В центре – одно чудовище и поворот, а дальше – своя награда.
Ты через страхи и стены идёшь, в сказке не будет иначе.
Ты – Пенелопа, опять что-то ждёшь.
Ты – Ариадна – плачешь.
Нить Лабиринта запуталась вновь, нужно бежать быстрее.
Где-то среди осколков из слов просыпается: Ты – Медея.
Но утром, когда приходит рассвет,
И после глухой тишины,
Маски падают прочь, растворяются в ночь
Оставляя Ты– это – ты.
Путь лабиринта неблизок и тих,
Но слабости нету в тебе.
Ведь место силы находишь внутри.
А не вовне.
22. Кроме любви
Как отражаются капли дождя на стеклах,
Будто диковенные витражи.
– Все забывается, – говорят тебе. – Все, кроме лжи.
Но на самом деле, это ведь глупости, это ненужный свод
Из каких-то незрячих иллюзий и непонятных свобод.
Из каких-то неважных строчек и недосказанных слов,
Из каких-то хрустальных стен и каких-то глухих потолков.
Дождь остаётся в памяти – той, где нет места лжи.
– Да. Все забывается… Все, кроме любви.
23. Женщина
И я мечтала летать, не падая,
взлетая в небо тугими листьями.
И я желала быть самой сильною,
За страх платила благими мыслями.
Не слишком мудрая, не слишком юная.
Ведь возраст здесь не имеет значения.
Кому-то дочь, а кому-то любимая
Но все же живая, без тени сомнения.
И без сомнения: что-то получится,
Хоть здесь надломилось, а там где-то трещинка.
Я все это склею однажды вечером.
Ведь я же всесильная, я все-таки ЖЕНЩИНА.
24. Чай
От воды лепесток обретает свою совершенную форму.
Он не тонет, а учится плавать в кристальном покое.
Среди птиц золотых мы не помним о клетках и боли.
Исцеляйся сегодня, сердце мое.
Приходи к роднику воскрешенья,
Отрывай в себе прутья, открывай все замки вдохновенья.
Говори то, что хочешь сказать, пока капли стекают по стенкам.
Мы в покое.
В центре мира и в области правды и сердца.
Мой улун красит воду в цвета восходящего лета,
Мы молчим в тишине,
Это чай говорит.