно при ускоренной киносъемке, и я почувствовал знакомую с детства уверенность, что летом жизнь начинается заново»

Ф. Скотт Фицджеральд, Великий Гэтсби

Ноги сами неслись по тихой, знакомой до каждой трещинки в асфальте, улице. Мне не терпелось поскорее засунуть свою школьную сумку подальше в шкаф и достать из глубины нашего пыльного чердака желтый чемодан. Он ждал этого часа целый год.

Взобравшись по деревянным ступенькам, я оказалась на крыльце и, наконец, остановилась.

Во дворе папа копошился с машиной, бормотал что-то о непокорном аккумуляторе. Его лицо, обычно суровое от забот, смягчилось при виде меня.

– Привет, пап! – крикнула ему я, помахав рукой, – Все в порядке?

– Как в школе, милая? – его вопрос, как всегда, был о моей учебе. – Все хорошо, готовлю машину к поездке, – он усмехнулся, и в этой усмешке сквозила усталость.

– Я сдала финальный тест, так что все в порядке. Ты едешь с нами?

– Прости. Меня вызвали на работу, поэтому через два дня мне нужно быть в Луисвилле.

Я вздохнула. Отец всегда где-то там, в своих делах и в неизбежных поездках. Его присутствие в нашем летнем раю было редким, но долгожданным событием.

Перед поездкой в доме всегда было тихо. Мама часто ходила по магазинам, постоянно перепроверяла сумки, а Кенни вечно зависал в компьютере у себя. Пройдя на кухню, я налила себе полный стакан воды.

– Как дела? – спросила мама. Он спускала с лестницы одну из сумок, куда всегда складывала пляжные полотенца. – Почему в твоей комнате такой бардак? Ты должна будешь убраться до вечера, иначе останешься дома.

Ее взгляд, холодный и оценивающий, мог заставить меня чувствовать себя непослушным ребенком, несмотря на мои шестнадцать лет.

Мама была строга по отношению к порядку дома. Брат говорил, что она перфекционист и его бесило, что она постоянно наведывалась в его комнату в самый неподходящий момент.

– Да уберусь я, ма-а-ам! – простонала я. – Мне все равно нужно собирать вещи, беспорядок неизбежен.

– Еще как избежен, Миранда.

Ненавижу когда мама называла меня полным именем. Сразу представляла, будто я какая-то ее ассистентка или секретарша, которая забыла что-то очень важное.

– Пообедай и иди к себе.

Я кивнула, хоть и не собиралась есть, и пошла к лестнице. Зайдя в комнату, я наконец выдохнула. Сквозь шторы сочился солнечный свет, и если бы не вид из окна, то я подумала, что нахожусь в Эдисто. И я бы пошла сейчас по песку к морю, волны касались бы моих ног, мягко укрывая прохладной водой, а где-то позади кричали бы мальчики, громко смеясь и зовя присоединиться к ним в бассейне.

Эдисто-бич – наш летний рай, хранящий секреты многих летних каникул. Название само по себе звучало как песня, как шепот волн. Мне нравилось, что городок не так популярен у туристов, поэтому даже летом там довольно тихо и спокойной. Мой брат называет Эдисто деревней, потому что там всего несколько магазинов и парочку небольших отелей. Но именно в этом его прелесть.

Я полежала на кровати, наверное, несколько минут, прежде чем наконец встать и добраться до чердака. Спустив громоздкий чемодан вниз, я покатилась его к себе в комнату и наконец раскрыла. От него пахло солью, внутри оказалось немного песка с прошлого года, в каких-то кармашках я обнаружила ракушки и камушки, которые каждое лето собирала на побережье, а в самом большом отделении лежала странная голубая футболка. Не помню, что когда-либо покупала такую. Я достала ее из чемодана и встряхнула. На ней красовалась надпись «Edisto Island Yacht Club». Точно… Это была футболка моего соседа Криса…

23 августапрошлый год

Была серая и дождливая неделя августа. Сколько бы я не проводила здесь времени, никак не могла привыкнуть к такой погоде в последний месяц лета.

Я вышла из отеля, в котором помогала пару раз в неделю, и хотела уже пойти домой, но резко начался ливень. Я не взяла с собой зонтик, а в этой маленькой гостинице их и подавно не было. До дома всего десять минут пешком, но дороги успело размыть, поэтому идти нужно было аккуратно, чтобы ненароком не поскользнуться и не сломать себе что-нибудь.

