Детектив к лету

– Миленько, – сказал шустрый старичок. – На античный колумбарий похож.

Просканировал курильщик острым взглядом и спортивного молодца.

– Простите, – тот как раз остановился напротив лавки, – вы не подскажете, библиотекарь Пал Палыч Лютиков здесь работает?

Пожилой мужчина с хитрым прищуром еще разок оглядел незнакомцев.

– Может, он глухой? – тихонько подсказала Кассандра.

Курильщик выдохнул дым в их сторону.

– Тут он работает. И я не глухой.

– Простите, – опустила глаза Кассандра и не смогла сдержать улыбки.

– А он сейчас у себя? – спросил Крымов. – Или на обеде?

– Я Пал Палыч Лютиков, – сказал курильщик. – Вы кто такие?

Долгополов тотчас обернулся, осторожно подкрался и уставился на пожилого дядечку с таким же интересом, с каким тот недавно смотрел на него.

– Как говорится: на ловца и зверь бежит.

– Три ловца на одного зверя? – усмехнулся библиотекарь. – Не многовато ли? А где капканы, сети, ружья?

Они представились ровно так, как и в кафе «Зеленая роща»: профессор, аспирант, студентка.

– Ученые, значит?

– Ученые, – кивнул бодрый старичок.

– А мы к вам по делу, – с энтузиазмом взял эстафету спортсмен. – Нам сказали, что вы знаток своего края, и в первую очередь вашего загадочного села Сорочий хутор.

– И чем оно так загадочно, интересно?

– Сами знаете, – хитро прищурил один глаз Долгополов.

– А вы подскажите. – Лютиков сделал затяжку. – Дайте наводочку.

– Мы прямо здесь поговорим? – спросил Андрей.

– А чего стесняться? День теплый, погожий. Никто не мешает. Говорите.

– Ладно, – кивнул Крымов. – Нам хорошо известно, что ваше село издавна притягивало к себе многих знаменитостей.

– Так…

– Мы знаем, что полтора века назад на Сорочий хутор приезжали авантюристы и воры братья Гохманы, Лейба и Штепсель.

– Кто такие? Первый раз слышу.

– Знатные были деляги. Понадобился им зачем-то ваш хуторок. Сто с лишком лет назад здесь негласно побывал сам Григорий Распутин, а этот покруче будет.

– Ух ты, – глаз не сводя с крепыша, покачал головой Лютиков, – прямо сам Гришка Распутин? И что дальше?

– После революции тут бывала королева воровского мира Сонька Золотая Ручка, – как ни в чем не бывало продолжал моложавый спортсмен, глядя на едкую улыбку, гулявшую по губам библиотекаря. – А в тех же двадцатых годах тут был зверь пострашнее – сам Лев Троцкий, красный палач.

– Так-так, – как бы между прочим кивнул библиотекарь. – Вы говорите, говорите. – Он сделал последнюю глубокую затяжку и потянулся к краю скамейки, за которой стояла урна, растер о ее край бычок и бросил его в черную вонючую жестяную пасть. – Я вас внимательно слушаю.

Крымов взглянул на Кассандру, потом на Антона Антоновича – тот уверенно кивнул в ответ, мол: продолжайте, коллега, не реагируйте на скепсис.

– В шестидесятые годы прошлого века сюда приезжал известный иллюзионист Карданов. А в девяностые годы, в перестройку, село Сорочий хутор посетил главный «целитель» всей страны и хозяин зомбоящика Комаровский. Как я понимаю, не считая многих и многих других известных личностей. Зачем они все были тут? Что искали? – И сам тотчас дал наводку: – Я о местах силы, которые существуют в вашем краю…

Лютиков кисло сморщился:

– Вы откуда все это взяли?

– Из печатных источников, – по-простецки ответил Крымов.

Библиотекарь раздраженно отмахнулся:

– Брешут ваши источники.

– Как это брешут? – почти возмутился Долгополов. – Есть доказательства.

– Какие доказательства?

– Разные.

– Ага, щас. Да чего только журналисты не напишут, чтобы тираж поднять. Сами подумайте. Места силы! Я удивляюсь, почему к нам еще уфологи не налетели. А могли бы! Вы на поля наши посмотрите – там же сплошные круги. Везде инопланетяне наследили!

