Дворф хмыкнул и резво припустил дальше по коридору. Мы двинулись следом. Расстояние между нами и Длорином постепенно увеличивалось – бородач до сегодняшнего дня явно давно не смазывал секиру кровью врагов. И теперь ему, похоже, просто не терпится вновь вступить в схватку.
– Эй, а голлема мы можем запустить? – поравнявшись со мной, спросил Рольф.
Я вздрогнул, а Йоко шикнула и обожгла танка ненавидящим взглядом.
– Голлема? – замерев на месте, через плечо спросил дворф.
Нам тоже пришлось остановиться. Одна лишь волшебница, медленно подойдя к Рольфу, поставила тому звучный щелбан.
– Доволен, балбес?! Язык за зубами держать не учили?!
Вот же! Поражаюсь нашему воину! Порой на него можно положиться, ведь не зря я считаю его практически своей правой рукой, но почему, когда дело становится хоть капельку деликатным, если ему суждено провалиться, то лишь по неуклюжести этого верзилы?
– Ну так че там с голлемом, едрить его? – Длорин подошел ко мне вплотную. – У вас вправду есть голлем?
– Есть, – не стал врать я и в доказательство своих слов открыл окно обмена, поместив туда предмет.
Со стороны могло показаться, что дворф бегает глазками по моей груди и мало-помалу начинает улыбаться. На деле же тот завороженно изучал характеристики голлема. Закончив, Длорин зажмурился, и я тут же закрыл обмен.
– Батюшки-матюшки… – восторженно пробормотал он, смотря на меня такими счастливыми глазами, будто в одночасье лишился девственности и выиграл пятьсот миллионов золотом в лотерею. – Продай мне его, а? – с придыханием проговорил Герой. – Едрить его в дышло…
Хм… Как неожиданно получилось… Хотел вернуться к этому позже, но… Чуть раньше тоже неплохо!
– А че он тебе так понадобился-то? – по-братски приобнял дворфа Рольф.
Взгляд Длорина быстро вернул былую осмысленность. Материализовав бутылку пива, он залпом осушил половину и выдал:
– Да едрить их, этих голлемов! Застрял я из-за них! Инженерку качаю, знаете же? – он обвел нас вопросительным взглядом. Мы молча кивнули. – До «Легендарного Мастера» осталось освоить голлемоведение, чтоб ему пусто было! И главное, не собрать голлема, а просто активировать его будет достаточно! – дворф хмыкнул в бороду и, допив пиво, швырнул бутыль в каменный свод пещеры. – Штука в том, что хрен ты его найдешь готового! В большинстве случаев, чтобы активировать, все равно самому создать придется, ха-ха-ха! Едрить его! А тут, как назло, в наших краях ни одного рецепта сыскать не могу! – он покачал головой и вновь внимательно уставился на меня. – Ну, продашь? Как родного прошу. Я ж помог вам с балками, и вот теперь… – неопределенно махнул рукой.
После такого признания отказать было бы некрасиво… Благо мне и не нужно.
Улыбнувшись дворфу, произнес:
– Не продам, – в его глазах сверкнула ярость, но я тут же добавил: – Так подарю. Если примешь мое предложение.
– Гы-гы! Замуж не пойду, едрить тебя!
Рольф поддержал дворфа громким гоготом, Джон и Лия скромно улыбнулись, а Йоко осуждающе покачала головой.
– Хм. Замуж и не зову, – твердо проговорил я, когда гогот воинов начал стихать. – Зову в клан, – Длорин замолчал, прищурившись. Я продолжил: – У нас уже есть один серый Герой-ареманец. Поэтому я знаю, что могу приглашать представителей других рас. Правда, будешь значиться как внешний член клана.
Дворф снова пробежался взглядом по каждому из нас, словно стараясь проникнуть в наши мысли. Похоже, увиденное его вполне удовлетворило. Громко хмыкнув, он остановил глаза на мне:
– Я уже спрашивал, что ты можешь дать мне такого, чего я сам не добуду, едрить в дышло! Не один раз меня звали в кланы, едрить их! И не раз я отказывался.