Я вышла из-под крыльца; папки для бумаги, служившие жалким подобием защиты, промокли насквозь, а мои волосы и одежда стали тяжелыми и липкими от воды. Песчаная тропинка, обычно такая уютная, теперь казалась бесконечной полосой препятствий. Спустя несколько минут я почувствовала, что сланцы ужасно натирают мне из-за налипшего на них песка и стекающей воды.

Когда я вышла на Палметто-стрит, под ногами оказался асфальт, но легче от этого не стало. Жжение между пальцев усилилось. На секунду я остановилась, пытаясь стряхнуть с ног песок, и в этом момент сквозь пелену дождя заметила белую Шевроле наших соседей.

– Что ты делаешь в такой дождь здесь? – я сразу узнала голос Криса. – Залезай, подкину.

– Спасибо… – я открыла дверь и запрыгнула на переднее сиденье, – Я намочу тут все. Твоя мама нас убьет, – я усмехнулась и села прямо на самый край.

– Не убьет, если ты все высушишь, когда мы приедем, – он казался каким-то расстроенным, смотрел прямо на дорогу и крепко сжимал руль, что даже вены на руках вздулись.

– Конечно…

Мы ехали молча до самой Поинт-стрит, проезжая мимо знакомых домиков. Свернув направо, мы оказались у прибрежных коттеджей. Через две минуты мы будем уже у моего дома, но Крис резко остановился около пляжа.

– Возьми, – он протянул мне голубую футболку, мягкую и пахнущую чем-то свежим. – Вытри волосы и кожу, чтобы не простудиться.

– Не стоит. Я почти дома. Приму душ и все будет в порядке, – я попыталась отказаться, но Крис продолжал держать футболку у моего лица. Я сдалась. – Спасибо, я отдам ее завтра.

Он ничего не ответил, сдал назад и вновь вывернул на Поинт-стрит. Через несколько домов мы были уже у нашего коттеджа, уютно приютившегося среди других, похожих на него. Воздух здесь пах мокрым деревом и солью.

– Спасибо, что подвез. Не знаю, как бы я добралась без тебя.

Я взглянула на свои пальцы. Там, где резиновые ремешки сланцев касались моей кожи, немного кровоточило и до сих пор неприятно жгло.

– Как-нибудь бы добралась, – взгляд Криса задержался на моих ногах. – Обязательно обработай.

Я кивнула, быстро выскочила из машины, накинув футболку на голову, как капюшон. Мягкая ткань приятно касалась моих волос.

Вечером я постирала футболку, намереваясь вернуть ее Крису на следующий день. Но утром их машины не оказалось во дворе, а дом был заперт. Они уехали и даже не попрощались… Осталась только футболка, пахнущая морем и дождем, и горьковатое чувство незавершенности.

Глава 2

На часах два часа ночи. Я наконец закончила сбор вещей, но в комнате все также оставался большой беспорядок. В последний раз мама заглядывала ко мне больше трех часов назад. Она лишь грозно посмотрела на меня и захлопнула дверь.

Несмотря на свою усталость, я поднялась с пола, задвинула чемодан за дверь и принялась за уборку. Все ненужные вещи я закинула в шкаф и комод, мусор побросала в один из пакетов Walmart. Осмотрев комнату, я осталась довольна проделанной работой, и теперь могла с чистой совестью сходить в душ и наконец лечь спать.

Я вертелась в кровати с бока на бок, зажмуривала глаза, считала овечек, но ничего не помогало. То самое трепетное, чуть болезненное где-то в области живота, ожидание поездки каждый год мешало мне заснуть. В голове мысли только о том, выйдут ли нас встречать Бруксы и мисс Вуд, приедут ли они вообще на эти летние каникулы, ведь в прошлом году они уехали и даже не попрощались. Я весь год ломала голову, выясняя причину такого поступка. Моя мама раз в несколько недель созванивалась с Бриджет – матерью Криса и Луи, но я не осмеливалась спрашивать у нее. Кенни тоже общался с Луи, иногда и мы переписывались, но как-то не было момента, чтобы все узнать.

На дисплее телефона высветились цифры 04:23. Сна не было ни в одном глазу, и это начало меня утомлять. Сев на край кровати, я сунула ноги в тапочки и тихо вышла из комнаты. Везде был выключен свет, а из родительской комнаты слышался храп папы.

