– Прокладки? – интересуюсь в ответ. У Галины щеки становятся под цвет помады.
– Ярик!!! – судя по звуку Настя упала с дивана и теперь ржет где-то на полу. – Ты там с ума сошел?
– Сейчас куплю, родная, – прикрываю ладонью микрофон и обращаюсь к Гале. – Рад был увидеться. До свидания, – быстрым шагом иду в сторону высоких стеллажей. – Прости, Ась. Надо было избавиться от одной назойливой дамы. Так тебе точно не нужны прокладки? – прикалываюсь над девушкой.
– Дурак, – фыркает она. – От кого сбежал? – тут же спрашивает с любопытными нотками в голосе.
–Да есть тут одна назойливая дама. Заколебала малость. Не скучайте, скоро буду.
Прихватив с полки детский гипоаллергенный стиральный порошок, кондиционер для белья, а также хорошую зубную щетку и банановую зубную пасту, возвращаюсь на кассу.
Галины нигде поблизости не обнаружилось.
Выдохнув, сгрузил свои покупки на ленту, расплатился и домой. Так приятно, что там ждут. Хочется быстрее добраться, но долбанные пробки еще не рассосались, и я ползу со скоростью беременной черепахи нетерпеливо постукивая пальцами по рулю.
Дома пахнет жареной картошкой.
– Настя, ты где ее взяла в таком количестве? – кричу из прихожей вместо «Привет». Не помню, чтобы у меня в запасе было столько овощей.
– Я за молоком для Даяна спускалась, пока он спал, – выглядывает она из кухни. – Привет. Ну что, избавился от своей поклонницы? – хихикает, прикрыв ладошкой рот, но тут же морщится. – Блин. Лук резала, – ее красивые глаза начинают слезиться.
– Я сейчас правильно понял? Ты ходила за молоком с больной ногой, а притащила с собой еще картошки, лука и…
– Две морковки и хлеб. Он закончился, – Аська виновато кусает губы. – Ты не отдыхал совсем, а тут мы еще навязались. Должна же я хоть как-то отблагодарить.
– Точно выпорю, – несу покупки на кухню. Настя, обиженно сопя, перемешивает картошку. – Ты невыносимо упрямая! – ругаю ее.
В руки попадает тот самый альбом с фотографиями из ее квартиры. Настя видит его, удивленно переводит взгляд на меня.
– А его ты зачем привез? – забирает из моих рук.
– Не знаю, – ухожу к себе в комнату переодеваться.
Не придумал я логичного объяснения, на кой хрен притащил эти дурацкие фотки в свою квартиру. Надо было выкинуть по дороге.
Эгоистично хотеть, чтобы она полностью выкинула Карима из своей жизни? Наверное да. Настя ведь его любила. Но ведь разочаровалась! А в нем ли?
Я вроде принял это ее прошлое, но смотрю сейчас, как она прячется от него и да, дебильный альбом хочется сжечь!
В спальне ударил пару раз по боксерскому мешку, висящему на цепях под потолком. Продышался. Вроде полегчало. Веду себя как ревнивый олень.
– Поздравляю, Березин, ты оно и есть, – говорю своему отражению в зеркале.
Не к кому ревновать. Нет Карима. По официальной версии погиб. Четыре года прошло. Чего завелся? Эта девочка так и не побывала в твоей постели? Побывала. А что она там делала? Рыдала, блин! Я слушал и жалел, жалел и слушал. Не было у нас отношений. Так, видимость. Аське просто нужен был кто-то рядом. Очень-очень близко. И я был. Сейчас вот тоже здесь. Когда пришло время, сделал несколько шагов назад, понимая, что она не готова к чему-то большему. А эта зараза взяла и вернула меня во френд-зону.
Глава 3
Настя
Посадила большого и маленького мужчин за стол. Сама поковырялась в тарелке под недовольное ворчание Ярика. Есть совсем перехотелось.
После ужина уложила Даяна спать, а сама сжала пальцами альбом с фотографиями. Помню, как бегала распечатывать их и потом бережно складывала в прозрачные конвертики на белых страничках.
Яр не верит, что Карим любил меня, а мы слишком мало времени провели вместе, чтобы я могла ответить на этот вопрос точно. Когда соглашалась выйти за Салаева, верила, что любил. В нем было что-то такое необъяснимо-притягательное. Хотя даже внешне его старший брат гораздо интереснее, но красота Самира холодная, опасная. Он пугал меня гораздо больше, чем привлекал.
Самир ушел с нашей свадьбы, а на утро после первой брачной ночи поймал меня в коридоре огромного семейного особняка, прижал к стене, больно сдавил пальцами щеки и зло прорычал прямо в губы: «Ты сделала неправильный выбор! Ты еще об этом пожалеешь, Ася!»
– Извини, что вторгся в личное, – Яр присел передо мной на корточки.
– Ничего, – смотрю в его внимательные зеленые глаза. – Выброси его, – протягиваю альбом. – Кроме тяжелых воспоминаний он мне больше ничего не приносит, а их и так хватает.
– Не могу, – друг отрицательно качает головой, садится на пол скрещивая ноги в позе лотоса. – ты сама должна это сделать.
– Тогда неси ведро, – заявляю решительно.
– Встретимся на балконе, – улыбаясь Яр от меня сбегает.
Там холодно. В прихожей снимаю с вешалки мужское пальто, под ним моя куртка, но пальто точно теплее. Надеюсь, Ярослав не обидится, что прощаться с еще одним осколком своего недавнего прошлого я буду в его одежде. Надеваю. Подкладка еще хранит запах своего хозяина. Он смешан из любимой туалетной воды Березина, кожаного салона его автомобиля, там есть немножко лекарств и сигаретного дыма.
– Я знал, что тебе нравится, как я пахну, – щурится Яр застав меня за тем, что я нюхаю ворот его пальто.
Ужасно стыдно!
Наматывает мне на шею свой шарф, застегивает пуговицы и ведет за собой на балкон.
– Березин, а почему ты не женился до сих пор? – спрашиваю у него вдыхая морозный воздух.
– Я женат на работе. Ты же знаешь, – отмазывается друг.
Сажусь на низкую табуретку, достаю из альбома по одной фотографии, не глядя сминаю, кидаю в металлическое ведро. Яр вдруг ловит меня за руку.
– Эту оставь, – говорит серьезно.
На ней Карим стоит один возле черной иномарки, подаренной ему отцом.
– Зачем?
– Даян еще немного подрастет, покажешь. Он все равно спросит, Ась. Ему будет важно знать, что у него был отец, просто так вышло, что его не стало. Это лучше, чем сотни вопросов из серии: «Почему он меня бросил? У других есть, а у меня нет». Тебе ли не знать?
– Поджигай, – закрываю альбом с одной единственной уцелевшей фотографией.
Яр залез в карман пальто, вытащил оттуда зажигалку, скомкал кусок газеты, валяющейся на подоконнике, и бросил разгорающееся пламя в ведро.
– Главное, чтобы соседи пожарных не вызвали, – друг открыл оставшиеся два окна, чтобы весь дым вытягивало наружу. – Ты как? – спросил у меня.
– Не представляю, чтобы без тебя делала. Яр, а ты давно курить начал? – наблюдаю, как он крутит в руках зажигалку.
Не помню, чтобы хоть раз видела друга с сигаретой, но запах от одежды уже улавливала. Он же по улицам ходит, с коллегами общается. Не то, чтобы я против. Березин взрослый дяденька. Просто странно и любопытно.