<< 1 ... 3 4 5 6 7 8 9 10 11 ... 20 >>

Елена Геннадьевна Кутузова
Соло на грани

– Рассказывай, говорю.

Тихий голос зазвучал монотонно, словно говорил не человек.

– Эра Шторм. Двадцать лет. С десяти лет воспитывалась в приемной семье. С четырнадцати – полноценная часть Дуэта. Прима. Мой Камертон – Ири Шторм. Погибла от рук снайпера нашей же Гаммы полтора года назад. После ее гибели я, согласно правилам, подала в отставку.

– Все? – Ставр убедился, что продолжать Эра не будет. – А что же молчишь про следствие?

– Следствие установило, что я была в состоянии аффекта. Оправдана. Отправлена на реабилитацию.

– И все?

– Все. – Эра подняла на капитана пустой взгляд.

– А что же не заканчиваешь: «Приписана к отряду Гаммы Армии Спасения в качестве…» Кстати, в каком качестве? Не Примы же?

– Я Прима, капитан. Ею жила, ею и умру.

– А вот тут ты не права, Эра Шторм. Так что не вешай мне лапшу на уши, меня ею часто кормили, надоело. В отряд ты зачислена простым бойцом, что, кстати, странно. – Ставр скользнул взглядом по хрупкой фигурке. – Поэтому тебе придется забыть о своих примовских привычках и подчиняться общим правилам, раз уж решила остаться в Армии. Ты поняла?

Эра молчала, рассматривая орнамент на линолеуме. Потом спросила у завитушки:

– Он всегда не слушает или только сегодня?

– Ты о чем?

Темные глаза оставались пустыми.

– Я же пару минут назад сказала, что воспользовалась своим правом и подала в отставку. Я не солдат, капитан. И никогда не стану членом твоей Гаммы.

Ставру показалось, что разговаривает она с ним, как с маленьким ребенком – терпеливо, спокойно. Это чувство ему не понравилось:

– Тогда почему ты здесь?

– Мне 20 лет. Сирота. А опекун считает, что я еще могу помочь Армии. В общем, поставил меня в такие условия, что я…

– Так может, стоит прислушаться? Ну, и потом, раз уж тебя в отряд зачислили, значит, ты служишь. Но заруби себе на носу – бросай свои штучки. Ты теперь простой боец. Я понимаю, непросто перестроиться, но чем скорее ты это поймешь…

– Не пойму. И я никогда, слышишь, капитан, ни-ког-да не буду простым бойцом. Я – Прима!

– А мне плевать! – Он с трудом сдержался, чтобы не завернуть что-то покрепче. – Ты входишь в Гамму. А значит, будешь есть, пить, спать и тренироваться вместе со всеми. Не нравится – твои проблемы.

– «Не умеешь – научим, не хочешь – заставим»? Не выйдет. Как тебе плевать на моих тараканов, так и мне – на вас всех. Я не боец. Я – не в Армии. Я – гражданское лицо. А если тебе не нравится – пиши рапорт. Если постараешься – меня уберут. И чем скорее, тем лучше для нас обоих. А до тех пор – давай жить мирно. Ты ко мне не лезешь… и я спокойно дожидаюсь двадцати двух лет. После чего мы больше не встретимся.

Терпение Ставра лопнуло – он еще у всяких пигалиц на поводу не шел!

– Ты вот что… Мозги включи! Доживешь ли до двадцати двух, с таким-то подходом? Если в бою товарищу спину не прикроешь… что будет? Рассказать или сама догадаешься?

Он закипал, теряя уверенность перед спокойным, равнодушным взглядом девушки. Эре на самом деле было… все равно. В карих глазах плескалось безразличие.

– Так вот. Мне плевать, что ты там думаешь, но отныне малейшее нарушение дисциплины будет жестоко пресекаться. И караться. Знаю, как Прима ты достаточно тренирована. Но несколько дополнительных кругов на пробежке или два десятка отжиманий тебе не повредят. Вот на ближайшей тренировке и начнешь!

– С какой это стати?

– Я не позволю тебе уничтожить Гамму!

– Ну да, это ведь только тебе позволено! Тебе как, ребята не снятся? А голос Камертона в ушах не звучит, нет? Или тебе тоже плевать – одна Гамма в землю легла, так с другой поиграть можно?

Чего-чего, а такого Ставр не ожидал. Пока приходил в себя, Эра, кипя от возмущения, подхватила тактический ранец, мечи и выскочила за дверь. Ставр несколько раз сжал и разжал кулаки, от души выругался и вышел в холл.

Отряд был уже в курсе – хорошо, если их крики не долетели до соседнего дома. Непреложное правило – разборки Гаммы остаются внутри отряда.

– Капитан, ты…

– Помолчи, Алесь. Вы вот что…

– Капитан, – Алесь упрямо помотал головой, – я понимаю, зря она так… тебе. Но и ее пойми – Приме Камертона потерять нелегко. Это как часть души вынули, а ничего взамен не дали. Потому не горячись, наломаешь дров – самому стыдно будет. А она… девчонка молоденькая…

– Она – боец Армии Спасения. Такое поведение… – Ставр искал отговорки, но уже понимал и принимал правоту Алеся. – Ладно, время ей до утра подумать. И закрыли тему.

* * *

Эра не вернулась. Ни к ужину, ни к завтраку. И Ставр, ругая себя на чем свет стоит за несдержанность, отправил в штаб рапорт.

Не прошло и получаса, как запиликал коммуникатор. Командира пятой Гаммы вызывали к начальству.

В этот раз полковник походил на закипающий чайник. Но выслушал версию событий, не перебивая.

– Значит, поругались. Капитан Гордеев, – раскатистое «рррр» эхом заметалось по комнате, словно полковник с трудом сдерживался, чтобы не вцепиться Ставру в глотку. – Уж вам, опытному бойцу, командиру, должны быть известны психические особенности Примы. Эру направили к вам, поскольку психологи указали в анкете именно ваши параметры. И что? Хотите сказать, что они ошиблись? Всем Институтом?

– Никак нет, – Ставр еще на подходе приготовился к выволочке, но то, что полковник назвал Эру просто по имени, немного выбило из колеи.

– В таком случае имеет место злоупотребление служебным положением. Вы согласны?

– Никак нет!

Вины в том, что девушка сбежала, Ставр почти не чувствовал. Да, немного передавил, но это не причина. Даже для бывшей Примы.

– Даже так?

Полковник оглядел застывшего по стойке «смирно» бойца так, словно впервые видел.

– Никак нет, значит? А что в таком случае вы скажете генералу Рою?

Какое отношение пропажа рядового бойца имела к Главнокомандующему Объединенной Армии Спасения, Ставр не знал. И, соблюдая завет древнего Императора, принял «вид лихой и придурковатый».

– Полковник, мне так и не показали личное дело бойца пятой Гаммы Эры Шторм. Не имея всей картины, я мог ошибиться в своих действиях.

А вот это было уже серьезно. Теперь под удар попадали и штабные.

<< 1 ... 3 4 5 6 7 8 9 10 11 ... 20 >>