Я осторожно спустилась на первый этаж и вышла на крыльцо. Надеюсь, прохладный ночной воздух заставит мое тело почувствовать усталость. Я облокотилась на забор, наблюдая за звездами. В Эдисто-бич они были ярче и с легкостью можно было отыскать различные созвездия. А в августе открывались потрясающие виды на падающие звезды.

– Хэй! – я опустила взгляд с неба на подъездную дорожку. – Ты почему не спишь?

– Привет, Ева, – на дороге стояла невысокая девушка с короткими волосами. Она была босиком и в руках держала пару голубых туфель на низком каблуке. – Что ты тут делаешь?

– Сбежала с вечеринки. Скукота смертная. С тобой было бы веселее, – Ева подошла ближе и села на крыльцо. – Так почему ты не спишь?

– Не могу уснуть. Утром выезжаем в Южную Каролину.

– Так рано в этом году. Разве вы не уезжаете обычно числа десятого?

– Мама решила ехать пораньше, так как ей нужно срочно написать какую-то статью про Эдисто-бич. Хочет взять интервью и все такое, – я вздохнула.

Мы действительно уезжали в Эдисто чаще всего на второй неделе июня, прямо перед моим и Кенни днем рождения, из-за чего именно этот день ознаменовал начало летних каникул, когда мы все собирались в одном доме, ели торт и пели песни.

– Каси вернулась?

Точно, Каси… Мама ничего не сказала про то, что сестра поедет. Но оно и понятно. У нее в колледже в самом разгаре экзамены. Когда мы созванивались, она выглядела ужасно не выспавшейся, с темными кругами под глазами, грязными волосами и очками набекрень. Она много рассказывала о том, что преподаватели слишком жестоки и что экзамены в юридическом это то, чего она не пожелает даже врагу.

– У нее сейчас экзамены, а после она должна отправиться в какую-то поездку с друзьями. Не думаю, что этим летом у нее получится выбраться к нам, – я в очередной раз вздохнула. Это было первое лето без Касии.

Я села рядом с Евой и положила голову ей на плечо.

С ней мы знакомы несколько лет, еще со средней школы. Мы быстро стали лучшими подружками, и почти весь учебный год проводили вместе. В прошлом году она ездила вместе с нами в Эдисто, но для моей мамы это было утомительно, – кормить и следить сразу за четырьмя детьми, не считая Луи и Криса.

– А Крис и Луи? Они будут там? – Ева не унималась. А мне хотелось спокойно посидеть в тишине. – Ты рассказывала, что они бросили тебя.

– Я не говорила, что они бросили меня. Они… – я на секунду замолчала. – Впрочем, неважно. Они приедут. Должны, по крайней мере.

– Не расстраивайся. Даже если их не будет, там полно парней. Ты точно найдешь того, кто будет гораздо лучше Криса, – она толкнула меня в плечо.

– Отстань. Лето без них – не лето. А другие парни никогда не сравняться с мальчишками.

– Ладно-ладно, тебе виднее. Но возьми с собой на всякий случай что-нибудь привлекательное. Тебе почти семнадцать, в этом году ты не должна зависать целыми днями во дворе.

– Хорошо…

– Я пойду. Родители не должны заметить мой побег, – она улыбнулась и обняла меня. – Я буду скучать.

– И я.

Ева поднялась со ступенек и пошла дальше по дороге, помахав мне на прощание. Я же осталась сидеть на улице. В сон все еще не клонило.

Начало светать. Утренние сумерки окутали улицу, наполнив двор легким запахом сырости и свежести. Совсем скоро проснутся родители и Кенни, а я все также сидела в пижаме на крыльце и любовалась солнцем, которое медленно поднималось над крышами домов. Надеюсь, мне удастся поспать в машине.

– Кенни! Мира! Встаем! – я услышала мамин голос с кухни.

Сделаю вид, что недавно проснулась. Я зашла в дом, пробралась к лестнице и быстро запрыгнула на пару ступенек вверх. Мама в этот момент стояла спиной к коридору и уже начала готовить завтрак.

– Доброе утро, мам! – я притворилась, что зеваю. – Что на завтрак?

– Выпей сока и съешь хлопья. Мы заедем в кафе по пути.

– А что ты готовишь тогда? – я со спины подошла к ней и взглянула через ее плечо на плиту. – Сосиски! Кому это?

– Твоему отцу в поездку. Он уезжает через несколько минут в Луисвилл. У него не будет времени на перекус, он уже опаздывает.

Я вздохнула и достала хлопья и молоко. Кенни предпочитал разогревать молоко, чего я искренне не понимала, ведь летним утром хлопья вкуснее всего именно с холодным.