– Что, правда? – спросила Кассандра.

– Хе! – коротко хохотнул Лютиков. – Да кривда, девушка, кривда. Нет никаких кругов на наших полях, ровные и зеленые они. А если кто сюда и приезжал, как тот же Комаровский, так он всю Россию объехал тогда – стриг глупых овец. Деньгу заколачивал. А вы купились на всю эту болтовню. А-я-яй, господа хорошие. Только вот вопрос: зачем я вам понадобился?

– Нам сказали, вы знаете об этой таинственной силе, что живет в ваших краях, больше других, – заявила рыжеволосая красотка. – А приезжали сюда все эти опасные люди только за одним – за советом. Как поймать ее, птицу счастья. За удачей приезжали. Кому деньги нужны были, а кому власть. Разве не так?

– Хе! – вновь мотнул головой Лютиков. – Сила! Деньги! Власть! С ума сойти.

– А еще, по слухам, кое-кто из этих знаменитых людей приезжал сюда не один, – подхватил Крымов. – Как, например, братья Гохманы. С татарчонком приезжали. Это если покопаться в источниках очень глубоко. Распутин с какой-то шальной дамой. Троцкий – с верной комсомолкой. А уехали без них.

– И куда же они делись, по-вашему, эти комсомолки и татарчонки?

– Откуда нам знать? Надеялись, вы подскажете.

– Ага. Ну дают! Развеселили вы меня. Ладно, пойду-ка я домой обедать, дух переведу, – хлопнул по коленям Лютиков, крякнул и тяжело встал со скамьи. – А то мне дежурить еще сегодня на молочке нашей. Подрабатываю, пока могу.

– А что вы про Черного короля знаете? – напрямую спросила Кассандра.

– Про какого короля? – сморщился Лютиков.

– Вы слышали: про Черного.

Он цепко присмотрелся к девушке. Но ответил вопросом и не сразу:

– Вы откуда пожаловали, сказочники?

– Из Царева, – ответила за всех Кассандра.

Так и целился Лютиков, колол взглядом, как шилом, всех троих.

– Вот и езжайте обратно в свой Царев, напишите все, что захотите. Как делают все приличные журналисты. Людишки-то слопают любую баланду. Они такие, всеядные. А вы, я смотрю, повара еще те. Умельцы!

Он потопал по проселочной дороге мимо кривых палисадников и деревянных старых домов.

– Не хочет колоться библиотекарь, – сделал вывод Антон Антонович. – Интересно, почему это?

– Налить ему надо было вначале, а потом разговаривать, – вынес свой вердикт Крымов.

– Кстати, очень может быть, – согласился Долгополов.

– Тихо! – вдруг произнесла Кассандра и подняла синие глаза к яркому голубому небу.

– Что значит «тихо»? – спросил Антон Антонович.

– Сделайте вид, что ничего не происходит, – интригующе попросила журналистка.

– А что происходит?

– На той стороне дороги в тенечке под деревом стоит худой молодой человек в старушечьих очках и пялится на нас. Похож на больного. Посмотрите, но только осторожно.

Куда там! Долгополов и Крымов обернулись разом и уставились на ту сторону дороги. Там и впрямь стоял тощий молодой мужчина в затрапезном костюмчике, в толстенных роговых очках, светлой кепке и в упор смотрел на них.

– Вы его напугали, – прошипела Кассандра. – Он задергался.

– Местный псих? – спросил Долгополов.

– Может, блаженный? – предположила журналистка.

– Сейчас деру даст ваш блаженный, – заключил Крымов. – Вы так шушукаетесь, будто решаете, как его бить – дробью или пулей.

Но вместо того чтобы дать деру, очкарик приложил палец к губам, а потом призывно махнул рукой: мол, следуйте за мной! Повернулся и зашагал в глубь зеленого скверика.

– Ну допустим, – пробормотал Крымов. – Пошли за блаженным.

Они пересекли горячую от солнца сельскую дорогу, по которой никто не ездил, и вошли в маленький заросший сквер. Однорукий стахановец, судя по технике исполнения, уже около века караулил садик и с ненавистью глядел через дорогу на Дом культуры. Из обрубка локтя торчала арматура. На белом пьедестале было размашисто выведено углем: «Терминатор».

– Бедняга, – вздохнула Кассандра.

