Радости Алёнки не было предела. Вот это сюрприз! Она вспомнила, как совсем недавно, они сидели за столом дома, и гадали, кто же родится: мальчик или девочка? Папа, конечно, рассчитывал на то, что будет сын, а женская половина семьи не скидывала со счетов и дочь. Так дошли и до подбора имён. И тут…. Тут наступили горестные минуты разочарования для маленькой Алёны. Папа по какой-то причине предложил назвать сестрёнку Фёкла!
Алёнка даже плакала, как сильно она не хотела такое имя для малютки. Конечно, кто ж захочет, чтобы сестру звали именем какого-то ужасного овоща. Она представляла маленькую девочку в своём красном одеялке, которое собиралась буквально оторвать от сердца для неё, но вот Фёкла…, звать её Фёкла у неё бы не повернулся язык.
А тут! Тут – братик! Никаких Фёкл! Ура!!!
Алёнка с папой вышли из здания, девочка уселась на санки и под шарфом улыбалась так широко, как только могла. Вопреки ожиданиям, они не поехали к дому, а остановились, завернув сразу же за угол.
– Смотри, вон там наверху мама машет рукой! Видишь?
Девочка подняла голову и, как ей казалось, на недосягаемой высоте увидела мамину фигуру, мама показывала маленький свёрток в руках, затем подняла его столбиком, и Алёна впервые увидела своего брата.
Он был таким маленьким, его личико сморщенным, а глазки закрыты, но почему-то сердце девочки колотилось от волнения. Это он. Это её брат.
Мама исчезла с окна на секунду и появилась вновь. Она открыла форточку и что-то быстро выкинула из неё. Потом крикнула:
– Нам сегодня давали, но мне ж нельзя. Алёна, это тебе. Конфетка.
Из форточки на нитке спускалась записка и конфетка. Самая сладкая в жизни конфетка.
Всё-таки да, март – это весна. Пусть за окном вьюга, снег и непроглядная заполярная ночь, но скоро день рождения брата, и от этого тепло. Значит, воспитатель может быть и в самом деле права, и стоит ей поверить.
История вторая
«Полярные ночи – это такой вид ночи, который распространяется даже на день».
Для маленького ребёнка, полярная ночь явление не понятное. Ему вообще не понятно, зачем надо вставать ночью. Кромешная тьма, холод, а иногда ветер и вьюга. Это вовсе не те явления, на встречу к которым хочется кинуться, вставая с кровати.
У кого с чем, а у Алёны детский сад ассоциировался с ранним вставанием, именно вставанием, а не подъёмом. Ведь подъём, это когда ты поднимешься, а вставание этот подъём вовсе не подразумевает. Мама одевала Алёну ещё спящей: она натягивала на неё колготки, майку, затем следовал следующий слой одежды – байковая рубашка, а на ноги скрупулёзно водружались рейтузы. В таком одеянии Алёна ждала пока та же самая процедура проходила с её братом Лёшкой. Это был счастливый момент, чтобы опрокинуться на спину и доспать, досмотреть какой-нибудь сон или просто отключиться от реальности, провалившись в сладостные минуты небытия. Но и это было ещё не всей амуницией. Завершающим маневром маме приходилось очень быстро, иначе нельзя, она же тоже была в «семи одёжках» наподобие капусты, одеть обоих детей. Это были всего лишь кофты, ватные штаны (да, да, именно ВАТНЫЕ штаны), мутоновые шубы, валенки и по две шапки на каждого – вязаная будёновка и «ушанка»; на руках красовались варежки на резинках, а поверх поднятого воротника шубы повязывался мохеровый шарф с подложенным платочком в районе носа и губ, чтобы этот шарф не кололся. Если бы современные малыши увидели такого запакованного ребёнка, то наверняка у них возникла ассоциация с ниндзя, так как только полоска в районе глаз указывала на то, что за одеянием скрывается живой человек. Пока дети не облились потом, мама скоренько одевалась сама.
Выход из квартиры, а точнее из «гостинки», где жила семья Алёны, представлял из себя не менее эпичную картину. Каждому из детей вручался пакет с вещами, чтобы переодеться в детском саду, мама держала в руках свою сумку. В другой руке она крепко сжимала санки, за которые паровозиком буквально катились два укутанных колобка.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: