[Конечно могу. Я же все записываю].
Шен, признаться, спрашивал без особой надежды.
«Тогда повтори мне последние слова Муана!»
[ «К тебе вечно»], – тут же услужливо отозвалась Система.
«Что?» – не понял Шен.
[Последние три слова Муана. «К тебе вечно»].
«Не настолько последние, Система! Его всю последнюю речь повтори. Кажется, я ее от удивления малость забыл».
Система повторила ему все слово в слово. А затем еще раз. И еще.
В четвертый раз она стала повторять записанные слова без просьбы Шена. Тот прервал ее на полуслове полуриторическим замечанием: «Поверить не могу, что Муан изъяснился такими сложными предложениями. Нет, это определенно не спонтанная речь. Часть про дикого зверька он, похоже, обдумал заранее и, возможно, уже давно».
Дикий зверек.
В какой-то степени Шен мог с этим согласиться. Он вообще считал самокритичность своей сильной стороной.
Дикий зверек.
Его больше раздражало, что Муан так глубоко копнул.
Дикий зверек.
Нет, все же это неправда. Разве он не делал все, чтобы быть ближе к людям? Что он такого решительно сделал не так, чтобы заслужить подобные обвинения?
«Система, я – дикий зверек?»
[Ваше сознание занимает тело человека, бессмертного заклинателя, главы пика Черного лотоса Шена. Насколько мне известно, в прошлой жизни вы тоже были человеком].
Искреннее непонимание Системы его рассмешило.
«Да, ты права», – улыбаясь, подумал он.
Проходя по площади к воротам черного замка, Шен заметил неподалеку от входа ярко-розовый предмет, которого ранее здесь не было. Подойдя ближе, он признал в нем мыло ручной работы в форме цветка.
– Кто-то намекает, что от меня дурно пахнет? – приподняв бровь, вслух произнес он, оглядываясь по сторонам. – Слишком по-детски как-то.
Хмыкнув, он вошел в замок, тотчас выкинув «подарок» из своих мыслей. Куда больше его занимала изящная цитра, которую он совершенно точно видел в своих закромах, когда от нечего делать изучал подвалы. Он даже припомнил, куда нужно идти. Там была такая небольшая комната, заставленная разными музыкальными инструментами.
Спустившись в подвалы, Шен зажег талисман и безошибочно добрался до нужной двери. Та была слегка приоткрыта, но он не мог точно сказать, запирал ли ее.
Внутри по-прежнему было сухо и пыльно. Шен прошелся мимо стеллажей, изучая находящиеся на них музыкальные инструменты. Он не помнил, где точно лежала цитра, но пыль оказалась ему на руку. На одной из полок он увидел яркое, не покрытое слоем пыли пятно. Форма его была продолговатая, как раз под размер чехла для цитры.
Шену никогда даже в голову не приходило запирать свой замок от посторонних. Трудно было представить, что кто-то по доброй воле рискнет сюда сунуться.
«Система, ты не знаешь, кто-нибудь заходил в замок в мое отсутствие?»
[Не могу знать. Я следую за вами или пользователем номер один, а тот не выходит из залы, соответственно, ничего не видит].
«А он мог бы почувствовать, если бы в замок проник посторонний?» – гипотетически спросил Шен.
[Мне неведомы все способности Глубинной тьмы].
Решив уточнить лично, Шен сходил к темному облаку, но оказался послан подальше, не мешать «Великому творческому процессу». В связи с чем Шен сделал вывод, что заметить постороннего в замке этот вшивый писака мог, лишь если бы этот посторонний упал перед ним на колени и слезно умолял дать почитать проду.
– Итак, что мы имеем? – Шен вышел на площадь перед своим замком и присел на лавочку, вслух разговаривая с Системой. – Пока я отсутствовал, кто-то пробрался в замок и украл цитру. Затем был найден труп ученицы. «Рояль в кустах номер… номер»?
[197], – подсказала Система.
– «Рояль в кустах номер 197» ясно намекнул, что цитра и смерть ученицы взаимосвязаны. Итак, как? Кто украл цитру и зачем? И в чем вообще исключительность этого конкретного музыкального инструмента?
Шен призадумался, что же ему теперь предпринять. Муан за этот день так вывел его из себя, что он на время забыл об идее с обеспечением себе алиби. А стоило бы вновь задаться этой целью.
Решив, что раз с Муаном не вышло, стоит хотя бы просто побыть у всех на виду на пике Таящегося ветра, Шен поднялся с лавочки и направился исполнять задуманное.
Уже на мосту он столкнулся с главной героиней. Мост, стрелой тянущийся вдаль, позволил ему загодя заметить приближающуюся девушку.
– Приветствую учителя, – учтиво поклонилась она, приблизившись на достаточное расстояние.
– И тебе привет, Аннис. Ты зачем-то хотела меня видеть?
Девушка слегка замялась, поглядев на Шена. Она неловко сложила руки у живота и крутила большими пальцами.
– Я… я хотела убедиться, что с вами все в порядке. Вы неважно себя чувствовали, когда мы расстались… Вот и…
Аннис запустила руку в карман и достала оттуда полотняный, вышитый яркими нитями мешочек.
– Этот чай я сама собрала. Он поможет восстановить энергию.
Она совсем покраснела, протягивая ему этот мешочек. Шен смотрел на нее, не в силах сдержать улыбку. Он забрал полотняный мешочек из ее рук.
– Спасибо. Я непременно его попробую.
Лицо Аннис тут же озарила улыбка, будто ей подарили надежду на светлое будущее.
– Вы направлялись на пик Таящегося ветра? – спросила девушка, встав вровень с Шеном. – Я составлю вам компанию.
Шен молчаливо согласился и продолжил свой прерванный путь.
– Как твои успехи? – вскоре спросил он. – Я заметил, что духовные практики даются тебе чуть сложнее махания мечом.
– До мастера Муана мне, конечно, еще далеко, но на моем пике не сыскать достойного мне противника, – без ложной скромности согласилась девушка.
Не то чтобы пик Персикового цветка когда-то выпускал сильных воительниц, поэтому это не было бахвальством. Аннис действительно стоило бы поучиться у других мастеров.