– Разбуди Кенни, пожалуйста. Мы должны выехать через час, чтобы не попасть в пробку.

– Я ем, – сказала я, засовывая очередную ложку завтрака себе в рот.

– Миранда! – чуть вскрикнула мама, отчего я резко опустила ложку обратно в тарелку.

– Да, мам… – я показала ей в спину язык и направилась к комнате брата. Тот все еще сладко спал.

– Кенни, подъем! – я кинула в него футболку, которая висела на комоде. Кенни что-то пробормотал сквозь сон, но не проснулся. – Эй, подъем, иначе я позову маму.

Кенни раскрыл глаза и кинул в меня футболкой в ответ. Она пронеслась мимо, а я ощутила лишь легкий ветерок у виска.

– Эй, чудовище, нам через час нужно выезжать, а ты даже вещи до конца не собрал! – я обратила внимание на наполовину собранный чемодан и раскиданные вокруг него вещи. – Если не встанешь, то я скажу маме, что у тебя беспорядок.

– Сама ты чудовище.

Следом за футболкой в меня полетела подушка, в этот раз угодив мне прямо по лицу.

– Придурок.

Кенни поднялся, облокотившись на локти, и еще долго смотрел в мою сторону.

– Иди, сейчас спущусь.

– Я оставила тебе немного хлопьев. Прям совсе-е-ем на дне пакета, – услышав это, Кенни мгновенно поднялся с кровати и побежал к лестнице. Он решил забрать мою тарелку хлопьев! – Стой!

Я рванула за ним и догнала его только у стола. Толкнув Кенни боком, я схватила свою тарелку и перебежала к дивану. Кенни хотел было догнать меня, но мама взяла его за руку.

– Ну-ка перестали! – она уже перешла на крик. – Молча завтракайте и быстро относите вещи в машину. У меня нет времени на ваши чудачества!

Настроение у мамы было не к черту. Сейчас лучше молча делать свои дела, и не попадаться ей на глаза.

– Я поеду на переднем сиденье, – мы с Кенни начали загружать вещи в багажник, но он уже начал претендовать на место впереди. – Ты в прошлый раз ездила там.

– В прошлый раз там сидела мама, идиот.

Что угодно, но только не место впереди. Это мое законное место, так как я старше.

– Не ври, тебя вчера мама отвозила до школы. Так что сегодня моя очередь.

– Ты младше, вот и сиди сзади! – я не собиралась уступать.

– Я младше на одиннадцать минут! Мне нужно учиться водить, – Кенни загрузил последнюю коробку в багажник и рванул к пассажирской двери.

Я не успела даже сообразить, а он уже уселся в машину и закинул ноги на приборную панель.

Я показала ему кулак и пошла к маме, чтобы помочь ей проверить дом. Она уже стояла в гостиной в ярко-зеленом платье и в солнечных очках. Это платье она всегда надевает в поездку уже несколько лет. Его подарила ей Бридж на двадцатилетие их дружбы. Я всегда пускала слюни на него и мне безумно хотелось его надеть, но мама даже прикасаться запретила к нему.

– Ничего не забыли? – спросила мама, глядя на меня. – Мира, что на тебе за футболка?

Я настолько торопилась сегодня собраться, что совершенно не обратила внимания, что надела на себя. Та сама футболка из яхт-клуба, которую Крис дал мне прошлым летом. Она была сильно мятой и в странных белых разводах.

– Я нашла ее в своем чемодане вчера. Решила, что надену что-нибудь старое в поездку, чтобы было не страшно испачкать или типа того, – сказала я, вытянув футболку, чтобы она не казалась такой мятой.

– Кошмар. По приезде выбросим ее, – мама еще раз осмотрела мой внешний вид и опять вернулась в дом. Она обошла кухню, затем закрыла все окна и подошла к входной двери. – Вы все закрыли на втором этаже?

Я кивнула и, взяв свой небольшой рюкзак, вышла из дома.

Кенни все также сидел в машине с ногами на приборной панели, он уже включил свою музыку и совсем не заметил, как мама села на водительское сиденье.

– Немедленно убери свои ноги! – от маминого голоса Кенни вздрогнул и тут же опустил ноги. – В своей машине будешь так сидеть. В моей не смей

Я усмехнулась, так как была безумно рада, что попало и Кенни. Это его наказание за то, что кинул в меня подушкой.