– Тебя просто не звали в наш! – осклабившись, Рольф хлопнул дворфа по плечу. – Давай! Будет весело! У нас куча планов! Вот, например, вскоре собираемся на Раергорн идти!
Бедная Йоко вновь обреченно вздохнула. Длорин же, не обратив ни на нее, ни на воина внимания, пристально смотрел на меня.
– Ты готов отдать мне голлема, едрить его?
– Но ведь если ты и присоединишься к нам, то не ради голлема? – вопросом на вопрос ответил я. Дворф усмехнулся:
– Нет, едрить тебя! И все же?
– Отдам, – кивнул. – Но при условии, что жить он будет здесь, – подняв руку, обвел небрежным жестом окружающее пространство. – Добывать руду и охранять. Но обещаю, попрошу Някея поискать для тебя новых голлемов или их рецепты по своим каналам.
Длорин уставился себе под ноги и начал задумчиво почесывать бороду. Мы терпеливо ждали. Джон уже нервно переминался с ноги на ногу, когда дворф размял шею и изрек:
– Огласи правила твоего клана.
***
С формальностями было покончено уже через пять минут, и теперь Длорин принимал поздравления от одноклановцев. Кажется, дворф даже немного покраснел, то и дело повторяя: «Благодарю, едрить вас в дышло!».
– А где ты выбрал место для татуировки? – поинтересовалась Йоко.
Бородач широко улыбнулся и хихикнул:
– Что, малышка, хочешь Длорина без одежды увидеть? Я уже говорил тебе…
Волшебница вспыхнула и отвесила ему затрещину. Вона какая храбрая стала, после того как дворф поклялся никогда не причинять вред клану «Крылья Свободы» и всем его членам.
– Да на груди, едрить тебя, – обиженно отозвался Длорин, потирая покрасневшую щеку. Затем он повернул ко мне довольную рожу: – Ну-с, начальник, едрить тебя! Долго мы тут еще стоять будем? Монстры сами себя не поубивают!
– А зря… – задумчиво протянула Йоко.
Я подошел к дворфу поближе.
– Недолго. Только закончим начатое, – открыв окно обмена, я вновь внес в свободный слот голлема. Длорин засиял и нажал «Согласен», я сделал то же самое.
Передав мне факел, дворф несколько мгновений глядел в пустоту, затем в его руках появился здоровенный деревянный ящик. Поставив его на свободное место, Длорин прищурился и…
Механический скрежет резанул ухо. Ящик увеличивался в размерах. Крышка откинулась назад, и из темных недр показалась угловатая деревянная голова, выкрашенная в красный. Голова устремилась вверх. На ней, словно прыщи на подростковой коже, начали проявляться и расти металлические пластины, пока полностью не объединились в нечто, напоминающее кабуто. К этому моменту из ящика уже выбрался торс голлема. Дерево вновь покрывалось металлом, образуя красно-синие доспехи. В руках начали угадываться две кирки. Постепенно они обретали все более четкие формы. Вот и сам ящик принялся трансформироваться в продолговатую основу, из которой полезли громадные шестеренки, и…
– Обалдеть, – пробормотал Рольф, снизу вверх глядя на трехметровую махину. – Как он выходить отсюда будет?
– Да уж… – фыркнула Йоко. – Так себе Гандам… А гусеницы вместо ног обязательно? И что это у него на пузе? Запасные ручонки?
Пара крохотных шарнирных кистей на трубках-телескопах позабавила и меня. Было сложно сдержать смех, когда эта махина, будто желая проверить, все ли системы в норме, протянула их к нам. Удивительно, но эти вспомогательные ручонки обладали сразу двумя локтевыми суставами (если это определение вообще уместно в данном случае), что делало их довольно подвижными.
– Какой миленький… – растроганно пробормотал дворф, не сводя глаз с механического великана, замершего как каменный истукан.
Мы с ребятами переглянулись. Похоже, не только мне сложно разглядеть хоть капельку милости в этом здоровущем рудокопе.
– Я могу и имя ему дать, едрить его! – восторженно воскликнул Длорин. – Хм… Будешь у меня Пушок!
– Пушок?! – ошарашенно выпалила Йоко. – Вот это? – до безобразия перекосив свое симпатичное личико, она указала пальцем на голлема.