– Вот до чего доводит строительство социализма, – цинично подхватил мысль Долгополов.

На первый взгляд в пыльном зеленом скверике никого не было.

– Блаженный с нами в прятки, что ли, играет? – спросил Крымов.

Они завернули за стену нестриженого кустарника. Таинственный незнакомец, он же возможный псих, сидел на самой отдаленной скамейке с таким видом, будто бы и не шатался вдоль дороги, не привлекал к себе внимание и не звал их.

Втроем они осторожно подошли к нему.

– Ну-с, – проговорил Долгополов на правах старшего. – И что вам от нас нужно, молодой человек?

Тот поднял голову и посмотрел на них печальными глазами через бабушкины очки. А потом таинственным голосом сказал:

– Я знал, что вы приедете сюда и будете задавать вопросы.

– Кто – мы? – переспросил Крымов.

– Вы или кто-нибудь, похожий на вас. Рано или поздно вы окажетесь здесь. – Он бойко встал с лавки. – Идемте со мной.

– Во-первых, как вас зовут? – спросил детектив.

– Иваном. Это имеет значение?

– Представьте себе. И второй вопрос: кто вы?

– Учитель географии. Не задавайте лишних вопросов.

– Нет, так не пойдет, – замотал головой Крымов. – Куда, простите, мы должны идти, товарищ учитель?

– Да, – кивнул Антон Антонович. – Может, вы маньяк, а не педагог? Заведете нас в лес и там убьете?

– Смешно. Но вы и сами знаете, о чем пойдет речь.

Трое путешественников осторожно переглянулись. Очкарик умел заинтриговать. Но тут проявила инициативу Кассандра. Она смело обошла мужчин и встала у него на пути.

– Мы понятия не имеем, о чем пойдет речь. Почему мы должны идти с вами? Говорите, Иван. Сейчас же. Или наши дорожки расходятся.

Солнце как раз прорвалось из-за листвы, широкими лучами упало и зажгло ее рыжие волосы, веснушчатое лицо и синие глаза.

– Какая вы золотая, – немного заикаясь от волнения, проговорил Иван. – Красивая, сказочная…

– Спасибо, – немного смутилась девушка. – И все-таки?

– Вы же хотите узнать, кто убил Ивана-царевича и кому досталась Василиса Прекрасная?

– А Ивана-царевича убили? – спросил Долгополов.

– Увы.

– Вот это новость.

– Тут вам не сказка. Это быль. В Сорочьем хуторе такая быль, что вам и не снилась. А еще хотите узнать, кто охотится за ржавой Кощеевой иглой, в которой жизнь его?

Теперь уже трое путешественников стали переглядываться так открыто, что это не ушло от внимания очкарика.

– Я вижу, что попал в точку. Именно поэтому вы тут. У нас, на Сорочьем хуторе. Просто идите за мной.

– Ладно, съедим и это, – согласился Крымов.

Они вышли на другую улочку, прошагали несколько кварталов, прошли огородами. Оказались на совсем уже сельской улице у калитки, за которой пышно зеленел запущенный сад и прятался неказистый одноэтажный домишко.

– Тут моя бабушка Прасковья жила, – сообщил Иван. – Теперь я здесь обитаю.

Он сказал это так трогательно, что всем стало его жалко, особенно Кассандре. Иван бросил взгляд по сторонам, на утомленную жарой сельскую улицу, открыл калитку:

– Заходите, дамы и господа.

В частном домишке учителя географии был кавардак: косыми колоннами громоздились книги, раздутые папки с тесемками прессовали друг друга, слежались подшивки журналов и газет, – но выделялся он особенным колоритом. Фотографии и репродукции по стенам! Портреты, дома, особняки. Фотографии почти все старинные. А еще географические карты. Было видно, что человек вел напряженную умственную деятельность. Исследовательскую! Иван усадил гостей рядком на старый диван, а сам взялся освобождать пространство.

– Чаю хотите? – на ходу спросил он.

– Не откажемся, – за всех ответил Крымов. – Но позже. Да, коллеги?

Коллег чай волновал мало – они с нетерпением ждали продолжения спектакля.

– Я все-таки поставлю чайник, – сказал хозяин и ушел на кухню.

Там загремела посуда, ударила из крана вода о дно чайника. Кассандра не смогла промолчать.