– Едем молча. Не беспокойте меня лишний раз.

Мама завела машину и выехала с подъездной дорожки. Я открыла окно и высунулась, чтобы в последний раз взглянуть на наш милый бежевый домик.

«Увидимся осенью»

Я смотрела на него до тех пор, пока мы не свернули на другую улицу. Окно я закрывать не стала, оставила его наполовину открытым, чтобы чувствовать приятный ветерок на своем лице и волосах.

За время поездки я чаще всего успевала прочитать одну из книг, которые брала с собой на лето, чтобы читать на берегу океана. В этот раз книги я, не думая, бросила в багажник и уже успела об этом пожалеть. Мы остановимся только через несколько часов, чтобы поесть в придорожном кафе, но пока мне придется думать, чем развлекать себя все это время. Долго думать не пришлось, ведь бессонная ночь дала о себе знать как только мы выехали из города. Пейзаж за окном сменился с домов на деревья, а дорога, казалось, сама несла нас до Эдисто.

– Вставай, мы скоро придем в Меттер, – из сна меня вывел голос Кенни.

Меттер был городком, в который мы частенько заезжали по пути. На въезде в город было много закусочных. От McDonald's до ресторанчика с мексиканской кухней. В этот раз наш выбор пал на Заксбис. Там готовили мою любимую жареную курочку, а также сырные палочки.

Мама дала нам свою кредитку, а сама осталась в машине. Скорее всего, она решила отказаться от позднего завтрака в пользу бананового пудинга и жаркое в горшочке, которые она любит заказывать в прибрежном городе Саванна. Мы должны быть там через два часа.

Наш быстрый перекус ограничился газировкой и двумя порциями жареных крылышек, из-за чего живот начало неприятно тянуть.

– Готовы? – мама, увидев нас, улыбнулась. Что-то, похоже, подняло ей настроение. – Мы заедем еще в Саванну, чтобы купить банановый пудинг. Больше остановок не будет.

– Да, – я протянула маме карточку и вновь удобно устроилась на заднем сиденье.

Я прикрыла окно, оставив лишь небольшую щелочку, и вновь погрузилась в сон. Спасибо бессонной ночи, вся дорога до Эдисто-бич промчалась мимо меня.

Вновь проснулась я уже почти на въезде в Эдисто. В машине играла Lush Life – Zara Larsson. Кенни покачивал головой и подпевал ее себе под нос. В моменте, когда начался припев, я перекинула руки через его сиденье и высунула свою голову вперед, начав подпевать громче.

Я отрываюсь и танцую, пока не взойдёт солнце,

Но и утром я не остановлюсь,

И так каждый день, всё лето,

Я буду жить так, как хочу сама.

Мы с братом широко улыбались и во весь голос пели. Мама, смотря на нас, тоже подхватила и начала постукивать пальцами по рулю.

Вот оно то лето, которого я ждала. Все наши разногласия остались в Мейконе, здесь начиналась совсем иная жизнь. Мама будет проводить все свое лето в саду или вместе с Бридж, смотря вместе фильмы или гуляя по пляжу, а мы с Кенни вновь станем беспризорниками, которым позволено намного больше, чем в Мейконе. Наконец можно гулять всю ночь, есть много мороженого и целыми днями лениво загорать у бассейна или океана. Я люблю это место, потому что здесь мы становимся по-настоящему счастливыми.

Мы проехали мимо пляжного магазинчика, где продавались различные сувениры. Здание было бледно-желтого цвета и стояло на сваях. Рядом с ним всегда крутились туристы и пахло чем-то старым. Здесь также была наша любимая пиццерия, где была самая вкусная пицца и мороженое.

Мы проехали чуть дальше и вот, наконец, океан. Бескрайний синий океан, которые ласкал берег своими волнами. Я открыла окна со всех сторон и вдохнула этот воздух. Я высунулась наружу, ветер ударился о мое лицо, взлохматив волосы:

– Эдисто-бич, мы вернулись!

Мужчина, стоявший на крыльце одного из гостиничных коттеджей, улыбнулся, увидев меня и услышав мой крик. А мне было наплевать. Пусть все услышат, как я скучала!

– Мира, закрой окно, песок налетит сейчас, – сказала мама, нажимая кнопку на двери. – Успеешь еще накричаться.

Люблю маму здесь. Будь мы сейчас в Мейконе, она бы обязательно на меня накричала и грозно посмотрела. Но здесь она отпускала всю свою строгость и отдыхала от образа той самой «Правильной мамы».

– Дурная ты, Мира, – усмехнулся брат. Он уже расстегнул ремень и был готов в любой момент выскочить из машины и прыгнуть в бассейн.

– Сам ты дурной! – я слегка стукнула его по голове.

Мы уже выехали на Поинт-стрит. Такую родную улицу. Каждый дом, каждое деревце здесь было нам знакомо, а вид, открывавшийся с дороги, завораживал. Мама завернула на подъездную дорожку и остановилась. Брат вылетел из машины и ломанулся к дому, захватив ключи.

Я открыла дверь и вышла вслед за остальными. Я не стала надевать обувь, ведь что может быть приятнее, чем ощущать теплый припорошенный песком асфальт под ногами. Я немного пошевелила пальцами, привыкая к горячей поверхности, и обернулась на дом.

Наш дом был самым обычным. Он также стоял на сваях, чтобы во время приливов его не затопило. Из-за этого он казался всегда очень высоким, особенно в детстве. Я любила играть в принцессу и дракона, когда мне было шесть или семь. Я всегда садилась у окна, перекидывала волосы через плечо и томно вздыхала, пока мальчики внизу изображали битву с драконом. Принцем всегда был Крис, Луи драконом, а Кенни… Всегда по-разному.

На первом этаже была гостиная, кухня и несколько спален. Там жили родители. Наши с братом и сестрой комнаты находились на втором этаже. И это была большая ошибка со стороны родителей, ведь редко была та ночь, которую бы мы проводили по своим комнатам. Чаще всего мы собирались в игровой и всю ночь рубились в приставку или настольные игры. И почти всегда мы спали именно там, на большом диване. С нашей гостиной был выход на балкон. И с него открывался потрясающий вид на океан и песок, а ночью на небо, усеянное мириадами звезд. Я любила проводить там вечера, читая книжку под теплым пледом и с кружкой какао.

Частенько мы с Каси и папой наблюдали за звездами, выискивая все созвездия, которые только знаем. Это иногда перерастало в некие соревнования, и тот, кто нашел больше созвездий, получал три мороженого на следующее утро. Мальчишек такое времяпрепровождение не интересовало, они или играли в приставку, или рыбачили, или плавали.

– Мира, – я вынырнула из своих воспоминаний и посмотрела на маму, которая уже начала выгружать вещи, – забери свой чемодан и верни мне Кенни, пусть поможет с вещами.

Я кивнула и, достав чемодан из багажника, покатила его прямо до дома. С лестницей возникли небольшие проблемы, но я удачно подняла его. Зайдя в дом, я на мгновение остановилась и осмотрела его. Внутри было светло, из всех окон в доме виднелся пляж. Кенни уже успел открыть окна и балкон, из-за чего приятный запах океана ощущался во всем доме.

Все здесь было так, как мы оставили прошлым летом. На диване небрежно лежал плед, на ковре стояли чьи-то тапочки, а на перилах висел купальник Каси, который она забыла и потом очень долго ныла об этом мне.

Все поверхности покрылись тонким слоем пыли и песка, и нас, очевидно, ожидала большая генеральная уборка, которую мама любила проводить в начале лета.

– Кенни, помоги маме! – крикнула я, поднимаясь на второй этаж. Я была уверена, что он там. – Кенни!

– Сейчас, – не успела я полностью подняться, как брат выскочил на лестницу и чуть не сбил меня.

– Эй, осторожнее. Я не хочу провести лето в гипсе.

– Прости-прости.

– Чем быстрее мы разберемся с вещами, тем скорее сможем искупаться, – напомнила я брату и продолжила свой путь до комнаты.

Моя комната находилась ближе всего к игровой. Так мы ее называли, хотя она представляла собой вторую гостиную с диваном, телевизором и небольшим обеденным столом. Я прошла мимо нее, и ,наконец, оказалась в своем летнем пристанище.

Комнатка была совсем небольшой, но очень уютной благодаря бумажным флажкам, десятку фотографий с почти каждого нашего лета и моему любимому пушистому пледу, которым я всегда любила укрываться ночами. Мама иногда ругалась за это, ведь на покрывале часто оказывался песок, который ей приходилось раз в несколько дней стряхивать с кровати.

Я прошла до окна и раскрыла его полностью. Приятный прохладный ветер еще сильнее взлохматил мои волосы, и я прикрыла глаза, щурясь из-за яркого солнца. Время приближалось к обеду, и уже начало сильно припекать.